Глава 16

Огромная школьная парковка была заставлена дорогими блестящими автомобилями. Они стояли стройными рядами, но свободные места на парковке еще можно было найти.

Просторный школьный двор сегодня производил совсем иное впечатление. В прошлые посещения, особенно в пятницу, когда я забирал форму, казалось, что я проходил по тихому скверу. Сейчас же это место наполнилось шумными голосами лицеистов. Школьные друзья (по большей части это были лицеисты второго и третьего курса), встретившись после летней разлуки, делились впечатлениями, полученными за время каникул.

– Гляди, какой парень, – услышал я восторженный шепот какой-то девчонки.

– Первокурсник? Или переведенный? – зашептала ее подруга в ответ.

– Вот бы переведенный к нам! Было бы здорово! Интересно, из какого он рода?

– Может быть, какой-нибудь великий княжич?

Привычка прислушиваться к чужим разговорам очень полезна, особенно когда ты оказываешься на чужой территории. А привычка анализировать их краем сознания – еще более полезная. Но я не сразу понял, что девицы обсуждают меня. Когда же до меня это дошло, я мысленно расхохотался, сохраняя бесстрастное выражение лица. Вот она, польза единой школьной формы – по одежде невозможно определить достаток и происхождение.

– Фу, какой несуразный. Сразу видно, простолюдин, – донесся до слуха звонкий голосок девушки из другой компании. – Здоровый, а жмется, будто испуганный щенок.

– Он не здоровый, а жирный, – поправила ее подруга.

Взгляд этих балаболок был направлен на крупного парня с коротко стриженными светлыми волосами. Не скажу, что тот прям «жался», но да, идя по широкой дороге к школьному крыльцу, чувствовал он себя явно неуверенно.

Где-то я его видел…

Чуть ускорив шаг, я искоса заглянул в лицо парню и мигом его узнал. Это ж Кузя – Аленин приятель. Так она о нем говорила тогда, что ли? Мол, отличник, который с огромным трудом поступил?

– Привет, Кузьма! Давно не виделись, – хлопнул я его по спине и улыбнулся. – Круто, что мы в одной школе, да? Ладно, я в класс! Еще увидимся! – Подмигнув ему, я зашагал дальше.

– Ух ты… они знакомы? – удивилась одна из болтушек.

– Может, все-таки не жир, а мышцы? – задумчиво предположила другая.

Да уж, все-таки далеко не все различия скрывает школьная форма. Погорячился. Да и мне ли не знать…

Кабинет, отведенный классу «1А», располагался на втором этаже. Я оказался в этом классе при распределении, так как вошел в «топ – двадцать два» среди сдавших вступительный экзамен. Классы в «Алой Мудрости» формируют по успеваемости и каждые полгода обновляют состав классов, опираясь на результаты итоговых тестов. Однако, как правило, минимум половина учеников обычно остается на своих местах. Ибо чем «элитнее» класс, тем быстрее и тщательнее он проходит изучение материала. Да и сами лицеисты цепляются за свою «элитарность».

Войдя в класс, я дружелюбно поздоровался с уже присутствующими:

– Всем привет! Меня зовут Аскольд Сидоров!

Комната была просторная, светлая, с большими окнами. В ней стояли одноместные парты по пять штук в один «горизонтальный» ряд и по четыре друг за другом. Пятым рядом стояли две парты на большом расстоянии друг от друга. Одну из них, ближе к стене, занимала холодная черноволосая красавица, бросившая в мою сторону короткий высокомерный взгляд. Великая княжна Казанская в своем привычном образе.

– Привет! – раздался нестройный хор голосов мне в ответ. Кто-то, как, например, Василий Антохин, молча кивнул. Причем лучший по итогам вступительных экзаменов сделал это весьма неуверенно. Кстати, он занял парту в первом ряду возле окна.

А вот девушка, сидящая в самом центре первого ряда, демонстративно отвернулась и даже фыркнула. Похоже, пресловутые критические дни у Родниной все еще не прошли.

Пройдя мимо ее парты, я с улыбкой произнес:

– Тебе, Маша, отдельный привет. Как и тебе, Влад.

Подойдя к Белякову, сидящему за Марией через одну парту, я пожал ему руку.

– Здорова, Аскольд! – бодро проговорил он. Похоже, и правда рад меня видеть. – Как у тебя дела? Готов грызть гранит науки?

– А то, уже зубы наточил, – усмехнулся я. После чего услышал недовольный хмык впереди.

– Маш? Ты чего? – удивленно спросил Беляков.

– Все в порядке, Влад, – на удивление добродушно ответила она.

Так Роднина только на меня агрессивно реагирует? Ну дела.

– Сам-то как? – вновь обратился я к дворянину из Владивостока. – Не изнываешь от скуки в общежитии?

– Хех, – важно усмехнулся он. – Я взял учебники в библиотеке и знакомился с материалом. На итоговых планирую занять место еще выше!

– О как. Молодец. Дальновидный.

– Угу, только не один я такой дальновидный. – Влад кивком указал на Машу. Похоже, Роднина тоже решила заселиться в общежитие лицея.

– Ладно, потом еще поболтаем. – Я направился к приглянувшейся парте, пока никто другой ее не занял.

Да, я выбрал самое дальнее место возле окна, чтобы спина была прикрыта и все другие направления просматривались.

Народ в классе занимался кто чем: одни слушали музыку в наушниках, другие уткнулись в телефоны. Одна девица вроде бы рисовала. А вот Маша демонстративно читала какой-то учебник.

В последующие десять минут подтянулись еще семь человек. Как и я, представляясь в проходе (кто-то представлялся полным именем, кто-то, как я, довольствовался именем и фамилией). Относительно свободными остались только две парты на втором ряду. Почему «относительно»? Просто на них лежали тетради – стало быть, кто-то застолбил их еще до моего прихода.

Спустя полторы минуты после последнего вошедшего в дверном проеме показались две девушки. Первой шла высокая красотка. Ее рост с учетом небольшого каблука школьных туфель составлял сто семьдесят три сантиметра. Спортивные бедра не могла скрыть даже длинная (до щиколотки) школьная юбка, а грудь неслась впереди своей хозяйки, служа мягкой подставкой для школьного галстука. Девушка могла похвастаться утонченными чертами лица и острым подбородком. Ее длинные светлые волосы были собраны на затылке в конский хвост.

На фоне своей знакомой веснушчатая девушка с рыжим каре немного терялась. Если бы не цвет волос, и вовсе бы осталась незаметной тенью.

С интересом глядя на вновь прибывших, я откинулся на спинку стула.

– Приветствую всех, – добродушно поздоровалась светловолосая и улыбнулась. – Я Оболенская Яна, приятно познакомиться.

Класс ответил нестройным хором, приветствуя дочку директора, а по совместительству великую княжну Тверскую.

– Здравствуйте, я Комаровская Инна, приятно познакомиться, – чуть поклонилась рыжая.

После того как и с Инной поздоровались, княжна Тверская прошла в центр класса и обвела присутствующих взглядом, на секунду остановившись на мне.

– Позвольте поинтересоваться, кто из вас Сидоров Аскольд? – спросила она с полуулыбкой на лице.

Одноклассники с любопытством поворачивались в мою сторону, но, к их чести, пальцем никто тыкать не стал. Даже Ромодановская искоса поглядела на меня.

– Я Аскольд. Чем-то могу быть полезен? – спокойно ответил я, не меняя позы.

Яна уверенной походкой прошла мимо разделяющих нас парт и остановилась в двух метрах от меня.

– Да вот хотела посмотреть на того, кому хватило наглости отказаться от чести быть Слугой нашего рода, – ровным тоном проговорила она, не сводя с меня пристального взгляда голубых глаз. Отчего-то ее голос мне показался смутно знакомым.

– Посмотреть? Ну, это можно. Вам анфас? Или в профиль? – Я повернул голову.

Ответить она ничего не успела, звук проехавших по полу ножек стула привлек всеобщее внимание.

Сидевший через одну парту от меня парень с черными волосами поднялся с места, вежливо кивнул Оболенской, когда прошел мимо нее, и навис надо мной.

– Как ты смеешь грубить великой княжне, смерд? Как смеешь ты разговаривать с ней, не оторвав свой зад от стула? Позабыл свое место?

Взметнувшаяся ладонь устремилась к моей щеке.

– Полагаю, эта рука тебе не нужна? – ровным тоном спросил я, поймав парня за запястье. – Могу забрать себе? – Я сильно сжал пальцы, но энергии не использовал.

– Сволочь, – процедил парень и дернул рукой, пытаясь вырваться. Силен! Но я удержал. Он напрягся, чтобы дернуть второй раз.

Я отпустил пальцы в момент его рывка, и чернявенький попятился, чуть толкнув чужую парту.

– Прошу прощения, – бросил он через плечо и развернулся ко мне. В его карих глазах пылал гнев.

– Ах ты! Как ты посмел оскорбить честь Яны Андреевны?!

Он вновь занес руку, но его снова перехватили.

На этот раз не я.

– Прошу прощения, вашего имени я не знаю, – с дежурной полуулыбкой проговорила Оболенская, отпустив запястье парня.

– Гавриил Федорович Миронов, – поклонился он, – из рода дворян Мироновых.

– Очень приятно, Гавриил Федорович, – поклонилась в ответ девушка. – Так вот, вышло недоразумение. Мою честь никто не затрагивал. А если бы кто и посмел, я бы сама смогла за себя постоять. И я бы уж точно не стала устраивать драку на территории нашего лицея, а вызвала бы обидчика на школьную дуэль, как того требуют правила.

И вроде говорила она спокойно, отчасти даже ласково, но от ее тона и замершей на губах полуулыбки у слабого человека могла бы кровь в жилах застыть. Я аж заслушался.

Миронова проняло. Он еще раз поклонился, сбивчиво извинился и вернулся на свое место.

Как раз в этот момент в кабинет и вошел учитель. Молодой подтянутый мужчина в белой сорочке и темной жилетке был обладателем аккуратно подстриженной остроконечной бородки.

Он закрыл за собой дверь, и мои одноклассники начали спешно подниматься со своих мест, приветствуя учителя. Я понял, что нужно сделать то же самое.

– Садитесь, – велел он. – Меня зовут Арефьев Никита Сергеевич. Я учитель истории и обществознания, а также ваш классный руководитель. А теперь прошу вас поочередно встать и представиться. Начнем с первого ряда, первой парты…

После короткого знакомства учитель принялся объяснять нам технику безопасности в школе и основные ее правила. Уделил несколько слов учебному процессу и заострил внимание на дополнительных занятиях:

– В нашей школе есть клубы дополнительного образования различной направленности. Наиболее значимые клубы – те, что посвящены науке. Но есть клубы спортивные и занимающиеся творческой деятельностью. Настоятельно рекомендую ознакомиться со списком и выбрать тот, который придется вам по душе. Да, участие в клубах необязательно. Но учсовету время от времени требуются помощники для организации различных мероприятий. И помощников они в первую очередь набирают из тех, кто не состоит ни в каких клубах. А помогать учсовету – одна из обязанностей наших лицеистов.

Когда учитель уже почти закончил свою речь, в кабинет постучали. Следующие полчаса нас по одному фотографировали для школьного портфолио, а под финал нам сделали общую фотку.

Затем Арефьев сказал еще пару слов и объявил о завершении классного часа, предварительно сообщив, что через двадцать минут в актовом зале пройдет общее собрание лицея.

– Ну что, пойдем вместе? – Я подошел к Владу, который косился в мою сторону.

– Давай, – тут же согласился он.

Мы вышли на улицу и направились к другому корпусу, в котором располагался актовый зал.

– Аскольд, меня тут любопытство гложет, – неуверенно начал владивостокский дворянин, – чисто любопытство. Я обещаю, что слухи распространять не буду.

– Не надо длинных предисловий, – хмыкнул я. – Спрашивай.

Глянув на меня, он благодарно кивнул и выдал:

– Скажи, я правильно понял, что тебе лично предлагали стать Слугой великокняжеского рода и ты отказался?

– Частично, – спокойно ответил я. – Предлагают всем простолюдинам, если они оказались в тройке лучших на экзамене. Но да, я отказался.

– О-о… – задумчиво протянул он, а затем расплылся в улыбке и хлопнул меня по плечу. – Ты еще круче, чем я думал. Стало быть, планируешь совершить какое-нибудь деяние и стать аристократом?

– А то! – усмехнулся я.

Да уж, все-таки для местных простолюдинов стать Слугой рода, видимо, действительно большая честь, от которой нормальные люди не отказываются. Но, увы, ограничивать себя в свободе я не собираюсь. А Служение по умолчанию подразумевает излишние ограничения.

Пока мы шли по аллейке, Влад здоровался с некоторыми лицеистами, заодно представляя и меня. На лацкане пиджака одного из его знакомых я приметил крупный металлический значок в виде герба «Алой Мудрости».

– Что это был за отличительный знак? – поинтересовался я, когда мы прошли дальше.

– Знак вступившего в состав совета лицеистов, – охотно пояснил Влад.

Недалеко от входа в актовый зал дежурил еще один представитель учсовета. Помимо прочих обязанностей, эти лицеисты следили и за соблюдением дисциплины. Вот парень и смотрел по сторонам цепким взглядом.

– Аскольд Сидоров! – послышался за спиной знакомый голос.

Мы с Владом остановились и развернулись. К нам бодрой походкой приближались два наших одноклассника: чернявый дворянин Миронов и хмурый парнишка – Игнат Лукин.

– Аскольд Сидоров! – громко повторил Миронов, остановившись напротив меня. – Я вызываю тебя на дуэль! Сегодня после общего собрания!

– Ум, – отозвался я, отметив, что заявление Гавриила слышали все лицеисты вокруг нас, также направлявшиеся в актовый зал. – Причина?

– Причина? – процедил он и, приблизившись ко мне, тихо прошипел: – Ты выставил меня в дурном свете перед великой княжной. Ты заплатишь за это. Ну? – повысил он голос. – Моя честь требует сразиться с тобой! Принимаешь мой вызов? Или испугался?

– Почему бы не повеселиться, – усмехнулся я. – Идет.

– Хорошо. Игнат Лукин, мой секундант, свяжется с твоим, как того велят традиции, чтобы определить место и точное время. Ты найдешь секунданта? – зло спросил он.

Я молча повернул голову к Владу. Тот смотрел на меня, не скрывая любопытства.

– Будешь? – спросил я.

Он кивнул и твердо ответил, глядя на Лукина:

– Я, Владислав Беляков – секундант Аскольда Сидорова. В любое время готов обсудить место и время.

– Обменяемся телефонами? – предложил Лукин.

– Давайте только в сторону отойдем, – посоветовал я. Все-таки стояли мы практически посреди аллейки, перегораживая путь другим ученикам.

Спустя десять минут мы с Владом заняли соседние кресла в актовом зале. Первокурсникам выделили первые ряды. Видимо, чтобы лучше прониклись речами выступающих учителей и старшекурсников.

– Спасибо, что согласился стать моим секундантом, – шепнул я парню.

– Не за что, – отозвался он. Помолчал несколько секунд, а затем не выдержал: – Как думаешь, ты сможешь победить? Прости, но роды́ тренируют детей с малых лет. У них веками отлаженные системы тренировок. И… – Он замялся.

– Не парься. Камни тоже веками создаются, но сильный удар может их разрушить.

– Э-э… ну да…

За нашими спинами зашушукались одноклассники, да и не только они. Новость о предстоящей дуэли разлеталась по залу со скоростью пожара. Похоже, для старшекурсников дуэли – привычное развлечение.

Ну и Форкх с ними.

– О, кажется, начинается, – бодро проговорил я, глядя, как из-за кулис на сцену выходят учителя и несколько лицеистов.

Краем глаза я заметил брошенный в мою сторону удивленный взгляд Влада. Беляков хмыкнул и тихо произнес:

– Ага. Кстати, высокая брюнетка рядом с Титовым – глава учсовета и прошлогодняя чемпионка лицея. Ее называют царицей лицея.

Он восхищенно выдохнул.

Так получилось, что я начал смотреть на эту девушку еще до того, как ее упомянул Влад. Удивительно, насколько разное впечатление могут производить люди, облаченные в одинаковую форму. Сегодня я видел много девушек в форме лицея, но на главе учсовета эта стандартная одежда сидела лучше других.

Прошлогодняя чемпионка шла по сцене с таким достоинством, будто являлась планетарной принцессой. Впечатляет! И вроде бы обувь у нее с таким же точно каблуком, как у остальных девушек, а будто бы делает ее гораздо выше.

А какая фигура! А шелковистые волосы цвета воронова крыла, которые только подчеркивают белоснежность кожи…

– А рядом с ней старшая сестра нашей Оболенской, – отвлек меня голос Влада.

Я перевел взгляд. Действительно, старшая сестра – чуть выше, чуть фигуристее, но лицо практически один в один, как у Яны. Правда, прическа другая – длинные светлые волосы девушки были заплетены в объемную косу.

Да уж, раннее заселение в общежитие имеет свои плюсы – информацию о лицее и его звездах Влад успел приобрести.

Между тем громкие разговоры в зале поутихли, а как только первый замдиректора подошла к стойке с микрофоном, и вовсе воцарилась гробовая тишина.

– Уважаемые лицеисты! Как правило, вступительную речь произносит директор, но Андрей Михайлович сейчас занят делами рода, так что от его лица вас приветствую я, – уверенным тоном начала Ирина Александровна. – Рада поздравить вас с началом нового учебного года. И рада видеть вас в стенах «Алой Мудрости». Здесь учатся лишь достойные из достойнейших…

– И все-таки какая огромная у нее грудь… – пробормотал я себе под нос.

– Угу, – услышал меня Влад, чуть мотнул головой и слегка повернулся в мою сторону.

Выражение его лица было самую малость тревожное.

– Тебя совсем не волнует предстоящая дуэль? – чуть ли не одними губами прошептал он.

– Ни капли, – отозвался я.

Больше во время выступления замдиректора мы не разговаривали, хоть основная часть речи и показалась мне скучной. Однако я старательно запоминал любую мало-мальски полезную информацию.

И целый пласт такой информации Шапочкина выдала ближе к концу выступления:

– Также сообщаю, что с двадцать первого сентября начнется прием заявок на участие в школьном отборочном этапе всеимперского боевого турнира. Тридцатого сентября сбор заявок будет закрыт во время осеннего бала в честь начала турнира. Пусть наш лицей во главе угла ставит науку, мы ни в коем случае не умаляем важности умения сражаться и защищать себя, свою семью и страну. Выступать даже на школьном этапе турнира – большая честь. Ну а тех, кто достойно покажет себя на каждом из этапов, ждет достойная награда. Победа же на самом турнире – и вовсе поистине великое деяние! Почет, слава, зе́мли – все это ждет победителя! И если вдруг победит простолюдин или Слуга, он гарантированно получит статус Претендента! Ну а для аристократа победа – это гарантированный способ покрыть свой род еще большей славой!

С каждым словом этой обольстительной женщины я все отчетливее понимал, чем займусь в обозримом будущем.