Глава 21 Ущелье дахаков
Глав 21. Ущелье дахаков.
То есть стихло вообще все. Ни единого звука. Вокруг царила какая-то мертвая тишина, разбавляя своим присутствием кромешную тьму, сгустившуюся вокруг меня. Страшно до дрожи, а еще жутко.
Нога ныла, виски ломило, а от смрадного запаха мутило. Точно! Запах…
Нао говорил о трех жертвах, и тайлина в доме отца Лорса меня предупреждала. Но все обвиняли Оцери, никто и не думал, что в исчезновениях может быть повинен слуга, к которым на Арии относились не лучше, чем к мебели, позволяя этим странным созданиям кормиться рядом с таори.
Это что же получается? Где-то здесь, рядом со мной в этом каменном мешке лежат разлагающиеся тела трех женщин? Судя по невыносимой вони, да. Хотелось завыть от ужаса, но вопреки всему я лишь до скрежета сжала зубы и зажмурилась от безысходности.
Снаружи сюда не долетало ни единого звука. Значит, и мне орать бесполезно. Не услышат. Эх, Варька, станешь ты скоро таким же трупом, как три твои незадачливые соседки. Пошевелиться я боялась, опасаясь наткнуться на мертвое тело. Так и сидела на куче листвы и веток, жмурилась до разноцветных кругов перед сомкнутыми веками.
А ведь точно! Разноцветные круги! Вот что значит никогда не обладать магией! На Земле я была обычным человеком, но здесь, на Арии я — ми-тао, а, может быть, если верить утверждениям Барго, и тао-дахак — последняя из ныне существующих. И пусть моя энергия давала сбои, не слушалась и вообще жила своею собственной странной жизнью, но главное — она была. Была, черт возьми! И я вполне могла ею воспользоваться.
— Ну, лучики, не подведите меня! — отчаянно прошептала я и раскрыла ладонь.
Мы слишком много сегодня медитировали. Наверное, я очень устала и израсходовала большое количество энергии. Поначалу мои змейки никак не хотели отзываться, но потом все же лениво зашевелились, образуя над рукой уже ставший привычным искрящийся шарик.
— Спасибо тебе! Спасибо! — снова зашептала я, благоговейно наблюдая за сгустком своей энергии.
Понимала, что не смогу удерживать его вечно, да и светил шар не сильнее парочки свечек. Но, по крайней мере, я вполне могла осмотреться. Первое, что сделала — посмотрела наверх, потому что именно там был единственный путь к свободе. Увиденное оптимизма не вселяло. От каменного потолка, в котором имелось небольшое отверстие, тщательно задрапированное кустами, меня отделяли четыре, а быть может и все пять метров. Стены гладкие, без выступов. Вряд ли я по таким сумею забраться. А даже если и заберусь, то уж часть потолка точно никак не преодолею. Лаз в метр шириной находился как раз посередине каменного мешка диаметром приблизительно метров десять, пленницей которого я стала.
По сторонам смотреть было откровенно страшно. Так ведь и с ума сойти можно! Оказаться замурованной с трупами трех девушек — кошмар! Ужас! Только вот мне предстояло посмотреть своим страхам в глаза. И подняв повыше ладонь с мерцающим над ней шаром, я все же огляделась.
Да, они были здесь. Три моих подруги по несчастью лежали в неестественных позах вдоль стен. Даже непосвященному было ясно, им повезло меньше, чем мне. Они погибли сразу, неудачно упав в свое последнее пристанище. Две бывшие тайлины уже превратились в скелеты, а вот третья — все еще сохранила остатки плоти, уже плохо держащейся на костях. Именно этот труп источал ужасный смрад. А может им как раз повезло больше? Отмучились сразу, не испытав ни жажды, ни голода, не увидев перед смертью то, на что теперь смотрела я. А пить уже хотелось. Да и от обеда, признаться, я бы не отказалась. Хотя, нет. Еда вряд ли в меня полезет при таком смраде.
И тут взгляд напоролся на темное пятно сразу за одним из скелетов. Совсем маленькое, высотой не больше метра и не больше метра в ширину. Что это? Нора? Лаз? Грот? Может быть, через это отверстие приходят местные грызуны, чтобы полакомиться мертвыми телами? Хотя, нет. Трупы не выглядели обглоданными, на них даже фрагменты одежды сохранились. Если в странной норе кто и жил, то сюда он не приходил точно.
Я погасила шарик, снова оказавшись в кромешной тьме, и попыталась подняться, но от пронзившей поврежденную ногу боли, упала обратно. Вот это уже было совсем плохо. Когда стоишь на твердых ногах, то в любой ситуации чувствуешь себя уверенно. А что может калека, которая не в состоянии даже передвигаться самостоятельно? Неужели перелом?
Кривясь от боли, попробовала ощупать лодыжку. Опухла, но дотрагиваться я могла, не теряя при этом сознания. Значит, все же вывих или сильное растяжение. Сюда бы урсуле с его способностью лечить! А ведь он мне говорил, что зеленая энергия, которую сейчас на Арии называли тао, лишь отголосок той древней, что текла во мне. Теоретически я тоже могла исцелять. Только как это сделать? Выбора у меня нет, нужно пробовать любые доступные варианты.
Расположив руки по обе стороны от распухшей лодыжки, я призвала силу. Зажмурилась и тщательно представляла, как мои лучики проникают в ногу, снимают отек, восстанавливают поврежденные ткани. Руки заискрились, вскоре я почувствовала приятнее тепло, уносящее ноющую боль. И хотя видно было плохо, но даже при таком свете заметила, что отек заметно спал.
— Попробуем встать! — сама себе сказала я.
Уже не шептала, нет. Страх отступил немного. Неизвестность все еще немного пугала, но я уже не чувствовала себя одиноко, со мной была моя тао. Причем, в этом странном месте энергия словно от чего-то подпитывалась. Усталость, как вода в песок, утекала.
Нога больше не ныла, и я предприняла еще одну попытку подняться. Для этой цели, чтобы понапрасну не рисковать, осторожно подползла к стене и, цепляясь за почему-то на удивление теплый камень, попробовала встать. Медленно, очень медленно и аккуратно, перенося вес на здоровую ногу, все же удалось принять вертикальное положение.
Теперь будем учиться ходить. Одной рукой я все еще держалась за стену, а вот над второй создала энергетический шар-фонарик. Полы-то еще не осматривала. Мало ли какие тут могут быть сюрпризы. Попробовала сделать шаг. Получилось. Связки гудели, я прихрамывала, но двигаться вполне способна.
Доковыляв до темной дыры, опустилась на колени. Действительно грот. Если встать на карачки, то я вполне могла проползти вперед. Кроме того, мне показалось, что дальше лаз становился выше и шире. А еще, если хорошо прислушаться, где-то вдалеке шумела вода. Не капала, а именно шумела.
Пить хотелось очень, да и дышать с каждой минутой становилось все труднее. Мерзкий запах проникал в рот, нос, горло, вызывая тошноту и рвотные позывы. Что я теряю? Какая разница, где погибать: здесь или там, в неизвестной пещере? Пока я иду веред, есть хоть какая-то надежда на то, что выберусь.
И я поползла. Постольку поскольку опиралась я теперь на обе ладони, помогая себе коленями, то двигаться приходилось в темноте, на ощупь. Конечно, не хотелось бы напороться на что-нибудь или кого-нибудь неприятное, но ситуация не оставила мне иного выбора.
Не знаю, сколько прошло времени, но ладони саднило, а колени уже неимоверно ныли. И это я не говорю о спине, которая готова была рассыпаться на части. Все-таки ползать в столь унизительной позе мне не приходилось, и мышцы к этому совершенно не привыкли.
Я села, привалившись к стене, и снова создала шар.
Ого! Грот действительно расширился и стал выше. Теперь я могла спокойно встать, выпрямившись во весь рост и, что не маловажно, могла не путешествовать в темноте. Это радовало, потому что с расширением полезного пространства, росла и надежда на спасение.
Поднялась быстрее, чем в каменном мешке. А сделав пару шагов, с удивлением поняла, что не хромаю и вообще ощущаю в себе физический и эмоциональный подъем. Словно почувствовав мое состояние, шар над рукой разгорелся ярче, переливаясь насыщенным перламутром. Что хотите мне говорите, а магия — это круто! И я зашагала бодрее. Даже мурлыкала под нос детскую песенку, что-то вроде «от улыбки хмурый день светлей: и слону, и даже маленькой улитке». Собственно, мне, как и той улитке, было светлее и с каждым шагом все радостнее. Вроде и поводов не намечалось, а все же глупая улыбка лезла на лицо сама.
Грот оборвался внезапно. Только что я шла, потом лаз сделал резкий поворот, и вдруг потолок ушел куда-то далеко вверх, стены — в стороны, а пол засиял. Да, засиял и не только пол. Вокруг все мерцало и переливалось. Загадочно, таинственно, волшебно и очень знакомо.
Я прошла немного вперед и увидела его…
— Здравствуй, озеро! — зачем-то решила быть вежливой, словно оно было живым и могло мне ответить.
Да и не важно все это. Главное здесь была вода, а пить уже хотелось так, что губы пересохли и потрескались. На противоположном конце пещеры гремел водопад, с силой обрушиваясь в озеро. Причем падал он прямо из отвесной стены, словно кто-то проложил в камне огромную трубу. Во время моих медитаций я его не видела, зато услышала в каменном мешке и упорно шла на рокочущие звуки.
Мой шарик-фонарик, посчитав, что его миссия выполнена, растаял. Сейчас я и без него все отлично видела. Разумеется, я помнила, что в озере кто-то живет, хотя ни разу так и не увидела. Судя по силуэту, обитатель подземного водоема был крупным, если не сказать огромным. А значит, рассуждая логически, никак не смог бы поместиться в гроте, из которого я вышла. Нога меня уже не беспокоила, так что в случае чего добежать и спрятаться успею.
Преодолев несколько пологих природных каменных ступеней, спустилась к озеру. Вода все так же сияла, как и в моих видениях. Будь что будет! Наклонившись, зачерпнула целую горсть и поднесла к губам. Осторожно попробовала кончиком языка. Пресная, пить можно. Сделала небольшой глоток, за ним еще один и еще, жадно припадая к ладоням. А потом повторно наклонилась, чтобы набрать еще воды, которая оказалась свежей, прохладной и безумно вкусной, как в колодце у нас на даче.
Вторую порцию пила уже не спеша, наслаждаясь каждой каплей.
«Маленькая тао…» — четко прозвучавший чужой женский голос заставил прервать увлекательное занятие и насторожиться.
— Кто здесь? — негромко спросила я.
— Здесь… есь… есь… — откликнулось эхо.
Никого не было, и озеро оставалось спокойным, и туша не всплывала, и пить, признаться, больше не хотелось.
«Маленькая тао…» — нет, не звали, а будто констатировали факт или сообщали непреложную истину.
— Чертовщина какая-то! — нахмурила я.
Точно же слышала! Причем, слова звучали в голове, а вокруг по-прежнему никого не было.
«Тао… Такая милая, хорошенькая…».
Бред! Наверное, пока блуждала подземными коридорами, умом тронулась. Но ведь слышала! Явно и отчетливо, трижды!
— Эй! Где вы? Кто вы? — тихонько спросила… Да не важно кого. — Не хотите появиться? Может, хватит в прятки играть?
«Не испугаешься?» — в этот раз в голосе почудился смех.
— Неизвестность пугает больше! Предпочитаю смотреть в глаза реальности! — заявила я, дрожа, конечно, от страха. Ибо, когда пустота тебя спрашивает о твоих страхах, поневоле испугаешься.
«Твоя правда, маленькая тао. Жди!».
Ага. Жди их тут. Сейчас как выпрыгнет чудовище и откусит голову по самые пятки, и нет Вареньки! А со мной еще жить и жить! Ой! То есть, мне еще жить и жить! Мысленно оговорилась и рассмеялась. Дожила, Трофимова! Сама с собой сидишь и разговариваешь! Стыд и позор.
Струя водопада вдруг стала тоньше, а потом и вовсе иссякла, словно кто-то где-то перекрыл кран. А потом посреди озера вскипела вода, а в глубине появилось то самое, большое и темное нечто. Отошла. Потом подумала и еще отошла, поднявшись на одну из каменных ступеней. Чудеса чудесами, а жить все равно хотелось.
Темное пятно все росло и росло, пока практически не заполнило собой все озеро. Жуть какая! Ноги словно приросли к полу пещеры. Мне бы завизжать и бежать без оглядки, а я стою, молчу и таращусь.
«Живая? Я могу появиться?» — снова раздался голос.
— Ой, да появляйтесь вы уже, и так ведь страшно! — почти прохрипела я, судорожно и гулко сглотнув.
Вода вспенилась и над поверхностью появилась огромная, чудовищная голова на мощной, толстой шее. Драконья голова, между прочим! Два оранжевых глаза с вертикальными зрачками сияли как прожекторы, ноздри раздувались, с шумом избавляясь от лишней воды. А пасть! Мамочка моя! Пасть была утыкана острыми зубами. И если сама голова имела размеры сравнимые с большим автобусом, то каждый зуб был примерно с одну земную, дрожащую от ужаса, Варьку.
«Привет!» — весело прозвучал в голове голос, а чудовищная пасть вдруг дрогнула и растянулась.
Улыбка что ли? Это от нее предположительно светлее должно стать? Знаете, как-то совсем нет. Меня вообще заколотило, но превозмогая приступы страха, я все же сипло ответила:
— Здрасссте…
«Добро пожаловать в ущелье дахаков, маленькая тао!».
— Ага… — прошептала я, ничего более весомого не придумалось. Да и вообще не думалось, но, чтобы как-то сгладить ситуацию, еще кивнула.
Голос молчал, голова неподвижно зависла над водой, даже глаза не мигали. Ну и я, собственно, не двигалась. Рассматривала, вбирала в себя образ, подмечая каждую деталь. Подойти бы поближе. Издалека голова и шея казались высеченными из камня. Постепенно, робко и неуверенно страх отступал. Теоретически, если меня не сожрали сразу, а еще и поинтересовались, не испугаюсь ли, то жрать не будут. Наверное. Практически же… Кто их, чудовищ знает?
Шли минуты. Голова висела. Я смотрела. Ничего не менялось.
— А вы дракон? — все же решила поинтересоваться.
«Дахак», — поправил меня голос, а голова так и не сдвинулась.
— Точно, дахак! Простите. — Тут уже поправилась я. — Вы со мной телепатически общаетесь, да? Нет, не поймите меня неверно, просто голос-то ваш я слышу, а пасть на вашей морде не двигается. То есть, я хотела сказать…
Бред! Ну, какой же бред я несу! Морда, пасть — это вообще звучит грубо, хоть по факту и правильно.
«Два носителя тао всегда поймут друг друга!» — и морда снова жутко улыбнулась, но, то ли я привыкла, то ли оскал вышел менее ужасающим, в этот раз не испугалась.
Вот значит как! Носитель тао. В этой огромной рептилии живут такие же перламутровые змейки, что и во мне. Любопытство разгоралось, начисто вытесняя страх и чувство самосохранения тоже. В конце концов, вряд ли носитель тао станет лопать себе подобного, он же не каннибал.
И я сделала то, что многим на моем месте показалось бы совершеннейшей глупостью, спустилась к озеру. Еще и подошла к самой воде.
— Извините, а вы там большой? — только выпалив это, осознала, как неприлично и двусмысленно прозвучал мой вопрос. Конечно же, я имела в виду тело дахака, скрытое под водой, а не конкретные его части.
Но дракон не обратил на это внимание, хоть и хихикнул.
«Большая. Я самка, маленькая тао. Мать дахаков. Агрина».
— Агрина — это ваше имя?
«Да».
— А меня Варя зовут, хотя на Арии редко кто называет свое имя.
«Люди суеверны, Варя, потому что их души всегда находятся в поиске. А душа дахака всегда прикована к носителям истинного тао. Мы ждали тебя».
— Надеюсь, не для того, чтобы съесть, — на всякий случай уточнила я.
«В каком-то смысле», — ответила Агрина, заставив меня поволноваться.
— Шутите?
«Немного! У тебя очень живая мимика, тао».
И тут я кое-что поняла, сложив воедино все составляющие: озеро и мою непослушную силу, все время зависающую над ним.
— Скажите, а это вы не пускали мою энергию дальше озера?
«Нет, хотя я и являюсь косвенной причиной. Дахаки не могут существовать без повелительницы стихии, без тао-дахак не рождаются самки, а без них вымирает весь наш род. Подсознательно мы всегда ищем и призываем силу, в которой нуждаемся. Вот и твоя тао откликнулась на зов».
Я вспомнила Джеша — дракончика Лорса. Он ведь тоже меня принял сразу, несмотря на то, что его хозяином был таори.
— А вы теперь моя?
«Мы все твои, до того момента, как придет наше время слиться с космосом».
— Погодите, как это все мои? А дракончики, которыми владеют таори?
«Подлые воры! Жалкие расхитители кладок дахаков! Мы давно бы уничтожили их, но этим еще больше бы нарушили изуродованное полотно бытия!» — грозно вскричала мать дахаков.
О том, что таори воруют яйца, я уже слышала, но они были вынуждены это делать, оставшись без драконов. Потому что выследить скалатов, опираясь лишь на свою энергию невозможно. А в крошечных дахаках хоть и немного, но все же присутствует истинная тао.
Господи, а Лорс сейчас там, где прячутся твари, высасывающие жизнь! Маленький Джеш отважный, верный, но все же еще слишком слабый помощник. Не знаю, откуда я черпала всю эту информацию, я ее чувствовала, ощущала каждой клеткой тела и все. Нет, не так. Я всегда это знала, просто какое-то время не помнила. А Лорс, он… Дыхание перехватило, а грудь вдруг сдавило, словно тисками.
«Что с тобой, маленькая тао?» — обеспокоенно спросила Агрина.
— Мне… Мне на воздух нужно! — паника подступала. Не могу сказать, что я чувствовала. Скорее, предчувствовала что-то зловещее, недоброе.
«Надо, значит, надо», — сказала мать дахаков и показалась из воды вся, ступив огромными когтистыми лапами на берег.