Глава 29

Мне и в земной жизни изредка снились вещие сны. Вот, например, вижу себя с жутким прыщом или вдруг кучку дерьма греза подкинет — это к деньгам. Покойник — к перемене погоды, а кошка — к ссоре. Но чаще сны бывали обычным отражением дневных событий или подсознательных переживаний. Утром каким-то образом я всегда понимала, что у меня был за сон — пустой или к чему-то, — и понапрасну никогда не переживала. Вот и этой ночью даже во сне я знала, что руны сработали, а всё происходящее — подсказки, которые нужно правильно использовать.

Ко мне пришёл мой дедушка по отцу Матвей, тот самый, из дома которого я и переместилась на Мелзу. Он никогда не был со мной строгим, наоборот, баловал и носил на плечах. Однако я сразу поняла — в его обличии явился Строгий Родитель. Быть может, потому, что он без предисловий принялся меня отчитывать как школьницу дедушкиным голосом?

Мы с ним сидели на полу в моей комнате перед раскрытым дневником Консуэло, а он бубнил:

— Я так много тебе дал, а ты никак не поймёшь зачем и занимаешься ерундой. Выполни сначала предназначение, а потом и личную жизнь устраивай.

Его седые брови были сдвинуты, и я поспешила оправдаться:

— Я всё сделаю для детей. Они у меня на первом месте! — заверила я горячо.

— Дети — это хорошо, но они бы и без тебя не пропали, — проворчал дед.

Вот тут я сильно удивилась.

— Я тут не из-за детей⁈ — ошеломлённо выкрикнула.

Просто до этого сна я вообще не сомневалась в том, что правзамы попадают на Мелзу с целью заменить непутевых родителей.

— Нет. Они лишь твой якорь в этом мире. Стимул стремиться к высотам.

— А что же тогда я должна сделать⁈ Добиться свободы для правзамов?

— Да нет же! С чего бы меня волновала их судьба? — натурально разозлился на мою несообразительность старик. — Все они не справились с миссией и не поняли моего замысла. Пусть живут как получается. Не моя забота.

Тут сон стал тревожным и муторным. Мне вдруг стало невыносимо стыдно за то, что я не могу дать Строгому Родителю того, что он хочет, потому что попросту не понимаю, что ему надо — явно навеянные им самим эмоции.

— Подскажи. Намекни. Я сделаю. Постараюсь! — принялась я его умолять.

— Я покажу тебе историю, а ты смотри и делай выводы.

Что за страсть у всех к иносказательности? Нельзя, что ли, просто популярно всё объяснить?

Я собралась возмутиться, но оказалась на огромном зелёном поле маленькой букашкой среди гигантских драконьих лап. Вокруг стоял оглушающий рёв, и я не сразу разобрала в нем речь, но прислушалась и…

— … они не понимают. Они как дети.

— Значит, надо их проучить. Уйдём, пусть сами выживают.

— Жестоко. Без нас пропадут.

— Сами виноваты. Одумаются, преклонят колени, попросят вернуться, тогда и простим.

— Магия иссякнет, мир погибнет.

— Не успеет.

— За мной. Я нашёл подходящее место. Там есть и магия, и обширные пустые территории, и люди совсем дремучие.

Пространство засияло, образовало воронку, и драконы, встав на крыло, вереницей устремились в неё. Сияние исчезло. Я осталась на поле одна. Но ненадолго. Замелькали кадры, как на быстрой перемотке, и вот я уже стою среди горстки мрачных людей в чёрных балахонах.

— У вас есть только один шанс искупить свою вину — верните в мир драконов, и будете помилованы! — воскликнул один из балахонов и выставил вперёд руки.

Его поддержали соратники-балахонщики, и пространство опять засияло, но тускло, да и воронка портала получилась намного меньше, чем была у драконов.

Из-за спин магов показалась новая группа людей: вооружённая стража вела к воронке десяток арестантов. Некоторые сами шагали в портал, некоторых в него запихивали силой. Я поняла, что происходит. Махнула рукой, и «кино» закончилось. Я снова обнаружила себя сидящей на ковре в своей комнате напротив Строгого Родителя.

— Вы хотите, чтобы я вернула драконов в их мир?

— Убедила вернуться, — поправил старик. — Нечего им здесь делать. Все правзамы, которые были посланы в этот мир, должны были подтолкнуть драконов к возвращению, но никто даже не подумал об этом. Они занялись собой и своим обустройством. Ты была ближе всех, но опять свернула на дорожку личного счастья. Не разочаровывай меня! Доведи дело до конца!

Я уставилась на странное создание в облике моего деда с искренним изумлением. Нет, понятно, что мыслит он иначе, не так как простые смертные, но чтобы настолько быть оторванным от реальности… Это прям надо быть иным разумом кардинально.

— А если я доведу дело до конца, ты мне поможешь с моим личным счастьем?

— Ты сама прекрасно справишься, а я просто не буду мешать.

— То есть если я нарушу данную завтра королю клятву, которую мы явимся к тебе заверять, ты меня не накажешь?

— Накажу, конечно. Нельзя нарушать данные клятвы. Но можно их дать таким образом, что не придётся становиться клятвопреступницей.

Я нахмурилась и расстроилась. Значит, придётся все же ломать голову над формулировкой.

— Получается, никакой награды за мою помощь не предусмотрено, да? — пробормотала.

— Я же пришёл к тебе! Разве это не награда? Ты моя посланница. Действуй от моего имени и клятву давай от него же. Ну что за люди? Всему вас учить! Есть же чёткая инструкция, как себя обезопасить. Просто следуй ей, — раздражённо проворчал Строгий Родитель и испарился.

А я тут же проснулась. Вскочила, потерла лицо, помотала головой и осознала, что знаю, где эту инструкцию искать! Помог все-таки! Спасибо!

Подсказка всегда была в дневнике Консуэло, и я её много раз видела, но не придавала значения, потому что думала, что это просто присказка верующей женщины. А это, оказывается, ключ к безопасности! Не зря ночью дневник постоянно маячил у меня перед глазами. И на полу перед зеркалом я не зря сидела. Всё было не зря!

Быстро вытащила дневник, нашла нужные строчки, перечитала, убедилась в своей правоте и подпрыгнула, потрясая кулаками в воздухе. Ура! Теперь точно все получится! Главное — не трусить.

Умылась, оделась и отправилась вниз. Позавтракать решила с детьми дома и только потом явиться к королю.

Мои ещё спали, и у меня появилось время приготовить завтрак своими руками, а заодно систематизировать в голове план. Достала молоко, яйца, муку, соль и сахар, соединила все в миске и принялась взбивать тесто на блины.

Значит, первым делом — клятва. Потом надо попасть в пустоши, чтобы посмотреть кривые иномирные порталы, дабы никогда ошибки при их открытии не повторять. Дальше самое сложное — беседа с драконами. Получится их убедить — значит, дальше вообще можно не переживать. Не получится — надо думать, как их запихнуть в портал. Следующий этап — король. Его я на Землю отправлю и даже инструкцию по жизни дам. Надеюсь, я правильно поняла Строгого Родителя, и задуманное мной будет сделано его руками.

— Мамочка, а мы сегодня куда-нибудь полетим на корабле? — в кухню вбежала Софи, когда на тарелке уже выросла приличная горка блинчиков.

Я достала варенье, налила в розетку и поставила греться воду для чая.

— Сегодня не полетим, лапушка. Но знаешь что? Мы теперь можем вернуться в наш дом.

— Не-е-е-т, там скучно! — заявила малышка.

— Но там же есть магодвижеки! — напомнила Грес, вместе с Марком вошедшая в кухню.

— Ну и что? У Генерала Доминги тоже есть, я у него смотреть буду.

— И совсем ничего не хочешь из дома забрать? — уточнила я.

Софи за секунду задумалась и помотала головой.

— Нет, не хочу.

— А ты, сынок?

— И мне ничего не надо, мам. В том доме у меня не получались живые картины.

Я глянула на Гресию, и она удивлённо развела руками. А я сделала вывод, что дети подсознательно не хотят даже вспоминать о старой жизни. Может быть, это не слишком правильно, но я порадовалась. Значит, я лучшая мать, чем Абигаль, и дети со мной счастливы. Усадила Софи и Марка за стол, налила чай и поцеловала их в макушки.

Ну а после завтрака отправилась в особняк генерала. Меня, как обычно, сопровождали вороны, но Доминга встретил на полпути.

— Доброе утро, — поприветствовала я его с улыбкой.

— Доброе ли? — внимательно вглядываясь в мои глаза, усомнился Доминга и подставил локоть.

Мы не спеша побрели по дороге.

— Точно доброе. Я сегодня видела потрясающий сон.

— А вот я так и не смог уснуть, хотя король всех отпустил в два.

— Я общалась со Строгим Родителем и теперь точно знаю, что делать.

— Расскажешь?

— Конечно. Я же обещала, что теперь стану сначала во всё посвящать тебя. Для начала он подсказал мне правильную формулировку клятвы.

— Серьёзно?

— Да. Это строки из писания. Я нашла их в дневнике Консуэло.

Доминга затормозил и развернул меня к себе.

— Про передачу ответственности? — уточнил.

— Да.

— Ты знаешь, что многие пробовали это провернуть, но у них ничего не вышло? — Что-то Доминга вообще не обрадовался моему чудесному открытию. — Строгий Родитель только вот в том, описанном в псалме, случае такую клятву принял и заверил. Есть ли у тебя запасной план?

Я нахмурилась и тряхнула головой. Ну не могу же я ошибаться? Сон явно был не простой!

— Доминга, Строгий Родитель мне показал, как и почему в вашем мире появились драконы. Он дал мне задание их вернуть и подсказку с клятвой. Давай все же ему поверим и рискнем?

Доминга нехотя кивнул и медленно повел меня дальше.

— Боюсь за тебя, — признался. — Я предполагал, что ты можешь внести огромные изменения в жизнь Велиссии, но, похоже, одной нашей страной не обойдётся. Будет много недовольных.

Я подбадривающе сжала мужскую ладонь.

— Прорвёмся. У нас говорят: чему быть, того не миновать. Меня не просто так постоянно тянуло к драконам.

— Ладно, а дальше что?

— А дальше я открою портал на Землю, и нам с тобой предстоит решить: отправить туда Бартеломью или, может быть, лучше самим сбежать? — Генерал опять притормозил и взглянул на меня изумлённо. — А что? Я там все знаю. Не пропадём. Правда, у нас нет магии и жизнь не слишком длинная, зато есть интернет и многое другое.

— Всё шутишь, — хмыкнул Доминга, продолжив путь.

А я не стала ему пока говорить, что вовсе не шучу — мы подходили к воротам поместья. Но я действительно хотела хорошенько обдумать вариант, где Грес, дети, Доминга и я перенесёмся в мой мир и будем жить как обычные люди.

Тем более не время было развивать тему, потому что разговор этот был долгим, а встречавший нас Карлос сообщил, что король уже позавтракал и ждёт нас в телепортационном зале, так как до места можно добраться только порталом.

— Гааль, в Святилище Строгого Родителя входят только те, кто даёт обет. Меня не будет рядом, но прошу: будь осторожна. Если вдруг не получится с передачей ответственности, будь предельно аккуратна со словами, а лучше скажи, что не готова, и перенеси клятву, а там…

Я положила на губы Доминги пальцы, и он прижался к ним, прикрыв глаза.

— Не волнуйся. Всё будет хорошо, — преодолевая волнение от случайной ласки, сказала я севшим голосом и одёрнула руку. — Лучше подготовь пока нашу поездку в пустоши, я не собираюсь затягивать решение вопроса на пять лет.

Я подбадривающе улыбнулась генералу и направилась в дом, чтобы войти в зал, откуда можно построить внутримировые порталы. А там меня уже выглядывали его величество и незнакомый мужчина в военной форме.

— А вот и вы, Галина. Я уже было подумал, что вы не придёте.

— Доброе утро, ваше величество. Я всегда держу свое слово.

— Ну что ж, тогда прошу в портал. Джузеппе, открывай.

Мужчина в форме бросил на пол металлическую звезду — я автоматически перешла на зрение пряхи и разглядела, что она расписана знакомыми рунами — и влил в артефакт чистую энергию. Символы засветились, и вскоре пространство разделил голубоватый тоннель. Король пригласил меня жестом вперед, и я шагнула в портал.

Мои переходы выглядели и ощущались иначе. Может быть, потому что на короткие дистанции? Не знаю, но я перемещалась в пространстве, будто распадаясь на частицы и собираясь в нужном месте снова. А этот оказался натуральным переходом в нужное место ногами, но по какому-то суперкороткому маршруту. Два шага — и я выхожу на вершине горы. Ветер свистит в ушах, глаза слепит солнце и золотой купол Святилища, но мне не холодно. Меня пробирает благоговением, потому что прямо напротив портала стоит деревянная фигура с раскрытыми объятьями — копия моего дедули.

Я устремилась к нему, тоже раскинув руки, и, обняв фигуру, прошептала:

— Здравствуй. Спасибо, что встретил.

Статуя мне ничего не ответила, зато сзади послышался голос Бартеломью:

— Он вышел к тебе? Сам лично вышел⁈

Я оторвалась от деревянной груди и повернулась к королю:

— А вы его не видите, ваше величество? — от удивления даже не подумала, что короля этот момент может расстроить.

Эх! Нужно было сказать, что у нас в мире так принято вести себя при посещении святынь! Но поздно додумалась.

— Нет, — пробурчал король и, поджав губы, пошёл к ступеням.

Отправилась за ним, но не удержалась и оглянулась — статуя пропала. По спине прополз холодок. Несмотря на то, что я сочла добрым знаком явление Строгого Родителя, мистическая жуть вызвала мурашки по коже.

Догнала короля у дверей Святилища, и внутрь мы входили вместе. А там в центре опять стояла та же самая статуя моего деда, только уже каменная и руки вытянуты вперёд ладонями кверху.

Интересно, его опять вижу только я? Замялась на месте, однако Бартеломью твёрдой поступью подошёл к хозяину Святилища и вложил в его руку свою. Уф. Я поспешила повторить жест короля и уставилась на него выжидающе.

— Я, король Велиссии Бартеломью Третий, призываю Строгого Родителя в свидетели своей клятвы, — глухо и взволнованно произнёс его величество и посмотрел на меня, намекая, что моя очередь.

Я на миг зависла. Когда говорить фразу из дневника? Сейчас? Или вместо слов своей клятвы? Сглотнула комок, вставший в горле от волнения. Эх, была не была!

— Я, Галина Морозова, прибывшая на Мелзу по воле Строгого Родителя, призываю его в свои поручители. Пусть всё, что я пообещаю его величеству Бартеломью Третьему, будет обещанием не моим, а Строгого Родителя. Всё, что будет сделано мной, пусть будет делом рук его, а тяжесть клятвы пусть ляжет на его плечи, а не на мои.

Лицо Бартеломью вытянулось, он раскрыл рот, чтобы что-то сказать, но тут Строгий Родитель опустил мою руку и накрыл ею ту, в которой лежала ладонь короля. Бартеломью заметно вздрогнул всем телом и сошёл с лица.

— Я буду твоим поручителем, Галина Морозова. Говори свою клятву, — пробасила статуя голосом моего дедушки.

Я набрала в грудь воздуха и чётко проговорила:

— За то, что обеспечивает безопасность мне, моим детям Софи и Марку, моей помощнице Гресии Фрид, генералу Доминге Элмо, я обещаю отправить его величество Бартеломью в другой мир без злого умысла. Гарантирую безопасный переход и возвращение на Мелзу, но за все, что произойдет с королем в другом мире, я ответственности не несу.

— Принимаю, — хрипло выдохнул белый, как полотно, король и, прочистив горло, озвучил свой обет: — За то, что даст мне возможность попасть в другой мир и вернуться, обещаю Галине Морозовой и всем ею перечисленным людям неприкосновенность в Велиссии. Галину Морозову признаю официально и возвращаю имущество Абигаль Иниго, а также все права на детей.

— Принимаю, — отчеканила я.

— Принимаю, — завершил ритуал Строгий Родитель и, убрав руки за спину, застыл, как будто и не оживал.

Бартеломью поддернул рукав камзола и посмотрел на запястье той руки, которую держало божество — на нем светилась красная ниточка татуировки. Я глянула на своё, на другое — пусто. Заглянула за статую и ахнула. Нить клятвы охватывала запястье каменной руки Строгого Родителя.

Получилось! Теперь любое моё решение по порталу будет считаться решением Строгого Родителя! А кто возьмёт на себя смелость что-то ему предъявлять?