Глава 6

— Ваше высочество, — приветствовал Амерона владелец лавки антикварными товарами — единственный тёмный эльф, которого я видела в Лирелии.

Он сверкнул взглядом в мою сторону и загадочно улыбнулся, положив в свою сумку связку спелых яблок, которые только что приобрёл во фруктово-овощной лавке, мимо которой мы проходили.

— Ваше высочество, — склонился он уже передо мной, и я замерла в оцепенении. Он сейчас… обращается ко мне? Но я всего лишь невеста Амерона, пусть и наследника престола.

Амерон прищурился, и приблизился ко мне ещё ближе, накрывая меня своей внушительной тенью и заодно скрывая от глаз тёмного.

— Добрый вечер, — вежливо поприветствовала я его, хотя всё моё тело уже было охвачено мурашками, будто острыми коготками, пробежавшимися по коже.

— Мы очень… рады вновь видеть вас, — прозвучало от наследника, в чьей вежливой интонации было прекрасно слышно предостережение.

— Захотелось мне вдруг яблочного пирога… — неожиданно произнёс эльф, похлопывая по своей сумке. — В последнее время почти не ощущаю вкусов. Как будто всё нутро подёрнуто льдом.

Его слова вновь заставили меня замереть. Взгляд эльфа — острый, пронзительный — был направлен прямо на меня. Эти слова… они явно предназначались мне! «Нутро, подёрнутое льдом»… Опять эти загадки, Джея!

Лёд. Тернград. Его обращение «Ваше высочество»… Всё вдруг сложилось воедино с леденящей душу ясностью.

Рука сама сжала локоть Амерона, ногти впились в ткань его рукава. Я стиснула зубы так сильно, что в висках застучало, но я не отводила глаза от эльфа.

Он знал. Чувствовал. Или… предвидел?

— Старость, — вдруг бросил тёмный эльф в ответ на мой недоуменный взгляд, рассмеялся таким странным, дребезжащим смехом и пожал плечами, будто извиняясь за нелепую отговорку.

А затем он просто… ушёл. Ушёл и оставил меня с кашей в голове и вихрем смешанных чувств. Он точно намекал на что-то важное! Значит, не зря меня так сильно тянуло в Тернград…

Амерон, заметив моё растерянные выражение лица, тихо выругался себе под нос и решительно увёл меня с оживленного проспекта. Я не сразу заметила, что мы оказались в тихом саду цветущих яблонь. Сладкий, дурманящий аромат окутал нас, заставляя голову приятно кружиться.

— Не обращай внимания на его слова, — Амерон сорвал цветок, бережно крутя его между пальцев. — Он… немного тронут умом. И уже давно.

— Откуда ты вообще его знаешь? — вырвалось у меня. Этот вопрос не давал мне покоя ещё в наш первый визит в лавку тёмного эльфа.

— Много лет назад он… оказал услугу нашей семье, — Амерон замялся, и по этой лёгкой паузе стало ясно — тема болезненная, не для посторонних ушей.

Значит тёмный эльф помог королевскому дому — этим и купил себе право остаться в Лирелии. Но что мог сделать один эльф для могущественной династии?

— Он назвал меня «вашим высочеством», — я остановилась под цветущей яблоней, ловя на ладони опадающий лепесток. — Также, как и тебя.

Амерон усмехнулся:

— Это было бы неудивительно, если бы он знал, кто ты.

— Неудивительно? — я застыла с лепестком, прилипшим к пальцам.

Его рука потянулась ко мне — тёплая, уверенная — поправила выбившуюся прядь. Прикосновение обожгло нежностью.

— Каран Меллесар — твой дед. Король Тернграда. А значит ты…

Он сознательно замолчал, давая мне додумать. Но мысль казалась абсурдной — я принцесса? Ещё месяц назад я не знала, кем были мои родители, кем была сама. И что представляла собой моя магия. Тело отказывалось верить, даже когда разум складывал факты.

— М-да, принцесса о существовании которой никто не знает, — хмыкнула я, пытаясь скрыть охватившее меня смятение.

— Ну, о тебе уже знаю я, — его улыбка растеклась приятным теплом по душе.

— Ты будто не удивлён, что я оказалась принцессой, — улыбнулась я в ответ.

— Наверное, потому что для меня ты всегда была ею, — его пальцы коснулись моей щеки, а золотистые глаза грели, словно солнце. В них читалось столько — нежность, восхищение, что-то ещё — что у меня невольно перехватило дыхание.

Ему было абсолютно всё равно, что я оказалась внучкой правителей вражеского государства. Его отношение не изменилось и это поражало больше всего. Как надменный и самовлюбленный наследник мог оказаться настолько глубоким и искренним парнем?

Наверное, поэтому я не смогла в очередной раз отстраниться и убежать от его взгляда. Позволяя ему наклониться и поцеловать меня.

Амерон сжал меня в своих руках так сильно, что я поняла — он хотел давно это сделать. Его губы обожгли голодом, смешанной с нежностью и трепетностью. заставляя закружиться голову и смывая на миг всё, кроме него.

Но только на миг.

Потому что в темноте сомкнувшихся ресниц вспыхнули тени. Обрывки снов. Тот остров. Тот день. Та страсть, которая выжгла во мне душу дотла. Пустота, оставшаяся после, пронзала насквозь. Боль, которая не утихала.

Амерон умел заставить забыть. Но лишь на мгновение…

Когда волна заполонивших меня чувств стала невыносимой, я отстранилась, мягко толкая его ладонью.

— Амерон… — в моём голосе дрожала мольба. «Остановись. Не рви мою душу».

— Я люблю тебя, — прошептал он, переворачивая всё в моей душе. И ошеломляя своим признанием.

— Амерон… — снова прошептала я, не находя слов, которые не ранили бы его.

Он сжал губы и кивнул. В его глазах поселилась такая боль, что стало трудно дышать. Мой растерянный взгляд уже сказал всё за меня.

— Не нужно, — глухо обронил он. — Я знаю. Ты не чувствуешь того же.

Я зажмурилась, чувствуя себя ужаснейшим человеком на свете и прижалась к нему. Если бы я могла… Если бы моё сердце сумело полюбить его по-настоящему, так, как он этого заслуживал и забрать его боль… Мы оба были бы счастливее.

Но моё сердце почернело и окаменело в тот день, когда Тирон перевернул мою жизнь с ног на голову, распространив внутри меня, словно отраву — тоску, безумную страсть и… любовь. Любовь, которая стала ужаснейшей ошибкой.

— Амерон, я… — голос предательски дрогнул, пока я сосредоточенно разглядывала золотую вышивку на воротнике его пиджаке, лишь бы не встречать его взгляд. — Я не могу больше быть твоей девушкой. Думаю, и ты это понимаешь.

— Нет, я не понимаю, — нахмурился он. Его пальцы впились в мои плечи, будто я уже сейчас готова была убежать от него. В глазах читался немой вопрос.

— Я… я стала другой. Мне нужно поскорее уехать отсюда, Амерон. Хочу забыть весь этот кошмар… свою вину…

— Твоей вины нет в случившемся! — его твёрдый голос звучал уверенно, будто он точно знал это.

Я лишь покачала головой. Конечно, есть. Я была виновата в том, что обманула при поступлении, и в том, как втянула Амерона в эту историю, а ещё… В активации проклятия, которое чуть не превратила Тирона в безумное чудовище.

Если бы Тирон одичал тогда… Смог бы кто-то остановить чёрного дракона его силы? Лирелия могла бы превратиться в пепелище.

А после того, как он забрал меня, я стёрла ему память. Лишила воспоминаний, эгоистично и малодушно бежав от собственных страхов.

— Не ты стёрла ему память, — сказал он, а я замерла, не веря своим ушам. Я ослышалась?

— О чём ты? — резко подняла голову, впиваясь взглядом в его лицо, пытаясь найти в его глазах хоть намёк на иронию.

— Проклятие… — он говорил медленно, будто давал мне время осознать. — оказывается, оно само стирает воспоминания, если ректор-дракон исполняет напророченное. Двойная Кара от основателя — тёмного эльфа.

Каждое слово с оглушающим звоном падали в душу. Раздирая сердце, будто лезвием.

— Это сделала не ты. Твоя магия не смогла бы преодолеть его силу. Он очень силён, Лисса… Но проклятие… оно завершило свою работу.

Мои губы вмиг высохли. Не я? Не я лишила его воспоминаний? Джея! Внутри будто хлынул ливень, даруя облегчение. Смывая горечь и боль. Самобичевания и вину.

Амерон сжал губы, хмуро наблюдая за моей реакцией.

— Скажи, ты… — он резко замолчал, будто был не в силах продолжить свой вопрос. Закрыл глаза, отрицательно качнув головой.

— Я не хочу, чтобы произошедшее определило твою жизнь, Лисса, — твёрдо произнёс он, сжимая мои пальцы в своих. — И не готов отпустить тебя.

Я нахмурилась, не зная, как правильнее донести до него мысль — сейчас я не готова к отношениям. К тому же, скоро мы разорвём помолвку. Зачем это всё?

Открыла рот, чтобы ответить ему, но внезапно между яблонями появился королевский страж. Он приблизился к нам, низко поклонился Амерону и что-то шепнул ему на ухо.

С лица наследника сошли краски. На секунду он покачнулся. Я вцепилась в его руку, чувствуя, как дрогнули его пальцы. Что случилось? Что так потрясло его?

— Я понял… — неестественно ровным голосом ответил стражнику Амерон, — Можете идти.

Когда стражник скрылся, Амерон провёл ладонью по лицу и невидящим взором уставился в одну точку перед собой.

— Что случилось? — выпалила я, чувствуя, как и у меня в груди начинает расти клубок страха.

— Отец… Мама… — он замолк, не в силах продолжить. Но по его глухому тону и

глазам, наполненным невысказанной болью, всё стало ясно.

Его родители — император Аксинор и императрица Зинейра Сонаура покинули этот мир.

— Амерон… — прошептала я, зная, что любые слова сейчас будут пустыми. — Мне очень жаль.

— Мне нужно… — его растерянный взгляд блуждал по моему лицу, по яблоням, которые вдруг потеряли всю свою прелесть. — Я должен идти, Лисса.

Он исчез так быстро, что в воздухе осталось лишь эхо от треска телепортации. Правители Лирелии мертвы. А это значит…

Мысли путались. Мой друг… теперь император? А всего пару минут назад он признался мне в любви. По душе скребущими коготками пробежался страх. Он же сдержит своё слово и освободит меня от помолвки? Так ведь?

Я понимала, что Амерона сейчас другие заботы. Ему предстояло подготовить прощание с родителями, провести экстренные заседания в Совете. А потом… его ждала коронация. Если, конечно, старейшины согласятся нарушить многовековую традицию и позволят ему взойти на трон без брака.

Дорога обратно в Академию пролетала незаметно, потому что я была слишком погружена в свои мысли. Когда мне в руку прилетел маленький камушек, я испуганно дёрнулась и заозиралась по сторонам.

— Что за…

Из-за угла ближайшего здания мне энергично махала рукой… тётя? Что она делает в столице?

— Что ты здесь делаешь? — воскликнула я, подбежав к ней и сжав её в объятиях.

— Ловлю свою племянницу, — рассмеялась она, но тут же приложила палец к губам. — Тихо! Я здесь неофициально.

В своём болотно-зелёном плаще с задвинутым на голову капюшоном она выглядела очень подозрительно. И очень незаметно, да!

— Ты бы ещё веточку в зубы взяла для полного образа, — рассмеялась я.

Она сняла капюшон, высвободив пышный пучок светлых волос, и озорно подмигнула:

— Пойдём куда-нибудь, где можно спокойно поговорить.

Мы устроились в небольшом баре, куда редко заглядывали избалованные столичные жители. Когда официант принёс чай в нелепых пивных кружках, тётя, наконец, объяснила:

— Я ненадолго. Нужны были особые ингредиенты для задания от мэра… и, — её глаза потеплели, — хотелось увидеть тебя.

Её объятия пахли знакомыми с детства травами, а пальцы нежно вплетались в волосы, как в те времена, когда я была маленькой.

Тётя Лиссы — Лейда

— Вот только ты была очень поглощена общением со своим «не парнем», а затем ушла в свои мысли так глубоко, что мне пришлось буквально бросаться в тебя камнями.

Щёки мгновенно покраснели. Значит, она видела нас с Амероном… Теперь точно не получиться убедить её, что между нами ничего серьезного.

Но она вдруг нахмурилась и резко наклонилась ко мне через стол.

— Я слышала о проклятии, — её голос стал ещё тише, а глаза встревоженно вглядывались в мои. — Что произошло? С тобой всё в порядке?

Горло сжалось, будто его перехватила невидимая рука. Я сглотнула и кивнула.

— Всё хорошо. Замок отремонтировали. А ректор… — голос предательски дрогнул, — в полном порядке.

Тётя кивнула, слишком погруженная в свои мысли, чтобы заметить мою ложь. Видно, что её тревожило что-то ещё, иначе она бы заметила мою реакцию на её вопрос.

— Лисса, я вскоре вернусь, — неожиданно объявила она, подтверждая мои догадки. В её глазах вспыхнула твёрдая решимость. — Куплю здесь домик. Скажу родне, что всё это время занималась изучением целебных трав, что не так уж и далеко от правды, — улыбнулась она и сжала мою руку. — Буду ближе к тебе. Пора и мне перестать прятаться. И вернуться в мир. Ты уже большая, готова открыто встречать вызовы судьбы. Я так рада, что ты выросла такой умницей, — на её глаза под конец и вовсе навернулись слёзы

— А я рада за тебя, — улыбнулась я ей и тоже сжала её руку. А если бы этого широкого стола не было между нами, то непременно обняла бы её. — Мне очень повезло с тобой.

Она рассмеялась сквозь слёзы и закивала в ответ на мои слова.

— Вот только… я не уверена, что хочу остаться здесь, — я осторожно подбирала слова, ведь и сама ещё не была абсолютно уверена в своём решении. — Я хотела бы узнать больше о матери. И о тёмных эльфах.

Слова упали как звонкая капля на абсолютно спокойную гладь воды, разлетаясь кругами.

— Только не говори, что ты… — глаза тёти расширились, а рука потянулась ко рту, — собираешься в Тернград?!

Я молча кивнула. Она всегда понимала меня с полуслова.

— Но зачем, детка? — в её голосе смешались тревога и непонимание.

— Я… не знаю, как объяснить, — мои пальцы бессознательно сжали край стола. — Всё во мне тянется туда. И я должна узнать, что случилось с моей мамой. С моими родителями.

— А твой дракон? Ты начала его чувствовать?

— Да, — улыбнулась я. — Вот только я не знаю, как запустить первый оборот. И когда, как это должно произойти.

— Первый оборот нельзя вызвать насильно, — её улыбка стала мягче, а взгляд наполнился тёплым пониманием, словно она читала мои мысли. — Не спеши. Дай ей заполнить тебя. Всю свою жизнь ты даже не подозревала о её существовании. Она была скрыта, заперта глубоко внутри. Но, видимо, теперь, когда ты узнала правду, когда начала искать её в себе, последние барьеры рухнули.

Я отвела глаза, понимая, что на самом деле снесло все мои барьеры и замки, блокирующие мою драконицу. Вовсе не то, что я узнала правду.

— Первый оборот уникален для каждого. Но он случается лишь тогда, когда будете готовы вы обе — и ты, и твоя драконица.

Готовы… И как понять, готовы ли мы?

— Поверь, ты точно почувствуешь, когда придёт время, — понимающе кивнула она.

Да, после случившегося на острове, покой стал мне чужд. Каждая минута — напряжение. Каждое дыхание — сжатая пружина. О какой готовности могла идти речь?

— Но я слышала, что у некоторых первый оборот случается именно в стрессовых ситуациях. А, учитывая, в каких условиях проснулись мои силы…

Тётя тяжело вздохнула, понимая, о чём я говорю.

— Такое действительно бывает. Но тебе, детка, — её ладонь легла поверх моих сжатых кулаков, — будет лучше обернуться в тишине и гармонии. Не забывай, что ты не только дракон. — её глаза, внезапно ставшие серьезными, пронзили меня насквозь. — В тебе очень конфликтные сущности. И если одна рвётся на волю в буре, то другая требует покоя. Твоя драконица должна пробудиться в мире, а не в хаосе.

Я моргнула, удивляясь — тётя знала даже о том, что мои тёмные силы иногда выходили из-под контроля. Неужели, она замечала это уже тогда, когда я ещё даже не знала о них?

— А как поживает твоя драконица? — осторожно спросила я, вспомнив, через что пришлось пройти тёте. Девятнадцать лет подавления своей истинной природы… Как она вообще выдержала это?

Её лицо озарилось такой искренней радостью, что стало светло даже в этом полутемном баре:

— У нас теперь всё чудесно! Стоило мне только по-настоящему позвать её — и она тут же откликнулась. Теперь мы почти каждую ночь летаем над лесом, недалеко от Эвернора, пока все жители спят.

В груди что-то тёплое и светлое расправило крылья. Если она смогла — после стольких лет подавления своей сущности — значит, и у меня обязательно получится! Эта мысль ударила в самое сердце, наполняя его новой надеждой.

Когда я вернулась, в каждом уголке Академии звенела новость о смерти императорской четы. Я укрылась в своей комнате, подальше от вопросов и неприятных перешёптываний о дальнейшей судьбе императорской короны. И грызла яблоки принесённые мерлоком. Его голова покоилась на моих коленях, и я машинально перебирала его чешуйки, из-за чего мерлок довольно жмурился.

Пальцы другой руки перелистывали конспекты по Кристалломантии. Первый выпускной экзамен.

Страницы шуршали, пока я изучала урок за уроком. И замерли, когда я наткнулась на него — «Раскрытие скрытых свойств зачарованных кристаллов». Преподаватель дал нам все ключи. Оставалось только применить их.

Сердце забилось чаще, когда я потянулась к шкатулке. Камень Ашаир… Пора, наконец, узнать, какие тайны хранит это сокровище.