Глава 7

Старенький принтер в углу моей мастерской, недовольно жужжа, выплюнул очередной лист бумаги. Качество печати, конечно, оставляло желать лучшего, но для наших целей этого было более чем достаточно.

— Разминка, говоришь? — хмыкнул я.

— Соединение сознаний — слишком энергозатратная процедура для вашего текущего состояния, Повелитель, — отозвался Сириус. — К тому же, визуализация через печать позволяет лучше структурировать информацию.

— Да-да, поэтому мы решили обойтись дедовским методом — фотографиями.

Когда на лотке для готовых отпечатков скопилась приличная стопка — листов двадцать, не меньше, — я подошёл, подобрал их и вернулся за стол.

Интересные картинки, ничего не скажешь. Особенно учитывая, что на них были изображены исключительно мёртвые люди.

Вот этот, например. Его руки были намертво пригвождены к столешнице длинными строительными гвоздями, а ноги — к полу. В боку торчала рукоять ножа. Судя по всему, именно от потери крови он и скончался.

Второй. Его зарезали в тёмной подворотне, когда он возвращался домой. Нож торчал точно в том же месте, в боку. Быстро и эффективно.

Третий кадр был самым… живописным. Тело, распластанное на асфальте под балконом многоэтажки. На первый взгляд — самоубийца или несчастный случай. Но и у него из бока торчала рукоять ножа.

Так и закончилась история той троицы, которая пару дней назад решила, что может безнаказанно убить журналиста. Я не из тех, кто прощает подобные вещи. Особенно когда это касается людей, которые, рискуя всем, пытаются докопаться до правды.

Но был в этой, безусловно, успешной операции и один неприятный момент. Мой верный Гвоздик, изуродованный и покорёженный, сейчас безжизненной грудой металла лежал на соседнем столе. Ему требовался серьёзный ремонт.

Тот, которого пригвоздили, оказался Одарённым. Не слишком сильным, но достаточным, чтобы доставить проблемы. Остальные двое — обычные уголовники, пушечное мясо, которое такие, как Трофимов, используют для грязной работы.

Гвоздик умудрился пригвоздить Одарённого, но тот перед смертью успел-таки нанести ответный удар. Неожиданная атака — что-то вроде концентрированного электрического разряда. Мой дрон такого не ожидал. Хорошо, что Сириус был на подхвате. Он и эвакуировал раненого бойца, и лично всадил нож в бок обидчику.

Я отложил фотографии. Послание отправлено. Те, кто его получит, если, конечно, у них есть мозги, поймут — в городе появилась новая сила, с которой придётся считаться.

Я подошёл к столу, где лежал мой раненый боец, и принялся за ремонт.

— Как там Марго? — спросил я у Сириуса.

— Графиня Маргарита пребывает в состоянии повышенной раздражительности. Она ненавидит весь мир и утверждает, что журналистика — это не её. Лучше бы она, цитирую, «растения выращивала», как и весь ее род.

Я мысленно усмехнулся. Ничего, до растений мы тоже дойдём. Всему своё время.

— А что по башне? Готов отчёт?

— Так точно, Повелитель.

Сириус тут же вывел передо мной голографическое изображение того самого кривого недостроя, который мы видели из чебуречной.

— Конструкция на удивление мощная и прочная, Повелитель. Но ей осталось стоять не больше года, а потом она просто завалится.

— Фундамент?

— Именно. Я не знаю, какой сумасшедший это проектировал, но строить такое на болотистой местности — верх безумия. Даже без доступа к инженерным базам данных очевидно, что это была катастрофическая ошибка. Они заложили мощный фундамент, но болото его просто поглотило. Сейчас там полностью болотистая местность, которая требует серьёзнейших работ по осушению и укреплению грунта. Никто, разумеется, этим заниматься не будет.

Я просмотрел снимки и чертежи. Накренившийся остов из стали и бетона, торчащий посреди топи.

— А знаешь, неплохо, — задумчиво протянул я. — Очень даже неплохо. Есть у меня идейка, как это можно использовать. Продолжай следить за этим зданием. Собери на него всю информацию, какая только есть у властей. Все документы, отчёты и планы. Мне нужно знать о нём абсолютно всё. А самое главное — за сколько его можно выкупить.

⁂

В логове подпольного торговца оружием меня встретили так, будто я был его лучшим другом, близким родственником и щедрым меценатом в одном лице.

Тян — мой деловой партнёр азиатской наружности, лично распахнул передо мной дверь своей мастерской.

— Феликс! Дорогой! Проходи, присаживайся! — засуетился он, указывая на единственное приличное кресло. — Кофе? Чай? Может, булочку? Свежие, только утром привезли!

Я молча поставил на пол четыре доверху набитые спортивные сумки. Тян сделал знак одному из своих помощников, и тот тут же метнулся к кофейному аппарату.

— Как жизнь, как дела? — продолжал рассыпаться в любезностях торговец, пожимая мне руку. — Хотя нет-нет, молчи! Не рассказывай. А то ещё сглажу твою удачу, тьфу-тьфу-тьфу.

Я усмехнулся. Удачу он мою сглазит, как же.

— Что принёс на этот раз, везучий ты мой?

Я не стал тянуть. Молча расстегнул первую сумку. Потом вторую, третью и четвёртую. На стол один за другим легли трофеи ночных вылазок Сириуса.

— Два автомата «УГИ», — начал я перечислять, выкладывая оружие. — Шестнадцать пистолетов разных систем. Четыре обреза…

С каждой новой единицей оружия глаза Тяна блестели всё ярче. Когда я закончил выкладывать содержимое всех четырёх сумок, он восхищённо выдохнул.

— Вот это улов… Феликс, ты не перестаёшь меня удивлять. Ты мой лучший клиент, честное слово! Нет, серьёзно, лучший поставщик! — он благоговейно потрогал один из автоматов. — Хотелось бы, конечно, узнать, где ты всё это берёшь, но, знаешь, боюсь сглазить.

— Там, где брал, уже нету, — пожал я плечами.

Хотя, если быть честным, это была ложь. По крайней мере, частично. Сириус докладывал, что один и тот же предприимчивый бандюган, которого мой дрон разоружал уже восьмой раз подряд, каким-то образом каждый день обзаводится новым стволом. У меня складывалось ощущение, что они уже просто играют в какую-то странную игру: один ворует, другой покупает, а третий отбирает. Идеальная бизнес-модель.

Тян тем временем быстро оценил товар и отсчитал мне внушительную пачку денег.

— Слушай, — сказал я, убирая купюры. — А возможен ли обмен? Или, может, ты можешь достать для меня кое-что за эти деньги?

Тян тут же стал серьёзным.

— Феликс, ты же знаешь правила. Наша… — он запнулся, подбирая слово. — … контора строго-настрого запрещает нам продавать стволы. Мы только покупаем.

— Оружие мне не нужно, — успокоил я его. — Мне нужны военные технологии. Рации, например. Что-то специфическое, чего на обычном рынке не купишь.

Тян заметно расслабился.

— А, ну это другое дело. Такое иногда попадается. Что именно интересует?

Я перечислил ему с десяток позиций. Он слушал, кивая.

— Рации есть! Штук двадцать найдётся. Военные, с хорошим шифрованием.

Он скрылся в подсобке и через минуту вернулся, таща за собой тяжёлый брезентовый мешок. Вывалив содержимое на стол, он разложил передо мной два десятка армейских раций.

Я взял одну, повертел в руках. Взгляд Техноса тут же просканировал внутренности. Добротная военная электроника. Скорее всего, трофеи, снятые с трупов после стычек с орками или китайцами на границе.

Мои догадки подтвердились, когда среди общей кучи я заметил две рации с иероглифами на корпусе, заметно отличавшиеся по дизайну. Китайские. С двойным шифрованием и кучей интересной электроники внутри.

— Беру всё, — кивнул я.

Расплатившись и забрав свой новый улов, я вернулся домой. Вообще-то, главной целью моего похода на рынок были детали для ремонта Гвоздика. Продажа оружия — так, побочный заработок. Но теперь у меня были и деньги, и нужные компоненты.

Сириус продолжал по ночам пополнять наш арсенал. Хотя в последнее время оружия он приносил всё меньше. То ли у местных бандитов стволы начали заканчиваться, то ли…

Не успел я додумать эту мысль, как в открытое окно моей мастерской бесшумно влетел Сириус. В каждом из шести манипуляторов он держал по армейскому ящику. На боках трафаретом были выведены какие-то цифры и знаки, а сверху — изображение гранаты.

— Повелитель, — с гордостью доложил дрон. — У нас пополнение.

— И где ты это взял?

— О, это очень интересная история! Я обнаружил склад. И там этого добра ещё много. Я просто ещё не всё перетаскал. Припрятал пока в лесочке. Ночью закончу.

Я открыл один из ящиков. Внутри, в специальных ячейках, лежали аккуратно уложенные снаряды для подствольного гранатомёта.

— Сириус, будь с ними осторожен. Эта дрянь может рвануть, если на неё не так посмотреть.

— Не волнуйтесь, Повелитель. Всё под контролем.

Я провёл быструю диагностику. Какой же мусор… Но даже такой мусор в умелых руках может стать смертоносным оружием. Вот только для этого нужна система доставки.

— Что ж, — я потёр руки. — Похоже, пришло время создать что-то новенькое.

Работа закипела. Я решил собрать дрон совершенно нового типа. Не разведчик, не штурмовик. Артиллерист.

Корпус получился простым, коробчатым. Деталей, как всегда, не хватало, приходилось импровизировать, создавая гибриды из военных и гражданских компонентов.

Самым сложным была система наведения. Чтобы эта хреновина попадала в цель с большого расстояния, нужно было учитывать всё: скорость и направление ветра, влажность, движение цели…

А ещё нужна была маскировка. Не полноценная невидимость, на неё попросту не было ресурсов. Вместо этого я встроил в корпус простенький генератор дыма. Он создавал облако, по плотности и виду неотличимое от настоящего. Идеально для работы на большой высоте.

Через несколько часов на столе стояло моё новое творение. Небольшой, квадратный дрон, внутри которого размещался боезапас из двадцати четырёх гранат. Они должны были подаваться в специальный паз и выстреливаться за счёт электромагнитного разгона.

Назвать решил «Голубем». Потому что он тоже будет летать и гадить, только с пользой для дела.

Я закончил сборку, установив в «Голубя» голосовой модуль и загрузив в него базовую личностную матрицу. По своим возможностям он уже приближался к офицерскому составу, как и отремонтированный Гвоздик.

— Приветствую, Повелитель, — раздался из динамика нового дрона механический голос. — Готов к выполнению боевых задач. Запрашиваю разрешение на запуск полной системной диагностики.

— НЕТ! — рявкнул я, вспомнив, что дрон под завязку набит боевыми гранатами. — Ни в коем случае!

От одной мысли о том, что эта хреновина может устроить самопроверку прямо здесь, в квартире, у меня волосы на затылке зашевелились. Соседи и сёстры такого фейерверка точно не оценят.

В этот момент в комнату влетел Сириус.

— Повелитель, а это что за покемон? — спросил он, облетая Голубя со всех сторон.

— Знакомься, Голубь, — представил я. — Наш новый специалист по доставке неприятностей на головы врагов.

— Дрон-мортира? — уточнил Сириус. — Одобряю. Отличная вещь.

— Вот и отлично, — кивнул я. — Раз вещь хорошая, бери его и летите подальше от города. Мне нужны испытания. Чтобы он попадал точно в цель. В любую, даже движущуюся.

Сириус на мгновение завис, а потом с надеждой спросил:

— Можем ли мы задействовать для тренировок некоторые органические разумные формы жизни? Нежелательные?

— Ни в коем случае! — отрезал я. — На белках тренируйтесь. Хотя белок жалко. Будешь ему шишки подкидывать, а он пусть сбивает.

Сириус что-то недовольно пробурчал, но подчинился. Схватив Голубя манипуляторами, он вылетел в окно.

И тут в дверь моей мастерской постучали.

— Феликс? — это была Маргарита. — Я закончила. Ты готов посмотреть?

— Отлично, — кивнул я. — Пошли, посмотрим.

Уссурийск, Российская Империя

Фёдор, атаман небольшой, но дерзкой банды «Звери», хмуро смотрел на своих бойцов.

Наступили чёрные времена. Хуже не придумаешь. Его банда — тридцать пять человек отборных головорезов, уже полгода была на «гастролях» в этом вымирающем городишке.

Поначалу всё шло как по маслу. Приехали, осмотрелись, нашли слабые места и начали потихоньку «работать», отстёгивая долю местным смотрящим. Жить можно было. До недавнего времени.

— Ну что? — глухо спросил он у своего помощника, коренастого мужика с перебитым носом. — Нашёл, где можно купить ствол? Или хотя бы одолжить? Отобрать?

Тот виновато развёл руками.

— Никак, атаман. Ни купить, ни одолжить, ни отжать. Такое ощущение, что у всего криминалитета в городе оружие закончилось.

— Херня какая-то, — вставил один из бойцов постарше, сплюнув на грязный пол съёмного дома. — У меня лично три ствола пропало! Просто испарились, и всё тут. То оставишь на земле, пока сумочку обчищаешь, — пропал. То вспышка резкая, ослепление, кто-то по башке треснет — очухался, а ствола уже нет.

— Бежать нам надо из этого города, — подал голос ещё один член банды, нервно теребя в руках пустую кобуру. — Мистика тут какая-то происходит.

В углу комнаты, в тени, сидел молчаливый якут. Он был в банде своего рода талисманом и предсказателем, хоть его предсказаниям никто особо и не верил.

— Духи гневаются, — тихо произнёс он.

— Да иди ты со своими духами! — огрызнулся помощник. — Не до тебя сейчас.

Фёдор тяжело вздохнул. Ему тоже было не до духов. Он был практиком. Его банда не из тех, что славилась могучими Одарёнными. Так, мелочь — кто-то чуть сильнее, кто-то чуть быстрее. Но никого, кто мог бы тягаться с серьёзными бойцами.

Их силой всегда был огнестрел. Без него их дела встали. Грабить с одними кулаками и ножами в нынешние времена было почти невозможно — у многих жертв деньги хранились на банковских картах, а заставить их сделать перевод или пройти к банкомату без весомого аргумента в виде пистолета было проблематично.

А деньги были нужны срочно. Нужно было платить дань местным, под чьей «крышей» они работали, иначе проблемы будут уже не с жертвами, а с теми, кто посерьёзнее.

— Значит, так, — медленно проговорил Фёдор, и все в комнате замолчали. — Раз нет огнестрела, будем работать по-другому. Берёте молотки. Идёте на дело. И как только находите клиента, сразу же ломаете ему колени. Без разговоров. Чтобы он понял, что мы не шутим. Тогда и перевод сделает, и до банкомата на руках донесём, если надо. Всё отдаст.

В комнате повисла тишина. План был жестоким, но в текущей ситуации — единственно возможным.

Позже ночью Фёдор проснулся от грохота и чьих-то стонов на первом этаже съёмного дома, который служил им временной базой. Вскочив с кровати, Фёдор схватил нож и бросился вниз.

Картина, открывшаяся ему в гостиной, заставила его замереть. На полу, в лужах собственной крови, корчились четверо его бойцов, отправленных на ночное дело. Их ноги были вывернуты под неестественными углами, а раздробленные коленные чашечки превратились в кровавое месиво.

— Что случилось⁈ — рявкнул Фёдор, подбегая к одному из них.

— Мы всё сделали, как ты велел, атаман, — прохрипел тот сквозь зубы. — Нашли жертву. Какая-то женщина… Валерик сразу приметил — туфли дорогие, а под волосами золото блестит, серёжки. Хоть и уложены так, чтоб не видно было. Мы на неё напали…

Он закашлялся, сплёвывая кровь.

— Она умоляла, говорила, что это последнее, отдать не может. Мы решили ей колени сломать… А потом — вспышка, удары… И кто-то нам же, нашими же молотками, колени и раздробил…

— Кто⁈ — не понял Фёдор. — Охранник? Сопровождающий?

— Не видели… Только слышали, как кто-то поцокал или побурчал, не разобрать… А потом нам сообщили, чтобы мы, если идём на дело, брали с собой оружие. А то какой-то Повелитель будет очень недоволен, если ему принесут молотки.

И тут из тени снова вышел якут. Он обвёл взглядом раненых и спокойно произнёс:

— Я же говорил. Духи гневаются. Они требуют нормальную жертву. Нормальный дар.

Фёдор смотрел на своих изувеченных людей, и его впервые за долгие годы охватил настоящий страх. Он понял — нужно уезжать, прямо сейчас.

У него была небольшая заначка, отложенная на чёрный день. Хватит, чтобы расплатиться с крышей и свалить из этого проклятого города. Пока они все не закончили так же. А то и ещё хуже.

Главное имение рода Трофимовых

— Найти мне их! — кричал князь Трофимов, нависая над одним из своих помощников. — Я сказал, найти!!! Заставить страдать! Уничтожить! Испепелить!!!

Он тяжело дышал, раздувая ноздри, и его лицо покраснело от натуги.

Его помощник, бледный как призрак, стоял перед князем и виновато вжимал голову в плечи, боясь поднять глаза.

Князь отошёл от него и снова уставился на планшет. На экране в режиме повтора проигрывалось короткое видео, которое за последние несколько часов взорвало местный сегмент сети.

На записи, в полумраке какой-то студии, сидела фигура в венецианской маске, полностью скрывавшей лицо. Искажённый, но явно женский голос, спокойно зачитывал факты: сухие цифры, адреса, имена…

И от этих фактов у князя Трофимова темнело в глазах. Голос в маске методично вскрывал его самую грязную тайну — подпольные цеха в детских приютах, рабский труд сирот, левые счета, на которые уходила прибыль.

За голосом шли кадры, снятые скрытой камерой в подвалах его же приютов. Измождённые детские лица, станки, полутёмные цеха, надсмотрщики с дубинками… Всё то, что так тщательно скрывалось годами, теперь было вывалено на всеобщее обозрение.

Видео появилось в сети одновременно из сотен разных точек по всему городу. Оно было везде: на новостных порталах, в социальных сетях, в популярных блогах. Его невозможно было удалить. Как только его блокировали в одном месте, оно тут же всплывало в десяти других.

Его специалисты рвали на себе волосы. Они не могли отследить источники. Создавалось впечатление, что ролик загрузили одновременно из полусотни домов по всему Уссурийску. И что самое страшное — они не могли доказать, что это подделка. Ни единого следа монтажа, ни одной склейки. Видео было чистым.

Женский голос тоже оставался загадкой. Никаких зацепок, никаких уникальных частот. Идеально обработанный звук, который мог принадлежать кому угодно.

Трофимов понял всё сразу. Это было продолжение той истории с журналистами. Кто-то слил им его базу данных с сервера, но тогда ему удалось быстро всё замять. Его журналисты были в кармане — прикупленные, прикормленные, запуганные. Но теперь в игру вступил кто-то другой. Кто-то, кто не боялся и действовал куда более дерзко.

Князь был человеком серьёзным. И он очень, очень не любил неудачи. А когда в его команде случался провал, это означало только одно — кто-то плохо работает. И виновный должен быть найден и наказан.

— Ты, — ткнул он пальцем в своего помощника. — Это ты виноват.

Тот вздрогнул и испуганно поднял глаза.

— Но, ваша светлость… я…

— Увести, — бросил Трофимов охране, стоявшей у дверей. — И наказать.

Два гвардейца шагнули вперёд, схватили несчастного под руки и поволокли из кабинета. Тот что-то лепетал, пытался оправдываться, но его уже никто не слушал.

В каждой неудаче должен быть виноватый. И пусть по факту виноватым мог быть и сам руководитель, но Трофимов ещё ни разу таковым не оказывался. Всегда косячил кто-то другой.

Князь снова уставился на экран. Слишком много косяков за последнее время. Непозволительно много. Сначала — унизительный побег девчонок из-под носа Воропаева. Потом — полный провал его элитных отрядов, уничтоженных непонятно кем и как.

А теперь и вовсе эта идиотская погоня по коллекторам, где его лучшие ищейки до сих пор прочёсывают каждый сантиметр земли под городом, находя то туфлю, то ещё какую-то вещь девчонок, что заставляет продолжать поиски, но так ни к чему и не приводит.

Всё это ужасно бесило. А когда князь злился, ему хотелось крови.

Он прекрасно понимал: тот, кто стоит за всем этим, мстит за Бездушных. А раз так…

Князь хищно улыбнулся. Раз так, то он заставит этого неизвестного мстителя выйти из тени. Он решил ещё сильнее очернить этот род.

Посмотрим, как отреагирует этот таинственный кукловод, когда его подопечных втопчут в грязь так, что им уже никогда не отмыться. Он не сможет сидеть сложа руки и обязательно покажет себя.