Глава 11

«Если бы вы мне сказали одно слово, одно только слово – я бы осталась. Вы мне его не сказали»

И. Тургенев

Войдя в гостиную, первым делом Елизавета скинула туфли и, пошевелив пальцами ног, устало выдохнув, прикрыла глаза. Улыбнувшись своим мыслям, покачала головой, а открыв глаза, вскрикнула, увидев движение сбоку, при этом попятившись, чуть не упала, наступив на длинный подол платья.

– Тише, тише Лисса, не пугайся, – неизвестно как попавший в её цело́м Махарадж, едва успел к ней метнуться, чтобы подхватить, уберегая от падения.

– Господи, я брежу, – пробормотала Лиза и если бы не рука мужчины, удерживающая её за талию, точно подумала, что у неё галлюцинация.

– Тише, ящерка. Я всего лишь пришёл поговорить, – чуть севшим голосом успокаивал её Махарадж.

– Но… как? Как ты попал сюда, тебя же… – Лиза, наконец поняв, что предводящий реален, нахмурившись, высвободилась из его захвата, впрочем тот к её сожалению, которое мелькнуло на краю сознания, и не удерживал.

– Самлеша? Тебя пустила Самлеша, но…

– Да, – прервал Махарадж. – Мне необходимо с тобой поговорить, поэтому…

– И лучшего места как мой цело́м ты не нашёл? – теперь уже прервала его Елизавета при этом, не переставая хмуриться, сделала ещё шаг назад.

Она видела потемневший взгляд Махараджа, как зрачок опять неестественно расширился, а на лице, шее, то проступают, то исчезают серые пластины и от этого её саму бросило в жар.

– Не нашёл, – подтвердил предводящий. – Потому как хотел поговорить наедине. Задать вопросы, которые не предназначены для чужих ушей.

На минуту в гостиной повисла тишина, в которой мужчина и женщина смотрели друг на друга, не отводя взглядов, словно пытаясь за эти мгновения впитать образ друг друга.

– О чём, Махарадж? – Лиза прервала молчание, обхватив себя за плечи. От этого движения её грудь резко приподнявшись, туго обтянулась тканью платья, и естественно привлекая внимание мужчины. – Так какие вопросы ты хотел задать? – заметив его голодный взгляд, тут же опустила руки и посмотрела на Махараджа.

Пару секунд молчания, словно мужчина потерял нить разговора и предводящий, резко развернувшись, прошёл к большому пуфу, но остановившись и выдохнув, повернулся:

– Почему ты отказалась возобновить со мной контракт, Элисса? Я хочу знать правду. Почему убыла из цело́мнища, даже не попытавшись со мной связаться, сообщить мне о прибытии здрады Владеющей, хотя у тебя была такая возможность? Ни разу не обмолвилась о том, что заключила контракт с Владеющей, ты попросту сбежала! – вопросы Махарадж задал резко, отрывисто, а Лиза, некоторое время глядя на него, усмехнулась, покачав головой:

– Ты тоже мне не очень много рассказывал, Махарадж. Ни словом не обмолвился о заговоре, о том, что меня подозревают в его участии. Так что вправе ли ты меня упрекать в том, что я о чём-то умолчала?

Отвернувшись, прошлась по комнате и, не смотря на мужчину продолжила:

– Почему не сообщила? Я хотела сообщить. Я даже пришла в твой цело́м перед убытием и принесла с собой запись разговора, где меня принуждали расторгнуть контракт. – Усмехнулась краешком губ: – Подумала: ты должен знать, что слова, сказанные мной – навязаны, надиктованы. Что ты должен узнать о своём названном брате правду.

– Я слушал эту запись. Мне предоставили доступ, – донеслось до Лизы, но в его сторону она не повернулась. – Так почему не дошла?

Резко вскинув голову, кинула на него злой взгляд:

– Отчего же не дошла? Дошла. Я даже зашла в твой цело́м, когда его покинул твой названный брат, при этом рискуя нарваться на заговорщиков, но я пришла к тебе. Только вот застала в твоей спальне саанцишисс!

– Да, саанцишиссы были в моей спальне, – нахмурился предводящий. – Но почему ты ушла? Почему не сообщила мне?

– Не сообщила? Махарадж, да ты был занят. Не успели мы расторгнуть контракт, как в твоей спальне я встречаю саанцишисс и что мне нужно было делать? Постоять в сторонке, пока ты бы с ними закончил?

– Элисса, я не могу тебя понять – причём тут саанцишиссы? – предводящий хмуро смотрел на Лизу, а она в его взгляде прочитала, что он действительно не понимает. Не понимает того, что она испытала – увидев женщин в его спальне, на его матрасе. Не понимает ту боль, которая пронзила её в тот момент.

Судорожно выдохнув, Елизавета отвернулась.

– По видимому я не смогу тебе объяснить, – глухо произнесла она. – Почему не возобновила контракт? Потому что наши отношения вышли за рамки отношений положенных в вашем мире между мужчиной и женщиной. Ты говоришь – сбежала. Да, сбежала. Потому что с каждой ночью привязывалась к тебе всё больше. А что дальше? – Обернувшись вновь посмотрела на замершего Махараджа. Тяжело было признаваться в своих страхах, своих чувствах, но она решила не отступать: – Я бы наскучила тебе, вот что произошло бы. Ещё год, полтора и ты заключил бы контракт с ещё одной, а может и двумя цисанками. А если и нет, то всё равно время контракта закончилось, и я бы в любом случае отправилась на женский материк. Так какая разница когда, Махарадж?

Лиза, отвернувшись, опять обхватила себя руками. Отчего-то ей в тот момент стало зябко. Она не могла объяснить предводящему то чувство, которое ею овладевало при мысли, что он приведёт в цело́мнище другую цисанку. И ей придётся с этим смириться, при этом, никак не высказывая своих претензий, обиды – ведь для него это норма.

Не могла объяснить чувство ужасной обиды, когда увидела саанцишисс, не могла объяснить, что ей больно было расставаться с ним, но и по-другому она не могла.

– С чего ты решила, что могла наскучить мне? – раздался голос прямо над её макушкой. Лиза даже не услышала, как Махарадж приблизился, и сейчас стоял вплотную к её спине. – Ты всё решила за нас обоих, Элисса, – проговорил он, мягко утыкаясь в её макушку носом и шумно втянув воздух.

Такой знакомый жест, такой родной, что она, прикрыв глаза, прикусила губу, чтобы не расплакаться.

– Ты мне снилась, – перешёл Махарадж на чуть хриплый шёпот, положив руки ей на плечи и чуть сжав их. – Каждый день. Эти сны выматывали, уничтожали и знаешь, что именно мне снилось, Лисса? – ладони Махараджа медленно спустились с плеч на локти и опять чуть сжали.

– Что? – с трудом выдавила она вопрос, потому как голос не слушался, ноги подрагивали, а сердце стучало как бешенное.

Елизавета прекрасно понимала, к чему всё идёт. Прекрасно понимала, что произойдёт далее, если она сейчас не сделает шаг в сторону, не оттолкнёт его. Но… Она не могла. Она не хотела.

Елизавета до жути, просто кошмарно хотела ещё раз ощутить его губы на своих, прикоснуться к нему, а что дальше? Ей в тот момент было всё равно.

– Ты ведь прекрасно знаешь: что мне снилось, не так ли? – голос Махараджа вибрировал, сводя с ума. Но она чувствовала, как подрагивают его руки, как хрипло он выталкивает каждое слово и понимала, что сам он находится в таком же состоянии что и она.

Предводящий, чуть наклонившись, прошептал в ухо Элиссы:

– А я тебе снился, ящерка?

Махараджа трясло от желания. От того, что он сейчас мог насладиться её запахом, от того, что касался её. На несколько мгновений он замер, прикрыв глаза, потому что от мысли, что это просто сон, что сейчас стоит ему развернуть её к себе – он проснётся в своей спальне один, стало больно так, что всё в груди сжалось.

Но нет, она материальна. Она так же судорожно втягивает воздух, как и он, её сердце бьётся в таком же бешеном ритме, как и его.

Решившись, провёл языком по её маленькому ушку, а услышав чуть слышный всхлип, сорвавшийся с женских уст, мгновенно потерял контроль над собой.

Он ли её резко развернул к себе или она повернулась – это было не важно. Их губы встретились в безумном, сразу поглощающем, жарком поцелуе. Желание было таким сильным, что зубы неприятно столкнулись от яростного стремления сейчас же, скорее слиться, обласкать языком, сплестись ими, посасывая, не даря ласку, а захватить в плен или сдаться в него – но это не важно. Их руки хаотично метались по телам друг друга – обнимая, сжимая, притягивая ещё ближе. Когда же ладонь предводящего легла на полушарие груди Элиссы, он не смог сдержать гортанного рыка, который тут же смешался с женским стоном.

Махарадж, решительно подхватив Лиссу на руки, просто сделал пару шагов к пушистому ковру и, уложив её на него, навис сверху, опять захватывая её губы в плен. Он ни на мгновение не останавливался, потому как до жути боялся, что стоит ему промедлить – Элисса исчезнет, развеется в сонной дымке.

Дрожащей рукой, задирая подол платья, сходил с ума от желания, а когда женские бёдра раскинулись под ним, не оказав сопротивления, ему изменило дыхание, сердце пропустило удар.

Резко выпрямившись, мужчина рванул кожаные тесёмки на поясе шальвар, просто приспуская те вниз и не медля, одной рукой отодвинул край нежного, уже влажного женского белья в сторону, другой рукой направляя свой орган в лоно Лиссы.

Одним мощным толчком проник в её тело на всю длину органа дающего жизнь, и замер, зажмурившись от пронзившего эйфории, наслаждаясь страстным вскриком удовольствия Элиссы, сжимая женские бёдра.

– Громче! – хрипло выдохнул, склонившись к лицу Лиссы. – Спой мне ящерка! – со стоном протянул, начав двигать бёдрами, то отстраняясь, то резко врываясь обратно как можно глубже, сильнее, мощнее.

И Лисса спела ему хоть и короткую, но такую пьянящую песнь страсти. Их страсти!

Достигнув кульминации, Махарадж с диким, вибрирующим рычанием выгнулся, сотрясаясь всем телом от поглощающего удовольствия, вжимая бёдра дрожащей от наслаждения Лисы в свои, и буквально рухнул на неё сверху. В последний момент удержался на локтях, чтобы не придавить столь хрупкое тело своей ящерки своим весом.

– Кошмар, – произнесла Элисса хрипло и Махарадж мгновенно напрягся от услышанного, а уловив смешок в её голосе напряжённо посмотрел:

– Неужели было так плохо, ящерка?

– Плохо? – переспросила и чуть качнула головой, с лёгкой грустинкой ответив: – Разве с тобой мне могло быть плохо?

Её слова отозвались упоительной музыкой для его сердца. Понимание того, что с ним ей не может быть никак иначе, как хорошо, расцвело в сердце огненным цветком удовлетворения.

– Если тебе понравилось, – склонившись, прошептал ей в губы, глядя в её изумрудные глаза, – то отчего же ты сказала – кошмар?

– Оттого, предводящий, что мы сейчас лежим в гостиной, на ковре.

– Я до спальни уже не дотерпел бы, – признался, накрывая губы Лиссы в поцелуе, мягком, томительном, на который она тут же ответила, зарываясь в его волосы пальцами, но тут же отстранилась:

– Может, мы всё же переместимся в спальню? – голос её охрип и от этого тембра, по телу Махараджа словно пробежали искорки молний, доставляя странное удовольствие.

– Непременно, – отозвался и, отстранившись, осмотрел её наряд.

Он так и не добрался до её груди, а от мысли – как сожмёт обнажённые полушария в ладонях, как втянет в рот твёрдые навершия, наслаждаясь стонами Лиссы, опять окатило волной безумного вожделения, которое немного ослабло после свершившегося слияния.

– Только разберусь – как это с тебя снять и отнесу в купальню, – он опять осмотрел под тихий женский смех непонятный наряд и с тихим рыком рванул в разные стороны ворот под протестующий вскрик Лиссы:

– Варвар! Остановись! Это же…

– Не могу… Не хочу! – предводящий, наконец, оголив манящие полушария, тут же склонился к ним, обхватывая, сминая, тут же захватывая вершинки в рот, посасывая с урчанием удовольствия, которое рождалось где-то в груди.

– Рааадж, – вопреки всему сказанному Элисса выгнулась навстречу его ласкам. Но Махарадж всё же отстраняясь, потянул её за руку, поднимая на ноги, и стоило ей с его помощью подняться, хрипло попросил:

– Замри.

Растрепанная, с оголившейся грудью, раскрасневшаяся и с блеском изумрудов глаз – она была прекрасна.

– Ты… – сглотнул мужчина не в силах передать то, что чувствует. – Ты бесподобна, просто восхитительна, ящерка.

Не дав ей даже слова сказать, подхватил на руки, направившись в спальню.

* * *

– Моя иесихале, – прошептал Махарадж чуть хриплым голосом, притягивая спящую Элиссу к себе спиной.

Бросив взгляд на кристаллы, вплавленные в каменную стену обозначающие ход времени, прикрыв глаза – выдохнул.

Ему уже нужно было уходить, чтобы никто не заметил его присутствия в цело́ме Элиссы. Но так как за время её короткого сна он решил для себя, что не отпустит больше свою ящерку, мысль об уходе не вызывала у него тягостного отторжения.

Но время ещё осталось, а потому мужчина, устроившись на боку, притянул спящую Лиссу к своей груди спиной и одной ладонью обхватив полушарие груди слегка поигрывая с вмиг затвердевшим соском, второй спустился к межножью и аккуратно раздвинув бархатные складочки, начал ласкать бугорок её наслаждения.

– Рааадж, – протянула Лисса хрипло после сна, прогибаясь в спине и прижимаясь ягодицами к каменному мужскому органу. – Ты ненасытен, – усмехнулась и вновь опять застонала от удовольствия.

– Мне тебя мало, иесихале. У нас осталась песчинка времени, и я хочу провести её с тобой, – жарко прошептал он ей в ухо, в то время как она, прогнувшись в спине ещё сильнее, позволила его члену скользнуть в её тело.

Сладкие толчки, глубокие, заставляли стонать от удовольствия и выгибаться ещё сильнее. Махарадж уже успел изучить её тело и, зная как доставить удовольствие, пользовался всеми методами. Его пальцы, перекатывая соски груди, не останавливались ни на мгновение, ласки клитора добавляли остроты к мощным проникновениям в глубину её тела и жаркий шёпот, покусывание мочки уха довёл её до высшей точки наслаждения.

Когда же она, закричав уже сорванным за ночь утех голосом, судорожно вцепилась в его руки, то ощутила, как он тут же начал двигаться быстрее уже сам, хрипя от удовольствия, мощно вторгнувшись до самого основания со стоном замер.

Повернувшись к Махараджу и положив голову ему на грудь, Лиза прижалась всем телом к ещё тяжело дышащему мужчине. Замерла, прикрыв глаза. Сейчас, когда пришло время расставаться, реальность обрушилась на неё тяжёлой волной осознания: ни один вопрос с ним они так и не обсудили, ни к одному из решений не пришли, да ещё и контракт с Ийтераджином…

– Мне пора, ящерка. – Махарадж, ещё раз втянув воздух, уткнувшись в её макушку и отстранившись, встал, а Лиза, поёжившись, потянулась за покрывалом на тумбочке и прикрылась им.

– Радж, – позвала она, наблюдая за тем, как он одевается.

– Я хочу заключить с тобой контракт, Лисса, – отозвался он, посмотрев на неё пристально.

– Хочу? – нахмурилась Лиза.

– Предлагаю, – тут же исправился он, но Лиза, покачав головой, тихонько вздохнула:

– Радж. Мы даже не обсудили с тобой ничего…

– Лисса, у нас будет время на обсуждение. – Махарадж натягивая кафтан замер. – Ты знаешь, что каждая высшая цисанка присутствующая на отборе обязана заключить контракт?

– Знаю. Махарадж, я…

– Мне надо идти, – предводящий застегнув кафтан, уже обулся.

– Подожди! – остановила его Елизавета. – Махарадж я не могу рассказать для чего, но всё же, дай мне время. Мне нужно решить свои вопросы и после мы сможем вернуться к вопросу заключения контракта, но не сейчас, не здесь, не на отборе! Прошу тебя: дай мне время и прошу поверить! – она с надеждой посмотрела на предводящего, который задумчиво смотрел на неё.

Молчание его было невыносимо, но вот он, качнувшись с пяток на носки и обратно, словно решил что-то для себя, не проявив при этом эмоций, проговорил:

– За нахождение в твоём цело́ме во время отбора нас могут обоих наказать, Элисса. Так что мне уже давно пора покинуть тебя, пока ещё есть возможность уйти незамеченным. Поговорим позже.

Резко развернувшись, Махарадж вышел из спальни, оставив Лизу в замешательстве.

Первым делом Елизавета хотела, привести себя в порядок и броситься к Ийтераджину, но замерев, подумала: – «Если сейчас откажусь от контракта с ним, то что потом? Да, Махарадж будет настаивать на заключении контракта, но выслушает ли он меня? Примет, поймёт ли мои страхи? А если ребёнок?».

Лиза, судорожно втянув воздух, тут же вызвала Самлешу и попросила принести ей лекарства. В этот проведённый день с Махараджем, она совсем забыла о том, что прекратила принимать противозачаточные. У неё это просто вылетело из памяти, да у неё вообще ничего кроме их слияния там не было. Было только глубинное, первобытное желание женщины подчиниться, полностью отдаться во власть выбранного ею мужчины со всей страстью, с любовью.

Выпив противозачаточные, Елизавета, более-менее успокоившись, спешно собиралась, обдумывая сложившуюся ситуацию со всех сторон. Самлеша, которая накануне впустила предводящего в её цело́м, опустив глазки, молчала, споро подавая вещи и помогая с причёской, но Лизе сейчас было не до выяснения с ней этого вопроса, это она решила оставить на потом.

Решив, что первым делом поговорит с заан-аншиассом Ийтераджином, попробует уговорить его на то, чтобы хоть немного отложить заключение пресловутого фиктивного контракта, а за появившееся время найдёт возможность поговорить с Махараджем. Им необходимо было поговорить, всё выяснить и если она убедится, что он готов поменять свои принципы, вбитые ему с измальства устои ради неё, то уже не будет страшно вновь заключить с ним контракт. Только после разговора у неё появится надежда на нормальные с ним отношения.

– Хозяйка, – подала голос Самлеша. – Около цело́ма здрад вызывает меня. Разрешите узнать причину?

– Конечно, – кивнула Лиза, отпуская здраду, которая укладывала ей волосы.

Пока Самлеша отсутствовала, Елизавета накинула жакет и начала застёгивать множество пуговичек. В этот раз вместо привычных шальвар, в её наряде была длинная юбка, что поначалу вызвало массу обсуждений среди цисан, а буквально вчера она уже увидела пару цисанок в подобных нарядах и едва в тот момент сдержала довольную усмешку.

– Хозяйка, вас вызывают в канцелярию Владеющего. Очередной цисан желает заключить с вами контракт, – доложила здарада, появившись, а Лиза только поморщилась:

– Как же не вовремя!

Уже четыре раза её вызывали в кабинеты канцелярии. По установленному здесь порядку женщин вызывали в кабинет, где в присутствии двух сановников мужчины предлагали контракт. Ознакомившись с условиями, женщина принимала решение – могла сразу согласиться, могла отложить решение, вроде как, оставляя вариант для дальнейшего рассмотрения, а могла сразу отказать.

Лиза, побывав в четырёх разных кабинетах, с напускным вниманием выслушивала предлагаемые условия и четыре раза с вежливой улыбкой откладывала решение. Так что у неё в запасе на выбор теперь значились – три аншиасса и один цишисс, который дерзнул предложить контракт женщине выше его по социальной лестнице, но при этом предложил самые выгодные условия и самую высокую оплату.

Чем его так заинтересовала Елизавета, она и сама не знала, но естественно принимать столь заманчивое предложение не собиралась. А вот от заан-аншиассов ни одного предложения о заключении контракта не поступало.

– Сейчас у меня на это совершенно нет времени, – хмурилась Лиза, позволяя Самлеше завершить прическу, и как только здрада закончила, тут же быстро покинула цело́м.

Ожидающий её воин сопроводил Лизу на верхний уровень в канцелярию, провёл по сети запутанных переходов и, остановившись у одной из дверей, поклонившись, ушёл.

Выдохнув, Елизавета толкнула створку и с вежливой улыбкой вошла в кабинет. Улыбка на её губах превратилась в ледяную, сердце сбилось с ритма и пришлось приложить неимоверное усилие, чтобы удержать спокойное выражение лица, потому как в помещении помимо двух сановников находился Махарадж.

Предводящий внимательно следил за ней, не отводя взгляда, и даже когда Елизавета вежливо поприветствовала каждого, отвернувшись и сев на предложенную оттоманку, всем естеством чувствовала его взгляд.

Как в тумане Елизавета, вежливо кивая, иногда краешками губ улыбаясь, выслушала одного из сановников зачитавшего предложенные условия контракта. И вопреки вспыхнувшей надежде, ни одно из условий не отличалось от стандартных. Все условия вписывались в привычные для цисан рамки, для неё же всё сходилось лишь к тому, что они вернулись к тому, с чего начали. Стало до жути обидно, что он не услышал её просьбы, но и она решила не отступать:

– Благодарю вас за предложение заан-аншиасс, Махарадж, – проговорила, поднимаясь с оттоманки. – Но позвольте мне обдумать и дать ответ позже.

– Не принимается, – жестко прозвучало от Махараджа и Лиза вздрогнув, распахнула глаза:

– Но я сейчас не…

– Заан-аншиасс, следуя правилам, – прервал её сановник, цисан с уже седыми волосами, заплетёнными в косу, – аншиасса имеет право в данном случае на отложение принятия решения.

– Уважаемый, заан-аншиасс Хитамнжан, я не могу ждать в связи с распоряжением Владеющего на убытие к границам материка. В связи с этим прошу аншиассу принять решение незамедлительно, – холодно, уверенно, не смотря на сановника, а на Лизу проговорил предводящий.

– Что ж, – сановник перевёл взгляд на замершую Елизавету. – Ваш ответ должен прозвучать сейчас, аншиасса.

– Я… – Лиза сглотнула и посмотрела на двух цисан канцелярии ждущих ответа от неё. – Могу ли просить о возможности переговорить с заан-аншиассом наедине?

Сановники переглянувшись, поднялись:

– Не более пяти полудыханий, аншиасса.

– Благодарю вас, – поклонилась Елизавета, приложив ладонь к груди, где в безумном ритме билось сердце.

Как только цисаны покинули кабинет, посмотрела на Махараджа:

– Почему, Радж? Я же просила…

– У меня нет времени, Элисса. Сегодняшний день, проведённый с тобой дал мне понять, что ты не против заключить контракт. Да и тем более ты всё равно обязана его будешь заключить, так что…

– И что дальше? – перебила она его. – Мы вернулись к тому, с чего с тобой начали! Ты даже не потрудился со мной поговорить, Махарадж!

– Что ты хочешь узнать, что обсудить?

– Хотя бы что будет, если у нас родится ребёнок? Если девочка – хорошо, я с ней отправлюсь на женский материк, а если мальчик?

– Мальчика отправят в фуцин, к цисанойкам, затем в нансинхан. Да ты и сама знаешь заведённые порядки Элисса! Что тебя смущает в них?

Лиза пару раз судорожно втянула воздух от мысли, что он так спокойно говорит о том, что у неё просто-напросто отнимут ребёнка и отдадут на вскармливание каким-то цисанойкам, отдадут воспитывать малыша совершенно чужим цисанам. Резко отвернувшись и сжав кулаки, прошлась по кабинету, понимая, что сейчас просто нет времени объяснять ему весь ужас, что она сейчас испытала просто от его слов, поэтому переключилась на другое:

– Ладно, оставим этот вопрос, – резко посмотрев на него, спросила: – Остальные условия контракта ты тоже не изменил, почему?

– Что именно тебя в них не устраивает? – мрачно наблюдал за метаниями Лизы Махарадж.

– Начнём с того, что ты также можешь заключить несколько контрактов: с цишиссами, аншиассами, саанцишиссами…

– Да. Это стандартные условия и что тебе в них не нравится?

– Что не нравится? – Лиза, опешив, посмотрела на смотревшего на неё предводящего с холодным отчуждением в глазах. – Махарадж, ты действительно не понимаешь или…

Махарадж действительно не понимал. Не понимал, почему после проведённого дня полного слияний, ласк и бешеной страсти она хочет отказать ему. Он бы мог, как и раньше предположить, что Лисса, играя с ним, пыталась добиться чего-то, но нет: так играть невозможно! Её эмоции, что он видел, впитывал, наслаждался – они были подлинны!

– Чего ты хочешь, Элисса? Реберников? Увеличить сумму? Украшений, привилегий? – не выдержал предводящий, зло выпалив, но Лиза открыв рот, только судорожно вдохнув, покачала головой и отвернулась.

– Тогда чего? Почему ты не хочешь со мной заключить этот шараншевый контракт?! – ярость от намечающегося отказа, взметнулась в душе предводящего. Второй раз она собиралась отказаться от его предложения, и для мужчины это был удар по самолюбию. Болезненный удар и неожиданный.

– Да почему я должен тебя уговаривать? – вспылил Махарадж. – Любая, любая из цисанок присутствующая на отборе с радостью бы согласилась на контракт со мной! Аншиассы, заан-аншиассы с древнейшей кровью! – раздражённо выпалил предводящий. – Даже если бы я уменьшил сумму реберников, урезал привилегии и шахазы жизни! Ты это понимаешь, Элисса? Любая!

– Тогда ответь Махарадж: почему я? – тихо спросила Лиза. – Ответь: почему я? Почему не те, о которых ты говорил? Почему ты настаиваешь, желаешь заключить контракт со мной? – Лиза спросила и замерла с часто бьющимся сердцем.

«Скажи! – мысленно кричала она. – Скажи что я, именно я тебе нужна! Что не хочешь никого кроме меня! Что тосковал, скучал, как и я по тебе!» – мысленно умоляла его. Как же ей хотелось услышать эти слова, услышать, что он готов бороться за их отношения, пойти против их нелепых правил, сломать устои.

– Элисса, на что ты рассчитываешь? – зло усмехнулся предводящий. – Да, я помню твои слова, что в твоём мире отношения между мужчинами и женщинами складываются иначе. Но ты не в том мире! Когда ты это уже поймёшь?! – предводящий, бросив на неё жёсткий взгляд, резко отвернулся. – Здесь нет, и не может быть отношений похожих на фильмы, которые ты принесла с собой, здесь иные правила, иные законы и ты обязана следовать им! Почему ты? – усмехнулся Махарадж, не глядя в сторону Елизаветы и не увидев, как она замерла и почти не дышит. Как побелело её лицо, и она часто, урывками втягивает воздух. Предводящий не видел и равнодушно продолжил, руша, разрывая её веру, её надежду на счастье: – Потому что ты превосходна в слиянии. Потому что твоё тело устраивает меня и возбуждает как мужчину. Мне нравятся, по вкусу твои умения.

Предводящий на миг замолчал, а Лиза оцепенела.

«Почему так тихо?» – пронеслась у неё мысль. Её сердце, казалось, остановилось от боли, что она сейчас испытывает, а надежды, вера, всё, что было хорошее и светлое вдруг разом разбилось на сотни осколков. Равнодушные, холодные слова и ведь не может быть так тихо, когда разрушается мир, когда разрывается сердце? Ведь должен же быть оглушающий звон, но…

Махарадж, обернувшись увидел какими расширившимися глазами, смотрит на него Елизавета, какая боль плещется в них, сам замер, поняв, что только что натворил. Что совершил огромнейшую ошибку, сказав то, что вытолкнула из него ярость, возможно обида и уязвлённое эго. Ведь на самом деле не те слова он хотел ей сказать, не о том думал.

Лиза, побелев, чуть пошатнулась, и Махарадж хотел уже броситься к ней, чтобы хоть как-то попытаться исправить то, что натворил своими высказываниями, но в этот момент дверь распахнулась, и вошли сановники.

– Истекло более пяти полудыханий, – проговорил седоволосый цисан, проходя к столу. Вы готовы дать ответ, аншиасса?

– Прошу вас предоставить ещё время, уважаемый, – хрипло произнёс Махарадж, не отводя мучительного взгляда от Лизы, но она вдруг словно очнулась:

– Нет! – чуть ли не выкрикнула и глухо добавила, не глядя в сторону предводящего: – Мой ответ – нет – Елизавета, чуть покачнувшись, уже на ходу добавила: – Благодарю за выделенное время, благодатной вам ночи. – И спешно покинула кабинет.

Боль разлилась в груди, словно огромный, кровожадный зверь острыми когтями терзал все внутренности. Чуть хрипло дыша, Лиза бегом пронеслась по переходам, не обращая внимания на удивлённые взгляды цисан. Петляя и сворачивая, замедлила шаг, только когда увидела приоткрытую дверь. Не понимая, что делает, подошла и, не увидев в небольшом кабинете никого, пошатываясь, зашла внутрь, закрыв дверь, обессиленно привалилась к ней спиной, оседая на пол.

Судорожно втягивая воздух, оттягивая ворот жакета который казалось удавкой душит её, хрипло позвала здраду приложив ладонь к полу, а когда та выскочила из перехода и, завертев головой увидев хозяйку, кинулась к ней, хрипло выдавила:

– Воды. Принеси мне воды.

Несколько минут понадобилось Лизе, чтобы хоть немного прийти в себя.

– Вам надо уходить. Вам надо к лекарю, хозяйка, – Самлеша с тревогой заглядывала Елизавете в глаза.

– Нет. – Лиза поднялась на ноги. – Проводи меня в цело́м заан-аншиасса Ийтераджина.

Самлеша испуганно вскинула глаза, когда услышала ледяной тон Лизы, но молча кивнув, без вопросов подставила плечико, на которое опершись, Лиза сделала первые, пошатывающиеся шаги.

Кое-как сохраняя вид спокойствия, она шла за здрадой и во время плутания по коридорам, галереям и лестницам с переходами, всё замерзало внутри. Там где должно было быть сердце и пресловутая душа, всё сплелось изморозью отчуждения, сковало льдом апатии и только мысль, что ей необходимо как можно скорее покинуть цело́мнище Владеющего била набатом в сознании.

Заан-аншиасс её приходу если и был удивлён, то не высказал никаких эмоций, а на просьбу как можно быстрее уладить вопрос с контрактом ответил положительно.

Возвращаться к себе Лиза отказалась, и Самлеше пришлось приводить её в порядок в цело́ме Ийтераджина, пока тот проговаривал все пункты, как ей до́лжно себя вести при сановниках.

Заключение контракта опять в каком-то из кабинетов канцелярии прошло как по маслу и ни единого подозрения со стороны канцелярских цисан не вызвало, поэтому едва они вышли из кабинета, Лиза холодно поинтересовалась:

– Когда мы сможем отбыть?

– Да хоть сейчас, – усмехнулся Ийтераджин, при этом ни тени улыбки или довольства не отразилось в его мрачном взгляде.

Елизавета, ни на миг не засомневавшись, молча кивнула, и направилась за цисаном в пещеру с каменными кольцами переходов.

Лиза даже не оглянулась, решительно шагнула вслед за Ийтераджином за мерцающую, радужную пелену.