Глава 8 · Исчезновение

Утром тетушка Мелина сочла, что магическая энергия от леса, что я получила накануне, равномерно распределилась по моему телу.

— Надеюсь, дорогая София, ты не подумаешь, что я тебя использую, — проговорила она извиняющимся тоном.

— Конечно, нет, — заверила я. Вполне искренне. — Это ведь мы свалились вам на голову. Вы увидели нас с сестрой впервые в жизни, но приняли. Я готова помочь всем, чем смогу.

— Спасибо, — тётушка улыбнулась и погладила меня по щеке. — Я прошу тебя поделиться энергией с лавкой. Подпитать. Торговля и так идет довольно бойко. Это нужно, чтобы всё было хорошо. Вроде защиты от дурного. Все-таки мы — дочери леса. И как бы нам ни нравился город, он для нас не естественное место для жизни.

— Попробую.

Подобного я раньше не делала. Однако трудностей не возникло. Я выполнила тетушкино задание. Просто сосредоточилась на том, что хочу сделать, и магическая энергия потекла во все стороны. Я физически ощутила, что она теперь в стенах и лавки, и жилых помещений. Тетушке Мелине так понравилась моя прыть, что она захлопала в ладоши, как ребенок.

Увы, это был единственный хороший момент дня.

Дальше всё пошло наперекосяк, а кончилось плохо.

Но обо всем по порядку.

Сначала одна из покупательниц устроила скандал. Ухоженная дама явилась ближе к обеду и объявила, что годами не покупала ничего в лавке тетушки, ибо «не верит всяким шарлатанкам». И вот решилась, ибо дочка приболела. Чахла на глазах, а лекари не могли сказать ничего путного.

— А в итоге что? Попробовала моя Агнетта ваши леденцы и красными пятнами покрылась!

— От моих леденцов подобного эффекта не бывает, леди Моррисон, — не согласилась тетушка. — Может, дочка ваша не то съела, и аллергия началась?

— Ничего ТАКОГО она не ела! Это всё вы! Чтоб вам пусто было!

И ушла, громко хлопнув дверью.

— Леденцы ни при чем, — повторила тетушка Мелина сердито. — Самое обидное, что леди Моррисона теперь сплетни будет распространять по всему городку.

— Но у вас много покупателей, которые прекрасно знают, что товар помогает, — попыталась утешить ее Евгения.

— Это верно, но люди впечатлительные. Теперь многие не захотят покупать именно леденцы. Решат, что с ними не всё в порядке. Но ничего не поделаешь. Будь леди Моррисон сговорчивой, я бы поработала с ее Агнеттой, разобралась бы, в чем там дело. Но ведь и близко к дочке драгоценной не подпустит. Ладно, что уж теперь. Бывают в жизни вещи и похуже.

И правда, бывают.

Например, странные старухи, которых, по словам самой тетушки, следует сторониться.

Первой ее заметила Евгения. Старуху Маршу.

Та стояла у окна лавки и что-то шептала. Еще и руками по воздуху водила.

— Ух, паразитка старая! — рассердилась тетушка. Схватила кочергу и выскочила на мороз прямо в платье. — Будешь моих племянниц нервировать, приложу так, что спина долго не разогнется!

— Чтоб тебе провалиться, — прошипела старуха, но предпочла удалиться от греха.

— Не обращайте на нее внимание, девочки, — посоветовала тетка, вернувшись в лавку. — Она раньше так помощницу мою — Летисию — стращать пыталась. Когда та только здесь появилась. Теперь за вас взялась. Но не пугайтесь. Она магичить не может. Только вид делает, чтобы вы нервничали.

А ближе к вечеру пожаловал самый неожиданный гость. Точнее, гость уже вполне привычный. Но по удивительному поводу. Харрисон. Тот самый пожилой сосед, который прежде был женат на нашей тетушке Элании, а теперь «подбивал клинья» к тетушке Мелине. Причем, явился при полном параде. В праздничной одежде. С букетом.

— Дорогая Мелина! — объявил с порога. — Пора переходить к решительным действиям, — он широко улыбнулся и… встал на одно колено. — Выходи за меня замуж!

Опешили все. И «невеста», и мы с Евгенией. И даже невидимый для Харрисона Сирил.

— Это уже слишком… — пробормотала тетушка, когда вновь обрела дар речи. — Ты совсем из ума выжил, старый хрыч? Ты, правда, думаешь, что я свяжусь с тобой после того, как бросил мою сестру⁈

— Дык это когда было, — попытался оправдаться тот. — В другой жизни.

— Это для вас в другой, — припечатала Евгения, хотя, пожалуй, не следовало вмешиваться. — А тетушка Элания так и живет одна. Ни мужа, ни детей. Больше ни одному мужчине поверить не смогла. Еще и врать всем вынуждена, говорить, что овдовела. Не рассказывать же, что муж — предатель.

Харрисон охнул, посмотрел на Евгению испуганно. Ибо в ее устах эта отповедь звучала особенно убедительно. Ведь почти вылитая тетушка Элания в молодости.

— Правильно девочка говорит! — тетушка Мелина не посчитала вмешательство Евгении лишним. — Вон отсюда! — она вырвала из рук Харрисона букет. — И чтоб духа твоего тут не было. Коли товар нужен, служанку присылай. А сам больше ни ногой!

Харрисон удалился. Но отнюдь не в молчании.

— Не думай, что я сдамся, Мелина. Мы еще поженимся, вот увидишь. Даже если мне придется тебя украсть и увезти!

Остаток рабочего дня тетушка костерила Харрисона, на чем свет стоит. Замолкала только при покупателях, а едва те покидали лавку, начинала снова ругать горе-жениха.

Когда пришло время закрываться, она решила отправить нас с сестрой на прогулку.

— Вы молодые, нечего дома сидеть. А я полежу. Голова разболелась страшно. Вы, девицы-красавицы, главное, не забывайте, что не на любое мужское внимание следует отвечать.

* * *

Однако без мужского внимания не обошлось.

Поначалу мы бродили по снежным улицам с сестрой вдвоем. Говорили немного. Подустали за день. Сирил отправился с нами. Но то и дело отлучался. Забегал то в один переулок, то в другой. Исследовал новую территорию.

— Тетушку Эланию, наверное, удар бы хватил, если б узнала, что я бывший муж к родной сестра свататься приходил, — проговорила вдруг Евгения.

— К счастью, она этого не узнает, — я внимательно смотрела по сторонам. Вдруг вчера не померещилось, и тролли где-то поблизости?

— Да что с тобой? — спросила сестра, заметив, как кручу головой. — Лоренса ищешь?

— Нет. Кое-кого другого. И очень надеюсь не найти.

Пришлось рассказывать о вчерашнем мороке.

— Показалось, — отмахнулась Евгения. — Здесь нас станут искать, если только тетушка Элания признается, что рассказала правду о тетушке Мелине. Она же умерла. В озере утонула, помнишь? Признаваться тетушке Элании невыгодно. Папенька ее в шею погонит. А одна она в людском мире вряд ли выживет.

— Твоя правда, — согласилась я. — Что касается Лоренса… Вот, черти! Стоило вспомнить…

Да, это был он. Лоренс Кин собственной персоной. Шел нам навстречу. Поначалу не видел, был погружен в собственные мысли. Судя по хмурому выражению лица, в весьма неприятные. Но стоило заметить нас, на губах заиграла улыбка. Точнее, приметил нахал на нас обеих, а одну Евгению.

— Какая приятная встреча, леди, — мне был подарен легкий кивок, и все внимание Лоренса тут же приковалось к сестре. — Какие у вас планы на выходные? Не хотите сходить на каток, леди Евгения? В субботу днем? Или вечером? Умеете кататься на коньках? Если нет, стану вашим наставником.

Мои щеки заполыхали от негодования.

Да что же это такое⁈ Это мне нужно за него замуж. А я ему ни капельки неинтересна.

— На коньках кататься умею, — ответила Евгения. — Но с вами никуда не пойду.

— Отчего же? — Лоренс удивленно приподнял брови.

— У меня есть жених.

— Вы же только приехали в наши края.

— А он дома.

— Ну так такой жених не в счет, — улыбнулся Лоренс. Так широко и притягательно, что у меня сердце защемило. — Ценил бы вас по-настоящему, следом поехал.

— И не стыдно вам? — не удержалась я, совсем позабыв, что дар «перевернут», и Лоренсу придется ответить честно.

— Нет, — признался он. — Нет ничего постыдного в том, чтобы поухаживать за красивой леди. Тем более, если жених ее не ценит.

Евгения нахмурилась, но вовсе не из-за слов Лоренса. В этот самый момент из проулка вывернул Элиот. Сын Морисы. Тот, чья невеста исчезла при подозрительных обстоятельствах. Он увидел, как Лоренс обхаживает Евгению, на мгновенье остановился и тут же свернул в другую сторону. Лишь бы не приближаться к нам. Сестра аж побледнела. Ее ведь интересовал этот молодой человек. А теперь он решил, что ей интересен Лоренс.

— Разве у вас серьезные намерения на мой счет? — спросила она сердито. И добавила, подтолкнув меня в бок. — Скажите правду, господин Кин.

— С чего вы решили, что они не серьезные? — ответил тот вопросом на вопрос.

А до меня дошло, чего требовала сестра. Я могла спросить о чем угодно. И от моих расспросов Лоренсу не отвертеться.

— Почему вы до сих пор не женаты? — поинтересовалась, глядя ему в глаза с вызовом.

— Я… Мне… — он растерялся. Ибо хотел соврать, а не получалось. — Мне нельзя жениться. Из-за проклятия. Ох…

Лоренс вытаращил глаза. Разумеется, для него стало полной неожиданностью собственное признание. Вряд ли, он об этом рассказывал раньше хоть кому-то.

Я открыла рот, чтобы задать новый вопрос и подробнее узнать о проклятии, но Лоренс уже отвлекся. Увидел… Сирила, который очень невовремя вывернул из очередного переулка, который исследовал.

— Лиса! Опять лиса! — вскричал Лоренс. — Она меня преследует!

— Какая лиса? — осведомилась Евгения ядовито. — Ты тут видишь лису, София?

— Нет, — ответила я. И даже не соврала. Сирил — лис, а не лиса.

— Да у тебя не всё с головой в порядке, милок, — протянул подошедший к нам Сирил. — Лисы мерещатся.

В другой момент, я рассердилась бы на полудуха. Но сейчас была так зла на Лоренса, что даже порадовалась выходке Сирила. Так его! Так!

— Да вот же она! — не унимался мой женишок, показывая пальцем на лиса. — Или… он….

— Нету тут никого, — отчеканила Евгения. — Может, вам, господин Кин домой пойти и отдохнуть? А то еще в обморок упадете.

— А на снег падать опасно, — добавил Сирил. — Еще отморозишь себе что-нибудь важное.

Лоренс издал звук похожий на рычание и рванул прочь. Даже о своем желании понравиться Евгении позабыл.

— Да уж, нервный у тебя женишок, сестренка, — протянула она.

— Будешь тут нервным, когда мерещится всякое, — отозвалась я после тяжкого вздоха.

— Ты его защищаешь? — Евгения приподняла брови.

— Нет. Просто понятия не имею, что делать. Не сдаваться же, в самом деле. Он ведь умрет к концу зимы, если не получится его очаровать и женить.

— Ну так пора начинать очаровывать, — припечатала сестра. — А то даже не пытаешься предпринимать решительные шаги. Хотя…. Вопрос ему ты правильный задала. Жаль подробности расспросить не удалось. Некоторые решили победокурить, — она сердито глянула на Сирила. — Но еще, как говорится, не вечер. Кстати, тебе бы с Элиотом поговорить. Поспрашивать о Кэтти.

— Ну уж нет, — я нахмурилась. — Вдруг он, правда, виновен. Признается в убийстве и тут же меня прикончит, как свидетеля.

— Во-первых, никого он не убивал, я уверена, — возразила Евгения. — Во-вторых, спрашивать вместе пойдем. И Сирила прихватим. Со всеми тремя не справится. Тем более, у нашей «лисы» зубы острые.

— Смешно, — проворчал полудух, не оценив шутку.

— И вообще, Снежи… София, ты мне должна, — не унималась сестра. — Из-за твоего Лоренса, мой Элиот ушел и теперь считает, что я кокетничала с другим.

— Хорошо, — смирилась я, ибо тут Евгения была права. Лоренс действительно ее нынче подставил. — Но точно не сейчас.

— Завтра, — объявила она. — И даже не пытайся отвертеться.

Мы еще немного погуляли. Посмотрели, как мальчишки играют в снежки, и как хозяйки украшают ветрины елочными ветками с игрушками. До праздников оставалось немало времени, но многим уже хотелось его почувствовать. Домой мы возвращались не в самом худшем настроении на свете. Я тоже невольно представляла, как мы будем наряжать ель в лавке или жилых помещениях. Наверняка, тетушка Мелина может сделать это при помощи магии, но мне хотелось поработать руками. Всегда нравилось развешивать шарики и куколок на колючие лапы ели, а заодно и настоящие конфеты.

— Что-то не так, — пробормотала вдруг Евгения тревожно.

— Где? — спросила я, не выйдя до конца из задумчивости, но тут же сама поняла, что имела в виду сестра.

Возле лавки тетушки Мелины толпился народ и что-то оживленно обсуждал. Заметив нас, люди стали показывать пальцами.

— Вон они! Эти девицы! В лавке торговали в последние дни!

Мы с Евгенией растерянно переглянулись. А потом ускорили шаг. Что-то определенно случилось. Неужели, тетушку ограбили?

Едва мы подошли к входу, из лавки вышел высокий бородач и изучающе оглядел нас с головы до ног.

— Так это вы — племянницы Мелины Уолкер?

— Да, — ответила Евгения. — Что случилось? Где тетушка?

— Это вы мне скажите, — бросил он.

— А вы кто? — спросила я, позабыв, что лишний раз не стоит задавать вопросы всем подряд.

— Я Джордж Райт, возглавляю следственное управление Долины духов.

Он замолчал и кашлянул. Ведь не собирался отчитываться вот так сразу.

— Тут погром! — раздался из лавки голос Сирила. Невидимый для людей лис успел забежать внутрь и оглядеться. — Мелины не видно!

— Где тетушка? — спросила Евгения сердито. Ей надоел строгий взгляд Райта.

— Здесь я задаю вопросы, леди, — отчеканил тот.

Но вмешалась полная румяная женщина, отделившаяся от толпы.

— Нету Мелины! — затараторила она охотно и так возбужденно, что было яснее ясного, что ей нравится быть причастной к необычному происшествию. — Я услышала грохот. В соседнем ж доме живу. Прибежала, а в лавке всё валяется, и никого нет. Вот и вызвала кого следует. А вы, господин хороший, чем к девицам приставать, лучше б делом занялись. Мелину ищите! Ясно ж, что беда случилась! А они точно ни при чем. Я ж говорила, что видела, как девицы уходили. Я как раз с продуктами вернулась. Мимо шла. Грохот минут через десять после их ухода был! Вот!

— Попридержала бы ты язык, Сара, — Райт не пришел в восторг от ее словоохотливости. — Заходите внутрь, леди, — велел он нам. — Есть разговор. Долгий.

А дальше… Дальше он чуть не довел нас до безумия бесконечными вопросами. Одними и теми же, но заданными разными словами. Райт хотел поймать нас на вранье. Но мы говорили правду. Путаться было особо не в чем. Допрос, а это был именно он, проходил в подсобке, пока помощники Райта работали в торговом зале, а потом обследовали и жилые помещения. Погром действительно имел место. Но не такой, как я подумала сначала. Товары с прилавка будто ветром смело. И два шкафа упали. Остальные стояли на месте. Как и товары в них. Впрочем, всё это было неважно. Какая разница, целы ли настойки, коли тетушка исчезла?

— Значит, леди Уолкер отправила вас на прогулку? — в очередной раз уточнил Райт.

— Да! — слегка вспылила Евгения, устав от одинаковых вопросов. — Сказала, нечего дома сидеть. А сама хотела прилечь, потому что голова болела. Мы же рассказали.

— Вы бы лучше ее соседа Харрисона спросили! — не сдержалась я. — Он незадолго до нашего ухода здесь побывал. Предложение тетушке делал. Но она его прогнала. Еще и обозвала старым хрычом. А он… Он грозился ее силой увезти… Ох, неужели увез?

— Точно! — поддержала меня Евгения. — Харрисон уходил очень злой. А еще! Еще сегодня тетушка одну гадкую старуху кочергой прогнала. Не помню ее имени.

— Марша, — подсказала я. — Она у окна стояла — со стороны улицы. И знаки всякие в воздухе чертила. Делала вид, что колдует.

— О! А утром была ссора с одной покупательницей! — вспомнила сестра. — Она с претензией пришла, говорила от тетушкиного товара у дочки красные пятна. И порчу грозилась навести. На тетушку Мелину. Вот!

— Не смотрите на нас так, — не сдержалась я, обращаясь к Райту. — Мы не пытаемся перевести подозрения с себя на других, а правду говорим.

— Кстати, спросите Лоренса Кина, где мы с Софией были! — добавила Евгения. — Он с нами разговаривал. И уж точно не рядом с лавкой. И другие горожане видели, как мы гуляем.

— И какой вообще у нас мотив? — добавила я, не подумав. — Без тетушки нам туго придется.

— Это еще почему? — насторожился Райт.

Я мысленно себя обругала. А потом призналась, махнув рукой:

— Сбежали мы из дома. Отец меня замуж пытался выдать против воли. За старика. Он не только старый, но еще злой и уродливый. Вот мы и решили к тетушке Мелине податься. Она нас приняла. Дала кров, роботу. А без нее… У нас ни денег нет, ни особых умений. Торговать только-только научились, запомнили, где какие товары стоят. Но их же еще готовить надо. А это только тетушка умеет. Так что, хотите верьте, хотите нет, но мы с Евгенией последние, кому выгодно исчезновение тетушки Мелины.

Сыщик оглядел нас обеих, будто впервые увидел. Поверил? Сложно сказать. Спрашивать я не решилась, а то еще заподозрит подвох. Отвечать-то правду придется. Даже такую, которую и близко не собирался. Не хватало, чтобы сыщик понял, что мы магичить умеет. Ни к чему это. И так проблем не один воз.

— Оставайтесь здесь, — велел Райт. — В смысле, не в подсобке, а в доме. Я человечка приставлю, чтоб приглядывал за вами, пока я не проверю ваше алиби. Позже еще поговорим.

Но прежде, чем он удалился, поднялся жуткий шум. В лавку влетел тот самый Харрисон, которого мы только что обсуждали.

— Мелина! Где Мелина⁈ Пропала, говорят! — принялся вопить он и рвать на себе волосы.

— А ну, тихо! — прикрикнул на него Райт.

Но тот не услышал, носился по лавке, как безумный, натыкался на шкафы. Те, которые пока стояли. И продолжал стенать, повторяя тетушкино имя.

Мы с сестрой переглянулись. Если это спектакль, то Харрисон — отличный актер.

— Хватит! — Райт перехватил тетушкиного несостоявшегося женишка и хорошенько встряхнул. — Угомонись, Харрисон! И отвечай на вопросы. Где ты был после того, как Мелина тебя отвергла?

Тот посмотрел на сыщика безумным взглядом и провел рукой по лбу.

— По лесу бродил.

— Один?

— Да. Не знал, куда податься.

— Та-ак, — протянул Райт. — Давай-ка съездим в управления и там подробнее поговорим.

Как ни странно, Харрисон не сопротивлялся. Просто сник и позволил двум рослым парням себя увести. Хоть в управление, хоть на край света. Отбыл и Райт. Остался только упомянутый «человечек». Мужчина средних лет с цепким взглядом.

— Идем наверх, — Евгения взяла меня за руку и потянула за собой, но прежде сердито глянула на соглядатая. Мол, даже не думай идти за нами.

А дальше… Дальше мы втроем устроили «совет». В моей спальне, в которой тоже явно побывали сыщики. Дверцы шкафа были распахнуты, а шкатулка, украденная у отца, сдвинута.

— Удивительно, что никто об нее не обжегся. Как в гостинице по дороге, — пробормотала я.

— Может, она утратила силу в людском городе? — предположила сестра. — Или не почувствовала опасности от сыщиков? Тетка в гостиницы собиралась нас обворовать.

— Ладно, это всё не имеет особого значения, — отмахнулась я, закрывая шкаф. — Важнее, что случилось с тетушкой Мелиной. Думаете, это Харрисон?

— Я бы поставил на старуху Маршу, — заявил Сирил и запрыгнул на мою кровать. — Странная она. И явно зуб на вашу тетушку точила. Что до Харрисона, ты можешь у него спросить, виноват иль нет. Ну, когда его сыщики отпустят.

— Точно! — воскликнула Евгения. — И завтра нужно найти Элиота. Помнишь, ты обещала задать ему вопрос о Кэтти?

— Это всё, что тебя сейчас волнует? — я рассердилась на сестру. — Тетушка пропала!

— Я в курсе, — Евгения посмотрела на меня выразительно. — И, разумеется, сильно тревожусь. А еще хочу, чтобы она вернулась живая и невредимая. А тороплю тебя исключительно потому, что твоя сила без тетушки Мелины снова… хм… развернется. И уже ты будешь говорить правду, а не те, кому вопросы задаешь. Упустим момент, потом ничего у Элиота не выспросим.

— Ладно, поговорим с твоим ненаглядным, — я немного смягчилось, а у самой на душе стало мрачно. Ведь сестра права. Насчет моего дара. А я только-только начала привыкать, что не рублю правду-матку каждому встречному. — Но надо… Ох! А если это тролли⁈ Вдруг мне не померещилось⁈

— Померещилось, — отмахнулась сестра. — Троллям не тетушка нужна, а мы. Особенно ты. Они бы тебя умыкнули, дабы королю доставить и свадебку сыграть.

— Верно, — согласилась я и опустилась в кресло. — Что же нам теперь делать?

— Видимо, ждать, — Евгения развела руками. — Посмотрим, что выяснит этот Райт.

— Если вообще выяснит, — проворчал Сирил.

Я тяжело вздохнула. Не нравился мне такой расклад. Хотелось сделать хоть что-то. Но что мы могли?..