Глава 16

Администрация Приморской губернии

Кабинет губернатора

Тяжёлые капли барабанили по бронированному стеклу, размывая очертания Владивостока в унылые серые пятна.

Вячеслав Игоревич Барышников, бывший всесильный канцлер, а теперь хозяин Приморья, сидел в своём кресле за работой. Он был человеком-функцией. Просто сидеть и переживать было не в его характере. Он всегда считал, что эмоции для слабых. Сильные должны действовать.

Барышников нажал кнопку на диктофоне и, глядя на мокрое стекло, начал надиктовывать очередной приказ:

— Касательно реорганизации таможенного департамента… В связи с утратой доверия… Провести полную аудиторскую проверку с привлечением специалистов из столицы. Всех, кто не пройдёт аттестацию, отдать под суд. Секретарю: подготовить списки на замену к утру.

Он отпустил кнопку, и его взгляд скользнул по огромному настенному монитору, разделённому на множество секторов. Там, в режиме реального времени, сыпались доклады по операции «Захват». Десятки групп спецназа, агенты наружного наблюдения, полицейские — вся система работала сейчас только для одной цели. Но пока тишина.

«Проверен квадрат А–4. Чисто»…

«Досмотр транспорта на выезде. Результат отрицательный»…

«Активности по биллингу не зафиксировано»…

Барышников скривился, когда его мысли вернулись к событиям в Петербурге. Новости оттуда приходили неутешительные. Все, кого он считал своими доверенными лицами, разбежались, как крысы с тонущего корабля. Те, кого он кормил с руки годами, мгновенно исчезли, как только запахло жареным. Рядом остались только те, кого он крепко держал за яйца.

Вячеслав Игоревич позволил себе лёгкую улыбку. Кому, если не ему, хорошо известно — шантаж, компромат и прямая угроза жизни — это лучшие условия для верности. Кнут всегда действовал лучше пряника. Людей, загнанных в угол страхом за свою шкуру, всё ещё хватало, чтобы получать достоверную информацию из столицы Империи. И эта информация ему очень не нравилась.

— Северное Королевство, — пробормотал он, крутя в руке диктофон. — Кто бы мог подумать…

Его агенты донесли главное: кампания по его уничтожению была организована не внутренними врагами, а агентами влияния Севера. И руководил всем этим Ларс Хенриксен — тот самый неуловимый ублюдок, которого Барышников пытался ликвидировать уже трижды. И каждый раз этот скользкий тип уходил, оставляя после себя гору проблем и трупов.

Это не укладывалось в голове. Российская Империя и Северное Королевство были, в принципе, в нейтрально-дружеских отношениях. Да, разведки покусывали друг друга, таскали секреты при любой возможности — это нормально в большой политике. Такая уж работа.

Но вот чего Барышников до сих пор не мог понять — почему они вдруг ополчились именно на него лично⁈ Да, были рабочие моменты, жёсткие операции… Но чтобы начать масштабную войну на уничтожение репутации одного чиновника? Прямо сейчас он видел по отчётам, как иностранные делегации, используя старые «долги», давили на имперский двор, требуя его головы.

«Долг» в мире спецслужб — это самый ценный ресурс. Его берегут на крайний случай, для спасения разведаппарата или предотвращения войн. И тратить такие возможности, чтобы слить пусть и высокопоставленного, но всё же одного имперского чиновника? Это было бессмысленным расточительством.

— Тут явно что-то не так… — прошептал Барышников. — Либо я чего-то не знаю, либо этот Ларс сошёл с ума…

Его размышления прервал громкий звуковой сигнал от компьютера. Барышников резко повернулся в кресле, бросив диктофон на стол. На главном экране мигала красная рамка: «ОБЪЕКТ ОБНАРУЖЕН».

Барышников уставился на картинку с камеры наблюдения. Автомобильная трасса… И по обочине, совершенно не скрываясь, пешком идёт никто иной, как сам Феликс Бездушный!

Князь нахмурился. Что-то здесь было сильно неправильно. Бездушный же не идиот. Он знает, что его ищут. И наверняка в курсе, что есть приказ на его ликвидацию. И при этом просто гуляет по дороге?

Очевидно, это какая-то ловушка. Но другого выбора не было. Что ж теперь, позволить ему просто так разгуливать? Да хрен там!

— Всем группам! — рявкнул Барышников. — Объект в квадрате двенадцать! Приказ в силе — взять, действовать предельно жёстко, но оставить живым!

Вот и всё, цепные псы спущены, оставалось только ждать. Он пытался по привычке взять какой-нибудь документ, продолжить работу, чтобы не терять драгоценное время, но… не смог. Буквы расплывались перед глазами. В первый раз за много лет его железная выдержка дала сбой. Он просто сидел и пялился в монитор, гипнотизируя карту, где к одной точке стягивались красные стрелки его отрядов.

А потом пришло видео с нательной камеры командира штурмовой группы. Барышников смотрел, как спецназ врывается в ангары. Как они кладут мордой в пол каких-то отморозков. Как допрашивают их, выбивая зубы и признания…

Бездушного там не было. Вместо него оказалась банда похитителей. Были угнанные машины. Были заложники в подвале. Но Феликса не было. Он куда-то просто исчез, как призрак.

— СУКА!!!

Барышников вызвал начальника силовиков и сорвался на него. Орал так, что охрип. Он унижал, грозил расстрелами и каторгой, хотя краем сознания понимал, что они не виноваты. Они сделали всё по инструкции. Но ему нужно было выпустить пар, иначе его бы просто разорвало.

— Вон!!! — просипел он, когда голос окончательно сел.

Оставшись один, он попытался унять дрожь в руках. С ним что-то происходило. Что-то очень нехорошее. Эти эмоции… Ярость, неуверенность и мандраж — всё это было несвойственно ему. Он всегда был предельно собранным и хладнокровным. А теперь его дёргали за ниточки, как марионетку, заставляя беситься и совершать ошибки.

И в этот момент в кабинет вбежал начальник охраны:

— Ваше Высокопревосходительство… Срочное сообщение…

— Ну⁈ — рыкнул он.

— Бездушные… Они явились.

— Куда, мать твою⁈

— На приём к Троицким.

Барышников нахмурился. Ему даже показалось, что он ослышался.

— Чего?!!!

— Феликс и обе его сестры. Только что зашли в главный зал приёмов имения Троицких. Официально, через парадный вход. Никакой ошибки, они там.

— Да ладно⁈

Это было невозможно. Весь город перекрыт. Везде блокпосты. Его фото у каждого патрульного. Ищейки прочёсывают каждый сантиметр. Как он прошёл⁈

— Срочно машину! — Барышников подскочил. — Я выезжаю!

— Ваше Высокопревосходительство, готовим штурмовую группу? — уточнил начальник охраны. — Силовое сопровождение? Бронетехнику?

Барышников остановился посреди кабинета и посмотрел на него, как на придурка.

— Силовое сопровождение⁈ Ты рехнулся⁈ Ты чем слушал⁈ Это приём у Троицких! Там полный зал аристократов! Там послы всех государств восточного региона! Китайцы, корейцы, японцы! Ты предлагаешь мне ворваться туда на танке и устроить бойню в прямом эфире⁈ Ты хочешь международный скандал и войну, идиот⁈

Он схватил с вешалки парадный мундир.

— Ты думаешь, я зря сказал ловить их на подходе⁈ На трассе, в лесу, в подворотне — там можно было всё списать на сопротивление при аресте! А там… там, мать твою за ногу, свет, камеры и дипломатические протоколы! Я не знаю, как этот гад туда проник! Не знаю! Но он всё продумал! Он знал, что я его там не трону!

Он пошёл к выходу.

— Я иду сам. Как гость. Но!!! — он развернулся к начальнику охраны. — Оцепить всё вокруг имения тройным кольцом! Посадите снайперов на крыши! Он вошёл туда гостем, но выйдет оттуда в наручниках! Будем ловить его на выходе! И я вам не завидую, если он снова исчезнет!

* * *

Пока мы летели на дронах к месту высадки, я довольно улыбался. Отвлекающий манёвр с бандитами сработал как надо. Спецназ сейчас винтит «террористов» в ангарах, а сам Барышников, наверное, уже потирает руки, ожидая моего ареста. Ну-ну…

Мы подлетали к имению Троицких, расположенному на берегу бухты Золотой Рог. Огромный парк, спускающийся террасами к самой воде, вековые деревья, выстриженные аллеи и сверкающий огнями дворец в центре. Троицкие знали толк в роскоши, но, в отличие от того же Трофимова, у них хотя бы был вкус. Уважаемый род, с которым считались даже в столице.

— Повелитель, — послышался голос Сириуса. — Разведка докладывает, что периметр оцеплен людьми Канцелярии. Но их немного.

— Немного? — удивился я. — Неужели решили сэкономить на мне?

— Скорее, он просто не верит, что вы сможете пройти его заслоны на дорогах. Основные силы брошены на перехват транспорта на трассе и в городе. А здесь только наблюдатели и мобильная группа захвата на случай, если вы всё-таки прорвётесь. Плюс камеры наблюдения на деревьях. Периметр просматривается полностью.

— Работай, — скомандовал я.

Наши дроны зависли в слепой зоне, а вперёд рванулись «мухи» и «паучки».

Всё произошло очень быстро. Несколько тихих хлопков — и наблюдатели мягко осели в траву, погрузившись в глубокий медикаментозный сон. Одновременно с этим «паучки» вгрызлись в проводку камер, висящих на деревьях, закольцовывая картинку.

— Периметр чист, — доложил Сириус.

— Отлично, сажаем птичек.

Мы приземлились чуть в стороне от главной аллеи, в густых кустах. Дроны высадили нас и тут же растворились в небе, уходя на позиции ожидания.

Я поправил пиджак, Эльвира и Маргарита одёрнули платья. Но не успели мы сделать и пары шагов по дорожке, как нос к носу столкнулись с группой людей в рабочих комбинезонах. Это были техники Троицких, которые с выпученными глазами бежали проверять камеры — видимо, на пульте охраны всё-таки мигнул какой-то сбой.

Увидев нас, выходящих из кустов в вечерних нарядах, они затормозили так резко, что задние врезались в передних.

— Э… А вы… Откуда⁈ — спросил один из них, ошарашенно глядя на нас.

В ту же секунду из-за поворота аллеи выскочила охрана имения. Четверо здоровяков в бронежилетах и с автоматами наперевес. Они тоже застыли, не понимая, стрелять или кланяться.

— Стоять! Кто такие⁈ Как прошли периметр⁈ — рявкнул охранник.

Я сделал максимально невинное лицо — тот самый «покерфейс», который упорно тренировал перед зеркалом.

— Добрый вечер, господа. Прошу прощения, мы, кажется, немного заблудились. Парк такой большой… Не подскажете, как пройти к главному входу? Нас там ждут.

Охранники переглянулись.

— Ждут? База, у нас тут гости! В секторе «Зелёный–4»! Да! Сами в шоке! Кажется, Бездушные! Да, те самые!

Он слушал ответ, и его лицо вытягивалось всё больше.

— Понял, принял…

Он опустил рацию и посмотрел на нас уже совсем другим взглядом — уважительным и испуганным.

— Прошу прощения, Ваше Сиятельство. Приказ самого князя Троицкого. Проводить вас немедленно. И… — он судорожно сглотнул, — … чтобы ни один волосок с головы не упал. Головой отвечаем.

Не успел он договорить, как с другой стороны аллеи послышался топот, как будто неслось стадо буйволов. К нам нёсся ещё один отряд охраны. Эти были упакованы так, словно собрались на войну: тяжёлая броня, тактические шлемы, пулемёты…

Они быстро взяли нас в коробочку, оттесняя техников.

— Мы в качестве почётного караула, — с виноватой улыбкой пояснил их командир. — Не переживайте, всё под контролем.

Я почувствовал, как рука Эльвиры на моём локте дрогнула. Она нервничала. Ну ещё бы, столько стволов вокруг. А вот Маргарита… Я скосил глаза и посмотрел на младшую. Ей определённо нравилось это шоу. Она шла с гордо поднятой головой, как королева в окружении верных рыцарей.

— Да мы и не переживаем! — ответила она командиру. — С такой охраной нам никто не страшен!

— Именно, — кивнул я и покрепче перехватил руку Эльвиры, ободряюще сжал её пальцы и мы двинулись к главному входу.

У парадной лестницы уже толпился народ. Слухи в таких местах распространяются быстрее скорости света. Гости высыпали на веранду, чтобы своими глазами увидеть это чудо.

На верхней ступеньке стоял сам князь Троицкий с супругой — седовласый статный мужчина с горделивой осанкой. Увидев нас, он широко улыбнулся и, презрев этикет, спустился на пару ступенек навстречу.

— Феликс! Девочки! Невероятно рад вас видеть! Благодарю, что приняли приглашение и почтили наш дом своим присутствием!

Он пожал мне руку — крепко, по-мужски, заглядывая в глаза. В его взгляде я прочитал интерес и… одобрение.

— Добро пожаловать, — кивнула княгиня, улыбаясь сёстрам.

Мы поднимались по лестнице, проходя через строй гостей. Кто-то смотрел с восхищением и радостью, мол, «Выжили! Показали им!». А кто-то с неприкрытой ненавистью и злобой. Это были шакалы Трофимова и те, кто успел поделить наследство Бездушных. Для них наше появление было, как кость в горле.

— … смотри, смотри, это они!

— … наглые какие, ты погляди…

— … а говорили, что они сбежали…

— … красавцы!

— … утёрли всем нос!

Эльвира и Маргарита хмурились, стараясь не смотреть по сторонам, сохраняя лицо. А я… я улыбался. Широко, в тридцать два зуба, демонстрируя всем и каждому: «Я здесь, живой и здоровый. И мне плевать на ваше мнение».

Мы вошли в огромный бальный зал, сияющий золотом и хрусталём. Троицкий лично повёл нас знакомиться с иностранными гостями.

— Позвольте представить, — торжественно произнёс он, подводя нас к группе дипломатов. — Феликс Бездушный, глава рода. И его сёстры.

Японский посол, маленький человечек, расплылся в улыбке и часто закивал.

— О! Бездушный-сан! Наслышан, наслышан! Большая честь!

Корейский представитель вежливо поклонился, сохраняя нейтральное выражение лица.

А вот китаец… Посол Китайской Технократической Республики посмотрел на меня так, будто увидел свой самый страшный ночной кошмар. Я с трудом сдержался, чтобы не заржать в голос. Конечно, он прекрасно помнил мой ультиматум и то видео с пандами, которое наверняка показывали в Пекине. Этот посол точно знал, кто я такой и на что способен.

Мне дико захотелось подмигнуть ему и спросить: «Как там бамбук в этом году? Урожайный?», но я сдержался. Дипломатия, чтоб её.

— Рад встрече, — только и сказал я, кивнув ему.

Китаец что-то буркнул в ответ и поспешил отвернуться к столу с закусками.

Мы двинулись дальше. Зал чётко разделился на зоны. В одном углу, сбившись в кучу, стояли люди из окружения Трофимова. Они перешёптывались, бросая на нас злобные взгляды, но подходить боялись. Зато другая публика — представители мелких и средних родов — буквально липла к нам.

— Феликс Эдуардович! Какая встреча…

— Графини, вы прекрасно выглядите…

— А правда, что вы…

Они лезли здороваться, пытались завести разговор, совали визитки.

— Хайпожоры, — тихонько прокомментировала Эльвира, сохраняя вежливую улыбку. — Им плевать на нас, им нужно фото с «восставшими из мёртвых», чтобы выложить в соцсети.

— Пусть фоткаются, — шепнул я. — Нам не жалко.

Старые крепкие рода держались особняком. Они стояли с бокалами шампанского, с достоинством наблюдая за цирком. Сами не подходили, но когда Троицкий подводил нас к ним, здоровались подчёркнуто вежливо и уважительно, признавая наш статус.

Наконец, всех пригласили за стол. Нам отвели места не во главе, там сидели пара герцогов и заезжий петербургский князь, но и не на галёрке, а в почётной середине.

Как только мы сели, вокруг тут же завертелась светская жизнь. К Эльвире подкатил какой-то молодой княжич. Не из «золотой молодёжи», а вполне приличный парень с умными глазами. Он начал ухаживать за ней — подливал воду, передавал салфетки, развлекал ненавязчивой беседой…

— Кто это? — тихо спросил я сестру.

— Мы знакомы с детства, — шепнула она. — Он нормальный, не волнуйся.

Я кивнул и расслабился. Пусть развлекается.

Маргарита тоже не скучала. Она увидела за соседним столом каких-то своих подружек с семинарии и теперь щебетала с ними, забыв обо всём на свете.

Мне же достались соседи посерьёзнее. Рядом со мной сидел грузный промышленник со своей супругой. Они вели вежливую светскую беседу о погоде, видах на урожай и ценах на нефть. Но я видел, как горят их глаза. Им явно хотелось спросить: «Какого хера тут происходит? Как ты выжил? Кто за тобой стоит?». Но воспитание не позволяло.

Я посмеивался про себя, поддерживая разговор ни о чём, а сам наслаждался едой — местный повар явно знал толк в своём деле. При этом уши держал востро. Сириус постоянно докладывал обстановку:

— Повелитель, периметр чист, но активность в радиоэфире повышенная. Они что-то готовят.

Когда ужин подходил к концу, все гости уже достаточно расслабились и напились, так что гул голосов стал гораздо громче. И тут двери зала распахнулись, а на пороге появился церемониймейстер. Он ударил жезлом об пол, привлекая внимание.

— Его Высокопревосходительство, Канцлер Российской Империи, Губернатор Приморского края, князь Вячеслав Игоревич Барышников!

Я увидел, как побледнела Эльвира. Как сжалась в комок Маргарита. Как испуганно переглянулись гости. Все понимали — сейчас что-то будет.

В дверях появилась фигура Барышникова в парадном мундире, увешанном орденами. Он обвёл зал пристальным взглядом, и люди невольно вжали головы в плечи. Но искал он нас.

Только я продолжал спокойно улыбаться, откинувшись на спинку стула. Мои дроны доложили о его прибытии ещё пять минут назад. И я ждал этого выхода.

Я накрыл своей ладонью холодную руку Эльвиры под столом и легонько сжал её.

— Не волнуйся. Всё идёт по плану.