Глава 17

Есения проводила мужа долгим взглядом.

В принципе, его светлость ничего нового не сообщил. Кроме сведений об особом положении леди Кларисс, разумеется.

Вот это он зря затеял!

Поселить любовницу не просто в одном замке, а даже на одном этаже, практически по соседству с супругой, с точки зрения общепринятых правил было весьма недальновидно. В первую очередь, по отношению к жене, но и самому герцогу кости помоют. И теперь только слепой, глухой и ленивый не пройдётся по странной семейной жизни герцогов Гильермо – дескать, не брак, а насмешка! Герцогиня настолько ужасна, что супругу пришлось в первую же ночь уносить из её спальни ноги, а потом он и вовсе решил отгородиться от молодой жены любовницей?

Впрочем, его светлости не привыкать к слухам, наверное, он на них уже и внимания не обращает! С другой стороны, мужчине проще, а вот если общество примется полоскать леди, той не позавидуешь.

Но ей в прошлом вращаться в обществе не приходилось, она знает о негласных правилах для знатных леди только по рассказам мачехи, да из книг. Кто его знает, может быть, не всё так страшно?

Съездят с мужем в столицу на Новогодье – узнает…

Что до щекотливой ситуации, в которую стараниями супруга попала Есения, та сердца девушки не задела. Страдала только её гордость – как бы там ни было, но неприятно, когда за глаза над тобой смеются или жалеют.

И неизвестно, что хуже. Жалость… унизительна.

С другой стороны, в лицо ей сказать ничего не посмеют – тут репутация Чёрного вдовца ей защитой. А что за спиной начнут судачить, так через неделю уже забудут. Переключатся на другие, более свежие, новости.

Тем более что она с местными леди почти незнакома – ни одного лица не запомнила, ни с одной дамой словом не перекинулась!

И девушка по здравом размышлении решила, что раз не может повлиять на решения супруга, то и переживать из-за последствий не стоит. Герцог дал ей полную свободу действий – есть куда приложить силы и воображение! Ну, почти полную свободу действий – ограничения всё-таки есть, но не самые строгие или для неё важные. Заводить любовника она так и так не собиралась, а что герцогиня по собственному желанию не может ходить в правый коридор хозяйского этажа, так даже лучше.

Что она там забыла – леди Кларисс?

Хочется его светлости обхаживать «особую гостью» – пусть обхаживает. Со своей стороны милорд уже выполнил перед женой все обязательства, ей жаловаться не на что.

А чтобы не сойти с ума от безделья, лучше заняться хозяйством. Даже интересно, как тут всё устроено, много ли отличий от её родного дома? Там ей приходилось помогать мачехе – сначала только сопровождать графиню, но постепенно часть обязанностей хозяйки перешла к падчерице. А после смерти отца вдовствующая графиня скинула на Есению почти все дела, кроме финансовых.

Но герцогский дом намного больше графской усадьбы! Справится ли она?

Аниса рассказала, что в самом замке четыре этажа, да на четыре крыла, не считая центрального корпуса, плюс по углам жилые башни. Вокруг огромный парк. Сейчас он, правда, весь под снегом, но зима же не навсегда.

Кроме того ещё и Мирада упоминала, что в стороне расположен большой скотный двор с птичником, конюшнями и домами работников.

Стоит только представить количество кладовок, каморок, складских и подсобных помещений, бельевых, гостевых комнат и остального, что ей предстоит изучить и пересчитать – голова кругом идёт. Здесь и кухонь целых три: одна белая, для господ. И две чёрные – первая для живущих в замке слуг и вторая – для работников скотного двора.

Ей на полгода работы хватит, и это только с чувством и толком осмотреть и пересчитать все припасы, состояние мебели и комнат, постельного и столового белья. А потом разложить всё обратно, заказать и принять обновы, проследить за ремонтом…

Ясноликая, да ей и думать некогда будет ни о слухах, ни о леди Кларисс!

Единственная проблема – как подойти к подсчёту имущества на половине его светлости? По-хорошему она должна лично подержать в руках и внимательно осмотреть каждое полотенчико, простынь и остальной текстиль с посудой…

«Что-нибудь придумаю!» – сама себе пообещала девушка и, бросив взгляд в зеркало, решила, что выглядит вполне пристойно, можно выходить в люди. То есть, покинуть свои покои и отправиться принимать хозяйство.

Вот только встречаться с мужем или его «гостьей» не было никакого желания.

Есения приблизилась к входной двери, приоткрыла её и прислушалась – замок жил своей жизнью, но звуки доносились издалека, приглушённо. А это означало, что на этаже никого нет – ни слуг, ни его светлости с его… леди.

Впрочем, судя по тому, сколько гостья вчера выпила, она ещё спит. Или не спит, если с ней герцог…

«Это меня не касается!» – напомнила себе новоиспечённая миледи и дёрнула за шнур вызова горничных.

Буквально через пару минут в гостиную прибежали Аниса с Мирадой.

- Миледи? – обе синхронно присели в книксене.

- Так, девочки, у нас полно работы, – герцогиня улыбнулась служанкам. – Вы успели позавтракать?

- Да, ваша светлость, – снова хором.

- Отлично! Тогда приступим. Для начала, Мирада, сходи к экономке и дворецкому, передай, что я их вызываю.

- Не получится, миледи, – вздохнула служанка. – Сходить-то я схожу, но мистр и мистрис сюда никак не попадут, у них нет руны допуска.

- А, ну тогда я сама спущусь вниз, – приняла решение Есения. – Всё равно хотела посетить кухню и пообщаться с главной поварихой.

- На господской кухне главный – мужчина, повар, – осторожно поправила Аниса.

- Значит, пообщаюсь с поваром. За мной!

Служанки переглянулись, но больше ничего не сказали. Только опять синхронно присели в книксене и замерли, ожидая, когда хозяйка сделает первый шаг.

Появление герцогини спровоцировало на кухне небольшой переполох.

- Ваша светлость, вы недовольны завтраком? – встревожился повар – невысокий, кругленький, весь пропахший приправами, мужчина средних лет. – Что именно вам не понравилось, поясните, и я клянусь – больше такого не повторится!

- Нет, всё было замечательно, – живо отреагировала Есения. – Ты…

- Мистр Совье, ваша Светлость!

- Ты, мистр Совье, прекрасный повар! Всё очень вкусно, я довольна твоей работой! И смотрю, – Есения огляделась, – на кухне образцовый порядок.

Тот расплылся в довольной улыбке и даже как-то приосанился, словно за мгновение стал выше.

- Скажи, Совье, – продолжила герцогиня. – Здесь есть кошки?

- Кошки? – повар растерянно моргнул. – А, коты! Кошек не держим, иначе замучаемся избавляться от приплода. Миледи, клянусь, днём они на кухню не заходят. Мы их гоняем, чтобы не трясли шерстью над кушаньями! А на ночь запираем пару здесь, а остальные ночуют в кладовках с припасами. Мыши, знаете ли, так и норовят перепортить всё, до чего дотянутся.

- Где сейчас мышеловы? – продолжала выяснять герцогиня. – Я могу их увидеть?

- Увид… Да, конечно! Гремо, Марыся, Тана! – гаркнул мистр Совье. – Живо найдите всех котов и принесите сюда!

- Миледи!

- Миледи!

Друг за другом, с задержкой в две секунды, на кухню влетели дворецкий с экономкой. И прямо на бегу одна присела в традиционном книксене, а второй поклонился настолько низко, что Есения всерьёз испугалась, что пожилой дворецкий сейчас сложится пополам – разогнётся ли потом?!

Разогнулся!

- О, как хорошо, что вы уже здесь! – с облегчением выдохнула герцогиня. – Я собираюсь осмотреть весь замок, проверить состояние текстиля и остального имущества. Мистрис Льера, правильно?

- Да, ваша светлость.

- Выберите из числа прислуги несколько особенно расторопных и понятливых девушек. Потом продумайте маршрут – откуда, то есть с какой части замка, с какой кладовки или комнаты мы начнём.

- Мистр Кларенс!

- Я весь внимание, миледи!

- Нам понадобится помощь мужчин, думаю, двоих слуг будет достаточно. Покрепче и посообразительнее.

- Будет сделано!

- Надеюсь, – кивнула она обоим. – Можете идти, через полчаса встречаемся в главном холле.

- Миледи, вот коты! – повар дождался, когда её светлость отпустит дворецкого с экономкой, и распахнул двери, впуская вереницу слуг с кошками на руках.

Есения пробежалась по ним взглядом и разочарованно вздохнула – её ночного гостя среди кухонных мурлык не было!

- Это все?

- Да, миледи, все шестеро!

- А других кошек, то есть, котов, нет? Ну, забежала какая-нибудь с улицы? Такая… с белой, длинной, очень пушистой шёрсткой?

- Белый пушистый кот? – нахмурился мистр Совье. – Нет, миледи, белых, тем более пушистых, не держим! Это ж сколько шерсти было бы – и в еде, и в воде, и на одежде? У нас, как сами видите, только самые обычные – серые, с короткой шерстью. Они здесь не для баловства, они для дела, красота им ни к чему. Ещё коты живут при птичнике, при скотном дворе и конюшне, без них там не обойтись. Но те такие же, как эти – полосатые. Потом, они к замку даже не приближаются, что им тут делать? Магия чужих котов внутрь не пустит, как не выпускает наружу тутошних…

- Ясно. Что ж, больше не отвлекаю, работайте. На кухне тоже будет учёт, но в порядке очереди, – Есения с трудом подавила разочарование.

Кот померещиться ей не мог, тем более от него на ноге осталась красная царапина – когда незваный гость не позволил ей покинуть постель. Поцарапал да, но потом так грел, так мурлыкал, словно просил прощения.

Запал в душу, жаль, что пропал – с ним веселее. Да и всё не одна по ночам!

Повар или лукавит, утверждая, что больше кошек в замке нет, или сам не знает, откуда мог прийти белый котик.

«Ладно, с этим я потом разберусь, – решила Есения. – Возможно, он просто забился куда-нибудь и спит. Вечером ещё раз осмотрю покои».

- Может быть, у вас, миледи, есть какие-нибудь особые распоряжения насчёт обеда? – осторожно поинтересовался у хозяйки главный повар.

- Я не люблю варёный лук, – подумав, произнесла герцогиня. – И кисель. В остальном полагаюсь на твой вкус.

В сопровождении горничных Есения пересекла хозяйственное крыло и вышла к главному холлу. Там её уже дожидались отобранные экономкой служанки и два дюжих парня – рекруты от дворецкого. Мистрис Льера толклась тут же, с некоторым недоумением поглядывая на молодую хозяйку.

«Думали, что я буду слёзы лить – как же, супруг провёл брачную ночь с другой? Не дождётесь!» – и её светлость вздёрнула вверх подбородок.

- Миледи, мы готовы, – отрапортовала экономка и показала на толстую тетрадь в руках одной из служанок. – Манила будет заносить сюда всё, что вы, миледи, осмотрели. И ставить возле каждого наименования значки – годно, в ремонт, на переработку или на выброс. Так потом будет легче подсчитать грядущие расходы.

- Разумно, – похвалила её герцогиня.

И добавила:

- Только удобнее сразу разделить списки, чтобы точно ничего не пропустить. Пусть принесут ещё две тетради: в одну вносить хорошее, в другую – то, что требует ремонта, и в третью – не годное. Манила справится одна или ей понадобится помощница?

- Справится, она девка грамотная, неглупая. Вы, миледи, осматривать вещи будете не по три сразу, а по одной. Всё успеем.

- Хорошо. Пора к делу?

- Если вы позволите, ваша светлость, то я посоветовала бы начать с хозяйственного крыла – с самого дальнего склада. Потихоньку будем продвигаться в обратном направлении, пока не обойдём всё крыло.

И они приступили.

Есения только успевала осматривать, разворачивать, ощупывать, в спорных вопросах консультироваться с экономкой и выносить вердикты, а слуги подносили всё новые и новые вещи.

Постепенно по пути следования хозяйки образовывались кучи и стопки, горки и штабеля из перебранного имущества.

Перед глазами девушки каруселью мелькали мётлы и шайки, тазы и вёдра, тюки мочала, пенька, мука, солонина, ткани, ложки… Так, что у молодой хозяйки голова шла крУгом – какой, однако, запасливый и домовитый ей достался супруг! Или это заслуга не герцога, а дворецкого и экономки?

А ещё нельзя было не отметить, в каком порядке содержится замок – испорченных вещей почти не было! Требующие мелкого ремонта встречались, но чтоб совсем ни на что не годные – раз, да и обчёлся. И помещения содержались в почти образцовом порядке. Правда в углу, почти у пола, на одном складе обнаружилась дорожка плесени.

Пришлось спешно склад опустошать, чтобы просушить его тепловыми камнями. Дворецкий, охая – как же мы недоглядели!? – привёл троих работников и сам с ними остался.

- Не беспокойтесь, ваша светлость, всё исправимо! Обработаем мастикой и ещё раз просушим.

Время до полудня пролетело удивительно быстро.

Есения так увлеклась работой, что непременно пропустила бы этот момент, если бы не явились обещанные мужем портнихи. Пришлось прерываться на обед и швейно-тряпичные дела. Через два часа герцогиня с удивлением констатировала – общение с модисткой вымотало едва не больше, чем учёт.

- Поднимите руки, миледи. Хорошо. Теперь наклонитесь. Не жмёт? А так? Хорошо. Выпрямитесь, миледи. Сделаем тут вытачку, а тут чуть распустим…

И так два часа кряду – саржа, панбархат, шёлк, лиловое, розовое, персиковое, льерские кружева, тонская тесьма…

Есения уже не чаяла вырваться!

Наконец, пытка нарядами закончилась, и она смогла вернуться к прерванному учёту.

Когда вечером еле живая от усталости её светлость добралась до своих покоев, она мечтала лишь об одном – лечь и не двигаться.

Но не успела она выдохнуть, как явился слуга и передал, что милорд желает видеть жену за ужином.

- Его светлость приказал передать – в парадном платье, в Сиреневой гостиной, – с поклоном сообщил Рене, личный камердинер герцога. – Я зайду за вами без пяти восемь.

А она так устала! У-у, деспот! Ведь наверняка знал, что за весь день у неё и минутки спокойной не было, милорду не могли не доложить, что его жена затеяла в замке переучёт. Даже обедала параллельно с выбором тканей, то есть на бегу. Мог догадаться, что ей не парадных ужинов.

Вот зачем ему понадобилась супруга на ночь глядя?

Но делать нечего, ослушаться она не решилась. Пришлось спешно принимать ванну и переодеваться, и то Аниса едва успела закончить с причёской миледи всего за десять минут до назначенного времени.

Камердинер явился секунда в секунду. Словно стоял под дверью с хронометром и постучал сразу, как только стрелки достигли нужных цифр.

«Варвар, – бурчала про себя на мужа Есения, – устала так, что ноги дрожат, а глаза сами закрываются, и это я успела за день проверить только четверть этажа одного крыла! Если бы не этот идиотский, никому не нужный ужин вдвоём… Я могла бы давно поесть и лечь в постель, ведь завтра меня ждёт такой же нелёгкий день. И послезавтра, и всю неделю… Как невовремя его светлость вспомнил, что мы женаты и должны соблюдать хоть какую-то видимость отношений!»

И пока ворчала, сама не заметила, как вслед за Рене поднялась на третий этаж.

- Миледи, прошу, – камердинер герцога распахнул перед ней двери и согнулся в поклоне.

Кивнув ему, Есения переступила через порог, и её сердце на мгновение замерло, а потом пустилось вскачь – его светлость уже был на месте.

- Ты пунктуальная, – герцог хмыкнул, встал из-за стола и отодвинул для жены стул. – Это радует! Надеюсь, это не единственное твоё достоинство? Впрочем, сейчас не об этом, присаживайся скорее, я голоден.

С трудом передвигая одеревеневшие ноги, Есения дошагала до стола и села, очутившись… напротив леди Кларисс.

Вот тебе и ужин вдвоём! Ну, герцог!!!

И как бы ни хотелось вспылить и развернуться прочь, пришлось держать лицо. Под ехидным взглядом «особой гостьи» Есения нацепила на лицо дежурную улыбку и дала себе зарок – держаться, не смотря ни на что! Она не доставит этой … леди удовольствия – пусть думает, что молодой герцогине безразлично, с кем и как проводит время её супруг!

Ей же безразлично? К сожалению, не совсем, как бы она не пыталась себя в этом убедить. Но ни герцогу, ни его гостье, ни слугам знать об этом не следует.

- Ну вот, теперь мы все в сборе, – Джонатан развернул салфетку и устроил её у себя на коленях, – и можно наконец поесть! Приятного аппетита, дамы!

- Милорд, положите мне во-он того жаркого, – тут же защебетала Кларисс. – Да, благодарю. И с того блюда кусочек… Да, да, этот!

Есения мельком окинула стол и поняла – аппетит куда-то подевался.

- Миледи, отчего вы не едите? – леди переключилась на герцогиню. – Повар его светлости так старался! В вашем возрасте у девушек прекрасный аппетит, или вы нездоровы?

- Благодарю за заботу, леди! – не выдержала Есения, – Я плотно пообедала и ещё не успела проголодаться. Поэтому ограничусь лишь салатом и травяным отваром. Уверена, что мой повар – к слову, это милейший человек, мы с ним нашли общий язык – такой выбор только поддержит. Знаете ли – наедаться на ночь жирной, жареной, тяжёлой пищей – не слишком полезно для здоровья.

Графиня прищурила глаза, явно собираясь произнести очередную колкость, но Есения не дала ей такой возможности.

- Со своей стороны не могу не отметить, – продолжала герцогиня, и гостье волей-неволей пришлось проглотить рвущиеся с языка слова, – что вы очень храбрая женщина! Даже немножко завидую вашему оптимизму и уверенности в завтрашнем дне!

Кларисс ещё больше насторожилась, герцог стал жевать медленнее. Видимо, чтобы не пропустить момент, когда потребуется вмешаться.

- Я потрясена, – Есения кивком показала на тарелку графини, потом перевела взгляд на бокал вина в руке леди, – в вашем-то возрасте и есть – пить наравне с мужчиной!

Его светлость поперхнулся и закашлялся…

- Вы до сих пор можете себе позволить употреблять за ужином жареное, пить вино и не спать по ночам!

- С чего вы взяли, что я не… сплю? – несколько обескуражено спросила Кларисс.

- Так всё отражается на вашем лице, дорогая гостья – оно выглядит таким…, – она замолчала, будто бы подбирает слова, – помятым! Кожа блёклая, как пергаментная, под глазами тени… Я поражена, насколько мало это вас волнует! Наверное, вы уверены, что у вас ещё есть минимум пара лет, когда можно не сильно волноваться из-за подступающей старости и позволять себе приятные излишества? Я в восхищении, леди!

Кларисс открыла рот, потом закрыла, затем снова открыла, но извлекла из него только нечленораздельные звуки. Леди не могла понять, как реагировать – ведь формально юная негодяйка её похвалила!

- Вы что-то сказали, дорогая гостья? – герцогиня даже вилку отложила, проявляя повышенное внимание. – Прожуйте и попробуйте ещё раз, я постараюсь понять!

- Так, достаточно! – рыкнул Джонатан. – Замолчали! Обе! Есения, вы не голодны? Тогда можете отправляться к себе!

- Как скажете, милорд, – девушка, не дожидаясь, когда муж ей поможет, с достоинством поднялась из-за стола и прежде чем выйти, произнесла:

- Дорогой, завтракать и обедать я предпочитаю у себя. Но надеюсь, совместный ужин в парадной гостиной станет нашей традицией? Приятного аппетита милорд, леди!

И уже на выходе поймала взгляд слуги – мужчина изо всех сил сдерживался, чтобы не рассмеяться. А потом встретился с глазами хозяйки и отвесил ей глубокий, почтительный поклон.

Позади раздался громкий звяк, будто кто-то с силой отбросил от себя нож и вилку.

Есения улыбнулась слуге и, вздёрнув подбородок ещё выше, переступила через порог.