Глава 13

Элайн отпустил мою руку сразу, как только я поднялась со стула. Его ладонь лишь коротко коснулась моего плеча — будто напоминая: «Я тут, если что.»

Он молча проводил меня по коридорам, сверяя таблички, несколько раз бросая короткие фразы о том, что на Общественной магии любят тех, кто умеет держать лицо. И что, если я вдруг решу кого-то поджечь — он лично с меня шкуру спустит. Сказано было ровно, но с улыбкой, поэтому вместо страха у меня внутри странно защекотало.

Мы остановились у двери — она была распахнута настежь, изнутри доносился ровный гул голосов, смех, какой-то спор.

— Ну что, стихийница. Теперь попробуй не пугать людей, а очаровывать их, — сказал Элайн, чуть склонив голову, и улыбнулся мне так, что на секунду даже этот гул в голове стих.

— Заберёшь меня, если не выживу? — спросила я, сдерживая дрожок под ребрами.

— Обязательно, — отозвался он и легко, почти шутливо подмигнул. — Я здесь. Дыши и слушай себя.

Я кивнула и шагнула внутрь.

В глаза сразу бросился полукруг кресел и столов, кто-то оживлённо делился историями о том, как собирали пожертвования или помогали жителям за пределами Академии.

Но всё это разом размылось.

Потому что среди студентов, развалившись на стуле и лениво жонглируя какой-то блестящей монеткой, сидел Аскер.

Тот самый. Тёмные волосы, хищная ленца во взгляде и эта ухмылка, которая срезала все мои внутренние «я справлюсь».

Он увидел меня первым. Поднял взгляд и медленно, слишком многозначительно улыбнулся — так, будто мы сейчас были одни, а не в этой светлой толпе.

Я чувствовала, как уши медленно наливаются жаром. Остальных я даже толком и не видела — будто кто-то приглушил их цвет и звук, оставив только нас двоих.

Профессор хлопнул в ладони, привлекая внимание группы. Я резко моргнула, пытаясь выровнять дыхание.

Аскер не сводил с меня глаз.

Как будто он уже знал, как будет играть со мной весь этот урок.

Профессор был светловолосым мужчиной с внимательными глазами, в которых жила та самая «светлая» снисходительность, от которой у меня всегда дергался глаз. Он похлопал ладонями, дождавшись, пока в зале утихнет смех и переговoры.

— Итак, у нас сегодня особенный урок. — Он скользнул взглядом по группе и задержал его на мне. — У нас новенькая. Юкка… Тальмер, верно? Сегодня она попробует свои способности, чтобы определить, насколько подходит нашему факультету. Так что, кто хочет помочь студентке?

На секунду в аудитории воцарилась неловкая пауза — кто-то явно не горел желанием впрягаться в это «пособничество». Но эта пауза не успела растянуться.

— Я, — раздался знакомый ленивый голос.

Все головы тут же повернулись к Аскеру. Он уже поднимался с кресла — неторопливо, почти небрежно, но с таким выражением лица, что я заранее знала: сейчас он устроит мне маленький персональный спектакль.

— Я очень хочу помочь, — сказал он с откровенной усмешкой и посмотрел на профессора так вежливо, что тот только кивнул.

— Отлично. Аскер, тогда ты с Юккой. Остальные пока наблюдают.

Он сделал пару шагов ко мне — вальяжно, но каждый шаг отзывался неприятным шорохом под ребрами. Когда остановился, был уже совсем близко, так что я невольно подняла на него глаза снизу вверх. Слишком близко. Слишком знакомо.

Аскер склонился чуть вперёд, как будто что-то доверительное собирался сказать только мне. И прошептал, но так, чтобы пару человек вокруг точно услышали:

— Ну что, злюка… теперь не убежишь.

У меня внутри что-то мерзко щёлкнуло — не страх и не смущение. Больше злость на то, как легко он выдергивает меня из равновесия одним словом.

Я стиснула зубы, но не отступила ни на шаг.

Ну что ж. Играем.

Профессор дал всем задание: короткий практический блок, в котором каждый должен был попробовать простую, но очень важную технику — переплести свой поток с чужим, чтобы усиливать воздействие слов, прикосновений и энергетического контакта.

Общественная магия — сплошное доверие и близость, сказала бы я кому-нибудь из тёмных. И кто бы мог подумать, что меня вынудят пробовать это со светлыми — и ещё с этим Аскером.

Остальные студенты тут же разбились на пары. За столами раздались ровные голоса, кто-то уже складывал руки в нужных жестах, кто-то шептал слова согласования потоков. Я стояла на месте, злясь на себя за то, что не услышала подробностей.

Пришлось повернуться к Аскеру.

Он никуда не торопился — лениво опёрся локтем о столешницу, глядя на меня так, будто я только что напомнила ему о чём-то особенно забавном.

— Ну? — выдохнула я, стараясь держать голос ровным. — Будешь объяснять или просто решил развлечься?

Он усмехнулся, чуть склонил голову набок, отчего его тёмные волосы упали на лоб. Вид у него был откровенно довольный.

— Конечно буду, злюка. — Он подчеркнул это слово с таким удовольствием, что у меня в груди что-то дернулось. — Это ведь я тебе помогаю, помнишь? Ты не бойся.

Аскер медленно выпрямился и шагнул ко мне ещё ближе — настолько, что мне пришлось сделать полшага назад, чтобы не коснуться его плечом.

— Твоя задача — почувствовать мой поток и вплести в него свой. Словами, ладонями, дыханием — чем хочешь, — проговорил он тихо, будто рассказывал что-то запретное. — И держать этот канал, пока я буду говорить. Если порвёшь — всё заново.

Он чуть наклонился, и я вдруг почувствовала его дыхание у самой шеи.

— Поняла?

Я сглотнула, кивнула. Почему он звучит так, будто всё это не практика, а какая-то чертовски интимная игра?

Аскер спокойно перехватил мои руки, чуть повёл их вверх, сплёл пальцы так, будто вязал невидимую нить.

Его ладони были горячими и слишком близко — опять эта их с Эртаном привычка ломать личное пространство с таким видом, будто так и должно быть.

— Вот так, — проговорил он, почти касаясь губами моего уха. — Не дёргайся. Просто отпусти всё лишнее и потянись ко мне. Мягко. Без рывков.

Я прикусила язык, чтобы не сказать что-нибудь едкое. Сделала, как он сказал.

Медленно, почти на выдохе, сосредоточилась на ощущении внутри — не на злости, не на обидах, а на том, что там ещё живо и может слушаться.

И вдруг это что-то двинулось.

Сначала я подумала, что опять получу ту мутную серую жижу. Но нет — из сплетения пальцев вспыхнул ровный, плотный поток. Чистый, серебристый, как тонкая лента лунного света. Он легко потянулся вперёд, переплетаясь с лёгкой дымкой, что шла от Аскера.

Я видела, как он коротко моргнул — видимо, не ожидал.

— Ну… — выдохнул он тихо, чуть кивнув. — Для первого уровня всё вполне как надо. Только помни, — он ткнул пальцем в наше соединение, где серебро мягко переливалось между нами, — в работе этот поток не должен быть таким ярким. Его почти не должно быть видно. Он должен скользить — как шелк, но прозрачный. Ты пока грубовато делаешь. Но это придёт.

Я слушала его слова, но в голове всё стучало только одно: Этой магии во мне точно никогда не было. Что вообще происходит?

— Откуда ты взялся… — пробормотала я себе под нос, глядя, как магия медленно течёт к нему, вплетаясь в его силу.

Аскер услышал, усмехнулся и склонил голову чуть ближе, чтобы шепнуть — хищно, почти ласково:

— Что, Юкка, удивлена? Никогда не знаешь, что в тебе проснётся, если правильно разбудить.