2024 год

Погода – дрянь, настроение – еще того хуже. Только успел немного поспать после суток и собрался на тренировку, как начальник отдела припахал к трудовой деятельности.

– Я вообще-то на лед собрался, сезон открывается, зима на носу, – недовольно пробурчал в трубку Николай. – Ты сам говорил: надо форму поддерживать, хоккей – это наша национальная гордость, все такое. Ребята же занимаются, ну Сань, имей же совесть, у меня законный отсыпной!

– Прекращай ныть, – ответил безжалостный начальник, который умел в нужные моменты очень ловко вспоминать, что знает Николая с детства, потому что дружил с его старшим братом. А вот в другие моменты умел так же ловко забывать об этом. – Парни и без того зашиваются, подключайся, а хоккей без тебя не пропадет. Давай звони Пете, он даст тебе вводные.

Ну ладно, раз у них там Петька за старшего, тогда жить можно. Петька свой в доску, с ним легко договориться, он парень без гонора, если что – всегда прикроет. Николай позвонил, информацию получил и заодно выторговал для себя два часа на тренировку.

– Коль, только по чесноку два часа, лады? – сказал Петя. – Вечером отчитываться. Так что не надо никаких «принять ванну и выпить чашечку кофе». Обещаешь?

– Гадом буду, – заверил коллегу Николай. – После льда сразу в адрес, даже сумку с формой домой не потащу.

– Ой, вот только не надо героя из себя строить, – фыркнул в трубку Петр. – Сумка твоя отлично поживет в машине, тяжести таскать не придется.

– Так машина в ремонте, я ножками, – с досадой пояснил Николай.

Капитан Николай Кайдаш не был фанатом своей работы, службу нес ни шатко ни валко, но с симпатичными ему операми готов был даже сверхурочно повкалывать, ибо больше всего на свете ценил хорошую компанию и вкусную еду.

Выйдя из Дворца спорта после тренировки, он вызвал такси, кляня про себя того недотепу, который позавчера въехал ему в бочину. Машину пришлось гнать в сервис, и неизвестно еще, когда сделают, с хорошими материалами нынче проблемы. Придется тратиться на такси.

Опорный пункт полиции находился неподалеку от нужного адреса, всего через три дома. В кабинете сидел молоденький младший лейтенант Дима Бажин, только пару месяцев назад назначенный на должность помощника участкового уполномоченного.

– Здоров, Митяй, – поприветствовал его Кайдаш. – А где твой старшой?

– Где-то на территории.

– Ладно, тогда ты за него. Мне нужен, – капитан достал телефон и открыл сообщение, полученное от Петра, – Пашутин Юрий Константинович, дом семнадцать, квартира сорок. Есть на него что-нибудь?

– Ща глянем, – бодро отозвался Дмитрий Бажин и застучал по клавиатуре. – Да, есть такой, шестьдесят восьмого года рождения, прописан по адресу с две тысячи восьмого, собственник.

Он поднял на капитана глаза, вдруг ставшие отчего-то испуганными.

– Наш ветеран, полковник полиции в отставке, был начальником отдела в главке МВД. Ни фига ж себе! А я и не знал, что на нашей территории такие люди проживают.

– А и знал бы – так что? Помощи попросил бы в раскрытии преступлений? – поддразнил его Николай. – За советом бы к нему бегал? Ветеран – хромая лошадь, списанный инвентарь. Собирайся, пойдем к нему, побазарим.

Вообще-то никакие напарники Кайдашу не были нужны, обычное дело – опросить свидетеля. Но Николай страшно не любил делать что-то один, ему всегда нужна компания, вдвоем веселее.

Дмитрий с готовностью выключил компьютер и начал одеваться.

– А что с ним не так, с этим ветераном? – с жадным любопытством спросил он. – О чем будем разговаривать?

Два месяца работы в должности помощника участкового показались ему смертной скукой, и младший лейтенант мгновенно загорелся возможностью хоть на миллиметр приблизиться к настоящей оперативной работе вместе с настоящим сотрудником уголовного розыска.

– Это по трупу Золотаревой. Она же в семнадцатом доме жила, забыл? Эх ты, зелень непролазная. Ты должен был сразу на адрес среагировать, как только я его назвал, – снисходительно заметил Николай.

Рядом с неопытным младшим лейтенантом Кайдаш казался себе матерым сыскным волком, и это чувство ему очень нравилось.

– А что, они были знакомы? – удивился Дима. – Она же молодая девчонка, а он – пенсионер, что у них общего-то? Или они вместе были?

– Вместе, но не так, как ты подумал. Опросили подруг Золотаревой, они сказали, что эта… как ее… Анна, что ли… нет, Анисия, так вот, она была антимошенницей, у нее даже свой канал был где-то на Дзене. Они вместе с Пашутиным ролики записывали.

– Ну и что? – не понял Дима Бажин. – Там же вроде задержали ее парня, его по камерам вычислили, они в вечер убийства ссорились у входа в лесопарк, она ему по морде закатила, это на камеры попало, а рано утром ее в этом парке и нашли. Значит, он за ней пошел и убил. При чем тут ветеран?

– А ты у моего начальства спроси при чем, – сердито откликнулся капитан. – У них задержанный есть с мотивом, а им еще что-то нужно. Дескать, если Золотарева со своим соседом часто общалась, то, может, рассказывала, что ее парень ей угрожал, применял насилие или еще что. Короче, обычная рутина, чтобы на суде по мере пресечения не выглядеть совсем бледно. Усвоил? Учись, пока я жив.

Подошли к нужному подъезду, Бажин открыл дверь универсальным ключом, поднялись на третий этаж, позвонили в сороковую квартиру. Никто не открыл, за дверью тишина. Позвонили еще раз, настойчивее, но результат оказался тем же. Ничего необычного. Крайне мало шансов застать дома человека, с которым предварительно не договаривался о встрече. Можно с чистой совестью развернуться и уйти. Но Петька сказал, что вечером придется докладывать начальству, значит, нужно иметь в резерве хоть какую-то информацию. Придется отрабатывать как положено.

Кайдаш снова посмотрел в сообщение, где были указаны номера домашнего и мобильного телефонов ветерана Пашутина. Набрал домашний, звонки слышны через входную дверь, но трубку никто не поднял. Набрал мобильный – то же самое, звонки слышны, ответа нет.

– И чего делать? – негромко спросил Бажин.

– Ждать, – с умным видом пояснил Николай.

– Долго?

– Минут пять примерно.

– А потом что будет?

– Потом я снова позвоню на мобильный. Если у Пашутина рыльце в пушку и он от нас прячется, то поставит мобильник на беззвучку или вообще выключит. Он же понимает, что если сначала звонили в дверь, а сразу после этого звонят оба телефона, значит, за дверью кто-то стоит по его душу. И этот кто-то очень настойчивый. Лоханулся, не убрал звук у мобильника, и теперь он эту ошибку будет исправлять. Вот мы и узнаем через пять минут, дома он или нет.

А что? Оказывается, приятно учить жизни таких несмышленышей, как младший лейтенант! Даже в кайф.

Выждав несколько минут, Кайдаш снова позвонил. И снова через дверь слышалась мелодия мобильника. На самом деле ни о чем особенном это не говорило. Человек может сидеть в туалете, принимать душ, уйти, в конце концов, по делам, забыв телефон дома. С молодыми такого случиться не может, телефон всегда при них, даже в сортире, а с пенсионера что взять? Вообще-то этот Пашутин шестьдесят восьмого года рождения, ему сейчас… сколько же? Считать в уме было лень, Николай быстро набрал цифры на калькуляторе, получилось 56. Да нет, не такой уж он и старый, Колина мать даже старше, а с мобилой не расстается, буквально из рук не выпускает, о том, чтобы уйти куда-то без телефона, и речи быть не может.

Он позвонил в квартиру рядом с пашутинской. Не открыли. Оно и понятно, рабочий день, никого нет. Позвонил в другую, расположенную напротив, на этот раз ему повезло, открыла пожилая женщина в очках и теплом халате, надетом поверх спортивного костюма. Увидев двоих мужчин, один из которых был в полицейской форме, не испугалась, только отступила на шаг.

– Чему обязана?

Они представились, оба показали удостоверения.

– Нам нужен ваш сосед Юрий Константинович, – сказал Кайдаш. – Что-то он не открывает… Не знаете, он надолго ушел?

– Юра? Понятия не имею, где он, я его уже дня два не видела и не слышала.

– А что вы обычно слышите? – заинтересовался Николай. – Разговоры, шум, громкая музыка?

– Да вы что, какая музыка! Юра вообще тихо живет, к нему редко кто приходит, но я всегда слышу, когда он дверь открывает или закрывает, у него замок такой громкий, слышно, когда он дверь захлопывает. У нас, сами видите, коридор длинный, гулкий, – она улыбнулась.

– Значит, в последние два дня вы не слышали, чтобы его дверь хлопала? – уточнил капитан.

– Не слышала. Но я же не все время дома… Я думаю, он, наверное, запил.

– Запил? – удивленно переспросил Дима Бажин. – Он что, злоупотребляет?

– Понятия не имею, пьяным я его не видела. Но после того как Анисию с четвертого этажа убили, вполне мог в запой уйти, они ведь дружили, ролики вместе записывали. Вы же из-за Анисии его ищете, правильно?

– Верно, – кивнул Кайдаш. – Надеялись узнать о ней поподробнее.

– Такая славная девочка, – женщина горестно вздохнула. – И канал у нее хороший, я всегда слушаю, от этих мошенников просто спасу никакого нет, раз в три дня обязательно какая-нибудь сволочь позвонит, а то и чаще. Убийцу нашли?

– Ищем, работаем, – уклончиво ответил Николай.

Они вернулись к квартире Пашутина и снова позвонили в дверь и на оба телефона.

– Слушай, а если он и вправду в запое? Спит мертвым сном, ничего не слышит, – предположил Дима. – И непонятно, когда он протрезвеет.

– Учись, младенец, смотри, как старшие товарищи работают, – произнес капитан Кайдаш и полез в карман.

Набор отмычек он всегда носил с собой. Мало ли как жизнь повернется, надо быть во всеоружии.

– Ты что творишь? – в ужасе зашептал Дима. – Он же свидетель, а не подозреваемый, мы не имеем права…

– Чихал я, – невозмутимо ответил Николай. – Если замок хлопает, значит, он открывается на счет «и». Учи матчасть, сынок. Если клиент не в кондиции, мы сразу уйдем, только убедимся, что он никуда не скрылся. А если его нет, будем принимать меры, чтобы либо дождаться, либо найти. Но в любом случае надо точно знать, в квартире наш ветеран или нет. Здесь два замка, верхний с кондачка не откроешь, а с нижним можно попытаться. Видишь, ручка круглая? Если соседка слышит щелчок, значит, там фалевая защелка, это намного проще. Снаружи ставят круглую ручку, чтобы никто не смог войти, а изнутри ручка обычная, нажал – и вышел. Вдруг повезет, и дверь закрыта только на нижний.

Он присел на корточки, полминуты повозился с отмычками и бесшумно открыл дверь. Свет горел и в прихожей, и в комнате, дверь в которую была открыта. Капитан Кайдаш и младший лейтенант Бажин на цыпочках вошли в квартиру. Мертвая тишина, пьяного храпа не слышно. Они сделали несколько осторожных шагов в сторону освещенной комнаты и застыли.

То, что они увидели, им очень не понравилось.