Глава 7

Магический контур построен. Последняя свеча вокруг него занялась ровным пламенем. Огонь — как энергия стихии этого солнечного камня. В дрожащем свете язычки огня тянулись к центру, где в центре лежал медальон в форме солнца. Ашаир светился изнутри, как миниатюрное светило, а в его глубине сверкали золотистые искры — признак наложенных некогда чар.

Я произнесла слова заклинания раскрытия и стиснула зубы до хруста. Тёмная магия бурлила под кожей, нетерпеливыми колющимися иголками отдаваясь в кончиках пальцев. Но я силой воли оттеснила её вглубь. Не сейчас. Тёмная магия противоположна энергии этого камня.

Коснулась камня стихийной магией. Ашаир вспыхнул ослепительно. Даже мерлок, сопящий неподалёку, недовольно прикрыл морду лапами. Соня.

А затем над медальоном, прямо в воздухе собрались светящиеся очертания двух магических контуров. Два! Значит на камень было наложено два вида чар.

Я впилась взглядом в переплетения линий, разбирая их по элементам. Первый контур, сложный и изящный, был защитой высшего порядка. А второй… Разобрать его было сложнее. Ничего подобного я ещё не встречала.

Но затем хлопнула себя по лбу. Те же плавные линии, что и в чарах для магических светильников, те же элементы, что в заклятьях глажки! Основной элемент — тепловой. Да это же согревающее заклятье!

Отпустив магию, я выдохнула и устало присела. Да, сложный контур раскрытия чар отнимал много сил.

Но… Кому понадобилось наделять Ашаир греющими свойствами?

Мысль ударила как обухом. Ранее земли Лирелии и Тернграда были единой Надарией. И если в нашей империи климат всегда был довольно тёплым, то в Тернграде… Говорят, что там даже летом лёд не тает…

Он мог принадлежать тому, кто проживал на землях, относящихся нынешнему Тернграду? Неужели тёмному? Но его солнечная и светлая энергия полностью этому противоречила.

Я нахмурилась, окончательно запутавшись. Ясно было одно: камень был безопасен. И к тому же весьма полезен, учитывая его защитные свойства. Я не говорю уже о его природных способностях «усиливать» и «раскрывать» магические силы носителя. И если я решу надеть его, то могу делать это без опаски. Всё вместе — делало его поистине «сокровищем».

До выпуска оставалось совсем немного. Пока носить его здесь было неразумно. К тому же, моя нестабильная магия сейчас требовала не усиления, а «баланса». Покоя и гармонии. Чтобы я могла раскрыть свою драконицу.

Тирон Делони

После того, как он проверил каждую девушку Академии — ему было немыслимо думать, что ему пришлось пойти на это, ведь он был уверен, что найдёт свою истинную гораздо раньше — его накрыла такая тоска, что впору было выть. Он не нашёл. Не нашёл её.

Зато узнал от секретаря, которая перерыла все источники, связанные с проклятием, что память он потерял не просто так. Здесь тоже поработало проклятие. А точнее, отняло его воспоминания. И заставило истинную бежать от него. ЕГО. ИСТИННУЮ. О соединении с которой уже и не мечтал. И здесь… вновь насмешка судьбы.

Ему пришлось явиться в Совет. Это был уже четвёртый вызов, и он не мог вновь проигнорировать его.

Император не смог участвовать в заседании, но зато старейшины набросились на него с таким негодованием, будто именно он наслал проклятие, а не стал его жертвой. Их слова всё ещё висели в воздухе — тяжёлые и острые, заставляя его кипеть от гнева — они всерьез обсуждали его отстранение от должности.

— Позвольте напомнить, — его голос прозвучал низко и опасно, едва не переходя в драконий рык, — что при моём избрании, вы сами настояли на открытии пророчества об истинной от Оракула. И все вы слышали — предсказано мне было совершенно иное!

Совет старейшин зашептался, словно стая встревоженных воронов. Тирон ощущал, как внутри рвёт и мечет его дракон, но сжал кулаки, заставляя себя сохранять хотя бы видимость спокойствия.

— Проклятие в моём случае уже исполнилось, — продолжил он, замедляя речь и намеренно встречаясь взглядом с каждым из них по очереди. — Пока я остаюсь ректором, вы можете быть уверены — Академии больше не грозит опасность. И я приму все меры, чтобы последствия от произошедшего были минимальными для адептов.

Мысль об отставке была невыносима. Не сейчас, когда где-то там находилась его истинная! Та, чьё лицо он не мог вспомнить, но чей запах кожи все ещё преследовал его во снах. Он должен найти её. Любыми способами.

— Ваши доводы… разумны, магистр Делони, — наконец, произнёс самый старший из них. — Мы обсудим это и сообщим решение до заката.

Тирон уже собрался уходить, когда голос остановил его:

— Кто была та девушка?

Челюсти свело так сильно, что боль пронзила виски.

— Проклятие лишило меня этих воспоминаний. Но я найду её.

— Надеемся, с ней всё в порядке, — осторожно вставил другой.

Он закрыл глаза, считая до пяти. Если бы они видели, что творится в его душе… Дракон бушевал, а ярость пожирала изнутри. Они осуждали его грубость, но что знали они о его вине? Он и сам знал, что причинил ей непростительную боль.

Он взял её силой. Осквернил священную связь. А потом… забыл.

Конечно, она бежала. Даже если отбросить «пугающее» воздействие проклятия на его истинную — её поступок был более чем закономерным.

Вернулся в Академию, но не вернулся к себе. Ноги привели его совсем в другое место.

Он стоял перед женским общежитием, впиваясь взглядом в самый верхний этаж здания. В окна её комнаты. Лисса… Мысли о ней жгли изнутри, как раскалённые угли. Каждый её жест, каждый взгляд кричали, что она не принадлежит ему.

Амерон чётко обозначил свои намерения, а она… Она сама шла в его покои.

Его дракон рвал и метался внутри, вспоминая тот день, когда наследник буквально вырвал девушку у него из-под носа. Как её пальцы выскользнули из его руки, растворившись в алом вихре телепортации. Он тогда едва сдержался, чтобы не ринуться вслед за ними, не вырвать её из объятий принца. Но… что потом?

Именно этот вопрос и заставил его остановиться. Он уже причинил боль одной. Теперь собирается силой завоевать другую?

Что он сделал бы? Вытащил её из постели другого мужчины? Сама мысль об этом вызывала тошноту. Думать об этом было… слишком невыносимо.

Пока он сходил с ума на том проклятом острове, она была с Амероном. Она волновалась за наследника. А не за Тирона, который мог навсегда лишиться разума.

В его голове вспышками пронеслись воспоминания: как она бесстрашно бросилась к нему, когда его отравили «зельем безумия». Совершенно неразумно, но одуряюще отважно. Её бездонные глаза, тёплые руки, магия, обволакивающая его, как нежное прикосновение. Всё это было так… сильно.

А теперь её сердце принадлежало наследнику?

Секунда… он у её двери. Кулак замер в сантиметре от двери. Сердце в груди колотилось так, что казалось, его стук слышно по всей Академии.

Она внутри. Его драконий слух улавливал каждый звук из-за двери — шелест страниц, сопение мерлока… И шаги, вдруг приближающиеся к двери.

Дверь приоткрылась — и он исчез. В мгновение ока перенёсшись в свою комнату. Кулак со всей силы врезался в стену, из груди вырвался глухой рык. Нет, не сейчас. Не в таком виде.

Он с ней увидится. Но не как подглядывающий юнец. Сперва он дождётся вести, что остаётся в Академии в качестве ректора. А потом… Лиссе придётся раскрыться перед ним. Он должен увидеть правду в её глазах. Должен знать точно — это не она. Иначе он уже начинает чувствовать себя безумцем, гоняющимся за призраком.

Лисса Эйвин

Я уже практически прилипла к учебникам и своим конспектам. Первый экзамен был успешно сдан. Но на носу был второй.

После очередного сна с ледяными и снежными пейзажами Тернграда я окончательно решила — я должна узнать, что именно меня звало в эти холодные земли. И после выпуска, немедля, я отправлюсь прямиком туда. Не стану ждать распределения или предложений от работодателей, нет.

Во мне клокотали десятки, сотни вопросов о судьбе родителей, об их любви, о маме. Вопросы, на которые никто не мог дать ответ. Но в Тернграде у меня был хотя бы шанс узнать больше. Я горела увидеть земли, по которым она ходила.

Я надеялась не увидеться с Караном — своим дедом, потому что представляла его жестоким и опасным тёмным. Ведь именно из-за этого он потерял дочь. Надеюсь, мне удастся избежать этой встречи.

Прошла неделя с момента смерти императорской четы, когда Амерон сообщил радостную новость: Совет, наконец, сдался. Старейшины согласились на его коронацию без брака. Но при условии, что он оставит прежнюю распутную беспечную жизнь и серьёзно займётся поисками своей истинной или достойной жены. На поиски ему дали год.

Эта новость буквально окрылила меня. Скоро! Совсем скоро я снова буду свободна. Хоть я и забывала порой о своём статусе невесты, помолвочный браслет на запястье порой ощутимо давил. А при мысли, что он может смениться на брачную татуировку меня охватывал дикий ужас.

Я заметила, что Амерон не разделил моей радости. В его глазах мелькнула грусть — и от этого мне стало ещё тревожнее. Сердце болело за друга, которому предстояло не просто взвалить плечи бремя правления, но и остаться в одиночестве.

— Какую истинную тебе предрёк Оракул? — в один из вечеров я настойчиво спросила его, когда он провожал меня после ужина в общежитие.

Наследник оглянулся и, покачав головой на мою прямолинейность, шагнул чуть дальше в парк. Я пошла за ним.

— Ты любишь задавать драконам личные вопросы, не так ли? — усмехнулся он.

— Ещё как! — я широко улыбнулась и сделала вид, что бью его прямо в грудь. Дракон рассмеялся, легко ловя мой кулак на подлёте, но затем неожиданно поднёс его к своим губам…

Мой дружеский жест вновь превратился в нечто большее — и я, как всегда, растерялась.

— Та, чьи очи подобны сочной траве, а сама неуловима и запретна, как дождь для огня, — процитировал он слова Оракула, отпуская мою руку.

Я подвисла, анализируя услышанное. Теперь понятно, почему дракон решил, что я могу быть его истинной. Цвет моих глаз, моя недоступность для него — самый настоящий красный флаг.

Он смотрел на меня в упор, сверкая золотым внимательным взглядом, ожидая моей реакции, поэтому я не стала ходить вокруг да около.

— Ты хоть знаешь, сколько девушек вокруг — зеленоглазых?

— Знаю. И все они побывали в моей постели, — ошарашил меня дракон и нагло улыбнулся.

Кроме меня. М-да-а. Вот ещё одна причина.

— Мир не ограничивается одной Академией, — упрямо продолжила я.

— Ты забыла с кем говоришь, — серьёзным тоном продолжил он и покивал, поддерживая мой воинственный настрой. — Я много, где бывал, Лисса.

О том, сколько зеленоглазых и не только девушек прошли через его постель, я старалась не думать. Да, кажется, я действительно забыла с кем разговариваю.

— Знаю, где ты не бывал! — Я сложила перед собой руки, не принимая своего поражения. — В Тернграде.

Его лицо поменялось. Даже его золотистые глаза потемнели. Несмотря на всё его хорошее отношение ко мне, он, как истинный правитель, не любил ничего, что было связано с враждебным государством.

— Сомневаюсь, что истинной дракона может оказаться тёмная эльфийка, — серьезно ответил он.

— Нет, ты уже допустил эту мысль, — я приподняла бровь, намекая на себя.

— Ты не только тёмная. Ты ещё и дракон, — закачал он головой, будто это всё меняло.

— Хорошо. А как же… — слова застряли в горле, будто цепляясь за невидимые преграды. Эта темы была для меня слишком личной, слишком болезненной. — Случай с моими родителями. По крайней мере, одна такая пара уже существовала.

Амерон резко нахмурился. Конечно, было немыслимо, что энергии существ двух противоположных богов, могли слиться в истинную связь. Но ведь это случилось! А их история и моё существование доказывали — это возможно!

— Это скорее исключение, Лисса, — ответил он. — Ты сама знаешь.

Я молча кивнула, слишком хорошо понимая — их случай был скорее исключением, нарушившим все законы, чем лазейкой или вариацией нормы. Мои бушующие и входящие в разлад магии лишь подтверждали это.

Эта истинность и сломала жизни моим родителям. Буквально убило их. Подобного я никому не пожелаю. Особенно Амерону.

— Да, ты прав. Тернград — это, пожалуй, последнее место, где можно найти свою истинную, — признала я.

— Остаётся что? — он в точности повторил мой жест с приподнятой бровью и усмешкой на губах. Но в его глазах вспыхнул знакомый огонёк — игривый, дерзкий, будто бросающий вызов.

— Остаётся то, что ты плохо искал, — бросила я ему и развернулась, продолжая путь в сторону общежития.

— Лисса, ты неподражаема, — расхохотался наследник, но идти за мной не стал.

И на том ему спасибо. Хорошо хоть прямым текстом не говорит, что он продолжает гадать не истинная ли я его, как раз потому, что я чересчур упряма и не согласна прыгнуть в его объятия! А точнее, в его постель!

Перебьется! И нечего здесь глазищами сверкать!

Пока я беседовала с Амероном, все девушки уже давно разошлись по комнатам. Меня встретила лишь пустынная аллея к общежитию. Но когда я шагнула в сторону входа, передо мной возник он. Тирон.

Сердце тут же подскочило, ударив горячей волной в виски. В ушах зашумела кровь, а в животе собрался жар волнения. Что он здесь делает?

— Поговорим? — его голос звучал как приказ, а не вопрос. И я лишь убедилась в этом, когда в его руках затрещал контур перехода.

Его рука сжала меня за запястье, и в тот же миг мы провалились в черноту телепортационного перехода. Этот переход словно вытягивал воздух из лёгких. Это было слишком долго. Слишком тяжело. Будто падение в бездну.

Демон! Кто дал право этим драконам хватать девушек и тащить их сквозь пространство без их разрешения? Им на роду что ли это прописано?!

Когда нас, наконец, выплюнуло — иначе и не скажешь — мир на секунду поплыл перед глазами. Я судорожно вдохнула ледяной воздух, пытаясь сообразить, где мы… Огляделась вокруг и застыла.

Желудок сжался спазмом. Меня вывернуло — от долгого перехода, от ужаса, от осознания. Каменные глыбы под ногами, солёный продирающий ветер…

Он притащил меня на тот самый проклятый каменный остров, где… Где навсегда лишил меня сердца.