Глава 14

Ну, вот и всё. Война с Китаем очень быстро отменилась.

Я стоял у окна, наблюдая за потрясающим рассветом на горизонте. А ведь эту умиротворяющую картину могло испортить зарево и дым от взрывов. Но теперь жителей Российской Империи ждёт тишина и покой. Можно смело продолжать заниматься привычными делами.

Как же всё до смешного просто в этом мире… Судьбы миллионов людей, геополитика, границы государств — всё это, оказывается, весит меньше, чем пара чёрно-белых медведей и угроза тотального позора.

Стоило показать им пару фокусов, пригрозить отобрать любимые игрушки — и всё, конфликт тут же оказался исчерпан. А мне ведь даже не пришлось применять «тяжёлую артиллерию» в виде Арни или моих экспериментальных разработок. Хватило шантажа и наглости. Нет, я, конечно, всегда знал, что информация — это грозное оружие, но чтобы настолько убойное…

— Сириус, — позвал я. — Ну как там дела?

— Уровень угрозы снижен до минимального, Повелитель. Фиксирую отвод войск противника по всему периметру границы.

— Ну, вот и славненько. Можешь отпускать дронов.

— Каких именно? — уточнил дрон. — У нас сейчас задействованы все резервы.

— А всех сразу. Боевая тревога отменяется. Пусть возвращаются к своим делам. Кто патрулирует, кто оружие отбирает, кто за порядком следит… Война войной, а гопников в подворотнях никто не отменял. Мы из-за этой войнушки совсем город запустили. Там, поди, уже опять зеркала скручивают.

— Принято. Перевожу Рой в штатный режим функционирования.

Я потянулся, хрустнув костяшками пальцев, и пошёл к Фурии. Теперь можно было наконец-то нормально заняться делами, которых накопилось вагон и маленькая тележка.

Ольга как всегда сидела перед монитором.

— Ну что, как там наши акции? — спросил я, присаживаясь на край стола. — Не обвалились на фоне новостей о вторжении китайцев?

Ольга фыркнула и развернула ко мне ноутбук.

— Обвалились? Феликс, ты шутишь? Мы в плюсе! — она ткнула пальцем в график. — Как только пошли слухи о том, что китайцы вот-вот перейдут границу, у народа началась паника. А что делает человек в панике? Правильно, ищет защиты. Продажи подписок на «Филина» подскочили на тридцать процентов!

— Серьёзно? Они реально думали, что наши дроны спасут их от танкового снаряда?

— Ну, как видишь, людям плевать на логику, им нужна иллюзия безопасности, — пожала плечами Ольга. — Как только все узнали о предстоящей войне, народ ломанулся скупать всё, что может обеспечить хоть какую-то безопасность. Подписки на охрану машин, медицинские пакеты… Берут всё, не глядя на цену. К тому же, они видят, что власть бездействует, армия топчется на месте, а «Филин» работает за троих. Мы для них сейчас единственный островок стабильности в этом дурдоме.

— Что ж, тридцать процентов сверху — это хорошая прибыль. Значит, можно будет закупить ещё партию запчастей.

— Кстати, о запчастях… Феликс, нам нужна новая услуга. Я проанализировала запросы в службе поддержки и промониторила общий фон в городских чатах. Когда началась заваруха и объявили эвакуацию, те, кто побогаче, решили не ждать, пока китайский десант высадится на нашу землю, и свалили из приграничных зон. Но вот проблема: много с собой не унесёшь. Машины забиты, на дорогах пробки, а у людей ценности. Они боялись везти всё с собой. Кто-то из-за мародёров, кто-то испугался, что на блокпостах отберут.

Она вывела на экран несколько сообщений.

«Люди, кто может безопасно перевезти сейф? Плачу любые деньги!».

«Срочно! Нужно доставить документы и фамильные драгоценности в Хабаровск! Боюсь везти сам, на дорогах бандиты!».

«Ищу надёжного курьера для перевозки ценного груза. Анонимно».

— Короче, в поддержку уже сотни запросов прислали с просьбами организовать безопасный способ переправить свои ценности. Чтобы можно было передать самое ценное и быть уверенным, что оно благополучно доберётся до точки назначения. Или хотя бы полежит в надёжном месте, пока всё не уляжется.

Я задумчиво почесал затылок.

— Значит, они хотят курьеров…

— Да. Летающих, быстрых и, главное, вооружённых курьеров, которые не застрянут в пробке и которых не стопарнут гопники на трассе. Чтобы можно было положить бабушкино колье в контейнер, нажать кнопку — и оно прилетело куда надо. Ну, или хотя бы посылки передавать. Еду, лекарства, патроны… Спрос бешеный.

Идея мне понравилась. Это было логичным развитием нашей системы. Мы уже контролировали небо, охраняли землю, лечили людей. Пора было брать под контроль и логистику.

Я быстро прикинул в уме свои запасы. После набегов на китайцев и орочьи лагеря, а также после тотальной скупки хлама на рынке, у меня скопилась гора всякого барахла.

— Ладно, будут им курьеры, — решил я. — Сегодня же.

— Так быстро?

— А чего там копаться? У меня целая куча запчастей. На полсотни дронов точно хватит. Боевые модули им не нужны, значит, конструкция упрощается. Просто рама, мощный движок и надёжный контейнер с кодовым замком. Справлюсь.

— А защита? — спросила Ольга. — Вдруг их будут пытаться сбить.

— Поставлю шокеры на корпус. Кто тронет… ну, сам себе злобный Буратино. И маневренность повышу.

Оставив Фурию разгребать вал заявок, я полетел проверить наш «зоопарк». Нужно было убедиться, что мои пушистые «дипломаты» в порядке.

На террасе перед домом сидел профессор Дин Дон, обхватив голову руками, и раскачивался из стороны в сторону, тихо подвывая.

— Всё пропало… Я предатель… Я украл национальное достояние…

А рядом с ним на корточках сидела совершенно спокойная его племянница, доктор Мей Дон. Она гладила по голове одного из пандят и смотрела на дядю с лёгким раздражением.

— Дядя, ну прекрати ты уже эту истерику… Посмотри вокруг. Разве здесь плохо?

— Мы в плену у безумного русского аристократа, который снова похитил панд! — завыл профессор.

— Да не в плену, а в командировке. И вообще, посмотри на Гу-Гу, — она указала рукой на вольер, который мои дроны соорудили за пару часов.

Там, медленно, но уверенно переставляя лапы, бродил старый панда — тот самый Гу-Гу, которого мы забрали из хосписа полупарализованным и слепым. Сейчас он выглядел гораздо лучше, вполне довольным жизнью.

— Дядя, посмотри! — настаивала племянница. — Гу-Гу ходит! Сам! Ты видишь? У него прошли боли в суставах. Он видит, где лежит еда! Ты же сам говорил, что это невозможно, что он доживает последние дни. А теперь погляди!

Профессор шмыгнул носом и посмотрел на панду.

— Ходит… — прошептал он. — И правда ходит. У него же артрит четвёртой стадии… Суставы разрушены…

— Вот именно! А малыши? Посмотри, как они выросли! У них шерсть лоснится, они активные и здоровые. Дядя, признай, то лекарство, что делают эти русские — это чудо!

— Да… — вынужден был признать Дин Дон. — Все показатели в норме. Та, что с гастритом, съела двойную порцию. У хромого зажила лапа.

— Ну вот! — Мей развела руками. — Всё хорошо же. Дядя, ты всю жизнь положил на то, чтобы их лечить. Но там, в Центре, ты был связан по рукам и ногам бюрократией, бюджетами и дурацкими правилами. А здесь? Здесь тебе дали всё, что нужно. Лекарства, которые реально работают, условия, полную свободу действий…

— Но Родина…

— Да плевать мне на политику! — отрезала племянница. — Мы врачи или кто? Наша родина там, где пациенты живы и здоровы. А здесь они не просто выживают, но и процветают. Как говорят эти русские, «тебе шашечки или ехать», дядя? Тебе нужны грамоты от партии или живые панды?

Профессор замолчал, глядя на усевшегося жевать бамбук Гу-Гу. Его истерика из-за похищения панд сошла на нет, снова сменившись профессиональным интересом.

Я стоял в тени деревьев и, честно говоря, офигевал. Эта девчонка, Мей… Признаться, она меня поразила. Я-то думал, что придётся её уговаривать, запугивать или подкупать. А она перешла на нашу сторону так легко, будто всю жизнь только и ждала этого момента.

Никакого дутого патриотизма. Для неё важны только панды. И если для их блага нужно работать на «врага» в секретной лаборатории где-то в России — она будет это делать с радостью. Ей было плевать, кто я — герой или злодей. Главное, я дал ей возможность лечить её любимых медведей так, как никто другой. И этого ей было достаточно.

Я вышел из тени и кашлянул, привлекая внимание.

— Приветствую.

Мей обернулась, увидела меня и даже не подумала испугаться. Наоборот, она встала и спокойно подошла ко мне.

— Феликс. Хорошо, что ты пришёл. У нас заканчивается тот зелёный реагент. Нужно ещё. И бамбук свежий подвезти бы.

— Будет, — кивнул я.

— А ещё я хотела бы поговорить о поставках… Гу-Гу идёт на поправку, это факт. Но для закрепления результата и для статистики нам нужна выборка побольше. Там, в резервации остались ещё трое. У них очень слабое здоровье, врождённые дефекты. Нашим врачам они не интересны, их собирались усыпить на следующей неделе. Если ваша методика работает на Гу-Гу, то она спасёт и их. Ты сможешь их… купить?

— Купить? — засмеялся я. — Ты хочешь, чтобы я снова устроил налёт на Китай?

— Ну, не налёт… а сделку. Ты же сам так это называешь. Они всё равно там умрут, а здесь у них есть шанс. Ты обещал помогать.

Я смотрел на неё и понимал — мы сработаемся. Эта девчонка готова на что угодно ради своих пушистых подопечных.

— Ну хорошо, — кивнул я. — Подумаю, что можно сделать. Как только всё немного уляжется, постараюсь «купить» ещё троих.

Оставив счастливых зоологов (профессор уже тоже успокоился и пошёл проверять как там дела у Гу-Гу), я вернулся в мастерскую. Впереди была долгая ночь. Полсотни дронов сами себя не соберут.

Раскладывая на полу детали, прокручивал в голове будущую конструкцию. Так-то ничего сложного. Лёгкая рама из алюминия, его навалом на любой свалке. Двигатели стандартные, от бытовой техники, немного доработанные магией Техносов. Главное — контейнер, он должен быть прочным, герметичным и с надёжным замком.

Но пока я собирал корпуса и настраивал полётные контроллеры, мне в голову пришла ещё одна идея — а ведь эти курьеры могут таскать не только драгоценности! Люди хотят есть всегда. В кризис — особенно. Рестораны закрываются, магазины пустеют или там скапливаются очереди. А у нас есть быстрый воздушный транспорт.

Я взял в руки почти готовый дрон и примерил к нему снизу крепление для большой термоизолированной сумки… Да, определённо подходит! Теперь мы будем доставлять разнообразную еду — всё, что угодно, лишь бы было горячим и прилетало как можно быстрее прямо в окно или на балкон. И больше никаких пробок или курьеров на велосипедах.

Я улыбнулся, представив, как мои дроны разлетаются по городу, доставляя людям не только драгоценности, но и божественные горячие свёртки шаурмы.

Уссурийск, Российская Империя

Элитный коттеджный посёлок

Герман Рустамович — лысеющий мужчина в домашнем халате выплясывал какие-то немыслимые пируэты, напоминающие то ли лезгинку, то ли танец маленьких утят. Он кружился по гостиной, напевая себе под нос весёлую песенку, и время от времени счастливо подпрыгивал.

В дверь позвонили условным сигналом: три коротких, два длинных, один короткий.

Не прекращая пританцовывать, Герман Рустамович подлетел к бронированной двери, которая больше подошла бы банковскому хранилищу, чем жилому дому, заглянул в монитор и принялся долго поворачивать ключи, сдвигать засовы, отключать электронные блокираторы…

Двенадцать мощных запоров, которые отделяли его уютный мирок от жестокой реальности Уссурийска. Обычно эта процедура занимала у него минуты три и вызывала раздражение. Но сегодня он открывал их с радостью.

Последний засов с тяжёлым лязгом вышел из паза, и Герман открыл дверь. На пороге стояла его любимая жёнушка Зинаида, увешанная пакетами из супермаркета, как ёлка новогодними игрушками.

— Зинуля, солнышко ты моё ненаглядное! — запричитал банкир, выхватывая у неё пакеты и бросая их прямо на пол. — К чёрту утку! К чёрту икру! Собирай чемоданы, любовь моя! Мы летим на острова!

Зинаида нахмурилась, с подозрением глядя на мужа, проверяя — не сбрендил ли он?

— Гера, признавайся, ты пил? Какие ещё острова? Ты же знаешь…

— Знаю! — перебил он её, хватая за руки и кружа в танце. — Мальдивы! Сейшелы! Бали! Куда ты хочешь? Выбирай! Билеты я уже присмотрел!

Она вырвала руки и отошла на шаг назад.

— Гера, прекрати ломать комедию. Ты забыл, где мы живём? Ты забыл, что у нас… — она понизила голос до шёпота и скосила глаза в сторону двери в его кабинет, — … сбережения.

Герман Рустамович был банкиром. Да не простым, а целым управляющим местного филиала крупного банка. И именно поэтому он банкам не доверял, как никто другой. Ведь он знал эту кухню изнутри — как легко блокируются счета, как лопаются вклады и как быстро цифры на экране превращаются в пшик, которым уже никогда не воспользуешься. Именно поэтому он предпочитал хранить деньги дома — в валюте, в золоте, в крупных купюрах… «Кэш — это свобода».

Вот только эта «свобода» стала его тюрьмой. За всю жизнь его грабили семь раз. Семь! Выносили драгоценности, вскрывали сейфы, один раз даже угрожали утюгом… Поэтому, наученный горьким опытом, он превратил свой дом в крепость и последние два года они с женой ни разу не покидали дом одновременно. Кто-то всегда должен был сидеть на куче денег с дробовиком в обнимку.

— Я всё помню, Зина! — радостно воскликнул Герман. — Но это больше не проблема!

— Ты что… всё-таки положил деньги на депозит? — ужаснулась жена.

— Нет, ну я что, по-твоему, идиот? Конечно нет! Я нашёл вариант получше! — он достал из кармана халата смартфон, потыкал в экран толстым пальцем и сунул устройство под нос жене. — Вот, смотри!

На экране была карта города. Над ней по сложной, постоянно меняющейся траектории, перемещались три зелёные точки.

— Видишь? Это летают наши денежки!

Зинаида посмотрела на экран, потом на мужа и хлопнула себя ладонью по лбу.

— Гера… ты что, их… по ветру пустил?

— Дура ты, Зинка! — захохотал он. — Это дроны! Я нанял дронов!

— Чего⁈ Ты отдал все наши сбережения каким-то роботам⁈ Ты совсем рехнулся на старости лет⁈ Они же улетят! Или их собьют и ограбят!

— Да не ори ты! — обиделся банкир. — Никто ничего не украдет. Это же «Филин»! Серьёзная компания, между прочим. Я арендовал три грузовых борта на двадцать дней. Заплатил, маршрут сам построил — и всё! Они просто летают круглые сутки семь дней в неделю. Над городом, над лесом, над рекой… Всегда в движении, постоянно меняют высоту и скорость, чтобы никто не отследил маршруты.

— Ты… — прошептала жена. — Ты просто отдал всё неизвестно кому, ещё и заплатил за это… Гера, ты идиот!

— Сама ты дура! — теперь уже разозлился Герман. — Это надёжнее, чем в швейцарском банке! Вон, Валерка с четвёртого дома зажопил денег! Не захотел подписывать охранку и этот, как его… медицинский пакет. Ну и что? Вчера его прижали в подворотне, когда он с работы к машине шёл, аж три пули схлопотал! Лежит сейчас в реанимации, а денежки его тю-тю! А мои дроны… — он гордо выпятил грудь. — … они за меня уже эти пули словили! Я отчёт видел! Кто-то пытался сбить одного над промзоной. И знаешь что? А хрен там плавал! Броня, манёвры и ответные трындюли шокером! «Филин» своё дело знает! Только им сейчас и можно верить.

Зинаида всё ещё смотрела на него с сомнением.

— А как… как ты их отдал?

Герман расплылся в улыбке, вспоминая этот момент. Это было похоже на сюжет какого-нибудь фильма.

— О, это отдельная песня! Короче, скачал приложение и зарегистрировался. Потом выбрал тариф… Дорогой, конечно, зараза, но оно того стоит. А потом мне пришло сообщение, мол, подтвердите готовность. Я подтвердил. Тогда они скинули инструкции, типа, оставьте груз на видном месте и дайте доступ к окну или балкону. Ну, я собрал всё в сумки. Специальные, непромокаемые, с GPS-маячками — я ж не лох. Положил их вот здесь, на столе в гостиной, — он показал на большой стол. — Открыл окно настежь и отошёл в угол, как велели. И тут… Херак! Залетают, прикинь⁈ Все три штуки разом! Здоровые такие… Манипуляторами — цап! Сумки подхватили, пискнули что-то типа «Груз принят под охрану» и вжух — вылетели в окно! И всё! Нет денег дома! И проблем тоже нет!

Герман Рустамович снова пустился в пляс, на этот раз изображая что-то вроде ламбады.

— Лай, ла-ла-ла… Они летают, Зиночка! Летают! Ни один домушник их там не достанет! Ни один налоговик не найдёт! А через двадцать дней, когда мы вернёмся загорелые и отдохнувшие, я нажму кнопочку «Возврат», и они мне всё прямо в окошко занесут!

Он схватил жену и поцеловал её в щёку.

— Собирайся, говорю! Купальники бери, крема эти свои! Мы свободны, Зинуля! Наши денежки в надёжных механических манипуляторах, а мы летим в олл-инклюзив пить коктейли и жариться на солнышке, как курицы-гриль!

И глядя на счастливое лицо мужа, Зинаида вдруг поверила. В конце концов, чёрт с ними, с деньгами. Если эта сомнительная затея смогла заставить её параноика-мужа открыть двенадцать замков и наконец-то выйти из дома дольше, чем на один день — значит, «Филин» действительно знает своё дело.

* * *

— Да твою ж за ногу… — выругался я. — Ни одного свободного дрона!

Я находился в своей мастерской среди гор запчастей, которые мне предстояло превратить в чудо техники.

— Повелитель, ваше негодование иррационально, — напомнил Сириус. — Это называется «успех».

— Успех⁈ А мне кажется, это называется «логистический коллапс»! Пятьдесят грузовых дронов… Я думал, этого хватит на первое время, чтобы покрыть все нужды города в курьерской доставке. И где они?

— В воздухе, Повелитель. Все до единого. Спрос превышает предложение. Рынок диктует свои условия.

— Рынок диктует, что люди чересчур параноидальные личности! — возразил я, собирая ещё один корпус. — Ты понимаешь, что произошло? Мы запустили сервис курьерской доставки. Доставки, Сириус! Чтобы возить шаурму, документы там всякие, ну и подарки любовницам! А во что это превратилось?

— В сервис мобильных банковских ячеек повышенной надёжности.

Вот именно. Местные толстосумы, напуганные войной, рейдерскими захватами Барышникова и общей нестабильностью, просекли фишку мгновенно. Зачем хранить деньги и бриллианты в сейфе, который могут вскрыть, или в банке, который могут заморозить, если можно арендовать дрон?

Вот они и арендовали их на долгий срок — на недели, или даже на месяцы! Загружали в контейнеры всё самое ценное — наличку, фамильные побрякушки — и отправляли в бесконечный полёт.

Мои курьеры теперь не доставляли грузы, а просто летали кругами, восьмёрками, по сложным ломаным траекториям над лесами и оврагами, никогда не садясь и никому не даваясь в руки. Летающие сейфы, до которых никто не дотянется.

Да, идея простая и гениальная, спору нет. Ну и деньги капали рекой, ведь тариф за такое хранение я выставил конский. Но проблема заключалась в том, что у меня кончились дроны! А значит, сервис курьерской доставки не работал от слова «совсем».

— У нас очередь из клиентов, — продолжал «сыпать соль на рану» Сириус. — Ещё сто тридцать семь заявок на «воздушное хранение». Люди готовы платить вперёд.

— Да знаю я! — рявкнул я, направляя поток магии Техносов на кусок металла, заставляя его свернуться в форму аэродинамического кожуха. — Вот, сижу, клепаю! Повелитель Дронов, гроза Многомерной, превратился в конвейерного рабочего для сборки летающих сейфов!

В этот момент дверь мастерской открылась. Я даже не обернулся, продолжая устанавливать двигатель в раму.

— Феликс, ты занят? — послышался голос Эльвиры. — К тебе можно, или нам прийти попозже?

— Заходите. Только не наступите ни на что. Тут везде стратегически важный мусор.

Сёстры вошли аккуратно, стараясь не задеть разложенные на полу детали. Маргарита теребила край платья, а Эльвира хмурилась.

— Что случилось? — спросил я, не отрываясь от работы.

— Вот, нам прислали, — Эльвира подошла ближе и положила на свободный край стола конверт из плотной кремовой бумаги с золотым тиснением. — Это приглашение на банкет во Владивостоке.

Я с интересом посмотрел на сестёр.

— Владивосток? Хм-м… И кто же этот смельчак, что решил позвать опальных графинь?

— Троицкие. Это нейтральный род. Они занимаются судоходством и рыбным промыслом. С Трофимовым у них условный мир был, с Барышниковым пока не пересекались. Они устраивают ежегодный приём.

— И нас позвали… Официально. Как графинь Бездушных.

— Интересно…

Я взял конверт из приятной на ощупь бумаги, с качественно выдавленным гербом. Внутри оказалось вежливое приглашение, со всякими витиеватостями, как это принято у аристократов. Никаких угроз или скрытых намёков. По-крайней мере, ничего такого я не заметил.

— И что вы думаете?

— Мы не знаем, — честно призналась Эльвира. — С одной стороны, это отличный шанс выйти в свет и напомнить о себе не через скандальные ролики, а… по-людски, среди равных.

— А с другой?

— А с другой — это может быть ловушкой, — мрачно закончила Маргарита. — Владивосток — это чужая территория. Там мы будем как на ладони. И Трофимов, и Барышников сто процентов узнают.

— А ещё там будут все, — добавила Эльвира. — Сплетники, завистники, те, кто нас предал. Нам будут смотреть в спину, шептаться…

— Феликс, они спрашивают, стоит ли вам ехать, — перевела Ольга-Фурия, которая, как обычно, сидела с открытой дверью в соседней комнате за ноутбуком и грела уши. — Типа, не опасно ли это. И вообще, есть ли смысл?

Я посмотрел на сестёр. Они были красивыми и гордыми, но всё ещё немного напуганными девочками, которых жизнь слишком резко и глубоко макнула в самую грязь. Понадобится слишком много времени, чтобы они привыкли перестать прятаться и поджидать удара на каждом углу.

Я взял со стола незаконченный дрон, повертел его в руках, оценивая, и отложил в сторону.

— Знаете, — сказал я, глядя сёстрам в глаза. — Когда я начинал этот путь, я сказал одну вещь. Мы будем играть по своим правилам. Ждёт ли нас во Владивостоке ловушка? Не исключено. Будет ли там опасно? Разумеется. О нас будут шептаться? Обязательно. Будут плевать в спину? Ну, пусть попробуют. Но это всё не имеет значения.

— Почему? — спросила Эльвира.

— Потому что мы — Бездушные. А Бездушные не будут прятаться по норам. Мы не какие-нибудь там крысы, чтобы сидеть в подвале и бояться света. Мы будем выходить тогда, когда захотим, и туда, куда нужно. Вы наденете свои лучшие платья и украшения, будете сиять так, чтобы у всех этих напыщенных куриц глаза вытекли от зависти.

— А безопасность? — всё же уточнила практичная Маргарита.

— А безопасность я беру на себя. И поверьте… Скоро наступит время, когда наши враги будут шарахаться, как от огня, только при одном упоминании рода Бездушных.