Глава 36

Накануне нашествия гостей леди Есения провела остаток дня в своих покоях, но почти не отдохнула.

Пришлось признать, что отъезд графини мало что изменил.

Может быть, потому, что молодую герцогиню по-прежнему терзала мысль – а что если супруг недоговаривает, и леди Кларисс на самом деле беременна?

Или потому, что герцог выделил для любовницы смежные покои и, пока та отсутствует, запретил в них что-нибудь менять, косвенно подтверждая, что та вот-вот вернётся?

Или потому, что он, не скрываясь, трижды в день уходил к вдовушке, относя для неё очередную корзину, полную вкусных кушаний и лакомств?

Нет, продуктов было не жалко, тем более что еда эта, как всё в замке и, собственно, в герцогстве, или изначально принадлежала его светлости, или была куплена на его деньги. Но от одной мысли, что милорд снова встретится с леди Кларисс, в груди собиралось что-то горячее, почти огненное. И, оставляя нетронутой одежду, выжигало ей сердце.

«Я не могу быть влюблена! – сама себя успокаивала Есения. – Да, герцог – видный мужчина, и когда не рычит, то весьма приятный в общении человек. Но в том-то и проблема, что на меня он рычит слишком часто. И при этом смотрит так, словно я у него что-то украла и не желаю возвращать! Словно он ненавидит меня и мечтает уничтожить.

А иногда, когда милорд думает, что я не замечаю, он кидает на меня странные, полные тоски и тихой грусти взгляды. Словно я для него что-то значу.

В какой-то мере это так и есть – я ведь его жена. Нелюбимая, случайная, взятая от безысходности. От которой он с радостью избавился бы. Да вот беда – без жены он не сможет узаконить ребёнка своей ненаглядной Кларисс… Но что будет с этим ребёнком, и со мной, когда милорд узнает, что я тоже ношу малыша?»

Есения положила ладонь на живот и прислушалась к ощущениям.

Подумать только, в ней растёт новая жизнь! И пусть пока во внешности будущей матери ничего не изменилось, она знает, что уже не одна.

И больше никогда не будет одинока!

- Миледи, приехал тот огненный маг, что подрядился обеспечить праздник фейерверками, – голос дворецкого вернул в реальность. – Он просит встречи с вами, миледи.

- Хорошо, мистр Кларенс, я сейчас подойду. Проводите огневика в Красную гостиную, подайте ему напитки и закуски. И найдите мне мистра Теренса, пусть тоже поприсутствует при беседе.

- Слушаюсь! – поклонился дворецкий и развернулся, собираясь уходить.

- Подожди!

Кларенс замер, будто его подстрелили, и медленно повернулся обратно, состроив озабоченное выражение лица.

- Чем сейчас заняты гости? В замке удивительно тихо, но обед уже прошёл, а до ужина и собственно праздника, ещё далеко.

- А! – с облегчением воскликнул дворецкий. – Они все на заднем дворе! Его светлость ещё ранним утром приказал устроить горки для катания. Слуги нагребли снега, уплотнили его лопатами, облили водой – загляденье получилось, а не ледянки! Все гости там! Мистрис Льера велела выдать всем желающим катанки, и они…

- Катанки?! – вздёрнула бровь Есения. – Что это такое?

- Ну, это такие куски шкур, – пояснил Кларенс, – вырезанные в форме вытянутого треугольника, с веревочной петлёй на остром конце. На мех садится человек и держится за петлю. Катанка скользит кожей по льду, набирая большую скорость. Это очень весело, миледи! И безопасно – мех защищает от ушибов, а петля не даёт шкуре выскользнуть из-под задн… Гм… Прошу прощения!

- Я поняла, – Есения сдержала улыбку и кивком головы отпустила дворецкого. – Не будем заставлять огневика ждать. Ступай!

Кларенс ушёл, а Есения поймала себя на мысли, что ей хочется посмотреть на ледяные горки. У них, в графстве, крестьяне устраивали в поселениях нечто подобное, но катались только дети.

Однако она не решилась настолько явственно показывать, что целая герцогиня интересуется обычными для крестьян развлечениями. Поэтому отправилась не на улицу, а в холл, где часть окон выходила как раз на задний двор.

По дороге ей никто не встретился, значит, все – и гости, и прислуга, из тех, кто не сильно занят или просто улучил минутку – собрались снаружи, у горок.

Молодая женщина приблизилась к окну и с любопытством выглянула – точно, все там!

Несколько минут она с лёгким оттенком зависти жадно наблюдала, как гости один за другим – и подростки, и девушки, и почтенные матери семейств, и даже убелённые сединой лорды! – взбирались по деревянным ступеням к верху рукотворного ледяного склона, плюхались на куски шкур и с хохотом или восторженными воплями съезжали вниз. Там их встречали слуги, помогали встать, поднимали катанку и несли вслед за лордом или леди. Дети же свои куски тащили сами, обнимая, как нечто драгоценное.

Весёлые, разрумянившиеся, пересыпанные снегом и смехом…

Ах, как хочется присоединиться!

Она даже губу прикусила, борясь с почти невыносимым желанием накинуть шубку, сунуть ноги в сапожки и выскочить наружу.

Но увы! Она не просто леди, она – её светлость! Хозяйка… Ей непростительно подобное ребячество. Потом, нельзя забывать и о беременности – а вдруг она упадёт, ушибётся? Или в неё влетит кто-то из других катающихся? Вон, как раз только что столкнулись высокий лорд и юная ле…

В это мгновение лорд в синем камзоле поднялся, отряхиваясь, и Есения забыла, как дышать – это же… это же Джонатан!

Значит, она тут хлопочет, старается, чтобы всё прошло безупречно, а он там развлекается?! Никого не стесняясь, ухаживает за другими леди, мало ему Кларисс? Запретил вчера выходить из покоев – заботился, чтобы его жена хорошо отдохнула или удалил ей, чтобы не помешала хорошо отдохнуть ему самому?!

Прищурив глаза, она смотрела, как супруг помогает подняться девушке, как к ним подбегают слуги. Как заливисто хохочет юная леди и как открыто и весело смотрит на неё его светлость.

В сердце уколола горячая игла, и в эту же секунду Джонатан резко обернулся и посмотрел на замок. Ей показалось – прямо на Есению.

Словно почувствовал взгляд!

Охнув, герцогиня отшатнулась и впечаталась спиной в чьё-то тело. Не успела опомниться, как мужские руки обхватили её за плечи и прижали крепче, останавливая падение.

- Миледи, простите! – прозвучал смутно знакомый голос.

Есения развернулась, одновременно выпутываясь из чужих объятий, и замерла, узнавая – позади неё стоял виконт Гри.

Как он здесь очутился?! Почему он не там, на улице, со всеми вместе?!

- Простите, миледи, – повторил мужчина и сделал шаг назад, увеличивая между ними расстояние. – Я не хотел пугать, но не мог позволить вам упасть.

- Ничего. Благодарю, – прошелестела она, также делая шаг назад.

Виконт был учтив, вежлив и вёл себя безупречно, тем не менее, ей в его присутствии почему-то было не по себе. Ещё при первой встрече, когда она с ним заговорила, Есению не покидало странное ощущение то ли опасности, то ли отторжения.

«И Снежок нервничает».

Герцогиня опустила глаза – Кот на месте. Стоит перед ней, словно закрывая хозяйку от неприятного гостя, и сердито дёргает хвостом.

С ним ей спокойнее, но хорошо, что этот Гри его не видит! Замучил бы её вопросами. Или, того хуже, разболтал о фамильяре другим гостям. А ещё виконт мог бы, Ясноликая, упаси! – рассказать о Коте самому Джонатану…

- Хотите присоединиться? – гость кивнул в сторону окна. – Любите народные забавы?

- Я? Да. То есть, нет! Не хочу. У меня много дел, – уклончиво ответила она, решая, как бы повежливее и поскорее отделаться от виконта.

- У нас много общего, миледи! – немедленно отозвался мужчина. – Я, знаете ли, тоже не являюсь поклонником подобных забав. Это приемлемо для простолюдинов, но чтобы лорды и тем более леди позволяли себе кувыркаться в снегу…

Мужчина пожал плечами, демонстрируя презрение и осуждение.

– Я предпочитаю более утончённый досуг и благородные занятия.

Есения натянуто ему улыбнулась и сделала шаг в сторону.

- Спасибо, что не позволили мне упасть! А сейчас мне нужно идти…

- Разрешите мне вас проводить!

Мужчина двинулся следом, и молодая женщина мысленно поморщилась – отделаться не получилось, а грубить не хочется.

Придётся терпеть липкого гостя ещё какое-то время. Как хорошо, что уже завтра от него и остальных в замке и духа не останется! Правда, вернётся Кларисс, но к этому моменту она, Есения, уже будет по дороге к родному дому.

Поскорее бы!

- Миледи, я и сам хотел с вами поговорить, но сначала не знал, как начать, а потом у меня никак не получалось остаться с вами наедине.

- Что?! – от удивления она даже остановилась. – Что вы имеете в виду? О чём нам с вами разговаривать, да ещё и наедине?

Последнее слово Есения выделила голосом и бросила быстрый взгляд по сторонам.

Действительно – наедине, хоть и посреди лестницы. Ни позади, ни впереди не видно и не слышно ни души.

- О вашем замужестве, – произнёс виконт. – О том, что муж открыто вами пренебрегает, а скоро ваше положение станет совсем невыносимым. Его светлость собирается нанести вам такое оскорбление, какое простить невозможно, но я могу вас от этого избавить.

И сердце Есении подскочило к горлу, а потом с размаху рухнуло вниз…

Теодор внимательно наблюдал за сменой эмоций, промелькнувших на лице герцогини.

«Интересно, как она относится к леди Кларисс? Вряд ли её светлости всё равно, что супруг не только содержит любовницу, но ещё и поселил ту в замке. Причём не где-нибудь в дальнем флигеле, а выделил той смежные со своими покои. Жена не по своей воле вынуждена с этим мириться. Конечно, миледи унижена и оскорблена, просто на людях делает вид, что у неё всё в порядке. Но стоит её подтолкнуть, как прольются реки слёз. Ей ведь и пожаловаться некому! А я выслушаю и поддержу…

И что она почувствует, когда узнает о коварном плане супруга? Ещё большее унижение, ведь герцог намерен выдать бастарда за законного отпрыска. И ей, миледи, придётся принять этого ребёнка, как своего собственного!

В моих интересах так преподнести эту информацию, чтобы герцогиня не рыдала, а разозлилась на мужа и обеими руками ухватилась за предложение отомстить».

- Что вы такое говорите? – растерянно произнесла молодая женщина и попыталась отодвинуться от неприятного гостя. – Мой супруг – образцовый семьянин! И до сих пор не давал мне ни малейшего повода сомневаться в нём или сожалеть, что я ответила ему «да».

- Я понимаю, миледи, сколь странно для вас звучат мои слова, – виконт проигнорировал явное стремление герцогини оказаться от него подальше и снова приблизился к ней, заступая дорогу, – но я не могу молчать! Выслушайте меня, молю!

«Он сумасшедший? – мелькнуло в голове у Есении. – Или… А что, если он как-то связан с тем самым врагом, о котором говорил мой муж? Ясноликая, что же мне делать? И его светлость, как специально, вместо того, чтобы искать своего недоброжелателя, развлекает на улице разных леди!»

- Вы говорите странные вещи, лорд. И я не уверена, что хочу их слушать, – произнесла она вслух, осторожно выглядывая хоть кого-нибудь, кто смог бы разбавить их тет-а-тет.

Любой слуга, поварёнок, мальчишка-подручный – кто угодно! Но увы! – вокруг не было ни души…

– Да и уместно ли мне разговаривать с вами, посторонним мужчиной? Тем более наедине! – прибегла она к последнему аргументу.

- Ваша светлость, я неверно выразился! Говоря – наедине – я имел в виду не встречу в укромном месте, скрытом от любопытных глаз, а приватность беседы. Я не хотел, чтобы наш разговор стал достоянием третьих лиц, вот и всё.

«Как назло, все слуги, как сквозь землю провалились, – продолжила возмущаться про себя Есения. – Вернее, застряли в снегу… И, пожалуй, зря я была настолько предвзята к леди Кларисс – она, конечно, не образец добродетели, но поведение моего супруга зависит вовсе не от наличия у него любовницы! Вот, пожалуйста, графини нет в замке, а его светлость по-прежнему где-то там, а не рядом со мной! Он, похоже, о проклятье и думать забыл. Или, чтобы не мешала ему хорошо проводить время, рассказал мне сказку, при этом открыто предпочитая моему обществу других леди. И если бы мне всерьёз угрожала опасность, то спасать меня… нас… было бы некому».

-Выслушайте меня, умоляю вас! Это не займёт больше пяти минут, – виконт не оставлял попыток её уговорить.

«Он ведь не отстанет! Придётся его выслушать, вдруг он сумеет пролить свет на тайну проклятья? Но этот лорд меня пугает, и если бы не Снежок, – девушка снова нашла взглядом Кота и облегчённо выдохнула – тут он! – я бы рядом с ними минуты не провела!»

- Говорите, но быстро. У меня много дел, – решилась она.

- Спасибо, ваша светлость! – виконт снова поднялся было на ступеньку вверх, но наткнулся на взгляд Есении и отступил назад. – Я буду краток: миледи, возможно, вы этого не знаете, но ваш муж – страшный человек! Он уже свёл в могилу четырёх прекрасных девушек – юных и беззащитных.

- Я знаю, что его светлость до нашего с ним брака был женат четыре раза, – сдержано ответила Есения. – Хотите сказать, что мне уготована участь пятой жертвы?

- Да, ваша светлость, – потупил взгляд виконт. – Но всё ещё хуже, чем вы можете подумать.

- Ясноликая, что может быть хуже смерти? – изумилась молодая женщина, с удивлением отмечая, что после пугающего заявления странного гостя она почувствовала облегчение, а не страх.

- Унижение! – с готовностью продолжил лорд. – Герцог задумал поступить с вами особенно мерзко – его любовница ждёт ребёнка, вы знаете об этом?

- Леди Кларисс? – в горле пересохло, но не от новости о ребёнке, нет.

В голове птицей билась мысль – неужели перед ней тот самый враг?! Вот этот вот – начинающий лысеть безземельный виконт из какого-то глубокого захолустья?!

Верилось с трудом.

Но, с другой стороны, разве он не клюнул на приманку с беременностью графини? А ведь Джонатан затеял её как раз с целью спровоцировать недоброжелателя. Вынудить того действовать…

Значит нужно подыграть. Подыграть и посмотреть, что тот будет делать и говорить дальше!

- Да! Вы не заметили, как ваш муж заботится о ней? С графини буквально пылинки сдувают, она ни в чём не знает отказа. Я видел корзину, которую приготовили для неё на кухне – такие деликатесы даже король видит не каждый день!

- О… Но если, как вы говорите, графиня беременна, – Есения секунду подумала и всхлипнула, от души надеясь, что получилось естественно, – то такая забота оправданна. Конечно же, мне неприятно это слышать, и я немедленно потребую у мужа ответа, но лично мне этот несчастный ребёнок жить не помешает. Я знаю, что у знатных лордов случаются внебрачные дети.

- Случаются, да, – не стал спорить собеседник. – Но в вашем случае всё не так, как бывает обычно. Герцог решил дождаться, когда графиня родит, и выдать этого ребёнка за вашего.

- Что?! – тут и играть не понадобилось, она на самом деле опешила. – Вы с ума сошли, как можно бастарда сделать рождённым в браке? Потом, дети за минуту не появляются, а я не беременна. Можно обманывать слуг месяц, ну два, но не все девять!

- К сожалению, герцог всё предусмотрел, – виконт печально вздохнул. – Полагаю, в ближайшее время он отправит вас куда-нибудь подальше от замка. В какое-нибудь труднодоступное и забытое всеми поместье, чтобы вы там отдохнули от предновогодней суеты и поправили здоровье. Или потому, что здесь затеется ремонт, и в ваших покоях находиться будет невозможно, а другие свободные комнаты также станут непригодными для проживания. Магическая плесень или нашествие жуков – вариантов масса. Главное не способ, главное – повод вас выселить.

- И? – она держала лицо, но внутри неё бушевал ураган.

А ведь герцог легко и едва не с радостью согласился отпустить жену в графство! Неужели виконт прав, и Джонатан…

- Вы поживёте там до тех пор, пока леди не родит, а потом вернётесь в замок уже в качестве молодой матери.

- Я никогда не приму этого ребёнка! – Есения вздёрнула вверх подбородок. – Не понимаю, зачем моему мужу такие сложности, ведь я здорова и вполне могу выносить и родить своего собственного сына.

Баронет мысленно обругал невестку – эта идиотка пытается его убедить, что он, Теодор, лжёт?! Откуда такая преданность изменнику? Дура, как все женщины!!!

Придётся менять тактику.

- Поймите, миледи, – он вздохнул и продолжил тихим голосом, – его светлость испытывает к графине привязанность. А мы, мужчины, так устроены, что хотим детей только от приятной нашему сердцу женщины. Возможно, герцог не собирался обзаводиться бастардом, но вдова забеременела, и он твёрдо намерен признать это дитя. Но обрекать его на участь незаконнорожденного милорд не хочет, а без вашего участия выдать его за вашего сына не получится. Поэтому его светлость сначала отослал графиню, а через некоторое время предложит уехать и вам.

- Я никогда не приму этого ребёнка, – повторила Есения.

- В таком случае, вы умрёте сразу после его рождения. Или в родах, – огорошил виконт. – Не все женщины переживают роды, поэтому никто не удивится.

- Вы хотите сказать, что после рождения ребёнка от любовницы муж меня убьёт?! – прошептала Есения.

- Да. Если вы откажетесь признать малыша своим, то погибнете в родах. Если согласитесь, то какое-то время поживёте, а потом всё равно погибнете. Мало ли на свете бывает несчастных случаев?

– Но… почему?! Он добровольно на мне женился! Если я ему настолько мешаю, а графиня настолько ему мила, мог сразу вести её в храм!

- Проклятье! – глубокомысленно изрёк лорд. – Вы забыли, что над жёнами его светлости довлеет проклятье?! А с вашей помощью Гильермо легко решает все свои проблемы – бастард становится законным наследником, любовница защищена от несчастья, король доволен – род получил продолжение. Его величество тут же закроет глаза на не совсем законное происхождение ребёнка. И простит герцогу вашу гибель, если вы не смиритесь, и милорду придётся помочь проклятью от вас избавиться.

- Ясноликая!!! И… что мне делать? – сейчас она почти не играла – от откровений виконта стало по-настоящему страшно.

- С моей помощью, миледи, – вкрадчиво произнёс лорд, – вы не только отомстите вероломному супругу, но и спутаете все его планы. Уничтожите разлучницу, и её ублюдок никогда не станет наследником герцога! Если готовы отомстить, то прикоснитесь к этому кольцу. Артефакт скрепит наше соглашение.

И виконт протянул к ней руку.