Глава 10

«Жизнь – как вождение велосипеда: Чтобы сохранить равновесие, ты должен двигаться»

А. Эйнштейн

Ночи сменялись одна, цепляя другую, превращаясь в безумный калейдоскоп общения, лживых натянутых улыбок и разговоров ни о чём.

Не привыкшая к светской жизни Елизавета безумно устала и мечтала только об одном: поскорее оказаться как можно дальше от цело́мнища Владеющего.

Её наряды, как и ожидалось, произвели впечатление на цисанок и многие интересовались: где можно приобрести подобное, но в другом цвете, исполнении, украшениями и естественно всех Елизавета направляла к Хазачиине, мысленно удовлетворённо потирая ладони.

Больше всего из всех ночей её впечатлила охота. Да, она тренировалась и весьма уверенно теперь держалась в седле, неплохо стреляла из самострела, но сама не ожидала от себя, что на неё обрушится такой азарт.

Не будучи вегетарианкой, охоту восприняла спокойно, тем более зная, что в этом мире никто забавы ради не убивает зверьё. Все добытые на охоте животные используются для еды.

Её наряд вызвал удивление у одних, у других неприязненные гримасы, а у некоторых цисанок зависть. Но никто не посмотрел в её сторону равнодушным взглядом.

Елизавета отказалась от принятого у цисанок облачения для охоты: обтягивающий вверх, богато украшенный каменьями и шальвары. Она в таком смотрелась бы отвратно, с её-то бюстом и широкими бёдрами.

Поэтому здрада Заацухина по наброскам Елизаветы пошила ей камзол с большими лацканами и манжетами, спереди длиной до середины бедра, а сзади фалды доходили до колен. Девчонки из подсинхана украсили камзол богатой вышивкой, которая сделала изделие на вид богаче. Под камзол же Заацухина пошила ей брюки со стрелками из мягкой ткани.

Насыщенно синий камзол с серебряной вышивкой, чёрные брюки, стрелки которых визуально удлинили ноги Елизаветы и в довершении образа огненного цвета коса, заплетённая французским, небрежным способом, завершили образ.

Охота началась довольно неплохо – азарт подстёгивал гнать ифира вперёд, стрелы несколько раз поразили цель, и настроение у Елизаветы было прекрасным, до тех пор, пока она случайно не встретилась взглядом с Махараджем. Несколько мгновений, а настроение тут же было безвозвратно испорчено.

– Что-то случилось? – спросила Самлеша озадаченно, едва Елизавета быстрым шагом вошла в выделенный ей цело́м. На ходу расстёгивая многочисленные пуговички жакета, направилась в гардеробную, старательно невозмутимо ответив:

– Нет. С чего ты взяла? – Лиза не хотела объяснять, что едва подвернулась возможность, она улизнула с поверхности в цело́мнище, потому как видеть Махараджа было для неё тем ещё испытанием.

– Ну-у, сейчас же будет трапеза на поверхности. Зажарят на кострах дичь, подстреленную на кострах. После, последуют беседы под напевы отречённости, а…

– Самлеша, – оборвала здраду Лиза, – я помню программу. Просто устала от общества.

Стянув жакет и брюки, передала их здраде, устало опускаясь на пуф. Обдумав сложившуюся ситуацию, своё напряжённое эмоциональное состояние, решительно посмотрела на Самлешу:

– Принеси кристалл связи, который дала советница для связи с заан-аншиассом Ийтераджем.

– Но, аншиасса, неужели вы так быстро хотите покинуть отбор? У вас ещё осталось столько нарядов и…

– Да и чёрт с ними! – нахмурившись, прервала Самлешу Елизавета. – Чем скорей я отсюда сбегу, тем целей будет моя нервная система.

Отправив сообщение цисану, Лиза, меряя шагами гостиную, с таким нетерпением ждала ответа, что когда появилась Самлеша с кристаллом связи, схватила его дрожащими руками.

Прикрыв глаза, считала информацию и посмотрела на чуть ли не пританцовывающую от нетерпения здраду.

– Ну что? Он прибудет? Не отказывается? – нетерпеливо посыпала вопросами.

– Прибудет, – ответила Лиза, отдавая здраде кристалл. – Сегодня. Но сообщил, что сразу договор заключить мы не сможем, дабы не вызвать подозрений. Завтра после заката Зааншары вызовет меня на разговор.

Чувствуя себя зависимой от многих обстоятельств, словно маленький паучок, подвешенный на тоненькой ниточке паутинки, Елизавета ожидала вызова от указанного Хазачииной цисана. Когда же Самлеша сообщила о вызове в флористический зал, споро собралась и с тревогой устремилась в пещеру с дивными цветами.

Флористический зал, а на самом один из залов огромной пещеры, отведённый под экзотический цветник, понравился Лизе с первого посещения и после, она много раз приходила сюда, избегая светского общества цисан.

Её тяготили словесные кружева, которые умело плели цисаны, приветливо улыбаясь друг другу. Тяготила сама атмосфера демонстративного дружелюбия при холодных, оценивающих взглядах, душила их учтивость. Поэтому время она проводила, гуляя по цело́мнищу Владеющего, осматривая дивные места, подобные этому залу.

В это время цисан в зале было немного и Лиза, учтиво раскланиваясь с некоторыми группами беседующих, нарочито спокойно переходила от одной клумбы к другой, пока за её спиной не раздалось:

– Аншиасса Элисссавет, не уделите мне время?

Обернувшись, Елизавета столкнулась с холодным взглядом незнакомого цисана, который смотрел на неё так оценивающе, словно не только успел препарировать, но и разложить все кусочки её сознания по отдельным полкам.

– С кем… – начала было Елизавета задавать вопрос, как мужчина её перебил:

– Заан-аншиасс Ийтераджин. Предлагаю вам прогуляться по саду, дабы исключить возможность быть услышанными посторонними.

– Согласна, – Лиза, натянув улыбку, кивнула. – Это в наших с вами интересах. – Продолжила, следуя за мужчиной, от которого веяло отчуждением.

– Итак, – как только они отошли на достаточное расстояние от праздношатающихся, продолжил цисан, – вам нужен фиктивный контракт. – Не спросил, а произнёс утвердительно, но Лиза всё равно кивнула и он продолжил:

– Не буду спрашивать о причинах. Честно говоря – мне совершенно всё равно. Как вы понимаете сам контракт мне не нужен вообще и если бы не определённые обязательства перед Владеющей…

– Я вас прекрасно понимаю, но ни извинений, ни того что я отступлюсь вы можете от меня не ждать, – оборвала его Лиза, поняв, что расшаркиваться с мужчиной не имеет смысла. – Что вы предлагаете? Когда мы перейдём к заключению пресловутого контракта?

– Не сегодня. – Ийтераджин смотрел на Елизавету так же оценивающе. – Как вы понимаете: потребуется время немного примелькаться, да и мне необходимо решить по случаю нахождения здесь ряд своих вопросов. Так что через здрада передам вам основной контракт. Не фиктивный. Это так сказать наша общая подстраховка, на случай если кто-либо из нас не захочет играть честно.

Елизавета насмешливо фыркнула:

– Ну конечно. И этот кто-либо, очевидно, я? Хотя мне ваш подход импонирует и я полностью согласна с ним.

– Мне всё равно. Далее, если вы будете согласны по всем пунктам – хорошо, если нет, внесёте изменения, я рассмотрю – подойдут ли они в нашей ситуации. До срединной трапезы постарайтесь внимательно просмотреть контракт, потому что после трапезы, отправитесь ко мне в цело́м и подпишите его. Про контракт, который будем заключать для сановников Владеющего и как сделать так, чтобы он действительно остался фиктивным, объясню после подписания этого, основного контракта. Сейчас же оставляю вас и рекомендую отправиться к себе, дабы не терять время и потратить его с пользой и изучить документ.

Не успела Лиза даже рта открыть и ответить на его тираду, цисан коротко кивнув, резко развернувшись, покинул её. Раздражение на поведение мужчины окатило Елизавету мутной волной, но буквально через пару мгновений, она, покачав головой, усмехнулась.

Если до этого разговора Лиза и сомневалась, что заан-аншиасс Ийтераджин может заинтересоваться ею, потребовать полного исполнения контракта, то сейчас уверилась в обратном. Во всём его поведении, взглядах, манере держаться, сквозило раздражение ситуацией. А это означало, что притязаний с его стороны можно не опасаться.

* * *

Присланный Ийтераджином договор Елизавета прочитала со всем пристрастием несколько раз. В принципе все пункты были ожидаемы: не разглашать истинных сведений, никакого слияния, а тем более разговоров о зачатии, никаких выплат со стороны обоих, вежливое отношение друг к другу и полное соблюдение правил цело́мнища заан-аншиасса Ийтераджина.

Здесь Лиза очень внимательно прочитала эти правила перечисленные отдельно, но всё было в рамках стандарта.

Единственный пункт контракта она всё же исправила – срок нахождения её в цело́мнище Ийтераджина. Дописав, что по общей договорённости она сможет убыть на женский материк, при этом обязываясь сохранить в тайне своё возвращение, а если о том кто-либо узнает, сохранить в тайне причину. Ну и добавила пункт о досрочном расторжении контракта по взаимному согласию, либо же при возникновении крайних, так сказать форс-мажорных обстоятельств. Это конечно подразумевалось, но Лиза решила этот пункт всё же вписать.

Передав договор с исправлениями Самлеше, чтобы та его доставила обратно цисану, начала готовится к срединной трапезе.

За время всей трапезы, Елизавета ни разу не посмотрела в сторону, где сидели высшие цисаны, хотя время от времени чувствовала чей-то взгляд. То поднося, отпивая маленькими глотками совсем легкий алкоголь, то при разговоре с соседом, Лиза ощущала неясную тревогу, волнение. Поэтому, едва цисаны повинуясь знаку Владеющего, начали подниматься из-за стола, она тут же покинула трапезную, направившись в сторону галерей.

Галереи поражали помпезностью украшений на каменных стенах: мозаикой из самоцветов повсюду были изображены сцены баталий, и так всё это было выполнено мастерски, реалистично, что от разглядывания пробивало на дрожь от кровавых схваток с невиданными чудовищами этого мира. Между колоннами в кадках глаз радовали пышно раскинувшие ветки деревца, рядом стояли широкие оттоманки.

Именно сюда, в галерею устремлялись цисаны после каждой трапезы, чтобы обсудить политические и экономические отношения, обговорить и обсудить друг друга, да и просто развлечь себя светскими беседами.

Прогуливаясь от одной группы беседующих цисан к другой, остановилась и сделала вид, что увлечена спором сановников, хотя даже не пыталась вникнуть в суть и была рада услышать Ийтераджина:

– Аншиасса Элиссавет, позвольте отвлечь вас для разговора.

– Приветствую, заан-аншиасс Ийтераджин, – с улыбкой кивнула Лиза, поворачиваясь к мужчине, и после взаимных расшаркиваний устремилась вслед за цисаном.

Стоило им немного отдалиться, как тот, заложив руки за спину и создавая вид праздной беседы, произнёс:

– Ваши поправки учтены и внесены в текст, так что можем прямо сейчас заключить договор.

– Меня полностью устраивает ваш план действий, – улыбаясь, кивнула Елизавета. – Когда и где?

– Выйдите с галереи в восточном направлении и вызовите здраду, чтобы вас сопроводила в мой цело́м.

И опять не дожидаясь ответа, развернувшись, ушёл.

«Ага, в восточном направлении, – Лиза спокойным, прогулочным шагом двинулась в противоположном направлении. – Учитывая мой географический кретинизм, я и в трёх соснах заблужусь, а тут в восточном направлении. Нет чтобы сказать идите налево или направо!», – мысленно сокрушалась Лиза, при этом старательно удерживая беззаботное выражение лица, двигалась наугад, решив, что просто выйдет из галереи, а там уж Самлеша поможет добраться по адресу.

Спустя час, ещё раз перечитав внимательно контракт, Елизавета его всё-таки заключила с Ийтераджином.

– Что дальше? – спросила, откидываясь на спинку кресла в его кабинете цело́ма и перетягивая платком порез на пальце, с которого сцедила кровь на печать контракта. – Когда мы сможем покинуть цело́мнище Владеющего?

– Не сегодня, аншиасса, – цисан забрав свой экземпляр, тяжело посмотрев, продолжил: – До завтра мне нужно решить ещё несколько своих вопросов, но вы сегодня обязаны появиться на лирическом мероприятии.

– Это обязательно? – помрачнела Лиза. Если остальные находили непонятное удовольствие слушать завывание оперных див этого мира и слушать монотонные сказания под такие же монотонные, заунывные мотивы, то Елизавета была далека от данного вида искусства.

– В нашем случае – да. Мы побеседуем на мероприятии, дадим повод цисанам увидеть нас вместе, обсудить и никого не удивит ни мой, ни ваш выбор в заключение контракта, когда мы завтра покинем цело́мнище.

– У меня один, но очень важный вопрос – как заключить контракт так, чтобы печать окрасилась после того, как мы подтвердим её кровью, но при этом контракт остался фикцией? – озадаченно посмотрела на Ийтераджина Лиза, но тот, лишь усмехнувшись, достал из ящика совсем махонький флакончик и протянул его Елизавете. Только едва она протянула руку, тут же предупредил:

– Не сжимайте! Возьмите очень аккуратно.

– Что это? – удивлённо спросила, рассматривая скляночку размером с фалангу пальца.

– Это кровь и для вас не важно, чья. Когда поставите подпись на контракте, я отвлеку сановников. Вы же взяв ритуальный кинжал, сделаете вид, что рассекли кожу пальца, при этом незаметно раздавив склянку, выльете её содержимое на печать. Поверьте – печать эту кровь примет и поменяет цвет.

Ещё раз посмотрев на пузырёчек, Лиза, кивнув, встала.

– Тогда встретимся на мероприятии, – обронила и, быстро развернувшись, покинула кабинет, при этом радуясь крохотному реваншу: хоть раз она ушла, оставив последнее слово за собой.

* * *

– Жаль, ещё пять великолепных нарядов, – сокрушалась Самлеша, узнав, что завтра они уже убывают.

– Ты опять? – Лиза усмехнувшись, тут же ойкнула, потому как здрада занимаясь укладкой её прически, дёрнула прядь волос, и сразу пришлось убеждать её, что всё в порядке и останавливать хлынувшую лавину извинений.

– Вот сегодня «выгуляю» один наряд и останется только четыре наряда.

– А тот лиловый комплект? – прошамкала здрада, потому как держала во рту шпильки.

– Останутся про запас, – улыбнулась Лиза и заерзала, устав сидеть.

– Я закончила. У вас осталось совсем немного времени хозяйка. Надо…

– Успеем, не торопись, – успокоила Лиза, уже начавшую бегать по гардеробной здраду.

Спустя фактически час Елизавета, оглядев себя в отражающий камень, осталась довольна. Насыщенно зелёного цвета платье длиной в пол, выгодно подчёркивало её формы, а недостатки скрывало.

За время подготовки к этому ненужному Лизе церемониальному отбору, она немного похудела и сплетённый из множества цепочек пояс, подчёркивал талию и широкие бёдра.

Самоцветы, вставленные в звенья цепочек мягко переливаясь, притягивали взгляд блеском. По бокам волосы Самлеша ей приподняла в высокую причёску, закрепив шпильками, концы которых венчали изумруды, а оставшиеся пряди волнами спускались на спину.

– Вы прекрасно выглядите, – с улыбкой любовалась здрада Елизаветой. – И новый настой для тела очень хорош. Ваша кожа просто сияет!

– Спасибо, моя хорошая. – Лиза, поймав ладошки здрады, сжала их. – Что ж. Пойду приобщаться к культуре, да и гадюшник, то есть местный бомонд, наверняка, уже собрался, – выдохнула Лиза под смешок Самлеши и направилась на выход.

Постигнуть и принять красоту оперного пения Елизавета, как ни старалась, но всё же не смогла. Поэтому, когда в специально отведённый акустический пещерный зал влетели ярко сияющие сахеды освещая пространство и обозначив, что представление закончилось, тихо, с облегчением выдохнула. Поднявшись с оттоманки и поаплодировав с остальными цисанами оперной диве, устремилась на выход.

– Как вам исполненные произведения?

– Понравилась ли исполнительница?

– Ах, не правда ли она хороша?

– А в вашем мире присутствуют ли подобные увеселения?

Посыпалось на неё со всех сторон, едва Елизавета приблизилась к беседующей группе цисан. Восторженно отозвавшись об ноюще орущей исполнительнице, чуть не выдала себя выдохом облегчения, когда увидела приближающегося к ним заан-аншиасса Ийтераджина.

Все говорившие замолкли и практически все посмотрели на приближающегося мужчину с презрением, которое Лиза не могла понять, но и причин спросить не у кого было. Хотя ей сейчас, впрочем, было всё равно. Единственное было важно – он вытащит её отсюда и вскоре она заживёт своей жизнью на женском материке.

– Аншиасса Элиссавет, вы уже любовались красотами полости радужных отблесков? – как всегда заложив руки за спину, Ийтераджин, не обращая внимания на лица окружающих цисан с маской неприязни, спокойно смотрел только на неё.

– Нет, – удивлённо качнула головой Лиза. – Не довелось.

– Предлагаю сопроводить вас, если вы конечно закончили, наверняка, увлекательную беседу.

Раскланявшись с группой цисан, Лиза направилась за Ийтераджином. Ей даже пришлось прикусить кончик языка, так хотелось поинтересоваться причиной открытой неприязни к нему, но она всё же сдержалась.

– Вы выглядите… необычно, – донёсся до неё недокомплимент с его стороны, и Лиза даже сбилась с шага.

– Спасибо, – усмехнулась: – Вы не умеете говорить дамам любезности.

– Не умею. Никогда и не старался научиться, – ответил холодно цисан, а Лиза порадовалась тому, что не задала свой вопрос, сдержала любопытство, утверждаясь в догадке о его нетрадиционной ориентации.

– Куда вы меня ведёте? – всё же поинтересовалась она, а Ийтераджин удивлённо на неё посмотрел:

– Я же вам сказал – к полости радужных отблесков.

– Понятно. Просто я подумала – это всего лишь была отговорка для остальных. Хотя вы можете меня просто сопроводить до моего цело́ма. Довольно много кто нас видел вместе, так что нет нужды…

– Если я вас пригласил, то почему вы думаете, я откажусь от своих слов? – раздражённо отозвался мужчина и при этом прибавил шаг.

Пожав плечами, Елизавета устремилась следом.

Лиза ни на миг не пожалела о том, что согласилась пойти с Ийтераджином. Пещера куда он её привёл, была поистине великолепна своей первозданной, природной красотой, которую умело подчеркнули мастера.

Она была огромной, с высоким сводом, с которого свисали множество сталактитов разнообразных размеров и окраски, и среди них медленно перемещалось тысячи совсем маленьких сахедов.

Они как маленькие звёздочки освещали пещеру и испускаемое ими сияние, отражаясь от множества сталактитов, окрашивали разноцветными бликами каменные, не тронутые мастерами стены.

Следуя по насыпной песчаной тропинке и огибая тянущиеся вверх сталагмиты, наслаждалась красотой.

– Одно из малочисленных мест этого цело́мнища оставленных в первозданном виде, – проговорил мужчина. – Эта полость естественного происхождения.

– И она прекрасна, – выдохнула Лиза.

– Ранее все полости, в которых жили цисаны на этом материке, были естественного происхождения. Отсюда кстати и название – цело́м, цело́мнище, эцило́мнище.

– Ого, я не знала, – обернулась Елизавета, с изумлением посмотрев на усмехнувшегося цисана.

– Целом – это естественная полость в теле живого организма, а так как ранее считалась планета живым организмом, то соответственно дали такое название.

– Но ведь Эцишиз не живой организм и дыхание, на самом деле волна энергетических потоков которая… – Лиза резко замолчала, вспомнив слова Ведающей о том, что данной информацией лучше не распространятся, потому как верование в обратном ещё сильно среди цисан. Настороженно покосившись за внимательно наблюдающим за ней мужчиной, закончила: – Я поняла. В общем цело́м – это полость в теле живого организма.

Усмехнувшись, и покачав головой, Ийтераджин направился дальше:

– Совершенно верно. Как и то, что вы сказали об энергетических потоках, хотя я бы вам посоветовал не распространяться на эту тему, столь открыто. – Его тон немного изменился, как показалось Лизе – стал чуточку мягче.

– Да. Благодарю. Я поняла.

– Мне просто интересно: откуда у вас столь обширные знания?

– Вы наверно узнавали о роде моей деятельности, – старательно беспечно пожала Елизавета плечами, огибая очередной сталагмит. – Я преподаватель, а нам необходимо преподносить ученицам все знания – религиозные, научные.

О том, что данный факт она услышала от Ведающей говорить не хотелось, но цисан, видимо поверив, кивнул головой.

Они о многом говорили пока блуждали по пещере и в итоге Лиза возвращалась в свой цело́м уставшая, но довольная.