ГЛАВА 4

К Велесу я прибыла совершенно измотанная морально. Видимо, зидрен это понимал и потому дал мне время на адаптацию. На посольской орбитальной станции мне выделили отдельную каюту, предоставили всё необходимое для минимального комфорта и оставили в покое до следующего условного утра.

Я бездумно таращилась в овальное окно-иллюминатор сидя на низенькой софе, расположенной прямо перед ним. Шершавая поверхность планеты, а местами и вовсе похожая на каменную щётку, тускло и безжизненно отражала скупые на ласку лучи далёкого светила.

Велес…

Недаром он считался самым суровым и загадочным в нашей звёздной системе. Там постоянно царил полумрак, а на полюсах господствовала вечная тьма… Ярило отсюда выглядел не больше ёлочного шарика, а сиял не ярче новогоднего фонарика…

До сих пор мне не доводилось здесь побывать. Велеса я видела только на голографических открытках. И даже тогда его сумеречные, едва обведённые серебристым абрисом скалы вызывали инфернальное уныние и внушали трепет перед величавым безмолвием вселенной. А сейчас…

Горло сжимали спазмы от страха перед будущим и восторга перед грядущим… Я ни за что бы не сумела описать это странное чувство, а только время от времени тревожно ёрзала и отчаянно хотела погреть озябшие от волнения ладони о горячую чашку с чаем, которого мне никто не предложил… Гри! Чего с них…

«Тли-бли! Тли-бли!» – громкое и пронзительное верещание разорвало тягостную тишину.

Я вздрогнула, чуть не приложилась башкой к иллюминатору, пока сообразила, что встревоживший меня звук исходит из моего коммуникатора.

Адовы конюшни! Когда я успела поставить этот дурацкий рингтон?

Да, иногда в критические моменты вспоминалась, к слову, ненормативная животноводческая лексика.

Я приняла вызов даже не глядя.

– Счёл нужным предупредить, хидрен.

Посол!

– … О своём визите…

Как официально!

– Это значит, я стою у тебя на пороге… Отопри дверь.

А я её заперла на замок? Не помню…

– Я бы и сам открыл, но руки заняты.

Значит, не заперла. Впредь постараюсь не допускать такую оплошность. Когда он уйдёт. Но не впустить его я не могла. Он же мой начальник. Как бы.

Через минуту зидрен вошёл в мою каюту. То есть сперва туда вплыл начищенный до блеска металлический поднос, нагруженный контейнерами и кувшинами, а затем и сам посол.

Он тут же сгрузил свою ношу на столик, а переборки за его спиной захлопнулись.

– Ужин тебе принёс, – с улыбкой сообщил Драгаран.

Я ошеломлённо присела на стул прямо перед грудой пластиковых коробок, недоуменно взирая на зидрена. Но шпильку ему всё-таки подпустила:

– С каких это пор послы, да ещё такого высокого ранга стюардами подрабатывают?

– Не дерзи, – всё так же улыбаясь осадил меня он, выхватил откуда-то из-под полы своего мундира прозрачный стакан, наполнил бесцветной жидкостью из кувшина и протянул мне.

– Пей.

– Что это? – я с любопытством разглядывала подношение, но взять опасалась.

– Вода, – без обиняков ответил посол.

– Что за вода? – я всё же приняла стакан у него из рук, поднесла к носу и принюхалась… Пахнет, как будто… Солями, но… Обычная вода же пахнуть не должна… Или?.. Я ничего не понимала в гриссарской воде.

– Минеральная, – подтвердил мои догадки зидрен, уселся напротив меня на другой стул и скрестил на груди руки.

А, была не была! Не отравит же он меня в самом-то деле. В первый ж день моей службы, по крайней мере. Иначе зачем всё это, спрашивается, затевать?

Я осторожно отхлебнула… Действительно, минеральная, хоть и без пузырьков, слегка солоноватая, но не с раздражающим, а даже приятным привкусом и вместе с тем чуть сладковатое и освежающее послевкусие… М-м-м… И ещё глоток…

– С источников Велеса, – добавил посол, и я едва не поперхнулась и всё что на успела набрать в рот фонтаном хлынуло в него. А он даже не дёрнулся и не моргнув глазом протянул мне салфетку. Вытерев себя, а заодно и стол, попутно преодолев искушение высушить зидрена, хотя на него мало что попало, в основном на контейнеры между нами, я заикаясь выдала:

– Т-то ест-ть… К-как эт-то? На Велесе есть вода?

– Да.

– Быть того не может! – выпалила я, подозревая, что он меня разыгрывает, но Драгаран выглядел предельно серьёзным. Впрочем… Пойми этих гри.

– На Велесе много чего находится, – добавил он, загадочно улыбаясь, – если знать, где искать… Это лишь один из источников.

– Но… Велес – безжизненная планета! Наши первопроходцы исследовали её вдоль и поперёк! И никаких источников не нашли…

В ответ он усмехнулся, именно так – с невыносимым превосходством и как будто с издёвкой.

– Так называемые «ваши» не были первопроходцами, потому что наши…. Мы пришли сюда намного раньше… Бессчётное множество астрономических единиц назад.

– Ваши предки, хотите сказать?

– Предки? – посол озадаченно нахмурился. – У нас нет такого определения…

Точно!

– Мы явились сюда до вас и останемся после вас. Были, есть и будем… С момента рождения этой Вселенной в едином течении Потока. И до её коллапса.

Заколебал! Изъясняться загадками.

– Но вся эта система – территория Союза, а Велес принадлежит…

– Великий космос не может никому принадлежать, – бесцеремонно перебил он меня, снисходительно улыбаясь. – Велес тоже… Ведь никто из твоего народа до сих пор так и не постиг его тайны.

– А ваш народ, значит, постиг? – язвительно заметила я и снова отпила из стакана. Наслаждаясь вкусом воды. – И где же находятся эти замечательные источники?

– В недрах… Глубины и пещеры Велеса богаты флорой, фауной и водами, бьющими из водяных жил…

– А как же свет? – не унималась я, рассчитывая его подловить. – Фотосинтез? Разве без него способно что-то вырасти?

Кроме плесени.

Да, именно, я родилась на аграрной планете и знала толк в растениеводстве.

– Свет…. Концентрированный из множества светопроводов… – взгляд его словно расфокусировался, а мыслями он блуждал явно не здесь, а где-то в дальнем космосе среди звёзд. – Когда-нибудь, позже, я тебе всё покажу…

Тут он резко подобрался, сел прямо, мечтательная улыбка мигом сменилась сосредоточено сжатыми губами.

– Теперь к делу, – сухо объявил посол. – Как ты заметила, встроенного пищеблока в каюте не предусмотрено. Как, впрочем, и по всей станции. Так что питаться будешь на камбузе, наравне с остальными…

Остальные…

Сердце испуганно трепыхнулось и подпрыгнуло к горлу.

– … С завтрашнего условного дня. И поскольку наша еда может тебе не… понравиться…

Сейчас мне не понравилась его заминка.

– Или не подойти по составу микроэлементов, я убедил наших поваров выделить тебе отдельный… Как это по-вашему… Стол.

Я выдохнула. И то ладно.

– А сейчас принёс на пробу стандартный рацион. Вдруг всё-таки не стоит хлопот… В синих контейнерах – человеческая еда, в зелёных – гриссарская. Пробуй.

– Что там? – я в тихой панике разглядывала ближайший изумрудного цвета бокс. – Живые черви?

Он изумлённо воззрился на меня, нахмурился, а потом рассмеялся.

– Возможно, не далеко от истины, но... Сама убедись. Я не знаю, что туда положил главный кок.

Шеф-повар то бишь.

– Или кое-что с Велеса.

– Ладно, – я вздохнула и открыла коробку, невольно задержав дыхание.

Какие-то сизые водоросли! В соусе из неизвестно чего.

Сюрприза не получилось.

И на вкус они оказались так себе, в отличие от водички, но вполне съедобны.

Во втором зелёном контейнере лежали… Бутоны?.. В скорлупках. Яйца?

Я очистила и разломила один… Внутри оказалась нежная пахучая мякоть, похожая на желтоватый крем… Но запах… Словно раздавили подгнивший лук. Фу! Нет! И ещё на дне контейнера обнаружились ядра орехов. Их я надкусила. Есть можно, но вкус специфический, хотя довольно приятный… Однако. Отодвинула зелёные коробки и с предвкушением откупорила синие. Дико обрадовалась копчёной курятине, тюбикам с тыквенным супом-пюре и хлебу с сыром, так, будто не ела это годами.

– Так. Пока ты насыщаешься… – начал посол, но ничто не могло испортить мне аппетит. Как же я оказывается проголодалась!

– … Обсудим линию твоего поведения и прочие нюансы…

– Мы же это вроде обсуждали, – напомнила я, запивая питательный ужин водой. – «Никому не доверяй, ни с кем не…»… И всё такое…

– *Пусть в этой воде растворятся и сгинут все твои горести и недуги, – отчётливо проговорил посол, в упор глядя на меня.

– Спасибо, – машинально кивнула я и принялась за десерт – кексики с лимонным курдом.

– Вот! – с нажимом воскликнул он, но я всё ещё не чуяла подвоха занятая поглощением сдобы. – Теперь ты восприняла это выражение иначе.

И кусок кексика встал у меня поперёк горла.

– Кхе-кхе, – я прокашлялась и просипела:

– *«Все вы утонете в крови…»

– Вот-вот, – подхватил посол, развалившись на стуле. – И вдобавок, употребила в переводе агрессивную форму.

– *«Мы утопим вас в крови…» – шёпотом это прозвучало куда более зловеще, чем в тот раз – громогласно, во всеуслышание на переговорах в дипкорпусе. И тотчас перед глазами пронеслась картинка – гриссарские «дрены» вручают стаканы с водой нашим дипломатам в момент торжественного обмена приветствиями.

– Осталось выяснить, почему ты перевела это именно так, – задумчиво вымолвил Драгаран. – Очевидно же обратное… При том, что в языке гри кровь, вода и космос (вакуум) слова одного корня… Ты грамотный переводчик, я в этом убедился, кроме того, особо чувствительный к семантике гри… Как тебя угораздило?

– Лингвоукол! – осенило меня снова, я аж подпрыгнула на стуле, едва не расплескав злополучную воду.

– Что? – встрепенулся посол.

– Перед встречей мне вкололи молекулярную сыворотку-переводчик…

– Зачем? – удивился зидрен.

Я пожала плечами.

– Подстраховались… Всего лишь малую дозу короткого действия, но, видимо, это и повлияло… Вероятно, проблема ещё и в носителе РНК-кодов.

Посол сосредоточенно нахмурился, явно гоняя какую-то мысль у себя в голове.

– Я… – запоздалые оправдания полились из меня рекой. – Мне так неловко, правда, но тогда именно так это и прозвучало… Угрожающе, нарочито даже. И если бы у меня было время подумать… Но выглядело бы странно… Нет! Именно так это и было произнесено, не оставив простора для двусмысленности. Однозначно.

Теперь Драгаран оценивающе рассматривал меня и под этим взглядом я вся скукожилась. И тотчас накинулась на него, будто расправленная пружина, инстинктивно полагая, что лучшая защита – нападение.

– А зачем вы употребили это выражение?! Ведь знали же, как его могли истолковать, что и случилось… Ну зачем?

– Я сделал это осознанно и специально, – медленно произнёс посол, по- прежнему не сводя с меня глаз и даже как будто не моргая… Затем мотнул головой, вскочил и направился к выходу.

– Куда вы? – вырвалось у меня ему вслед.

– Нужно кое-что проверить, – бросил он на бегу, через плечо, – а ты запрись и никому не открывай. До завтра…

Переборки за ним захлопнулись, Я залпом допила воду и закрылась теперь на замок. Потом перебралась на софу… Мне казалось, что сегодня я не усну, потому не видела смысла расправлять кровать… Но как-то незаметно под неслышную музыку сфер, медленно плывущего в сумерках Велеса, погрузилась в сон, словно в убаюкивающий океан… И внезапно очнулась, вынырнув из него в кромешной темноте, с ощущением чужого присутствия… В каюте погасли все ламы, и ночники тоже, а снаружи разливалось слабое зеленоватое свечение, и в ореоле этой световой фантасмагории висел… Он… И смотрел прямо на меня… Он… За иллюминатором, по ту сторону… В космосе, в оглушающей тишине и пялился… Он… Или Оно… Чудище неведомое… А в ушах как будто зазвучал голос вольного астронавта Толяна:

«Видел я космического дьявола, чтоб мне с этого места не сойти…».

И передо мной предстал тот самый, что ни на есть космический дьявол во плоти. Более подходящего эпитета я этому существу и придумать бы не смогла.

*«Пусть в этой воде растворятся и сгинут все твои горести и недуги» – приблизительный перевод устойчивого гриссарского выражения-перевёртыша, означающего благоволение с пожеланием долгой и счастливой жизни друзьям и при этом, с равным успехом, бесславной и мучительной гибели врагам, а именно – «Вы все утонете в крови (Мы утопим вас в крови)».

И вот «Оно» уставилось на меня не моргая, зависнув в безбрежной пустоте по ту сторону от защитного стекла. А я лишь испуганно таращилась в ответ, разевая рот в беззвучном крике и… При одном взгляде на это чудо-юдо меркли даже самые красочные астронавтские байки и досужие домыслы… Не исключено, конечно, что Толян просто свихнулся от долгого пребывания в космосе, но…

Но я это тоже теперь видела!

И мне увиденное казалось огромным. Выглядел он покрупнее любого здоровяка. Его человекоподобное лицо обрамляли густые длинные волосы подобно извивающимся змеям, они как будто жили отдельной жизнью и шевелились так, как им заблагорассудится. Вытянутые уши заканчивались перепонками. А глаза… Чересчур большие для человека, овальные, суженные к вискам – пылали как свечи в ночи. Черты лица – слишком резкие, чёткие, чрезмерно заострённые… И невероятно нечеловечески прекрасные…

И даже мне, неискушённой в созерцании разных фантастических тварей, населяющих необъятное космическое пространство, с первого взгляда было ясно – передо мной именно мужская особь неведомого существа. Несмотря на то, что нижняя часть туловища этого диковинного создания заканчивалась натуральным рыбьим хвостом с плавниками без каких-либо явных и характерных половых признаков. Зато верхняя часть тела – плечи, руки и торс выглядели вполне мужскими, только более мощными и рельефными, и от запястий к предплечьям тянулись острые гребни… Вместо обычной кожи он был покрыт сине-зелёной чешуёй, словно мерцающей бронёй с вкраплениями узоров кораллового цвета. И она источала эфемерное сияние…

Наверное, от испуга все чувства обостряются, поэтому я разглядела его до мельчайших подробностей, даже полупрозрачные перепонки, которые еле угадывались между изящными пальцами на кистях рук… И узкую ложбинку над плотно сжатыми губами… Внезапно он растянул их в улыбке, показывая блестящие треугольные зубы…

Я недоумённо моргнула.

Это же невозможно!

Никто не способен находиться снаружи вот так – без скафандра…

А что, если…

Меня осенило! Что если это такой скафандр, а внутри него обычный гуманоид, или… Это искусственный организм! Андроид – «модель тритон», например… Имитация живого существа. Либо… Я всё ещё сплю и мне снится кошмар, вызванный… Чем? Неужели Велесовой водой? Или мне что-то подсыпали в еду? Галлюциногенное…

Я подалась вперёд, села, тряхнула головой и ущипнула себя, но чудище никуда не исчезло и продолжало смотреть на меня из иллюминатора и при том весьма дружелюбно скалиться… Завороженная его феерическим обликом я подняла ладонь в знак приветствия и распластала её на стекле. Он слегка качнулся ко мне, придвинулся и… Его восхитительный лик исказила жуткая гримаса, волосы и гребни встопорщились, рот угрожающе ощерился, а на шее и груди разверзлись жаберные щели, засияв всеми цветами радуги. Я так и застыла в ступоре, не в силах отлипнуть от стекла...

Тут он размахнулся и хлестнул раздвоенным концом хвоста по иллюминатору и… Меня словно окатило взрывной волной, я отмерла и отпрянула с громким воплем, грохнулась с софы и забилась под неё, сотрясаясь как от озноба, аж зубы клацали друг о дружку. И в ужасе ждала, когда неведомая тварь выломает иллюминатор и всё содержимое каюты вместе со мной вынесет в открытый космос… Лихорадочно искала глазами за что бы зацепиться и продержаться, пока не сработает аварийная заслонка… Я всё же сумела вспомнить, что у гриссарцев орбитальные объекты не оснащены *отражателями и понимала, чем это для меня чревато… Если не погибну от удушья, то разница в давлении точно меня доконает… Но время шло и ничего страшного не происходило. Дыхание постепенно выравнивалось, дрожь унималась, а напряжение и паника уступили место слабости и усталости.

И тогда я, наконец, отважилась вылезти из укрытия…

С той стороны от стекла никого не было, а само оно не пострадало, даже не потрескалось. И лишь редкие белые звёзды подмигивали мне из темноты, да тускло поблёскивало полукружие Велеса, еле подсвеченное рассветными лучами Ярила.

Никого и ничего… Словно этот «космический дьявол» мне просто привиделся в полусне. Но что-то подспудно нашёптывало, намекая, что он реален и я действительно видела то, что видела…

Не рискуя отныне засыпать перед иллюминатором, я словно в бреду доплелась на кровати, рухнула поверх покрывала, где меня и накрыло пережитым шоком пополам с вязким сном без сновидений.

*Отражатели – технологии, повсеместно используемые в старой галактике на звездолётах и космических станциях вместо обычных иллюминаторов, а именно – сенсоры, расположенные на поверхности сплошной обшивки или оболочки корпуса объекта, передающие внутрь (в рубку и отсеки) точное изображение космоса. Переселенцы в систему Ярила также принесли их с собой в поток. У гриссарцев, вероятно, иные приспособления для обзора.