Глава 21

Руслан Папа прилетел вчера вечером. Сейчас почти шесть, рабочий день скоро закончится, а это значит, что они с Соней на пару могут… идти пить чай, блять! Если уже не делают это. Бесит. Как же бесит думать о ней даже сейчас, когда я должен думать об игре. Пропускаю мяч от Арса, психую, не слушаю мат Артуровича. Если бы это был реальный матч, я бы облажался в хлам. Со злостью толкаю Матвея в бок сильнее, чем следовало бы, перехватываю атаку и лечу к противоположному кольцу, не слушая, что орет мне Гром вслед. Веду мяч, а каждый стук его о паркет бьет в башку так, что искры из ушей сыплются. Распинав и обведя всех, прыгаю и засаживаю мяч в корзину, на пару секунд повиснув на кольце. – Закончили! – раздается громкий бас тренера, я игнорю недовольный взгляд Арса, которым тот в меня мечет. Я тоже на него зол, переживет. – Платонов, сюда иди, живо! Выслушав пятиминутную словесную порку, я киваю Артуровичу, что все понял, что помню про общагу, которой могу лишиться в любой момент, и вообще возьму себя в руки, потому что скоро важная игра. Мысленно шлю его на хер, потому что мне точно не до нотаций сейчас. Захожу в раздевалку, паркуюсь у шкафчика злой, как черт. И вот какого хрена? Должен бы успокоиться после секса с Соней, после ее слов, что она не спала с отцом, но нет. Она снова отравила меня, и теперь я подыхаю без нее, меня снова посещают галлюцинации, где она и отец живут долго и счастливо. Он ее трогает, а не я. И это фаталити. В самое сердце и ниже пояса. Как же бесит… – Арс, ты на ком вчера пропадал? – пытаюсь шутить, скидывая насквозь промокшую после тренировки форму. Артурович задал нам сегодня жару, но мне даже полезно было. Хотя, стоило оказаться в раздевалке, как я почувствовал, что на меня опять накатывает. – Я телефон оборвал, пытаясь тебе дозвониться, но потом смирился, что какая-то цыпочка была быстрее. Гром, наверное, не замечает сам, как лыбу давит. Видимо, снова с этой Огневой зависал. Он ей еще в пятницу вылизывал гортань, пока я Быкова с мужиками в клубе разнимал – у того краник в башке окончательно сорвало. Ему бы мозги вправить. Давно пора. Он явно нарывается, но Арс в упор этого не видит. Гром выгораживает его второй год подряд, что мы знакомы, просто потому что они с детства друзья. Я не понимаю, на хрена тащить за собой эту тушу. Бесит. Особенно как придурок-Саня становится мешком одуванчиков, когда оклемается и протрезвеет. Зато в тачке мне наблевал, когда я по просьбе Арса повез того домой. Чтобы сам Гром в это время к Огневой забрался в трусы. А я не подписывался быть таксистом для психов. Арсений что-то ворчит под нос, как старый дед. – Колись, это кому счастье-то такое перепало? – с трудом сдерживая злость, которая никак не утихает, говорю я. Ну точно медовая сучка приворожила его. Он недавно ей цветы притащил в кафе, где та работает, и меня потянул за собой для моральной поддержки. Гром и цветы – это ж как восьмое чудо света увидеть! Пришлось еще выслушивать его рычание после их рандеву в подсобке. Видимо, не дала ему. Так он вообще пропал с радаров, на звонки, сообщения не отвечал. Я думал, даже треню пропустит. Точно девка замешана, прямо чую. – Отвали, Рус, – не смотрит он в мою сторону, стриптизом увлечен. – А сегодня как? Встретимся? – Саня, да пошел бы он на хер, влезает в разговор. До того, как он наворотил дел, мы собирались зарубиться в теннис настольный у Силина из команды. – Нет, сегодня не могу, – отбрыкивается Арс. – Ты, блять, скрытный такой стал, Гром, – мне вообще многого не надо, чтобы взбеситься. – Колись давай, что за дела у тебя. – На свидание иду, – Арс произносит это так спокойно, что у меня отвисает челюсть. – Чего? – спрашиваем хором с Быком. У меня аж шею клинит, так резко оборачиваюсь. – Сука, вы че такие душные, а? Свидание. Беру телочку и веду ее в ресторан. Что непонятного? Свидание? У Грома, который никого никогда никуда не водил? Да его ухаживания заканчивались на покупке гондонов. – На хера? Нет, я серьезно не понимаю, что он задумал. Встречались и на его пути динамы, он это стойко и мужественно переносил – шел трахать других. Случалось так, что цеплялся за телок на пару-тройку раз, но это, вон, как с Кариной из универа – потом не знал, куда бежать и как отбрыкаться от липучек. – Потому что я захотел пожрать в приятной компании, а не среди ваших рож. Пиздит, как дышит, Гром. – Она не дает тебе, что ли? – Быков мои мысли озвучивает. – Что за озабоченность моей личной жизнью? – Точно не дает, – подхватываю я. – Бля, только не говори мне, что это пучеглазая тебя бортует! – Пошел ты! Громов краснеет, сука. Я бы и потерял дар речи, если бы у меня фонтаном не полилось изо рта. – Это называется, блин, приплыли. Точно она! Ты запал на нее все-таки? Ну, ничем хорошим это для Арса не пахнет. Точно. Бля, он мне мозги всю Испанию вправлял насчет Сони, а я жопу рвал, доказывая, что она особенная. И чем все закончилось, а? Его точно нужно вырывать из лап стервы, видали мы таких ангелов. – Тему сменим? Ты какого хрена мяч пропустил, когда я пасовал под кольцом? Думаешь, соперники такую херню схавают? – Ты мне зубы не заговаривай, – злюсь я. – Запал на Огневу? – На кого? – Саня, кажется, выпадает в осадок. Тупит по-страшному. У Грома, блин, на лбу все написано. – На фигуристую подружку лузера, – поясняю ему. – Да ну на хер! – Блять, вот вы достали! – Громов одевается, будто на скорость, и мотает на выход, сбегая от вопросов. Даже про Соню спросить забыл, хотя доставал до этого каждый день. – Как бабки на лавке, честное слово. Семок только не хватает. – Удачи, Ромео! – бросаю ему вслед, хотя подмывает скрутить, затолкать в багажник и увезти подальше от чертовых баб, которые жизнь нам портят. – Иди ты! Ну, конечно, пару факов от Громова – это достойный ответ. Когда сказать больше нечего – самый лучший. – Слышь, Рус… – начинает Саша. – Да подкину тебя я, – отвечаю раздраженно. Всю дорогу Быков трындит про суку-Лику, девушку свою, которая, по его мнению, ему с кем-то там изменяет. Как по мне, муть полная. Вот та точно из святых, даже рот боится лишний раз открыть, так ее Саня настращал. Если честно, разборки с додиком, дружком Огневой, я в целом особо не понял. С кем там разбираться, блин? Но почему-то от его словесных излияний меня немного отпускает. Как будто моя собственная злость на Соню падает ниже на градус. Может, я тоже не во всем прав? Не вижу чего-то, что должен? Она ведь ко мне приезжала? Блять, запуталось-то все как. И так было непонятно, а сейчас… Когда я высаживаю Саню у его дома, даже не прощаясь, даю по газам, чтобы успеть в магазин сотовой связи. Для проформы проверяю еще раз, позвонив Соне, но на другом конце снова короткие гудки и сброс – я по-прежнему в черном списке. Не заслужил, блин, амнистии. Чтоб ее! Не знаю, что хочу ей сказать, не уверен, что готов услышать в ответ, но сейчас даже пальцы зудят набрать ее номер скорее. Мне это жизненно необходимо, как вода после убийственной тренировки. Матерясь под нос, меняю симки без специальной скрепки (пошел бы купил вторую трубу, если б денег не жалко было) и открываю ее контакт. Откидываюсь на сиденье и пялюсь на него не минуту и не две. А когда жму кнопку вызова, даже не верится, что я это сделал и вот-вот услышу ее голос. Блять, это не просто хотелки. Уже точно нет. Она мне нужна – сейчас прекрасно это осознаю. Нужна. Я готов признаться ей прямо в эту самую минуту, но длинные гудки так и долбят в барабанную перепонку. Не берет. Не отвечает, блин. Трижды ударив по рулю, звоню Арине, та в курсе всего обычно. Может, подскажет, где Соня пропадает. – Привет, – после того, как я прокатил ее с выходными, которые Алик, ее муж, в отъезде был, она явно не так радостно со мной базарит. – Ты по делу? – Привет, да, хотел узнать, где отец, чтобы не пересечься с ним дома, – вру, но, уверен, там, где папочка, обязательно Соня должна быть. Не хочу в это верить, что она после всего… с ним… но… – Да заперся с красавицей нашей в кабинете у себя полчаса назад, никого не пускает. Надеюсь, если не уволит ее, то хотя бы выпорет. Сука. – Ага, спасибо. И послать бы их всех, но вместо того, чтобы ехать в общагу и отдыхать после трени на скрипучей кровати с пружинами, которые впиваются в спину и зад, я разворачиваю машину и с колотящимся сердцем направляюсь к отцовскому офису.