Глава 19 · Троллья охота

— Я не хотела тебя расстроить, честное слово. Просто…

— Я не права! По твоему мнению, разумеется, — прошипела я, стараясь не смотреть на сестру и продолжая следить за кухонной утварью, работающей над приготовлением новой партии леденцов. На этот раз с яблочным вкусом.

— Но ты…

— Уйди. От греха.

Я злилась. Очень. А когда по кухне летает всё подряд, лучше мне прибывать в хорошем настроении. А Евгении убраться подальше.

— Она дело говорит, — поддержала меня Летисия, контролирующая процесс готовки. — Потом всё обсудите.

— Не обсудим, — проворчала я. — Мне вчера хватило… обсуждений.

Так и было. Вернувшись накануне с катка, я рассказала Евгении с Летисией о неожиданном открытии. Но если вторая была готова допустить что угодно, то первая вмиг отмела мой вывод.

— Что за глупости, София? — заявила она. — Мама умерла много лет назад.

— Но я слышала ее голос. Она сердилась на тетушку Мелину и Маршу. Требовала, чтобы они прекратили ругаться.

— Тебе просто кажется, что это была мама, — уперлась Евгения рогом. — И вообще сон — это просто сон.

— Он не снился мне в дороге. Вернулся здесь!

— Это ничего не значит.

— Значит!

В общем, мы поругались, я и вообще не хотела разговаривать с сестрой. Ибо не остыла. И попытки Евгении помириться, но при этом снова продавить свое мнение, были пока совершенно лишними.

— Какая же ты упрямая, — бросила она, продолжая оставаться на кухне.

— Кто бы говорил! — усмехнулась я.

— А ну тихо! Обе! — приказала Летисия, заметив, как ложка, мешающее варево в одном из трех котлов, приподнялась над ним и зависла в воздухе. — Евгения, тебе лучше уйти.

— Но я лишь хотела сказать… Ой!

Ложка среагировала-таки. Пролетела над головой моей сестрицы и ударилось о стену.

— Ну знаешь, — протянула Евгения.

— Это не она, а просто избыток разных чувств, — защитила меня Летисия. — Ваша тетушка старалась не готовить в дурном настроении, потому что у нее тоже всё тут летало.

— Но…

— Евгения, иди в лавку. Нам открываться пора.

— Хорошо, — сдалась, но глянула на меня с укором.

А я подняла ложку и бросила в раковину. Достала другую, чистую, и опустила в котел.

— Не обращай внимания, — посоветовала Летисия. — Думай о хорошем. У тебя сегодня новое свидание. И это замечательно.

— Угу, — буркнула я. Эта мысль совершенно не грела. Из-за реакции сестры на новость о матери. — Не понимаю, почему она мне не верит. Я же не придумываю.

Летисия развела руками.

— А что вообще случилось с вашей матерью? — спросила, понизив голос до шепота, будто это могло смягчить непростую тему. — Да, я поняла, что ее нет в живых. Но что именно произошло?

— Она болела, — ответила я. А сама вздрогнула. Ведь нам никогда не рассказывали подробностей. — Кажется, — добавила я, хмурясь. — Мне шесть лет всего было. Евгении пять. В какой-то момент она… слегла. Нас к ней не пускали. Говорили, что можем заразиться. А потом… Потом были похороны. Мы там, правда, не были. Отец посчитал, что маленьким детям это ни к чему.

Летисия задумчиво наморщила лоб.

— Да, я понимаю, как всё это прозвучало, — горько усмехнулась я. — Сама сейчас это осознала. Раньше не задавалась вопросами. Лихорадка и лихорадка. А теперь не по себе стало. Наш отец врал о тетушке Мелине. Аж утопление в озере придумал. А мама всегда была бодра и весела. До того момента, как заболела. Хотя, конечно, я могу и ошибаться. Теперь мне уже всё на свете кажется странным.

— Но сегодня ночью тебе голоса не являлись, верно? — уточнила Летисия.

— Верно. Но я и спала не в комнате, — призналась я. — Злилась на Евгению. Спустилась в лавку. Хотела взять успокоительную настойку. Но передумала. Поднялась в гостиную. Сидела там с Сирилом и не заметила, как уснула на диване.

— То есть, тот сон ты всегда видела только в спальне? — уточнила Летисия.

— Думаешь, комната особенная?

— Не знаю. Раньше была обычной. Хотя в ней при мне никто не ночевал. Мелина для гостей держала. Но гостей тут и не водилось. Но раз в доме много лет жила магичка, черти знают, что там может быть особенного.

— Черти, так черти… — проворчала я. — Главное, чтоб не тролли.

— Точно! — и Летисия сотворила в воздухе защитный знак.

Закончив с готовкой очередной порции леденцов и отправив поддоны с формочками застывать в прохладном нежилом помещении, я ушла к себе. Села на кровать и задумалась.

Что же получалось? Сон снился только здесь — в этой самой спальне. Я слышала три голоса. Два принадлежали тетушке Мелине и старухе Марше. Обе пропали примерно в одно время. Возможно, в один вечер. Не случайно же наша родственница в моем сне винила Маршу в произошедшем. Но причем тут давно покойная матушка? Как она связана с историей исчезновения двух других женщин?

Я ничего не понимала.

— Ладно, — объявила, поднявшись. — Давай-ка осмотримся.

Сказала это, но не сделала ни шагу. Потянулась к энергии, что позаимствовала у леса. А потом с ее помощью попыталась проверить помещение. Как именно? Сама до конца не понимала. Действовала интуитивно. Просто касалась магией всего в комнате, пытаясь почувствовать что-то необычное. И, как ни странно, почувствовала.

Шкаф! Меня потянуло к нему. Там точно было что-то необычное!

Подойдя к нему, я застыла. Стало вдруг боязно. Но я пересилила себя и резким движением распахнула дверцы.

Не знаю, что именно я рассчитывала там увидеть. Проход в некое жуткое место, где чудища из сказок держат похищенные души. Или само чудище. Но нет, не случилось ничего такого. Я обнаружила предмет, о котором мы с Евгенией совершенно забыли, столкнувшись с кучей сложностей и забот.

На полке стояла шкатулка. Та самая, которую лесной дух Мирох велел мне украсть у папеньки и увезти подальше.

— Ну и ну… — протянула я, подозревая, что всё это не может быть совпадением.

А еще вспомнился вечер исчезновения тетушки Мелины. Вернувшись тогда в спальню, я обнаружила, что дверца шкафа приоткрыта. Подумала, что это моя оплошность. Но вдруг нет? Что, если странная шкатулка имеет отношение к случившемуся?

Я положила на нее ладонь.

Нет, не пыталась открыть. Решила не делать этого в одиночку. Просто хотела понять, почувствую что-то благодаря магии или нет.

— Всё это бесполезно!

— Хватить ныть. От твоих жалоб легче никому не станет.

Я отдернула руку от шкатулки, ибо четко услышала голоса. Всё те же. Тетушки Мелины и старухи Марши. Не во сне. Они исходили прямо из нее! Из чертовой шкатулки! Наверняка, и раньше они мне не снились, а пробивались сквозь сон!

Я собралась было побежать вниз, чтобы рассказать Евгении и Летисии новость, но не успела. Едва сделала пару шагов к двери, на первом этаже раздался жуткий грохот.

В первый миг я растерялась. Застыла. Но быстро «очнулась» и побежала вниз. Что бы там ни стряслось, я — магичка, и должна спешить на помощь. Признаться, не верилось, что к нам проникли тролли или нанятые ими местные жители. Скорее, просто что-то упало. Или случилось нечто такое, чему есть простое объяснение.

Однако…

— Да чтоб тебя! — возмутилась я, застав в лавке жуткую картину.

Летисия лежала, раскинув руки, а по лицу с разбитой головы текла кровь. Кажется, бедняжку основательно швырнули в стену. А посреди лавки стоял… Йохан — старший отпрыск короля Родвика. Он ухмылялся во весь кривозубый рот и… держал нож у горла Евгении.

— На этот раз наша возьмет, королевна-правдолюбка, — процедил он. — И даже не пытайся магичить. Во-первых, на мне мощная защита. Отражает любые чары. Во-вторых, мне ничего не стоить убить твою сестру.

Я едва не зарычала. Вот вам и защита дома!

Хотя Офелия предупреждала, что ее кровь — не помеха для полукровок. Только для настоящих троллей. Вот Йохан и вошел. Один. И без помощников из числа своего народца. И, как ни странно, без брата. Или Ронан снаружи караулит?

— Это правда. Насчет защиты, — Евгения горестно всхлипнула. — Летисия пыталась использовать дар, но ее отшвырнуло.

Мои кулаки сжались. Вот, засада. Значит, и мои силы бесполезны. Хотя я и раньше не шибко могла что-то противопоставить троллям. Только Лоренс. Не факт, что и его бы дар сработал. Впрочем, какая разница? Теперь это уже никак не проверить. Сейчас первая половина дня, и мой кавалер на работе — в банке. Мы одни против мерзкого противника. И даже Сирила где-то носит…

— Идем, — велел мне Йохан. — Отец ждет за городом. Сыграете свадебку.

— Прямо в лесу? — не удержалась я.

— Не ерничай! — приказал он, не ответив на вопрос, что означало, что его защита даже против моего родного дара справляется. — Сестрица пойдет с нами. В качестве страховки. Попытаешься что-нибудь выкинуть, София, ей конец.

Я хмуро глянула на Евгению. И почему она не применила дар невидимости? Не успела? Или он тоже не сработал в присутствии Йохана?

— Нельзя бросать ее в таком состоянии, — я указала на Летисию. — Ей нужен лекарь.

— Мне плевать.

— Но если она умрет, это будет твоя вина.

— А кто узнает? — Йохан усмехнулся, снова обнажив уродливые зубы. — Все решат, что это вы с сестрой ее порешили и сбежали.

— Вот, гад, — прошипела я.

— Полегче, королевна! — прикрикнул он. — Мне главное, чтоб твоя сестра оставалась жива. Но порезать ее никто не запрещал. Например, эти бледные щечки, — и он провел ножом по коже Евгении, но пока не нажал, и лезвие не оставило следа. — На выход. И без фокусов.

Я хотела было выйти прямо в платье. Мелькнула мысль, что это покажется горожанам странным. Глядишь, кто-то попытается вмешаться. Но Йохан подумал о том же.

— Шубу надень, — велел он. — И для сестры возьми. Даже не думай идти в дом. Вон шкаф для одежды, — он указал в угол, а я мысленно выругалась.

Паразит успел выяснить, что где в лавке находится. Наверное, шпионов из местных использовал. У нас тут много народа ходит. Эх, жаль, что я шкатулку сверху не прихватила. Не факт, что помогла бы. Но может, и стоило открыть ее при тролле. Хуже, чем есть, не сделала бы точно.

Мы вышли на улицу. Я впереди, Йохан с Евгенией следом. Сейчас я не боялась. По крайней мере, за себя. Будь что будет. Беспокоила судьба Летисии. Хорошо, если быстро появится кто-то из покупателей и позовет помощь. А если нет? Тут каждая минута дорога. Да и будущее Евгении было под вопросом. Ну, дойдем мы до леса. А дальше что? Мою сестру просто отпустят? Вряд ли…

Поначалу я надеялась, что Йохан, закутанный с головы до ног, привлечет внимание прохожих. Но на нас почти не смотрели. Наверное, дело было в пресловутой защите тролля. Люди просто его не замечали. Будто он — часть пейзажа. Ну а мы — это просто мы. Я невольно просунула руку под пальто и коснулась кулона Офелии, отчетливо выделяющегося через ткань платья. Пока он не работал. Йохан же не пытался меня касаться. Скорее всего, и Родвик не сможет. Но толку-то? Он просто вынудит меня снять кулон, угрожая Евгении. И я сниму, чтобы спасти жизнь сестре. Сделаю это, как миленькая.

Если только…

Безумная мысль мелькнула в голове. Останься я с троллями одна, было бы куда проще бороться. Пусть даже насмерть. Всё лучше, чем становиться женой Родвика и делить с ним постель, а потом еще и детей рожать — уродцев, вроде Йохана. Но Евгения… Она была помехой. Той, ради кого я буду вынуждена подчиниться. Пусть мы и ссоримся и по-разному смотрим на вещи, она — моя сестра. Родная кровь. Я не могу ею рисковать.

Пока я раздумывала обо всем этом, мы почти дошли до северного леса. До границы, отделяющей «запретную» территорию от Долины духов, оставалось пройти совсем чуть-чуть — буквально пять домов. И тут я решилась. На сумасшедший поступок, что уж отрицать. Но тянуть дальше я просто не могла.

Миг, и моими стараниями сестра рухнула на снег без сознания. Магия сработала, ведь она была направлена не против тролля. Йохан яростно зарычал. Попытался подхватить Евгению со снега и дотащить на себе, но не смог поднять. Опять же благодаря мне.

— А ну, прекрати! — приказал он яростно.

— Иначе что? — спросила я в тон.

— Я ее убью!

— Тогда я и себя прикончу! Мне не нужен для этого нож. Магия всё сделает.

— Не сможешь. Кишка тонка! — он взирал с презрением, и всё же я разглядела в глазах тревогу. Если я погибну, так и не став женой Родвика, тот с сыночка три шкуры сдерет.

— Хочешь проверить? — я посмотрела с вызовом. — Оставь мою сестру здесь, и тогда я пойду с тобой.

План был так себе. Евгения останется лежать на снегу, а мне придется топать в лес к Родвику. Но здесь ее могут увидеть. Или сама очнется. А там… Там сам король троллей может ее убить. Просто за то, что всё это время помогала мне прятаться.

— Ладно, — смирился Йохан. — Идем. Но я тебе эту выходку еще припомню, королевна.

Мы пошли. Я не сопротивлялась. Главное сейчас было оставить сестру позади. В безопасности хотя бы от троллей. А дальше… Наверное, придется сделать вид, что согласна подчиниться, а потом всё же убить себя. Сердце застучало пойманной в сети птицей. Умирать ой как не хотелось. Я ведь только начинала жить. Лавку помогала поднимать, на первое свидание сходила, начала нравиться Лоренсу дурнушкой. Но участь жены Родвика — это не жизнь.

Боги! Но почему мне достался этот треклятый дар⁈ Если бы не он, я промолчала бы на смотринах, и король троллей не захотел на мне жениться!

— Шагай быстрее! — велел Йохан, когда мы вошли в лес.

Ему определенно стало здесь легче. Не зря тетушка Мелина говорила, что троллям в городах непросто, силы иссякают. А тут — в лесу — он и спину выпрямил, и значительно ускорился. Даже сугробы не мешали.

Но я не собиралась торопиться на заклание. Нарочно шла нога за ногу. И плевать на недовольство Йохана. Пусть хоть дым из ушей пойдет от недовольства.

— Ох, чую папеньку, — протянул он вдруг мстительно. — Скоро за всё ответишь, королевна. И за побег, и за непочтение.

Вот теперь мое сердце чуть не остановилось.

Я принялась мысленно прощаться с жизнью, твердо решив, что убью себя. Или хотя бы попытаюсь.

Но всё изменилось вмиг.

Я громко охнула, когда Йохан взлетел в воздух и врезался в ствол сосны. А потом плюхнулся в сугроб. Еще и сверху снег посыпался. С мохнатых веток.

— Лоренс! — вскричала я, увидев того, кто отправил тролля в полет.

И откуда только взялся с раскрасневшимися от быстрого бега щеками?

Впрочем, ответ я получила тут же.

— Говорил же, ты — бедовая! — из-за спины моего кавалера выскочил Сирил.

— Придется объяснить, откуда этот лис тебя знает, — объявил Лоренс, вытирая вспотевший лоб. — Но это после. Нужно убираться отсюда поскорее.

Мне второго приглашения не требовалось. Я бросилась к спасителю. Хотела было повиснуть на нем. В смысле, обнять на радостях. Но вовремя вспомнила, что на мне кулон.

— Уходим, — Лоренс попытался уступить мне дорогу и бежать следом.

Но не тут-то было.

Йохан не ошибся, когда говорил, что его мерзкий папенька близко.

— Куда это вы собрались? — усмехнулись нам вслед. И воздух разрезал алый всполох.

Родвик — а это был именно он — целился в Лоренса, но его инстинкты успели сработать. Мой кавалер выставил ладонь перед собой, и отвел удар. Магия Родвика срезала верхушку одной из сосен.

— Ого… — выдохнул очнувшийся Йохан и попытался выбраться из сугроба. Но сил не хватило. Плюхнулся назад. Но хотя бы в этот раз не лицом вниз.

— Не надейся, что сможешь меня победить, мальчишка, — процедил король троллей. — После нашей прошлой встречи я учел ошибки и подпитался дополнительной силой в родных горах. Верни мне невесту и сможешь уйти живым. Ни к чему умирать из-за какой-то девчонки.

— Не ты ли гоняешься за этой девчонкой по городам и весям? — издевательски заметил Лоренс. — София определенно того стоит.

— Значит, тебе придется остаться здесь навечно. Местные бояться ходить в эту часть леса. Считают проклятой. Твое тело никогда не найдут.

— А может, твоё, Родвик?

Нет, этот вопрос задал не Лоренс.

На этой зимней «сцене» незаметно для всех появилось еще одно действующее лицо. Немолодая, но еще очень красивая светловолосая женщина. Ее глаза горели огнем дикой ненависти.

Удивилась не только я. Король троллей аж рот открыл от изумления.

— Офелия? — спросил тоном, будто сомневался, что ему не мерещится.

Я тихо охнула. Следовало предположить, что они знакомы. И где-то в глубине сознания я это понимала. И всё же видеть их встречу собственными глазами — это совершенно иное.

Но тут ожил Йохан, снова зашевелился в сугробе и… поверг меня в шок.

— Мам? — спросил он, вытаращив глаза на Офелию.

И я качнулась. Чуть сама не плюхнулась в снег.

— Как это? — пробормотала одними губами.

Посмотрела на Офелию, потом на Родвика.

Стоп! А ведь нам говорили, что женой короля троллей и матерью двух его сыновей была человеческая женщина. Очень красивая женщина, которую он украл.

Это была Офелия?

Но ведь рассказывали, что жена Родвика умерла…

— Не дергайся, — велела тем временем Офелия Йохану. — Если хочешь остаться цел. Тебя я готова пощадить, хоть твою троллью сущность и не изменить.

— Ты! — прошипел Родвик, наконец, снова обретя способность говорить в полный голос, а то всё это время стоял и что-то беззвучно бормотал под нос. — Ты меня обманула! Инсценировала…

— Свою смерть? — усмехнулась Офелия. — О, да! Инсценировала. Не без помощи твоих же подданных, многие из которых тебя ненавидят. У меня слишком долго не было выбора. А еще я надеялась, что смогу хоть немного повлиять на сыновей. Впрочем, было ясно, что с Йоханом бесполезно работать. Он — тролль во всем. Но у Ронана был шанс. Человеческая сущность давала о себе знать. Но ты приговорил к смерти Лоренса за то, что моя кровь в нем победила троллью. И мне пришлось действовать. Ты правда думал, что я позволю убить моего ребенка⁈

Глаза Офелии пылали, и, если бы взгляд мог убивать, Родвик лежал бы мертвым.

— Лоренса? — переспросил король троллей хрипло и изумленно уставился на моего кавалера. — Но ведь он…

— Что? — лицо Лоренса исказилось от ненависти. — Даже не смотри на меня, гад ты ползучий! И не надейся, что получишь Софию! Я тебя собственными руками прикончу! Я уже не беззащитный младенец. И могу постоять и за себя, и за близких, и за невесту.

Мой разум вскользь отметил, как назвал меня Лоренс. Но не зафиксировался на этом. Не сейчас. Важнее было другое. Картинка складывалась из разрозненных кусочков.

Лоренс — сын Офелии от Родвика! Их третий общий сын! Первый родился троллем, второй частично человеком, не случайно же Ронан выглядел не столь уродливо, как папенька и старший брат. А третий сын оказался почти человеком, хоть и получил троллью магию. Такую же как у отца. Не зря же мог ему противостоять. А еще Офелия нашла магичку для обряда, дабы скрыть происхождение Лоренса и растить его среди людей. Вместе с сестрой, которую родила от нового мужа — человека.

Боги! У меня сейчас в буквальном смысле ум за разум заходил от таких новостей.

Вот только Родвик не собирался сдаваться. И был готов к бою.

— За невесту? — ухмыльнулся он, став еще уродливее. — Так София вообще-то моя невеста, а не твоя, мальчишка.

— То-то она от тебя сбежала, — бросил Лоренс.

— Как сбежала, так и вернется. А ты… Ты отправишься туда, где должен был находиться все эти годы. И твоя предательница-мать тоже!

— Нет. Туда отправишься ты, — процедил Лоренс. Он тоже был готов биться. Ни на жизнь, а насмерть, если придется.

Но в планы Офелии это не входило.

— София, будь добра, передай мне кулон, — попросила она. — Не бойся, в моих руках он всех нас защитит.

Я и не боялась. Страх полностью ушел. Потрясение затмило всё на свете. Но руки дрожали, пока я снимала цепочку с кулоном с шеи и отдавала настоящей владелице, а над головой летали алые молнии. Разумеется, Родвик не стоял и не ждал покорно, а попытался навредить бывшей (или всё ещё нынешней?) жене. А Лоренс нас защищал, отправляя в папашу точно такие же молнии. Но у короля, надо признать, они были мощнее. Он правда подпитался в горах. Йохан же послушался мать. Продолжал сидеть в сугробе, прикрывая голову ручищами.

— Хватит! — приказала Офелия яростно. Ее приказ разрезал зимний воздух, одновременно и морозный, и раскаленный от взаимной ненависти противников.

— Я дам тебе шанс, Родвик, — отчеканила она, сжимая кулон, а свисающая вниз цепочка засверкала в пробившихся сквозь сосны солнечных лучах. — Уходи и не возвращайся. Тогда останешься жив. Забудь и о нас, и о Софии. Иначе сгинешь.

Король троллей расхохотался.

— Ты смеешь угрожать мне, женщина? Что ж, я не стану тебя убивать. Когда прикончу это отродье, — он указал пальцем на Лоренса, — заберу тебя с собой. Посажу на цепь. В назидание подданым и этой глупой девчонки, — теперь палец ткнул в мою сторону. — Пусть изо дня в день видит, что случается с непокорными женами.

Офелия посмотрела на него с презрением и толикой жалости.

— Лоренс, отойди за мою спину, а ты, Йохан не шевелись, — велела она.

— Глупая женщина! — выплюнул Родвик и… послал в Офелию красную молнию.

Но прежде, чем она достигла цели, Лоренс успел ее отбить, а его мать дунула на кулон и выкрикнула имя короля троллей. А дальше… Дальше случилось невероятное. Не знаю, что за магия пряталась в зачарованной вещице, но она была мощна. Невероятно мощна.

Мои ноги не выдержали. Колени подогнулись, и я села-таки в сугроб. Сидела и смотрела, как мерзкий Родвик под действием магии кулона рассыпается в прах. В буквальном смысле. От короля тролля отваливались тлеющие куски и превращались в черные горки на белом снегу…

— Послушай меня внимательно, Йохан, — проговорила Офелия жестко, когда Родвик сгинул. — Если хочешь жить, тебе придется сделать три вещи. Первое, возвращайся в горы. Второе, никогда не смей нас беспокоить. Третьей, ты и твой брат Ронан отпустите сестер Софии и женитесь на девушках из своего народа. Всё ясно? Если нарушишь мои требования, я и тебя уничтожу.

— Ясно… — пробормотал Йохан, со страхом поглядывая на пепел, оставшийся от отца. — Я не успел сыграть свадьбу с Марселлой. Она живет в замке пока, как гостья. Отец не разрешал, пока сам не женится на ней, — он кивнул на меня. — Я отпущу королевну. А вот с Ронаном ничего не выйдет.

— Это еще почему? — спросила я яростно. — Арья не для твоего брата!

— Она считает иначе, — проворчал Йохан. — Они сбежали. Ронан с Арьей. Хотят жить среди людей. Отец собирался их найти, когда с тобой разберется

— Погоди… Хочешь сказать…

— Твоя сестра приняла Ронана, — подтвердил невероятную догадку Йохан. — Когда мы вернулись домой после стычки с вами у дорожной гостиницы, они и решились. На следующее утро их уже не было. Только письмо. Мол, не ищите нас, хотим жить своей жизнью. Ох отец и бушевал!

— Вот как… — протянула Офелия, удивленная выбором моей сестры.

Я, признаться, и сама была в шоке от выбора Арьи. Хотя, кто знает, может Ронан тоже больше человек, чем тролль, и сестра разглядела в нем что-то хорошее…

— А теперь уходи, Йохан, — велела Офелия, продолжая сжимать кулон. — Теперь ты король. Правь своим народом и не возвращайся. И Ронана не ищи. Пусть живет своей жизнью.

— Ладно, — пообещал тот, поднялся и потопал по снегу вглубь леса, даже не отряхнувшись.

А я закрыла глаза, не веря, что всё закончилось.

— София, ты в порядке?

Рядом оказался Лоренс и приобнял меня в попытка заставить встать. Теперь он мог меня коснуться.

— Я… не знаю, — ответила честно. И охнула, вспомнив о важном. — Евгения и Летисия! Им нужна помощь! Срочно!

— Всё будет в порядке, — заверил Лоренс. — Я послал людей в лавку, когда лис прибежал ко мне и сообщил о нападении. А Евгению нашел по дороге и занес в ближайший дом. Велел его обитателям лекаря позвать. А еще к матушке человека отправил. Коллегу из банка. С запиской. Знал, что помощь пригодится.

— А я не стал биться с Йоханом, — поведал Сирил. — Решил, что это бесполезно, и лучше Лоренса позвать. Вот. А потом по следам вас нашел. По запаху. А у Офелии есть связь с Лоренсом. Магичка организовала много лет назад. Офелия всегда знает, где он.

— Ясно… — прошептала и обмякла.

Нет, не потеряла сознание. Просто вмиг утратила все силы. Наверное, так и должно быть, когда прощаешься с жизнью, а потом всё заканчивается хорошо, но эмоции истрачены.

— Лоренс, она не сможет идти, — донесся до меня голос Офелии.

— Ничего, я ее донесу.

И сильные руки подхватили меня, как пушинку, и прижали к груди.

Стало так тело и спокойно, что я была готова провалиться в сон.

Ну и пусть частично тролль. Я вон тоже дочь своего отца-лгуна, готового отдать кровиночек чудовищам ради собственной выгоды. Мы — это просто мы. Остальное неважно…