Глава 8

«Свет в конце тоннеля есть!

Только тоннель падла не заканчивается…»

М.Жванецкий

Сознание Елизаветы было словно в тумане. Она просыпаясь видела то Самлешу, то незнакомого мужчину рядом, глотала таблетки даже не меряя температуру, спрашивала за сына и проваливалась обратно в некое небытие.

Иногда она слышала суровый голос Махараджа, но вот не могла ручаться: приснилось ей это или нет.

Проснувшись в очередной раз, опять увидела склонившегося над нею незнакомого цисана:

— Аншиасса вам подать воды? Может вызвать здраду?

— Не надо, — сипло выдохнула она. — Хотя да, позовите пожалуйста Самлешу.

И только здрада появилась, Лиза тут же спросив за сына, опять успокоившись прикрыла глаза, но спать больше не хотелось.

— Самлеша где я?

— В лекарском крыле аншиасса. Вы заболели, сильно. — Маленькие ладошки здрады сжали её ладонь. — Мы так переживали, так переживали, — причитала она тихо, чуть ли не плача.

— Ну всё, всё. Видишь — я жива, скоро буду здорова. Сколько я здесь? — Она повернула голову и встретилась с внимательным взглядом мужчины, который тут же отвёл его.

— Так уже три ночи.

— Ну это нормально, — прошептала она и опять посмотрев на здраду, попросила:- Принеси мне пожалуйста чаю, сладкого.

Лиза болела редко, но вот если простужалась, то болела так, что пугала всех родных и близких. Мама говорила, что она с детства переносит простуду очень тяжело, а тут ожидаемо было: кашель, насморк и вот итог. Тут события последних ночей, словно лавиной накрыли женщину: и стычка с Иецишиной и обвинение, наказание от Махараджа, да и само наказание. Прикусив губу, она тут же распахнула глаза и уставилась в каменный расписной потолок, старательно думая на отвлечённые темы, чтобы не проронить ни одной слезинки.

«Надо поскорее узнать насчёт обучения детей. Егор, слава Богу за всё это время не проявлял признаки слабости, но вот пока она здесь, надо договориться с лекарем, чтобы его продиагностировали, чтобы быть полностью уверенной, что болезнь не вернётся. Школа. Ведающая, да и предводящий рассказывали за школы, но надо собрать больше информации. Когда определю Егора, тогда я смогу дать отпор этому гаду, и не задумываться постоянно о том, что Махарадж может запереть сына на уровне или что другое! Смело смогу отстаивать свои права и не думать, что он может как-то отыграться, не боятся за сына!»

— Аншиасса, давайте я вам помогу присесть, — появившаяся Самлеша тут же засуетилась рядом, отвлекая Елизавету от обдумывания планов, но при этом Лиза заметила, что здрада постоянно бросая взгляд на неё, тут же его отводит. Хотела уже было спросить за эту появившуюся странность, но крутящийся рядом мужчина, словно специально прислушивался ко всему.

— Мне так хочется искупаться, — выдохнула она, отпив чай и наслаждаясь ароматом и вкусом прекрасного сбора трав.

— Ну а почему нет? Вот допьёте, и мы вам поможем, — тут же отозвалась здрада.

— Простите, а вы, я так понимаю врач? — Лиза посмотрела на мужчину.

— Лекарь аншиасса, — ответил он.

— Элиссавет. Меня зовут Элиссавет. Как к вам обращаться? — Спросила она доброжелательно, желая наладить контакт, но у мужчины почему-то мелькнула в глазах искорка неприязни. Он тут же улыбнулся, но Лиза успела её заметить.

— Ушуфихан. Аншиассс Ушуфихан. — Улыбаясь ответил цисан, и Лиза сделав вид, что ничего не заметила, доброжелательно продолжила:

— Приятно с вами познакомиться и спасибо за помощь.

— Это моя работа аншиасса, — всё так же приторно улыбаясь, ответил он. Улыбнувшись в ответ, Елизавета отвела глаза допивая чай, подумала, что тот отчего-то не рад своей пациентке, а значит надо поискать другого лекаря, который проведёт диагностику Егору.

До купальни Лизу донёс на руках лекарь, при этом не обращая внимания на её попытки доказать, что дойти она и сама может. Хотя то, как он с лёгкостью подхватив её, не выразив ни малейшего признака напряжения донёс, Лиза поняла что внешности верить всё же не стоит, потому что на вид мужчина был худым как спичка, казалось бы кожа, да кости, ан нет и сила в нём была немаленькая.

— Почему ты так на меня смотришь? — Лиза сонно прикрыв глаза наслаждалась тем, как Самлеша промывая ей волосы, мягко массирует кожу головы.

— Нууу, — протянула здрада, а потом обронив:- Я сейчас, — исчезла в переходе. Елизавета обернувшись, уже не увидела её, но здрада отсутствовала недолго:- Вот, — Самлеша принесла круглый отражающий камень.

— И что я должна увидеть? — Лиза вздохнув села, и посмотрев на своё отражение чуть не вскрикнула.

— Что это? Почему у меня глаза красным блестят? — Панически выдохнула она, посмотрев на Самлешу.

— Это всё хозяин, — улыбаясь, ответила здрада.

— Что хозяин? В вампиршу меня превратил? — Елизавета дрожащими руками выдернув отполированный кругляш из рук здрады, внимательно посмотрела в свои глаза.

— В кого? — Вытянулось лицо Самлеши.

— Блин, да ответь ты мне уже наконец! Что со мною? — Елизавете было не до объяснений мифических персонажей.

— Эм, так хозяин вам период жизни передал, он очень за вас переживал.

— Период жизни? Что ты имеешь ввиду? — Нахмурилась женщина, разглядывая глаза, в зелёной радужке которых будто поселились красные искорки.

— Вам было плохо, очень и хозяин распорядился, чтобы я никого не пускала в лекарскую, а сам с вами остался наедине, — затараторила Самлеша. — Когда он ушёл, вы спали, но я через дыхание я вас разбудила, как вы и просили и увидела, что у вас глаза красные, а по цвету можно определить, так вот он вам отдал не меньше семи, восьми шахазов, а может и все десять. Понимаете? — Глаза здрады блестели. — Я же говорила: что он хороший.

— Хороший, — выдохнула Лиза, отдавая отражающий камень Самлеше. — Засунул бы он эти года себе в задницу, — тихо, но зло проговорила она, но здрада услышала:

— Нет, нет аншиасса. Он хороший! Ой, да вы же не знаете за Иецишину…

— Так, всё подожди! — Елизавета помассировала виски. — Давай обо всём поговорим потом, может завтра, — уже тише добавила она, чувствуя как с каждой минутой, голова начинает болеть всё больше и больше.

После купальни Елизавета ещё раз отправила здраду узнать за сына и спокойно уснула.

Следующая ночь у неё началась с осмотра лекарем.

— Ну это просто поразительно, — шептал он, обложив её кристаллами и водя более крупным сверху. — Что ж, вы действительно идёте на поправку и я бы даже сказал бежите к ней.

— Рада это слышать аншиасс Ушуфихан. Я надеюсь, сегодня мне можно будет перебраться в свой цело́м: и мне уже лучше и вам забот меньше.

Лекарь как-то странно посмотрел на женщину, но тут же беззаботно пожал плечами:

— Я доложу хозяину о вашем состоянии и…

— Аншиасс Ушуфихан я понимаю, вы обязаны подчиняться предводящему, но я и сама вправе решать: где мне находиться. Разве нет так? — Чуть резковато спросила Елизавета.

— Да, но…

— Вот и отлично! Значит сегодняшнюю ночь я проведу здесь под вашим присмотром, но на восходе, если конечно всё будет в порядке — отправлюсь спать к себе.

— Как знаете, — опять пожал плечами цисан, при этом равнодушно смотря в сторону. — Но хозяину я естественно доложу.

Самлеша принесла Лизе завтрак и после, в лекарскую привели Егора. Наобнимавшись с сыном и расцеловав его, с трудом заверила мальчика, что всё теперь с нею в порядке, но только в глазах сына, то и дело мелькала тревога. Как бы ей не хотелось побыть с ним подольше, но всё-таки лекарская не место, где они могли бы спокойно пообщаться, да и не выходивший всё это время лекарь, наблюдающий за ними, тоже не добавлял уюта и спокойствия, поэтому пообещав Егору, что они ещё с ним увидятся сегодня, ободряюще ему улыбаясь смотрела как его уводит наставник.

После очень лёгкой трапезы Елизавета уснула, а к восходу Зааншары не смотря на недовольство лекаря всё же отправилась в свой целом, куда её сопроводил цишисс Уаншихан и сын. Оставшееся время она провела в компании Егора и Самлеши. Вопреки её опасениям: предводящий навестить её не удосужился, чему она была только рада.

— Ну рассказывай, рассказывай, — Лиза присев на пуф в гардеробной своего цело́ма, с улыбкой покосилась на раскладывающую её вещи здраду. Вещи кстати починили, да ещё появились новые и к её удивлению по образцу её бюстгальтера здрада швея пошила ещё несколько, да таких, что глаз невозможно было оторвать: тончайшее кружево, атлас и вышивка, не бюстгальтеры, а произведения искусства теперь у неё были.

— Вы о чём? — Деланно удивилась Самлеша, хотя она уже половину ночи крутилась с блестевшими глазами, явно желая поделиться с Елизаветой информацией. Только вот возможности не было: едва Лиза проснулась, наставник отменив занятия у Егора привёл его к ней в цело́м и ушёл сын только после срединной трапезы.

— Ох, — Лиза деланно нахмурилась:- я же совсем не знаю: как вообще попала в лекарскую. Уснула в полости после отбытия наказания, а проснулась уже там. Да и вообще: что происходило за это время?

Стоило ей задать вопросы, как здрада мигом позвав её в гостиную, тут же подготовила чай и принялась рассказывать.

Так Елизавета узнала, что предводящего три ночи вообще не было в цело́мнище, но для себя она негодующе отметила, что получается он просто напросто забыл о том, что отправил её отбывать наказание.

— А когда он только прибыл и его помощник здрад рассказал, что вы больны, так он сам забрал вас оттуда и отнёс в лекарскую. Он же мог это кому-нибудь поручить, но нет! — С воодушевлением вещала Самлеша, а Лизе оставалось только удивляться: сам накосячил, принёс её в лекарскую и всё — герой в глазах здрады. — А потом он вызвал меня, ну вы помните, и я видела как он переживает.

«Ну ещё бы ему не переживать!», мысленно покачала головой Елизавета, «небось понял, что его по головке-то не погладят, случись что со мною. Кто потом с компьютерами, да с этой информацией разбираться будет?».

— Вот тогда-то он и передал вам несколько шахазов жизни и…

— Подожди Самлеша. А как это происходит? — Заинтересовалась Лиза.

— Мужчина делится своею кровью. Когда женщина глотает её, он читает древние письмена — обращение к Эцишизу и озвучивает тот период, которым хочет поделиться. Именно Эцишиз вытягивает личную энергию мужчины, передавая её женщине. Чем больше энергии, тем больше шахазов прибавляется к жизни женщины. Но когда предводящий передал вам период жизни, то ещё помог быстрее излечиться.

— А на внешности женщины это отражается? — Лиза замерла, так как принимая водные процедуры отметила, что грудь как будто стала более упругой, чуть приподнялась, но списала это на то, что ей просто показалось, но потом в зеркале отметила, что маленькие мимические морщинки не исчезли, но стали как будто менее заметны, а это подумала: благодаря крему, что дала ей Самлеша.

— Конечно! — Подтвердила здрада. — Чем больший период передается, большая энергия вливается, тем моложе выглядит женщина.

— Мда, — Елизавета покачала головой. — Не плохой такой бонус, но знаешь что странно и мне не понятно: допустим мне предначертано прожить восемьдесят лет, ну по вашему шахазов. Предводящий поделился со мною предположим семью шахазами, потом я заключив контракт ещё с кем-нибудь, получу ещё пятьдесят шахазов, потом ещё, но какой в этом смысл, если можно умереть от болезни или вот мужчины — в бою?

— Нет, нет аншиасса: чем больше у вас в запасе шахазов, тем сильнее организм. Цисаны вообще фактически не болеют, очень, ну очень редко, да и способы лечения известны. Дети рождаясь и доживая до первого шахаза заболевают одной болезнью, от которой пока не найдено лечения, но если организм выдержал и они переживают её, то больше вообще не болеют: мальчики здоровы потому что у них в запасе большой период времени есть, а девочки при рождении получают от Эцишиза энергию, которой хватает примерно на сто шахазов. Так что если с женщиной вообще никто не будет делиться энергией жизни, она проживёт около ста шахазов.

— Ого, понятно. Ну хорошо, а что там с Иецишиной?

— А её хозяин отправил на женский материк, — пожала плечами здрада, но не успела Лиза внутренне вскипеть от такого известия, как Самлеша продолжила:- Хозяин выяснил все её поступки, и все доказательства зафиксировал на кристаллы. Кристаллы передали в канцелярии Владеющих. Ох слышали бы вы как она возмущалась! — Самлеша покачала головой.

Горько усмехнувшись, Елизавета отвернулась и в сторону произнесла:

— Кто-то отбывает незаслуженное наказание переживая унижение, а кого-то просто выставляют.

— Но ведь теперь всем известно будет о её проступках и многие мужчины задумаются: стоит ли им с нею заключать контракт. Ну и на женском материке ничего хорошего её не ждёт. Ну а хозяин он не имел права её наказывать: она же гость.

— И что? — Вскинулась Лиза. — Значит на меня это право распространяется, а на неё нет? — Она тряхнула головой, вспоминая, какое социальное положение определил для неё предводящий. — Всё, не хочу об этом говорить, — Лиза встала и нервно прошлась по гостиной. — Принеси мне лучше ноутбук.

— Слушаюсь аншиасса, — насуплено кивнула здрада и перед тем как исчезнуть, всё же произнесла:- Зря вы так. По закону любого цело́мнища — гость неприкосновенен. Хозяин не имел права как-либо наказать аншиассу Иецишину, даже если бы она совершила убийство. В таких случаях наказывают только Владеющие. — И исчезла в своём переходе. Но Лиза задумалась над её словами.

«Ещё одна ночь отдыха и надо будет приступать к урокам», размышляла Елизавета проснувшись.

После завтрака с сыном, едва Егор ушёл на занятия, к ней неожиданно явились четыре цисанки, которых она обучала. И если поначалу Елизавета настороженно отнеслась к их визиту, то видя, что те ведут себя так, будто ничего и не случилось — расслабилась и они вполне дружелюбно пообщались. Из их обсуждений, она-то и узнала как всем объяснили её отсутствие: мол она даже не успев приступить к выполнению наказания, почувствовала себя плохо и всё это время пролежала в лекарской. С трудом удержав на лице радушную улыбку от такого известия, Лиза как можно скорее перевела тему от её такой внезапной болезни. Уже уходя, одна из них обронила:

— Здесь так хорошо оборудован выход термальных источников, вы уж набирайтесь сил, да все вместе посетим их.

— С удовольствием, — тут же согласилась Елизавета. — Думаю через две ночи, я уже вполне хорошо буду себя чувствовать.

Осмысливая полученную информацию, Лиза решила, что всё-таки такое объяснение её отсутствия играет ей на руку: никто не будет знать о том, что предводящий попусту забыл о той, с кем заключил контракт, так хоть она не увидит презрения в глазах цисан.

Срединная трапеза прошла в компании сына, а после, к ней в цело́м пришёл с визитом предводящий с лекарем. Елизавета прекрасно осознавала, что этот визит неизбежен, до жути не хотела видеть Махараджа, но и понимала, что от её желания ничего не изменится.

— Приветствую аншиасса. — Лекарь, стоило ему войти в гостиную, тут же приступил к осмотру, бормоча себе под нос:- Удивительно! Это даёт такие надежды, такие перспективы…

Елизавета неподвижно сидела на пуфе, пока лекарь выполнял свои обязанности, смотря отстранённо в сторону. Она чувствовала на себе обжигающий взгляд Махараджа, который войдя поприветствовал её и с тех пор молчал, но упорно не поворачивала голову в его сторону.

А Махарадж, уже три ночи не видевший Элиссавет, за это время так извёл себя тревогой о ней, что если бы не постоянные доклады здрада о её здоровье, то его бы выдержки не хватило на столь долгий период. Сейчас он цепко ощупал её фигуру, цвет лица, постоянно прислушиваясь к дыханию — успокоился. Элиссавет хоть и выглядела осунувшейся, но в остальном было видно, что угроза миновала и женщина успешно преодолела заболевание.

— Хозяин, — оторвал его от мыслей лекарь, — аншиасса фактически здорова и вы же понимаете: какую это даёт надежду?

— Забудь об этом, — резко ответил он цисану. — И даже думать не смей!

— Но… — Попытался было воспротивиться лекарь и Махарадж уже собравшись выставить его вон и позже прочистить ему мозг, чтобы не трепал языком попусту, как в этот момент Элиссавет задала вопрос:

— Аншиассс Ушуфихан о чём вы говорите, какую надежду?

— О, аншиасса, дело в том, что все симптомы вашего заболевания, которое вы перенесли, идентичны одной болезни, которую мы пока не знаем как лечить, так что…

— Подождите аншиасс, — нахмурилась Лиза уже понявшая куда клонит лекарь и испытывая тревогу от этого, — вы сказали симптомы похожи, а не могли бы вы их перечислить?

— Ушуфихан ты закончил? — Теряя терпение вмешался Махарадж не желая, чтобы тот втягивал Элиссавет в то, что потом может принести множественные проблемы, но женщина не унимаясь, опять произнесла:

— Дело в том, что вы аншиассс Ушуфихан скорее всего ошибаетесь и очень сильно.

— Нет, нет, — тут же затараторил лекарь, пользуясь моментом, что женщина сама дала ему повод продолжить:- Повышенная температура, кашель, слизь, что обволакивает дыхательные пути и…

— Что может указывать на многие заболевания, — прервала его Лиза, но видя, что тот собирается возразить, тут же продолжила:- Все перечисленные вами симптомы сопутствуют таким болезням как: фарингит, ларингит, грипп, корь, да и наверняка ещё многим, о которых я не знаю и заметьте — я не лекарь. Все эти болезни вызываются вирусами и к каждой нужен свой подход лечения, к каждой нужно подбирать медикаменты. Я догадывалась: чем могла заболеть, поэтому и использовала определённые лекарства, но те же самые лекарства могут и погубить уже болеющего, если вы ошиблись в диагнозе. — Закончив, Елизавета внимательно следила за мимикой лекаря и хоть было видно, что он ей если и поверил, то не до конца, поэтому она не обращая внимания на уже готового что-то сказать Махараджа, продолжила:- Но поверьте: информация, что я и сын принесли может помочь вашим учёным, они смогут определить тип вируса и найти лечение.

— Что ж аншиасса, будем на это надеяться, — вздохнул лекарь соглашаяясь, но нутром, Елизавета чувствовала, что он не отступится и это заставляло её нервничать: «Как бы ни закончилось тем, что этот придурок доложит кому-нибудь и с его лёгкой подачи в лучшем случае медикаменты отберут, а в худшем — меня и не приведи Господь Егора на опытных столах по частям разберут!». Но вопреки своим тревожным мыслям, она делано спокойно ждала, когда лекарь закончит отчитываться о её уже фактически восстановившемся здоровье и даже не удивилась тому, что Махарадж выслушав его, отправил из цело́ма, при этом сам явно не собираясь уходить.

«Что ж, пришло время для разговора», едва не вздохнула она, но сдержавшись, подняла взгляд на мужчину, смотря на него так холодно, как только могла.

На некоторое время в гостиной повисла гнетущая тишина. Махарадж дожидаясь когда лекарь выйдет, собирался сразу же приступить к разговору, но натолкнувшись на её взгляд, в зелени которого плескалась стужа, понял насколько нелёгкий состоится разговор, но и тянуть с ним тоже нельзя было:

— Аншиасса я приношу вам свои извинения. Я совершил ошибку и разобрался с последствиями, но готов к компенсации. — Внешне спокойно произнёс мужчина, при этом видя по лицу, глазам женщины, что если она и примет его извинения, назовёт меру возмещения, то это явно не растопит тот внутренний холод, что плещется в её глазах.

— Я должна что-то ответить? — Сдержанно поинтересовалась Лиза, при этом всем сердцем желая послать его далеко и надолго со своей компенсацией, но понимая, что опять ступила на скользкий путь их обычаев.

— Да аншиасса: вы должны ответить — принимаете или нет мои извинения и назвать сумму компенсации, либо то, что вы хотите получить. — Ответил Махарадж, чувствуя, что его слова и извинения разбились вдребезги о стену, которой окружила себя женщина: «Она точно ничего не будет требовать от меня, но что ужаснее — я не знаю как компенсировать ущёрб нанесённый ей», проскочила угрюмая мысль при виде того, как Элиссавет гордо вздёрнула подбородок.

— Я принимаю ваши извинения аншиасс. Но откажусь от компенсации. — В сердцах ответила Елизавета и тут же ругнувшись про себя, обзывая себя дурой: «Надо было сказать пока отказываюсь! Мне может понадобиться его помощь в обустройстве Егора и он…хотя какая теперь разница?». Лиза отвернулась, надеясь, что Махарадж покинет цело́м.

— Аншиасса, — вздохнул предводящий и подойдя сел на соседний пуф. — Элиссаевт, я признаю: что совершил ошибку и хочу исправить её, признаю то, что по моей вине вы перенесли заболевание не получили вовремя лечения, но если бы вы изначально мне всё рассказали не проявляя излишней гордости…

— Гордости? — Лиза нахмурившись поднялась, и посмотрела на мужчину. — Я несколько раз просила вас о встрече предводящий, но вы не удосужились принять меня, да и что бы я вам сказала? Что ваша дорогая и неприкосновенная гостья — склочная стерва, которая выследив меня, нанесла оскорбления?

— Почему бы и нет, — Махарадж тяжело посмотрел на Лизу.

— Потому что мой голос был бы один против четырёх предводящий и где гарантия того, что вы бы поверили мне? Той, которую сами не ставите на уровень аншиассы, при этом открыто, нарочито демонстрируя это окружающим. — Раздражённо ответила Елизавета, отчаянно стараясь чтобы в голосе не услышалась всколыхнувшаяся обида на него, разочарование.

Махарадж чуть откинувшись назад, покачал головой:

— Я не ставлю вас ниже, но и открыто проявлять ваш неподтверждённый статус не могу. — Он услышав усмешку женщины, чуть скрипнув зубами продолжил:- Вам изначально Владеющий велел приписать статус цишиссы и даже слово Ведающей не может повлиять на ситуацию, пока лично Владеющая официально и документально не подтвердит ваш статус. В цело́мнище сейчас четверо представителей канцелярии Владеющего, которые так или иначе следят за вами, наблюдают, и не думаю, что вы бы хотели обратить на себя или сына излишнее внимание Владеющего, который указал мне на факт вашего не подтверждённого статуса.

На этих словах мужчины, Елизавете вспомнилась аудиенция и то, как Владеющий с усмешкой, но холодом в глазах при прощании назвал её аншиассой. Махарадж же продолжил:

— В связи с вышесказанным теперь вы понимаете причину того, что вас поселили в цело́ме для цишисс и за столом вам было отведено соответствующее место? Но я не знал, что вас так беспокоит данный факт аншиасса. Если бы вы озвучили своими мысли и переживания, я бы давно объяснил вам причину.

— Меня и не беспокоил данный вопрос предводящий, — пренебрежительно усмехнулась Лиза, посмотрев на Махараджа. — До тех пор, пока ваши неприкосновенные гостьи, не указали на моё место в вашем цело́мнище в весьма неприятном разговоре, на то, что я и права голоса-то не имею.

— Вы же понимаете, что это не так Элиссавет! — У Махараджа от услышанного заиграли желваки.

— Не так? — Деланно удивилась Елизавета. — Разве? Наверное в подтверждении своих слов вы устроили показательное наказание при всех предводящий, даже не удосужившись выслушать меня? Как это подтверждает ваши слова? Иецишину вы лично поставили на ступень, а может и не одну выше меня предводящий. Вы могли бы разобраться во всём отдельно, но вы предпочли устроить показательное вынесение наказания, желали принудить меня к тому, чтобы я при всех принесла извинения той, кого вы поставили выше меня аншиасс — это подтверждает ваши слова? Вы даже не удосужились мне дать слово, не позволили как-либо оправдаться предводящий, просто поставив перед фактом, что мне следует принести извинения. И если бы то, что вы рассказали ранее — было правдой, то вы провели бы разговор отдельно, не в присутствии массы цисан, которые сидели за столом и наслаждались зрелищем унижения иномерянки! — Лизу переполняли эмоции и понимая, что она сейчас сорвётся, бросила:- Видеть вас не могу! — Развернувшись, кинулась на выход из гостиной, но Махарадж оказался быстрее, перехватив женщину у полога:

— Нет Элиссавет, вы не уйдёте, пока не выслушаете меня! Я вас выслушал, теперь ваша очередь! — И он не слушая никаких возражений, не обращая внимания на то, что Лиза начала брыкаться, просто приподняв её как пушинку, перенёс через комнату и усадил на пуф.

Элисса сверкала на него гневным взглядом, её щёки покрылись ярким румянцем, непокорные огненные прядки выбились из причёски и в этот момент она была до того притягательна, желанна, что у Махараджа перехватило дыхание. Но женщина, снова дёрнувшись в порыве встать, отвлекла его от мятежных мыслей.

Елизавета после того как Махарадж с лёгкостью усадил её на пуф и стоял пару мгновений прожигал гневным взглядом, хотела уже вскочить и отойти подальше от предводящего, но тот начал говорить:

— Начну с того, что я не мог устроить разбирательство вне стен трапезной Элиссавет, поскольку Иецишина продумав этот момент: специально вынесла обвинение в присутствии свидетелей, тем самым лишив меня права выбора. — Махарадж вспоминая как всё это было, едва сдержался от того, чтобы не выругаться. — Я признал свою ошибку в том, что вынес наказание лишив вас права голоса. В тот момент я видел вашу ссору совсем в ином свете, поскольку не знал всех деталей, но и возможности сразу разобраться у меня тоже не было.

— Не было? Может вы скажите проще: не хотел разбираться в женской склоке! — Язвительно поддела его Елизавета.

— Не было Элиссавет. Мне поступили вести о нападении на мои земли и я вынужден был срочно отбыть. И я признаю то, что непростительно упустил из виду — отменить ваше наказание, — Отвернувшись, Махарадж вспомнил в каком состоянии нашёл Элиссавет, и даже сейчас видя, что она фактически здорова, что ей ничего не угрожает, всё равно сердце тревожно сжалось от того, что мог потерять эту упрямую и вспыльчивую, непокорную женщину. Этот страх по ощущениям мужчины въевшись в тот момент ему под кожу, теперь долго будет преследовать его.

— Что это было за нападение? — Раздался за его спиною вопрос, а обернувшись он увидел как женщина хмуро смотрит на него и не успел он что-либо ответить, она добавила:

— Я имею право знать предводящий, меня вообще-то ваше отсутствие и забывчивость могло лишить жизни.

Едва сдержав комментарий по этому поводу, Махарадж бросил тяжёлый взгляд на женщину:

— Три больших рода здрадов были вырезаны под чистую. При этом там находились воины, которые инспектировали их обороноспособность. Все погибли. — Махарадж наблюдал за тем, как побледнела женщина начав судорожно вдыхать. У неё заблестели глаза, словно она безумно жалела тех, кого даже ни разу в жизни не видела, и это нашло отголосок у него и отчасти порадовало: много ли он знал женщин, которые услышав о том, что погибли здрады — расстроятся? Из всех знакомых вспомнились лишь пара цисанок. — Пришлось срочно разбираться с тем: кто именно напал на три сектора, как происходили нападения.

— Почему именно те сектора? — Сипло выдохнула Элиссавет, при этом сглотнув, ещё больше уверяя в том, что она действительно шокирована услышанным.

— Потому что именно там идёт разработка наиболее дорогостоящих кристаллов и металлов.

— Значит это запланированное нападение? — Помрачнев, она опустила глаза.

— Я разберусь с этим Элиссавет. — Произносить в слух свои опасения о том, что кто-то очень сильно хочет скинуть его с места главы рода и произвести передел его земель — он не хотел.

— Как и с тем, что вынес вам несправедливое наказание.

После этих слов Лиза отвернулась и всё же встала.

— Как у вас предводящий всё просто и легко: унизил — извинился и выплатил деньги. — Всё же не сдержала она едкости. — Ну а то, что растоптал уважение ко мне окружающих, моё доверие к вам, так это так — мелочи.

Развернувшись, Элиссавет ушла, но Махарадж не стал её останавливать. Чувство обиды, затронутого собственного достоинства не только слышались в её голосе, но и читались во взгляде, в жестах. Его удивило то, что она за всё это время сама не выяснила тех вопросов, что тревожили её, хотя бы у цисанок, которых обучала или у здрады, которая ей прислуживала, но он не взял в расчёт её гордость.

Махарадж покинул её цело́м, размышляя о том, что если бы он изначально не отказывал ей во встречах, то многих недоразумений удалось бы избежать и обида не въелась бы в её сознание, не плескалась в её взгляде. Вот только он наивно полагал, что избегая Элиссавет, сможет отгородиться от её влияния и от своей тяги к ней, а сейчас пусть хоть и тяжело это было делать, но приходилось признать, что ошибся.