ГЛАВА 14

– В-в смысле? – я на всякий случай от него отодвинулась.

А то, кто знает, что на уме у этого маньяка. Особенно теперь, когда зидрен убрал свою защиту и сам убрался…

Так…

А чего я паникую? Не могла же мама оставить меня с этим... Если бы мне угрожала хоть малейшая опасность.

– К-куда?

– В Либиум, – улыбнулся эддрен, так, будто мы сидели в моей квартирке на Перуне, и он предлагал пройтись до ближайшего супермаркета. – Размяться хочу.

А… Эм…

И зачем спрашивала?

Куда ещё отсюда можно выйти?

– Хорошо, – я тоже улыбнулась, хотя пальцы слегка подрагивали. – Иди погуляй. А я отсюда на тебя полюбуюсь, – и демонстративно потянулась к цилиндру.

Харагдар перехватил моё запястье, но тут же отпустил.

– Предлагаю вместе.

– Ты сбрендил? Или… На фугрии завалялся скафандр?

– Лучше, – он подмигнул мне, так по-человечески и словно заговорщик. – Идём, не пожалеешь.

– Нет уж! Я…

– Со мной тебе ничего не грозит.

Свежо предание!

– Да? А кто пытался вытащить меня наружу со станции?

Он вздохнул.

– Прости, но я правда ошибался… И ни за что не причиню тебе вреда.

Скептически усмехнулась.

– И отвечаю за твою безопасность перед королевой… Если это тебя убедит. Жить мне ещё не надоело.

Это уж точно!

Мама ему всю чешую обдерёт и голову снимет, ежели со мной что-то случится.

Бррр…

Я зажмурилась, прогоняя жуткие видения.

И на самом деле… Любопытство меня донимало и подкидывало авантюрные идеи… Стоит ли соглашаться? А почему, нет? Всегда могу отказаться.

– Ладно, неси свой скафандр и пойдём.

Он с готовностью вскочил.

– Подожди здесь, я сейчас!

И умчался, но вскоре вернулся. Теперь из одежды на нём был только серебристый комбинезон – от шеи до пят, включая пальцы на ногах. Открытыми оставались только лицо и кисти рук.

И… Всё…

– А… Где? – я растерялась.

– Что? – он уселся рядышком.

– Скафандр!.. Или… Хочешь, чтобы я вышла наружу не защищённой?

Мои самые худшие подозрения подтвердились!

Меня заманивали в ловушку…

– Ничего подобного, – он нахмурился и даже вроде бы оскорбился.

Увидел мои мыслеобразы?

Отныне я без зидренской защиты.

– Всё, что нужно здесь, – эддрен провёл ладонью по серебристой «шкурке».

– Где?!

Издевается, что ли?

– Покров, – он взирал на меня как на неразумное дитя и вдруг спохватился:

– Ох… Адунэ-лу, прости. Королева тебе не объяснила? Это знает любой ребёнок на Гритте.

Тут впору обидеться, но я не стала.

– Покров?

– Да, на мне... Естественное выделение организма. Его производят особые… иммунные клетки, как …

Харагдар протянул мне ладонь тыльной стороной вверх и через мгновение у него на коже выступило несколько прозрачных капелек, а спустя секунду они напоминали ртуть.

– Пот! – воскликнула я.

– Что? – он удивлённо смотрел на меня.

– Люди потеют – через поры на коже от высоких температур выделяется жидкость… А вы, как будто ртутью или серебром.

– Ртуть?

– Ну… Химический элемент, металл… Токсичный, – я испуганно уставилась на эддрена и невольно отстранилась.

Харагдар улыбнулся.

– Покров не токсичен, наоборот. Он защищает от излучений Либиума и стужи…

– И дышать позволяет?

– В момент консервации выделяет резервный кислород, но это в экстренных случаях… А этот… «пёт»… Зачем?

– Эм-м… Когда жарко, то человек потеет. Это важно для терморегуляции.

– И люди этим управляют?

– Нет, это физиологическая реакция.

– О… Гриссары способны вызывать у себя покров. Этонам он без надобности, а гритонов зачищает в открытом космосе. В критических ситуациях это происходит автоматически.

– Я не гритон, то есть не совсем…

Он кивнул.

– Поэтому я обеспечу тебя своим покровом, – стряхнул накопившиеся капли в ладонь, а затем ещё и ещё, пока у него в руках не оказался целый ком этого вещества.

– Раздевайся…

– Чего… – я поперхнулась.

– На одежду он не ляжет, только на кожу.

– Прямо здесь? Полностью?

– Если стесняешься, ступай в каюту.

– А… Как я его надену?

– Приложи вот сюда, – он похлопал себя по ложбинке между ключицами.

Я сперва осторожно дотронулась до серебристого комка кончиками пальцев. Он зашевелился – такой живой, тёплый и мягкий… Приятный.

Я отдёрнула руку.

Харагдар улыбнулся.

– Тебе нравится, но непривычно.

Ничего от них не скроешь!

– Я провожу, до каюты, и ты переоденешься.

По дороге он высказал предположение:

– Возможно, ты способна продуцировать покров, просто не умеешь. Остаётся автоматически, но, чтобы это проверить, ты должна…

– Не надо! – Ясно, к чему он клонит, но экспериментировать не собираюсь. – Я не полезу в космос без защиты и тем более голой, – и прыснула от смеха.

Нервно…

Харагдар серьёзно кивнул.

– Не стоит рисковать…

Что-то мне подсказывало, что он чего-то недоговаривал.

Пока что…

Я заперлась в каюте, а эддрен послушно ждал за дверью в коридоре. Сняла одежду, искоса поглядывая на серебристый колобок, лежащий на столике цилиндра… Словно он мог куда-то укатиться, пока я стягиваю с себя посольскую форму. А после… С опаской взяла его обеими руками, сделала всё, как велел Харагдар… И меня моментально обволокло плотной гуттаперчевой массой от самого подбородка до кончиков пальцев рук и ног…

Ва-ау!!! Кто-то угадал мой размер?

Поначалу я думала, что покров похож на гель, но, оказалось, на гидрокостюм, только почти не ощущался кожей…

Я развернула зеркальное полотно над цилиндром и критически оглядела себя с макушки до пят. Вроде нормально… И выпуклости не сильно выпирают. В отличие от эддреновских.

М-да…

Так, а голова?

Ладно, эддрен плохого не посоветует, наверное, сейчас и узнаем.

Я вышла из каюты и наткнулась на Харагдара, который протягивал мне прозрачный шлем – такой же, как у зидрена.

– Надень.

– Но… А герметичность?

– Покров обтечёт его герметичным воротником.

– А из чего…

– Это тоже покров, только видоизменённый и застывший…

– А-а… – я подняла шлем над головой.

– Не сейчас, перед выходом в космос.

В шлюзе эддрен помог мне и с этим справиться, попутно предупредив.

– Переговариваться мы не сможем, но гриссарам это и не обязательно.

– Вы общаетесь картинками?

Он кивнул, а я спохватилась:

– А дышать чем?

– Слева на шлеме резервуар... Видишь?

– Ага.

– Внутри – губка, преобразующая углекислый газ в кислород. Подыши вначале активно и поймёшь.

– А справа?

– Подсветка… Сейчас там более-менее светло, и она тебе не понадобится, но, если что, просто коснись.

С его помощью я надела шлем правильно и не задохнулась.

Харагдар отворил шлюз, оставив лишь прозрачную завесу поля и вышел первым… Я чуть не зажмурилась от страха. Вернее, хотела бы, но не смогла. Вместо этого таращилась во все глаза. И… Не знаю, чего я ожидала. Наверное, ломающихся костей, лопнувшей кожи, разорванных мышц и сухожилий. Что эддрена буквально вывернет наизнанку, но…

Когда он преобразился…

Ничего такого…

Просто рассыпался.

Вернее, сначала серебристым и каплями с него слетел покров и растворился в Либиуме, а затем… Эддрен весь раздробился на молекулы, как будто разноцветные конфетти… Так, словно не состоял из плоти и крови…

Крик застрял у меня в горле, сердце затрепыхалось как сумасшедшее, кровь шумела, стукаясь о барабанные перепонки… И частицы вновь соединились, но уже в иную структуру. Харагдар предстал передо мной целиком – в облике этона. И протянул мне руку. Помедлив секунду и стряхнув оцепенение, я с холодком в груди шагнула в пустоту…

Эддрен подхватил меня и прижал к себе… Некоторое время мы летали вместе, пока я привыкала. И любовалась вселенной.

«Бесподобно!» – хотелось воскликнуть, но я лишь молча наслаждалась увиденным…

Пусть тоже это почувствует!

Фугрия давно мерцала где-то вдалеке туманным маячком… Под ногами распростёрлась пёстрая чаша туманности с редкими огоньками звёзд, а сбоку разливалось зарево Гриссолона над опрокинутой в бездну синью Гриаллона…

Наконец, я осмелела и оттолкнулась от Харагдара и…

Всё вокруг замельтешило, замелькало, я беспомощно барахталась и вертелась, пока не зарябило в глазах. Либиум засверкал всеми цветами радуги… Эддрен поймал меня и больше не отпускал. Я беззвучно смеялась, обнимая его и дыхание постепенно выравнивалось...

Обрывки разноцветных паззлов в голове сложились в хоровод образов – мы с Харагдаром облетаем планету… Я и пискнуть не успела, как он закинул меня себе на спину и…

Мы помчались!

А что он попутно вытворял со своим хвостом…

Закручивал штопором…

Сплющивал, распластывал, выгибал, и я скатывалась оттуда как с горки, но эддрен ловил меня и снова сажал к себе на хребет…

Не знаю, сколько мы так развлекались. Он умел перемещаться мгновенно, высекая из Либиума искры или скользить плавно, медленно покачиваясь на невидимых волнах… Затем перевернулся на спину, и я устроилась у него на груди, словно на живом плоту и ощущая, как перекатываются мускулы под чешуёй, испытывала странные чувства…

А он показывал мне чудеса космоса…

И это действовало посильнее любого зова, разливаясь щекоткой по телу под серебристым покровом… Я учащённо дышала и получала отменную порцию кислорода из преобразующей губки…

Мозги прочистила! Будь здоров…

Временами я ловила себя на том, что…

Вот бы летать так вечно!?

Рядом с ним или в его объятиях или… Какая-то непостижимая часть моей гриссарской натуры взывала к нему, или он к ней… И меня тянуло…

Не знаю… Но мне не хотелось возвращаться.

А пришлось…

Харагдар доставил меня обратно на фугрию, на руках водворил в шлюз… Голова кружилась, перед глазами всё расплывалось, полыхая разноцветными пятнами… Эддрен опустил меня на платформу трапа, я покачнулась, но он подхватил, не позволив упасть и снял с меня шлем.

– Ты как?

– Ничего… – попыталась сфокусировать взгляд и мне это почти удалось. Лицо Харагдара выглядело чётким.

Он встревоженно переспросил:

– Всё в порядке?

– Норм… Слегка дезориентирована…

Сама не понимаю, как я это выговорила. Хотя по-гриссарски звучит короче.

Харагдар кивнул.

– Адаптируешься.

– С непривычки, наверное… – выдохнула я. – Скоро пройдёт.

Зато в Либиуме я ощущала себя как рыба в воде.

Это нормально?

Или моя гри-половина там внезапно включилась, а тут выключилась.

– Неплохо для человека, – улыбнулся он.

– А для гритона?

– Тоже… Но это лишь первый раз.

– А будет второй?

– Хочешь? Понравилось?.. – эддрен придвинулся теснее, прислонив меня к переборке.

– Не то слово, восхити… – прошептала ему в губы, и он накрыл мой рот своим, заглушив и вобрав в себя все восторги.

А потом мы целовались и целовались, до потери дыхания, до учащённого пульса, до беспамятства…

«Я целуюсь с комическим дьяволом!» – оглушило мыслью.

Испуганно дёрнулась, он отпрянул, но тут же захотелось снова привлечь его к себе, до мучительного зуда… Запустить пальцы в закрученные пряди волос и… Он разглядывал меня в ответ и прерывисто дышал. Но это уже не пугало, скорее будоражило...

– Ты прав… Это мой первый раз, – я хихикнула. – И теперь ты обязан на мне жениться.

– Что? – изумился Харагдар, аж позеленел. – «Женись-ся»? Это как?

Я растерянно моргнула…

– Он искренне не понимает, – раздался голос королевы, я вздрогнула, а эддрен отшатнулся, перегородив собой половину шлюза.

Мама вернулась…

И как давно? И как долго она тут находилась? И что видела?!

Щёки так и пылали.

– У гриссаров нет института брака, – пояснила Илиола, приближаясь ко мне. – Да и такого понятия тоже. Семья, да – гриаллитум, чтобы контролировать связи и не допускать близкородственных. Но у гри это естественная регуляция, как и общение образами, и продуцирование покрова. Плюс, механизм распознавания согриаллов…

Я пребывала в прострации…

А Харагдар, вопреки ситуации, виноватым не выглядел. Наоборот, как будто воодушевился.

Странно… Почему мама не укокошила его на месте?

Королева смерила этона насмешливым взглядом и тихо проговорила:

– Ещё раз устроишь подобное, хвост оторву.

После чего он заметно сник и утратил победоносности.

– Приведи себя в надлежащий вид, – велела ему адунэ-дарри. – И тащи сюда Лаиму.

– Как угодно, моя королева.

Харагдар поклонился и покорно вышел обратно в космос.

Но мама не трансформировалась в гритонку.

– Лаиму ещё сопровождать, – объяснила она. – Кстати, я заручилась поддержкой гринелл… Так, а ты, милая, иди-ка переоденься.

– Но... Как это снять? – я прикоснулась к покрову.

– Потяни вниз и само сползёт. После приходи в кают-компанию. Поговорим.

Предстоящий разговор напрягал, но следовало поскорее расставить все точки над «Ё». Потому что этот нахальный гриссар начинал мне… Что? Нравиться?!

Непостижимо!

Мама ждала меня в рубке-сфере. Я села напротив неё.

– Руся, не буду читать тебе нравоучений, – вздохнула она. – Ты взрослая девочка. Но хочу предостеречь от иллюзий и разочарований.

– Мама, я действительно уже взрослая и сама решу…

Криво улыбнулась и вдруг поймала себя на том, что Лаима считала так же.

– Всё же выслушай… С позиции моего опыта и принадлежности к этой культуре… Для тебя она чужда, как если бы ты решила влюбиться в… Звездолёт.

– Ни в кого я не влюбилась!

– Доченька, – мама покачала головой. – Я всё вижу.

Ну да.

Все картинки в моей дурной башке…

– Интересно… Раньше ты тоже подсматривала, что творится у меня в мозгах?

Она пожала плечами.

– Иногда… И даже старалась этого не делать, уважая твою человечность и соблюдая границы, но… Я же мать!

Воистину!

Я не в курсе, какие у гри отношения между родителями и детьми, хотя, если судить по Ниялидам, не слишком тёплые. Однако…

Я припомнила некоторые моменты из своей домашней жизни…

Гм!

Мама узнавала о моих проблемах далеко не последней… А я ещё удивлялась, почему вдруг мои обидчики начинали обходить меня десятой дорогой и боялись Серафиму Волину как огня. И что за образы она им там внушала? Но теперь понятно… И дела у отца всегда шли отлично, особенно если мама в них участвовала. Видела все подводные камни…

– Так вот, девочка моя… Ты вправе выбирать сама, но уверяю, что лучше будет тебе вернуться на Ладу, когда вся эта катавасия закончится и всё устаканится, или на Перун. Встретить обычного человеческого парня, полюбить, выйти замуж, родить ребёнка… Всё как у людей. А Харагдара забыть.

У меня в голове не укладывалось, как она может так рассуждать. Она же гриссарка! Но именно от гриссарского уклада и сбежала. А я…

Я не хочу!

Меня всё устраивает!

Вернее, я хочу большего… Много, всего и сразу! Мой мир – это не только Лада с Перуном и даже не Велес и прочие планеты Союза. А… Весь космос, Либиум, поток и… Вселенная… Меня влечёт к другой жизни. Манят иные горизонты…

Сердце выпрыгивает, как представлю своё путешествие на Гритт. А моя прогулка с Харагдаром? Он подарил мне космос…

И от этого взять и отказаться?!

Комок застыл в горле…

– Пойми, вы чересчур разные. Сейчас он очарован тобой, но это не значит, что вы останетесь вместе.

– У людей тоже так бывает…

– Да, но… У гриссаров это норма. Ты не способна переродиться. А когда он поймёт, что никогда не продолжится с тобой, то… Ответит на зов какой-нибудь этари и тогда…

Боль и безысходность…

– Так далеко я не заглядывала. Мне просто интересно.

– Конечно, свежие впечатления, гри-инстинкты, но… Пощади своё сердце, оно у тебя человеческое…

– Адунэ-дарре! – в сферу ворвался эддрен в гритонском серебристом прикиде. – Лаима пропала!

– Как это пропала? Когда? Куда?!

– На фугрии её нет, я всё обыскал…

– Хгеррр! – Илиола выдвинула цилиндр и запустила трансляцию, обшаривая датчиками космос…

И вскоре наткнулась на едва приметную фигурку.

В отражённом свете Гриаллона, на фоне туманности и созвездий зависла она… Капельки покрова слетали с неё серебристыми брызгами…

Первой опомнилась мама и рванула к шлюзу, а Харагдар с криком:

«Спятила!»

Кинулся за ней.

А я смотрела, впав в оцепенение… И молилась про себя:

«Только бы они успели…»

Рой серебристых крупинок иссяк, растаяв в космосе… Лаима покрылась рябью и рассыпалась… Королева не долетела до неё совсем чуть-чуть… А разноцветные конфетти закружились в темноте, свиваясь в линии, пытаясь соединиться…

Я всё ждала, сжимая от волнения кулаки, что они вновь соберутся, уплотнятся, скомпонуются и перестроятся, как у Харагдара…

Вот-вот…

Лаима переродится в этари!

Но… Этого не произошло. Постепенно частички поблёкли и канули в Либиум. От Лаимы не осталось и следа…