Глава 10. Мы летаем кружимся, нагоняем ужасы

До самой ночи мы резались в дурака. Слася отрабатывала одна за всех. Сама разливала мортвейн, сама пила и сама же проигрывала. И при этом оставалась совершенно трезвой.

— В прошлый раз, пока я была навеселе, Оля закатила мне лекцию по физике. Теперь организм не пьянеет. В целях самосохранения! — пояснила мрагулка, поймав на себе мой удивленный взгляд.

Остальным также удавалось выйти сухими из воды и трезвыми из купе с бутылкой мортвейна.

Стоило женщинам начать попеременно зевать, как варвары опять проявили лучшую часть своей натуры — заботливость.

— Оленька, тебе пора спать.

— Женщина-медик. Пошли на боковую. И это не обсуждается. Считай я генерал, а ты идешь за мной в поход… до кровати.

— Пойдем, Алиса, я уже постелил.

— Дорогая, теперь, когда твоя книга уже на перекрестье, мы можем безопасно отправиться в постель.

— Пойдем, девушка-женщина. Самое время отдохнуть. Хватит тебе на сегодня впечатлений. Нашего брата надо принимать постепенно и в гомеопатических дозах… Тогда это лечение от скуки и отсутствия нормального мужика рядом.

— Не могу не согласиться! — ответила я, двигаясь вслед за Ярхаром. Варвар заботливо придерживал за руку и даже не пытался меня приобнять. Надо сказать, скандры знали меру. Умели и пристать вовремя, и отстать в нужную минуту.

Мы добрались до купе, Ярхар подал мне фланелиевую пижаму и указал на уборную.

— Конечно, ты можешь раздеться и для меня… — прищурился Меллази.

— Не надейся! Фантазируй во сне! — парировала я.

— Если я буду фантазировать про тебя во сне, радуйся, что я не лунатик… Мало ли…

Я хихикнула и отправилась в ванную переодеваться и совершать вечерний моцион.

А уже спустя несколько минут Ярхар удобно устроил мена на диванчике, накрыл одеялом, и я провалилась в сон.

***

Тот факт, что я отключилась, едва голова коснулась подушки, не удивил ни капли. Но вот тот факт, что во сне я очутилась в другом мире, поразил не на шутку.

Я не сразу поняла, что случайно задействовала дар. Лишь когда заметила странных гуманоидов с четырьмя руками и тремя глазами. Они решительно двигались навстречу большой толпой. Причем, явно не с целью поприветствовать, пожать мне руку или предложить прогуляться по своему лесу. Вокруг зеленели густые джунгли. Деревья, похожие на секвойи устремляли в небо светло-коричневые стволы, а кустарники, похожие на лиственницы, тянулись к путешественникам пышными ветками.

Но всю эту романтику нарушали аборигены.

Серокожие гуманоиды в набедренных повязках решительно шагали на меня, подозрительно размахивая дубинками. Мда… Наверное, они поняли, что я спутница скандров. И, определенно, эти ребята посещали данный мир, оставив после себя неизгладимое впечатление. В виде неизгладимых шрамов на телах агрессивных аборигенов.

Вначале я бежать не планировала. Считала, что, как всегда случается во сне, что-нибудь да произойдет, и подсознание решит некую задачу. Например, какой импульс получит человеческая женщина после удара дубинки.

Однако, когда над головой просвистел камень и гулко ударился о твердую землю, я вдруг осознала, что угодила в чужой мир. Во сне.

Липкий страх накрыл с головой.

Я судорожно огляделась, прикидывая, куда бежать, если тебя окружают, а вертолеты, как назло, здесь еще не изобретены.

Сверху присвистнула какая-то птица. Наверное, удивлялась, что местные гуманоиды, выше меня на голову, бросаются на женщину вдесятером и с дубинками.

Один из серокожих замахнулся… Я подумала, что самое время куда-нибудь спрятаться, задействовать магию, да хотя бы завизжать так, чтобы у местных уши на год заложило. Но ничего не вышло. Дар от страха словно вырубился, в горле застрял колючий комок и вместо оглушительного вопля получился жалкий стон… Дубинка просвистела возле моего лица и гуманоид замахнулся снова… Но внезапно его рука оказалась перехвачена.

Остальные трехглазые нападавшие тотчас побросали оружие и бросились наутек, врезаясь в деревья и протаранивая кустарники.

Я уже понимала — в чем причина экстренного отступления противника. Но все же повернулась.

Ярхар Меллази, собственной персоной, возвышался рядом со мной, почему-то голый по пояс. Внушительный мускулистый торс варвара притягивал взгляд. Накаченные голливудские актеры рядом не стояли с природной мощью и красотой тела скандра. Я даже не сразу поняла, что рука его вздернута вверх и в ней болтается тот самый гуманоид, что промахнулся мимо моего лица дубинкой.

Серокожий висел на одной руке, дергался и постанывал.

— Привет! — улыбнулся мне Ярхар, — Как дела?

— Э-э-э… — только и смогла произнести я, не сводя глаз с четырехрукого верзилы, который сучил ногами и что-то невнятно бормотал.

— А-а-а… У меня к руке что-то прилипло? — Ярхар вскинул взгляд, замахнулся и выбросил незадачливого нападающего. Тот улетел настолько далеко, что за деревьями и кустарниками я перестала его видеть.

— Где мы? Кто эти существа? Как ты сюда попал? — уточнила я у скандра. — И почему ты без рубашки?

— Отвечу по порядку. А именно — в порядке важности вопросов, — подмигнул Ярхар. — Во-первых! Я решил, что тебе стоит оценить мое шикарное тело и понять, насколько твой выбор удачен! В принципе, конечно, выбора у тебя особенно и нет! Если вдруг попытаешься отдать предпочтение другому мужчине… Вряд ли он долго протянет… В жерле вулкана долго не живут. А на дне моря так вообще — полчаса протянуть проблема. Без акваланга же… Во-вторых. Маги размерности иногда во сне случайно проваливаются в другие миры. Это происходит, когда они еще плохо контролируют свой дар, но при этом активно его развивают. Я это подозревал, поэтому проследовал за тобой. Проследил тебя по аурному следу. В-третьих, это аборигены. Стунсы. Они почти безобидные. Особенно, когда превратишь нескольких в боксерские груши.

— Зачем они на меня напали?

— Видишь ли. Прогрессивные варвары считают, что женщина может гулять без мужчины. Недолго. Пока этот мужчина ее не догонит. А вот непрогрессивные…

— Я поняла.

Я выдохнула и наконец-то смогла нормально дышать.

Ярхар заметил, приблизился и погладил по плечу.

— Да бро-ось! Я же всегда рядом. Если что обзаведешься личным кладбищем домашних животных. Ну не хоронить же тех, кто напал на мою женщину, на кладбище для разумных существ. Много чести…

Я вдруг поняла, что рядом с Ярхаром, даже в такой ситуации, ничего не боюсь. Скандр еще раз подмигнул и предложил:

— А давай я свожу тебя в одно место…

— Мы ведь не упадем на кровать? — уточнила я.

— Если очень попросишь…

— Нет! Я против!

— Тогда будем следовать моему плану. Я имею в виду план на сегодняшнюю ночь, а не в принципе… Доверься мне…

Ярхар протянул руку, я вложила в нее ладонь — и мы очутились возле большого поселения.

Добротные каменные дома напоминали особняки века эдак 19-го. Их окружали гектары нетронутой природы. Кряжистые деревья с резными листьями, густые кустарники, усыпанные ягодами всех цветов и размеров, луговые цветы и травы…

Пахло медом, свежескошенной травой и свободой… Даже не знаю почему, но я так чувствовала.

— Добро пожаловать в мой мир и мой поселок. Это Эрелейна, планета скандров и мрагулов, — голос Ярхара изменился. Он говорил с ностальгией, гордостью и любовью.

Я оглянулась на варвара.

Ярхар выглядел вдохновленным. Голубые глаза светились воодушевлением, грудь вздымалась, на щеках выступил румянец. Я прямо залюбовалась спутником.

— Нравится? — уточнил он. — Это я про себя, конечно же… Ну и поселок тоже весьма неплох, не так ли?

Я хихикнула.

Поначалу, общаясь со скандрами, я видела в них позеров и самодовольных нахалов. Но со временем становилось ясно, что это лишь маска. Любимая, тщательно лелеемая, но не более.

Ярхар улыбнулся.

— Так ты успокоилась? — спросил уже совсем без ерничества.

— Кажется, да, — сама себе удивилась я.

Нет, правда, обычно кошмары отпускали меня далеко не сразу. А те, которые способны пробить череп дубинками, причем не в грезах, а вполне реально, наверняка, запомнились бы надолго. В любом другом месте и с любым другим спутником. Только не на перекрестье и только не рядом с Ярхаром Меллази. Скандр легким взмахом руки превратил атаку буйных дикарей в клоунаду под названием «полет стунса над гнездом кукушки». Причем сделал это даже без применения магии — грубой силой. Страх моментально испарился.

Мы прогулялись по ночному поселку скандров. Спящему и потому особенно тихому и прекрасному. Боюсь, днем здесь такой шум и гам, что Спецфак кажется немыми морскими глубинами.

Серая брусчатка, жемчужины белых фонарей, реющих в воздухе без опоры. Статные силуэты построек, перевернутое вертикально каноэ Луны в фиолетово-синем океане неба… Теплый ветерок запутался в моих волосах и пощекотал лицо. Ярхар вел меня за руку. Не пытался вновь приобнять и вообще вел себя как истинный джентльмен.

Мы просто молча двигались, под аккомпанемент редких птичьих трелей, треска ночных жуков и шепот ветра в кронах.

Незаметно для себя мы добрались до высоченной каменной стены, что ограждала поселок, и Ярхар объявил:

— Пора. Тебе надо выспаться. А мы тут уже полночи.

— Так долго? — поразилась я.

— В путешествии по чужим мирам время летит иначе. В особенности, если это происходит между сном и явью.

— А вдруг я снова куда-нибудь провалюсь? — вдруг вспомнились мне прежние страхи. Даже мурашки пробежали по спине подобно испуганной стайке муравьев.

— Я охраняю твой сон. Не бойся…

Ярхар развернул меня к себе лицом и слегка приобнял за талию. Горячие руки варвара приятно согревали тело. Чувственные губы Ярхара оказались совсем близко, а голубые глаза загипнотизировали.

Тепло разлилось по телу, захотелось чего-то невероятного и приятного.

Я потянулась к скандру и… наши губы встретились.

Вначале не столько кто-то один целовал другого, сколько мы оба стремились друг к другу. Но затем Ярхар перехватил инициативу. Обнял, прижал и углубил поцелуй. Со всей присущей скандрам пылкой необузданностью и со всей трогательной заботливостью. Он действовал решительно, напористо и в то же время нежно и ласково. Невероятное сочетание, от которого земля ушла из-под ног и некоторое время я совершенно ничего не понимала. Только упивалась поцелуем, уверенными поглаживаниями ладоней Ярхара и его жаром. Плавилась, горела и таяла…

Я словно в одно мгновение опьянела и присутствие варвара, каждое его действие, усиливало дурман.

Сообразить не успела, как очутилась в одном из парков Эрелейны. Ярхар присел на высокий камень, разместил меня у себя на коленях и произнес:

— Спи. Все будет хорошо. Никаких кошмаров и чужих измерений.

Я прикрыла глаза и отключилась на плече скандра в то же мгновение…

И… угодила в нормальный сон в полной уверенности, что больше никуда не провалюсь и не встречу никаких дикарей.

***

Проснувшись, я сразу почувствовала чей-то взгляд. Ироничный, но одновременно и заботливый. Даже странно, что можно узнать мужчину по одному лишь ощущению от того, как он на тебя смотрит. Наверное, такое удается лишь с варварами перекрестий — со скандрами.

Ярхар уже заправил свою постель и наблюдал, как я потягиваюсь, выбираясь из-под одеяла.

— Доброе утро! — сообщил варвар, когда я протерла глаза.

— Доброе утро… — я вгляделась в лицо Ярхара, в ожидании продолжения. Почему-то казалось, вот сейчас скандр разродится по поводу наших ночных приключений и… поцелуя. Первого настоящего нашего поцелуя.

Хм… Неужто я смирилась с тем, что Ярхар присвоил меня с первого же знакомства? Даже рыпаться перестала?

Чувство противоречия еще шевелилось где-то внутри и недовольно бурчало. О том, что этот мужчина слишком уж наглый, самоуверенный. Не то чтобы не знает, даже не представляет, что такое поражение. Но этот уже слабый, едва различимый голос заглушал другой — голос моего сердца и, как ни поразительно, разума. Вдруг, совершенно неожиданно для меня самой, даже он встал на сторону Ярхара.

Подсказывал, что мне нравится этот варвар. Внешне и по истинно мужским качествам: защитника, утешителя и партнера, который ведет в отношениях. Напоминал о том, как мои колени подкосились во время нашего поцелуя и голова закружилась словно от шампанского. Отрицать все это было бы глупо. К тому же, самоуверенность Ярхара никогда не переходила в самодовольство, ревнивость — в агрессию по отношению ко мне, а ирония — в грубость в мой адрес.

Пока в моей голове крутились шестеренки, а губы горели от воспоминания о ночном поцелуе, скандр наблюдал, улыбался, но не проронил ни слова. Внезапно он встал, приблизился и наклонился… Я думала — снова поцелует, уже совершенно без разрешения и согласия. Наши лица сблизились настолько, что почти касались носами.

Ярхар шумно дышал, а я с трудом втягивала внезапно загустевший воздух. Смотрела в бездонные глаза скандра, на его открытое лицо, чувственные губы… и терялась. Замерла, остекленела в ожидании шага со стороны мужчины.

Однако Ярхар потянулся рукой и коснулся стены за моим плечом. Я обернулась. Из стены выдвинулся ящик с полотенцем, халатом, мылом, мочалкой, зубной щеткой и пастой.

— А-а-а… Я не заметила ящик… — поразилась я.

— Он замаскирован магией. Скоро научишься видеть аурно — тогда станет легче.

Ярхар не шутил на тему моей девственности в плане чар перекрестных варваров и неопытности в использовании гибридов автобуса и поезда. Не заявлял, что все это можно устранить лишь одним единственным способом — при помощи его чуткого руководства.

Он просто вновь улыбнулся и вернулся на место.

Я сгребла вещи с полки и отправилась в ванную под пристальным взглядом скандра. Таким, словно нет ничего на свете прекрасней и удивительней, нежели я спросонья: помятая, со следами подушки на щеке и в мешковатой пижаме.

Варвары перекрестья знали, когда следует показать женщинам — что деваться им некуда, все равно влюбятся, поддадутся на шарм настоящих мужчин и согласятся на отношения, а когда стоит дать дамам свободу. Все равно никуда они от них уже не денутся.

Именно так я себя и чувствовала. И пока мылась, чистила зубы приняла решение обсудить наши отношения с Ярхаром. До этого момента скандр шутил, что я непременно стану его женщиной. Иронизировал на тему расчлененки соперников и собственной ну прямо-таки жизненной необходимости такой зейлендке, как я. Теперь я решила, что самое время для серьезного разговора.

Когда вернулась в купе, Ярхар переоделся в серую футболку с мешковатыми черными брюками и явно расчесался — его коса выглядела аккуратней, чем прежде.

— Не хотел тебя будить, девушка-женщина, — поймав направление моих мыслей, сообщил скандр. — Поэтому навел красоту только теперь, когда ты уже встала.

— А теперь я возьму одежду и наведу красоту в ванной, — я потянулась к чемодану, который возвышался посреди купе, хотя еще вчера Ярхар поставил его под свою полку.

Скандр опередил меня, щелкнул замком и открыл крышку. Встал и устремился к двери со словами:

— Жду тебя и твои вопросы в коридоре.

Я пораженно вскинула бровь.

— Варвары чего-то стесняются?

— Дразнишь? — ухмыльнулся Ярхар, и притормозил у порога.

— Уточняю.

Скандр развернулся ко мне всем корпусом и прислонился спиной к двери купе.

— Видишь ли… Я варвар. И мой варварский организм, чувства и разум подсказывают, что ты — та самая женщина, единственная и неповторимая, которая мне нужна. А это, знаешь ли, довольно опасно, когда ты голая. Когда одетая тоже. Но там нас если что разделит ткань… На перекрестье ее делают на совесть.

— Ммм… Так вот оно что? А я считала, что скандры всем управляют. Даже своим организмом, эмоциями и разумом! А при необходимости еще и чужими порулить успевают, запугав при этом владельцев до смерти… — я с вызовом вскинула голову, приближаясь к мужчине.

— Справляться-то мы, конечно, справляемся. И со своим организмом и с чужими — всеми, которые слишком наглеют рядом с нашими женщинами. Сразу отрубаем все, что чересчур задорно выпирает. Делаем соперников гладкими и безопасными… в принципе уже для любой женщины. Но… Мой варварский мозг не понимает, почему организм должен сдерживаться. Я ведь тебе нравлюсь, даже больше того.

— Ух, ты! Какие выводы! — я замерла вплотную к Ярхару, продолжая нарочно его провоцировать. Почему? Да потому, что хотела. Я давно не испытывала этого будоражащего, приятного ощущения, что весь мир где-то там, за границей нашего купе. Эйфории от близости мужчины — такой сильной, что запреты и сомнения уже не имели значения. Немного дурной опьяняющей радости от того, что скандр так смотрит. Словно прямо сейчас сорвется, и сдастся на требования своего варварского организма.

Боже! Как мне все это нравилось!

Становилось ясно, что Ярхар все же взял меня штурмом. Даже без покупки белья, танцев и прочего. Хотя отступать от своих требований я не планировала. Но можно же сделать поблажку варвару? Показать — какова будет награда после обещанных подвигов? Так сказать — вдохновить на испытания? И объяснить — что может потерять?

— Девушка-женщина, ты меня соблазняешь? — усмехнулся Ярхар хрипловатым голосом. Я сделала последний шаг и наши тела соприкоснулись. Волнение прошлось по мышцам легкой дрожью, и я ощутила, что варвар отвечает на призыв. Всеми частями тела. И очень даже недвусмысленно.

Горячие ладони Ярхара сомкнулись на талии, и меня пробрало окончательно. Словно ток пробежался по коже, приятный такой, волнующий…

— А мне нужно тебя соблазнять? — уточнила я.

— Нет. Я давно твой и давно соблазнился. И ты моя. Чтобы ни говорила.

Я возмущенно зыркнула на Ярхара.

— Пока не выполнишь задание…

— Понял понял. Тебе хочется отношений с настоящим… клоуном. Сделаю. Раз обещал.

— Значит, я тебя соблазнила? Нравлюсь?

— Я люблю тебя.

Он сказал это просто, без шуток и вдруг накрыл губы поцелуем. И началось сладкое, пьяное, невероятное безумие. Даже для меня, взрослой и опытной женщины.

Ярхар не вел себя как варвар, что берет город штурмом, он играл на моем теле как умелый скрипач на своей скрипке. И обращался также, как талантливый музыкант с дорогим инструментом. Бережно, ласково, нежно. Отзывался на малейшие мои призывы, откликался на любые порывы и каждым касанием приносил удовольствие.

Я закрыла глаза и наполнялась ощущением близости с настоящим мужчиной, даже если он недавно называл себя клоуном.

Тянулась к нему, как только мы расставались и прижималась, едва вновь сближались.

Мы принадлежали друг другу, полностью и безраздельно. Так словно мы одно целое — единый организм, который почему-то долгое время был разорван на части и вот, наконец-то, восстановился.

Мы чувствовали друг друга будто оголенными нервами… Вдыхали горячий воздух как на вулкане и также взрывались от наслаждения. Ярхар негромко рычал, и каждая моя клеточка вибрировала от этого приятного утробного звука…

…Я очнулась на диване, после того как скандр умудрился помыть меня и теперь сам выходил из ванной, вытирая длинные влажные волосы.

Я любовалась на своего варвара. Мощные грудные мышцы, которые выглядывали между полами халата, сильные ноги, жилистые руки, высокие скулы, голубые глаза и губы, которые хотелось целовать до одури…

— Одевайся. Нам надо позавтракать.

Ярхар мгновенно облачился в джинсы, сняв их со светильника на потолке.

— Думаю, ты решила приглушить свет, — прокомментировал он мой удивленный взгляд. И стянул с соседнего светильника свою футболку.

— Пожалуй, выйду. Если не хочешь повторения, — усмехнулся скандр, надевая ботинки на тяжелой широкой подошве.

— Ярхар! Мы поговорим, как только оденемся. И только после этого отправимся на завтрак! — я сама удивилась собственному требовательному, практически безапелляционному тону. Варвар вскинул бровь и произнес:

— Вот они, женщины. Вначале дают тебе сладкое, заставляют привыкнуть и понять, что без него невозможно, а потом под каблук, под каблук. Да, моя госпожа!

Он ухмыльнулся и удалился.

Я надела синюю блузку и черные лосины. Так, на случай, если придется куда-то бежать, лезть или вытворять еще что-то акробатическое. С этими варварами никогда не знаешь, чем закончится день.

Кроссовки завершили наряд.

Расческа обнаружилась на столе. Заплетать косу я не стала, оставила пряди свободно падать на плечи и позвала:

— Ярхар!

Варвар зашел немедленно, словно только и караулил под дверью.

Очертил мою фигуру внимательным взглядом и сообщил:

— Ты хороша в любой одежде. Даже в рубище. Но подчеркнула бедра и талию вовремя. Сейчас мой варварский организм еще способен слушаться мозга.

— Присядь, — попросила я.

Скандр устроился не на своем диване, куда я указывала, а рядом со мной.

Взял мои руки горячими пальцами и произнес:

— Ты — моя женщина, Алина. Хочешь доказательства чувств и намерений перед свадьбой — будет тебе. Все сделаю. Что-то еще?

Я округлила глаза и ничего не смогла высказать.

— Если возражений нет, пойдем завтракать. Ребята уже наверняка строят предположения по поводу нашего отсутствия, а женщины — фантазируют. Не станем томить их долгим ожиданием. Много думать тоже иногда вредно. А некоторым — так вообще противопоказано. Например, Ольге, которая может от скуки начать рассказывать про физику. Потому, что тогда Слася опять примется возмущаться и поить всех, кто не успел убежать из-под окон, мортвейном. Ну ты помнишь, насколько она невоздержана в подобных обстоятельствах. Хронически не удерживает предметы в руках. А во время лекций Ольги по физике Слася всегда хватается за мортвейн. Говорит — анестезия.

Я хихикнула, вложила руку в протянутую ладонь Ярхара, и мы двинулись в вагон-ресторан, которого, по идее, вообще не должно быть в автобусе.

***

Как же приятно оказалось идти нога в ногу, вместе и просто молчать! Наполняться радостью, спокойствием и теплом своего варвара!

Я просто упивалась этим ощущением и начала понимать зейлендок, которые смотрели на мужей как на богов. Эти мужчины умели дать почувствовать себя словно в Раю. Или на горе Олимп, среди волшебной природы, удивительных созданий, с бокалом амброзии в руке. А кто же еще может очутиться рядом с истинной богиней? Только равный ей, тоже небожитель.

Я не заметила, как коридор завершился вагоном рестораном, где уже ждала вся честная компания.

Женщины мгновенно обернулись в нашу сторону и так улыбнулись, словно только что нафантазировали несколько сцен из книги Возбуждины Стон. Мужчины хитро прищурились, практически одинаково.

Вархар приподнял бровь с родинками, Ламар тряхнул косматой гривой, Эйдигер взъерошил волосы. Димар принялся невозмутимо жевать бургуза. А Эйлегар сообщил так радостно, словно оповещал о победе своего воинства:

— Доброе утро! Мы застряли в пространственной спирали! Присоединяйтесь!

Я с ужасом посмотрела на Ярхара. Понятное дело — скандры ничего не боялись. Даже в пасти мезозавра шутили бы: мол, приветики, мы тут решили немного покататься в глубинах доисторического океана, а подводной лодки, как назло, не нашлось. Вот, импровизируем.

Впрочем, женщины не казались напуганными, скорее слегка озадаченными. Ярхар заулыбался, прямо как остальные скандры, поэтому я воззрилась на Олю.

Мой спутник, тем временем, выдвинул мне стул, и пригласил к столу.

Я вдохнула аромат бутербродов с красной икрой, нежной семгой, копченой колбаской, запах горячей пиццы — и откуда только взялась — и на минуту забыла о своих опасениях.

Пицца заняла все мои мысли. Женщины уже отрезали кусочки, обрывая тянучки сыра. Треугольники с ломтиками мясистой мраморной ветчины, шариками помидорок черри, поджаристыми кусочками охотничьих сосисок и листиками рукколы. Ммм… Пальчики оближешь.

Ярхар положил мне кусочек и пару минут я наслаждалась тем, как кушанье тает во рту. Обнаружила, что начальник налил мне еще и чаю, от которого упоительно пахло малиной и черникой… Глотнула и… ненадолго отложила расспросы о всяких там пространственных спиралях.

Но когда мы с девушками прикончили пиццу, а Слася, в одиночку, уничтожила гору ляжек бургуза, мои приоритеты поменялись. Я покосилась на Ярхара и спросила все же Эйлегара. Когда еще получится посидеть за одним столом с любимым ректором и задать ему душещипательные вопросы? В особенности, если этот ректор — варвар, в чьем кабинете и стулья-то не всегда водятся.

— Все-таки что это такое: пространственная спираль и чем нам это грозит?

Эйлегар усмехнулся:

— Нам — ничем. Это крипсам придется ждать нас гораздо дольше. Это же какая пытка…

— Да уж. Ожидать нашего нашествия — сущая пытка! Это как сидеть в очереди у зубного, понимая, что предстоит удаление… Слушать стоны, крики, бормашину… — радостно подтвердила Алиса. — Поэтому я из-за спирали не переживаю.

— В общем, это такая штука. Мы как будто ездим кругами, но по разным мирам, а к концу продолжим путь к крипсам.

— То есть путешествие затя…

Не успела я закончить фразу, как ощутила, что меня куда-то затягивает. Водоворот разверзся прямо посреди вагона и решил, что самое время показать мне все свои самые лучшие качества. То есть физические характеристики. Силу засасывания, давление потока жидкости и прочие прелести.

Я захлебнулась, попыталась выбраться, забилась в тщетном усилии добраться до воздуха. Но в легкие залилась жидкость, я успела только проклясть все шестые измерения до тринадцатого колена, и начала отключаться.

Внезапно рядом мелькнуло сильное тело. Ярхар. Я снова ощущала его на уровне интуиции.

Меня подхватили и сознание заволокла тьма…

…Первым кадром, когда я наконец-то смогла разлепить тяжелые веки, оказались братья Мастгури. Не к добру. Подумалось мне. И Ламар подтвердил опасения.

— Она в порядке? — послышался взволнованный голос Ярхара. — Вы чего молчите? Не скажете — закину на космическую станцию гуманоидов без магии. Со щупальцами…

— Ммм… так вот о чем та книга Возбуждины Стон! — отозвался Ламар. — Помню-помню. Она очнулась на космической станции, понимая, что щупальца Аминаклира в самых интересных местах… Я прямо расфантазировался где это у него щупальца… Что за места такие… интересные… Загадка, однако!

— Неправда! — возмутилась Слася. Ее трубный голос в момент сильных эмоций всегда звучал так, словно мрагулка кричит на ухо. — Это была опечатка. Она очнулась на космической станции, понимая, что щупает Аминаклира в самых интересных местах…

— А мне больше первый вариант нравится! — подал голос Димар. — Как медик скажу, что при отсутствии щупалец ничего интересного у Аминаклира не нащупаешь. Все, как обычно, даже банально!

— Как Алина?! — прорычал Ярхар.

— Да очнулась твоя зазноба! — сообщил, глядя за свое плечо Эйдигер. — Мы ее уже исцелили. Теперь думаем над пытками!

Я ойкнула, глаза сами собой распахнулись окончательно. Тело дернулось, словно протестовало против пыток. Но тотчас комната обрела очертания. Ярхар раздвинул Ламара и Эйдигера и поднял меня на руки. Оглядел вагон-ресторан и все же вернулся за стол. Усадил меня на стул и уточнил:

— Все хорошо? Или надо полежать?

Я повертела затекшей шеей, повела плечами. Вроде все хорошо. Даже сил прибавилось.

— Что это было? — спросила я у Ярхара.

— Твой дар опять вышел из-под контроля. Пока путешествием по спирали надо бы потренировать его. А пока слушай мою инструкцию.

Я решила не заморачиваться над тем, что последнее предложение прозвучало почти как «Рядовой! Слушай мою команду!» Понимала — Ярхар не нарочно. Просто в каждом скандре в критической ситуации включался либо воин, либо генерал. Смотря в каком статусе он воевал с врагами.

Отключить этого внезапного полководца или берсерка удавалось только истинно женской… иронией.

— Да, мой генерал! — выпалила я.

Ярхар усмехнулся.

— В общем. Ты начала легко проваливаться в шестое измерение и оттуда в другие миры. Поэтому тебе надо освоить простой трюк. Представь, что шестое измерение — комната. Вспомни, как мы тренировались. И вообрази, что сама можешь открыть или закрыть дверь туда. В обычной ситуации дверь всегда закрыта. Это просто.

Я прикрыла глаза и под звуки наливающегося чая вообразила то, что предложил скандр. Вроде бы вышло. Я почти ощущала ту самую комнату. Как реальное помещение и даже чувствовала, что дверь закрывается с усилием. Я заперла ее, представив ключ и положила его в воображаемый карман.

— Молодец девушка-женщина! — обрадовался Ярхар. — Не то чтобы мне не нравилось вытаскивать тебя из вулканов, водоворотов и чьих-то джакузи…

— Ммм… А можно об этом поподробней? — оживилась Слася.

— Нет! — отрезал Ламар. — Я тебе и без джакузи все покажу и расскажу!

— Пошли! — встала мрагулка. — Все равно до конца пространственной спирали заняться нечем! Я тут такую сцену вычитала…

Ламар нервно сглотнул, посмотрел на братьев так, словно прощался, и Димар ласково напутствовал Доктора Шока:

— Не волнуйся! Мы тут! Восстановим энергией жизни, взбодрим электрошоком! Расскажешь про новый способ пыток. Как раз успеем его натренировать до прибытия к крипсам…

Ламар кивнул, и они со Сласей удалились пробовать «новую сцену».

— Предлагаю спор! На щелбаны! — оживился Эйдигер. — Участвуют только мужчины. Женщины участвуют в качестве утешительниц. Целуют несчастных…

— Тех, кто получил щелбаны? — уточнила я.

— Не-е! У нас лбы крепче титана! Тех, кто давал щелбаны любимым братьям или друзьям. Это же какой стресс!

Я хмыкнула, Алиса ласково посмотрела на мужа. Да! Скандры умели развлечь и отвлечь от всяких там пространственных спиралей. Я еще раз проверила — закрыта ли дверь в шестое измерение… И удовлетворенная вернулась к диалогу.

— Ставлю на то, что Ламар выдержит два часа! — подал голос Вархар.

— Полтора! — вторил ему Эйдигер.

— Три! Он крепкий малый! Живет со Сласей уже несколько лет! — возразил Ярхар. — И до сих пор не утратил… оптимизма.

Все обернулись к Эйлегару.

— А я буду судьей. Как обычно! — отбился ректор.

— Сила щелбанов должна быть пропорциональна силе удара по Ламару во время их эм… общения со Сласей… — такое могла сказать только Оля.

— Хорошо, что Слася не слышит. А то осушила бы весь мортвейн! — усмехнулся Димар.

— А как мы рассчитаем силу ударов по Ламару? На нем же не будет выемок, — удивилась Алиса.

Оля посмотрела на сестру знакомым до боли взглядом преподавателя, адресованным обычно тем, кто пересдает экзамен уже в третий или даже в четвертый раз. «Боже! Неужели опять?» — так и читалось в глазах коллеги. Этот взгляд человека, отчаявшегося найти в мозгах студента хотя бы проблеск знаний физики, даже с собаками, даже с лупой, мне никогда не забыть…

— А мы прикинем по размеру синяков и крепости стенок сосудов. Если надо проверим эмпирически! — бодро ответила Оля.

— Да! Если надо я проверю на Ламаре! Иначе никак, он ведь у нас объект спора! — поддержал жену Вархар.

— А я исцелю! — весело добавил Эйдигер.

Складывалось впечатление, что жалела Ламара только я.

Впрочем, когда на весь поезд начали разноситься стоны Сласи и крики: «О мой ракетоносец любви!», «Какой у тебя замечательный ифритовый жезл!», «О, мой тарантул страсти», я перестала сочувствовать Доктору Шоку. От шока.

— Я так понимаю: таран страсти и нефритовый жезл? — уточнила Гульнара у Оли, но ответила Алиса.

— Я Сласе говорила за обедом. Но она сказала, что и эти фразы подходят. Ифритовый жезл — это как у ифрита, джина, то есть. А тарантул значит, что много рук и везде успевает. Так что она придала нового звучания шедевральным фразам Возбуждины.

— Сыграем? В карты? В слова? На раздевание? — бодро предложил Эйлегар.

— Согласен на все! — первым ответил Ярхар. — Даже раздеться вместо своей женщины! — И посмотрел на меня.

С минуту феминизм во мне поддерживал чувство противоречия, подталкивая его, наконец-то, как следует высказаться. Но симпатия к Ярхару, желание строить с ним отношения и восхищение тем, как скандр со мной обращался вышли с транспарантами. Заглушили противников, и я промолчала.

— С тобой все ясно! — усмехнулась Оля, прочтя итог внутренней борьбы на моем лице. — У меня было также. Вначале я Вархара на дух не переносила… А потом влюбилась по самые уши.

— Неправда! Мой дух ты всегда переносила! — подал голос Вархар. — Это ж сколько силы духа надо, чтобы не парировать удар плазменного меча в шею?

Я округлила глаза.

— Было-было, — усмехнулась Оля. — Но этих мужчин ничем не напугаешь.

— А ты тоже пыталась приструнить Эйдигера оружием? — обернулась я к Алисе.

— Я девушка скромная. Сдалась сразу. На милость победителя. Не то что Гуля.

— Помню-помню! — хихикнула я. — ДТП для варвара — долгие тщательные проверки при помощи домашней работы.

— Мне повезло, в отличие от Ярхара! Мы уже все готовимся к зрелищу! — хохотнул Димар. — Даже планируем запечатлеть… Для потомков.

Мой варвар пожал могучими плечами и произнес:

— Тем слаще будет дурман победы!

И я не могла не восхититься тем, что скандры с удовольствием доказывают любимым свои чувства. Этих варваров не смущали никакие проверки, не останавливали никакие препятствия, не расстраивали никакие отказы. Они умели добиваться своих женщин. Причем, не насилием, не принуждением и не хитростью. И при этом не теряли ни мужественности, ни привлекательности, ни незабываемого чувства юмора.

Никто в здравом уме и не предположил бы, что Димар, Вархар или Эйдигер — подкаблучники. Но к женам своим они относились как к королевам. Берегли их как самое ценное и дорогое.

Карточная игра затянулась, потому что время от времени нас отвлекали крики Сласи и стоны Ламара.

«О мой фаллический вундеркинд», «Боже! Какой у тебя Эверест страсти» перемежались с «Ой!», «Ай!», «Да что б тебя!» и самыми витиеватыми ругательствами на разных языках перекрестья. Судя по всему, Слася всерьез решила научить мужа такому, что даже акробаты цирка Дюссолей не рискуют выполнять без страховки… Страхования жизни и здоровья, разумеется.

— Ламар настоящий мужик! — высказался Эйлегар. — Не смотря на все трудности, боль и тяготы доставляет женщине истинное удовольствие!

— Памятник его ифритовому жезлу и Эвересту страсти! — подал голос Вархар.

— Сласе нужен памятник! Я думала, она слово вундеркинд даже не выговорит! Растет девушка. Может скоро и петлю гистерезиса произнесет без трех ошибок и заикания? — естественно это произнесла Оля.

— Без ошибок — возможно, без заикания вряд ли, — усмехнулась Гульнара. — Боюсь, это ее обычная реакция на любой физический термин.

— Да ходите уже! — возмутилась Алиса. — Я жажду хоть раз выиграть в карты!

— М? — удивился Эйдигер.

— А-а-а! — протянул Димар.

— Ясно! — поддержал их Вархар.

— Мечты должны сбываться! — вторил им Ярхар. С этими словами скандры перегнулись через весь стол и так быстро обменялись картами с Алисой, что девушка только ойкнула.

— У меня все козыри? — поразилась она.

— Выигрывай! — предложил Эйлегар.

— Вообще-то я надеялась победить честно… — пробормотала Алиса.

— Все честно! — заверил жену Эйдигер. — Или у кого-то остались сомнения? — обвел он взглядом присутствующих.

Женщины замотали головами, я повторила за ними.

— Мы, скандры, исполняем даже самые несбыточные мечты любимых! — добавил Эйдигер.

— Кстати! — вспомнился мне вопрос, который Ярхар предложил напрямую адресовать ректору. — А где ваша супруга, Эйлегар? Я слышала, вы женаты!

— Ммм… — ректор посмотрел в сторону Ярхара. — У кого-то очень длинный язык? Или слишком короткая память? Забыл, что делают варвары с теми, у кого длинный язык?

— Я просто хотел пояснить девушке-женщине, что вы — мужчина степенный, основательный и серьезный! — ничуть не испугался мой варвар.

— Так все же? — рискнула я продолжить расспросы. Эйлегар вскинул глаза к потолку — так мечтательно, как рассуждал только про издевательства над крипсами. — Моя Изгильда! Моя спутница! Она работает в магической полиции Эрелейны… Огонь, а не женщина! Любого за пояс заткнет… Трижды, прежде чем арестовать. Потому, что после такого любой преступник мужского пола сам сдается, осознав — какой же он слабак, что оказался за поясом у женщины…

— У вас отношения на расстоянии? — удивилась я.

— Ну как сказать? Смотря что называть расстоянием. Мы ж оба маги размерности.

— То есть? — не унималась я.

— А ты в курсе, что пытки ректора запрещены уставом Спецфака? — уточнил Эйдигер.

Вархар вскинул бровь, а Ольга с Гульнарой захихикали.

— Да ла-адно! Я сегодня добрый… к сотрудникам. Не к крипсам! — усмехнулся Эйлегар. — Мы живем вместе. Здесь. В Академии. Но рано утром жена порталом уходит на работу, и также возвращается. Поэтому вы с ней не сталкиваетесь. В рабочее время. Встает она очень рано… Часа в четыре и…

— И после этого вы с горя, что супруга ушла на работу будите весь вуз очередным объявлением? — не удержалась я.

— Наша женщина! Ловит на лету! — совсем не обиделся Эйлегар. — Вот закончится у жены рейд — познакомлю вас. Уверен, вы найдете общего языка.

— Общий язык? — уточнила я.

— Да не! Зачем вам отрезанный орган! Совместные пытки языка — вот что отлично укрепляет любую дружбу!

***

Еще несколько партий в карты и длинная игра в города убедила нас, что с варварами перекрестий не скучно даже в пространственной спирали.

Слася и Ламар вернулись к столу помятые, слегка дезориентированные, но еще вполне живые и здоровые. Только у младшего Мастгури под глазом красовался большой фингал, на лбу набухала шишка, а на груди краснела царапина, словно Доктор Шок встретил дикую пуму. При этом треугольный вырез футболки скандра скорее подчеркивал травму, нежели скрывал.

— Мужик! — похлопал брата по плечу Эйлигер.

— Еще немного и я стану спорить с этим утверждением, дабы его не доказывать, — вздохнул Доктор Шок.

— А кому нынче жить легко? Я имею в виду жить супружеской жизнью, — подал голос Димар. — Вот Ольга недавно рассказывала нам про петлю гистерезиса.

Слася шмыгнула, жалобно посмотрела на Ламара.

— Хорошо, что после удара в ухо при выполнении позы «Он прижимается к ней сбоку, небрежно закинув руки за голову, я хорошенько долбанулась ухом о локоть Ламара. Иначе пришлось бы расслышать весь физический термин… — с этими словами мрагулка отправилась к холодильнику.

Мужчины ожили и последовали за Сласей. Ламар собирался помогать, но Эйдигер удержал его на стуле, положив руку на плечо Доктора Шока:

— Отдыхай! После боя воин должен немного прийти в себя.

Очень скоро стало ясно: скандры одинаково хорошо выигрывают в города, даже если одновременно едят бургуза, режут нам пиццу, накладывают запеченную картошку и разливают чай… В общем делают параллельно кучу дел.

Когда все насытились, Ярхар подмигнул мне и предложил:

— Ну что? Пойдем тренировать твою магию никогда больше тебя не подводить в целях самосохранения?

Мне очень понравилась формулировка. Поэтому я безропотно отправилась за скандром.

Мы вышли в коридор поезда, и Ярхар принялся опять командовать. А я — подчиняться. С удовольствием и интересом.

Вначале, стоило мне открыть дверь в шестое измерение, как я начинала оказываться где только ни попадя.

Как выразился сам Ярхар: совершать рейды по местам боевой славы.

Скандр уморительно комментировал, прямо и смех, и грех.

— А мужик из джакузи мне сегодня не понравился. Какой-то нервный он стал, неприветливый. Раньше кричал, возмущался, просил уйти. А теперь просто позеленел и смотрел зверем. Так нервничать вредно.

— Вообще вскоре эти спортсмены смогут выступать во всех видах спорта. Плавать в лужах мы их уже натренировали, карабкаться по вулкану у них почти получилось, фигурное катание на пене, как ты рассказывала, они освоили.

— Скажу честно — если бы рыбы разговаривали, после шестого появления в подводном гроте, где они отложили икру, нас бы обложили отборным морским матом.

Однако через какое-то время я поняла — как задавать направление. И если даже нужная территория «временно недоступна», не попадать в «места боевой славы». В таком случае, я просто возвращалась в поезд.

Затем Ярхар вдруг объявил:

— А теперь учимся заключать врагов в пространственный карман!

— Как поленица Илью Муромца в русской былине? Он потом, кстати, на ней женился!

— Ну да! Ползал и восторгался: неужели это все мое!

Давай, девушка-женщина. Сосредоточься. Представь, что вокруг меня пространство складывается в карман. И ты его потом застегиваешь.

Я вообразила, как кладу Ярхара в карман, сделанный из границ измерений. Вначале вышло потешно. Скандр очутился словно внутри свернутого рулона ковра.

Я захохотала, а Ярхар сообщил:

— Вот так с врагами и поступай. Умрут от смеха не только они, но и вся армия неприятеля, которая это увидит.

Я усмехнулась, раскрутила пространство и попыталась свернуть заново.

С шестого раза вышло.

— Ну вот! Теперь враги умрут не от смеха, а от страха! — прокомментировал Ярхар. — Идем, выпьешь чаю и еще перекусишь. А то у тебя от слабости руки трясутся.

Как ни удивительно, пока скандр не сказал, усталости я не чувствовала. Но после его слов она навалились на плечи бетонной плитой. Ярхар приобнял — и энергии резко прибавилось. Я не стала спрашивать, как это делается. Просто насладилась ощущением и двинулась назад, в вагон-ресторан…

Мы продолжили общаться, развлекаться, лакомиться вкусной едой и ягодным чаем…

…А спустя еще некоторое время за окнами показался большой город с домами, похожими на картофелины какого-то необычайно большого размера.

— Ну вот! А эти дуралеи еще удивляются, что женщины перестали рожать им детей. Ну кто ж захочет, чтобы его дети были зелеными, лысыми и жили в клубнях?

Фраза Эйлегара означала, что мы прибыли. А очень скоро обнаружилось, что нас ждали, вернее опасались нашего прибытия…

Крипсы носились по улицам, прятались в домах, закрывали окна.

А братья Мастгури упражнялись в остроумии, высунувшись в окна почти всем корпусом.

— Да кто же так бегает? Вот после электроукалывания только пятки сверкают! Хотя, не исключено, что все дело в остаточном электричестве…

— Ну и куда это он? Я еще про электрический стул не рассказал! И про депиляцию головы… На лысых черепах особенно эффективно! Депилировать волосы может каждый дурак, а вот когда их не-ет… Это целое искусство…

Паника в вотчине крипсов набирала обороты, а наш поезд двигался к самой большой картофелине.

Видимо, именно там уже никуда не могло укрыться от нашего дружеского визита правительство крипсов…

Знало бы — ушло бы в отставку и — следом — в неведомые дали. Но мы не дали…