Глава 18

Проснувшись, Дайон долго лежал и смотрел на спящую девушку. В голове царил сумбур, а на душе скребли кошки. Все запуталось еще больше. Герцог не раскаивался в том, что сделал, но не понимал, как быть дальше.

Все попытки вернуться в свое время провалились, но Дайон уже не был уверен, что это плохо. Виола завозилась, перевернулась на бок, устраиваясь поудобнее, подсунула ладонь под щеку. Не желая будить ее, Дайон почти бесшумно встал и оделся. Похищенный вчера список белел на утоптанной земле. Герцог поднял его и повертел в руках, жалея, что не потерял в давешней суматохе.

Он все еще раздумывал, не сжечь ли бумагу, когда Виола вдруг открыла глаза.

– Ты уже проснулся? – сонно пробормотала она.

– Да. – Он торопливо убрал список в рукав. – Спи, я принесу тебе завтрак.

– Хорошо. – Она послушно опустила ресницы.

Дайон подождал, пока ее дыхание выровняется, и покинул палатку. Лагерь все еще спал. Герцог подошел к углям, разворошил их, раздумывая, что делать дальше.

Виола должна узнать правду. Дайон тяжело вздохнул. Интересно, как ей рассказать? Принести завтрак и между прочим заметить: «Знаешь, на самом деле я – герцог Левансийский, и, кстати сказать, я на год моложе тебя?»

Он усмехнулся: дался же ему этот год! Фактически Виола была моложе его на девять лет. Имел ли Дайон право лишать ее этих девяти лет, если ему все-таки придется вернуться? Хочет ли он сам этого возвращения? Раньше – да, но теперь… Вопросов было больше, чем ответов. Он устало потер виски. Странно, но привычной острой боли, характерной для подобного состояния усталости, не было. Он недоуменно нахмурился, пытаясь вспомнить, когда случился последний приступ. Кажется, в день, когда похитили Виолу… а потом события завертелись с такой скоростью, что он позабыл о своем недуге.

Бумага, спрятанная в рукаве, тихонько зашуршала. Поморщившись, Дайон достал список и еще раз просмотрел его. Несколько фамилий показались знакомыми. К одному из этих людей Дайон как раз недавно обращался, чтобы попытаться попасть обратно, в свое время. Еще двое, это он знал точно, погибли во время Смуты, их убили люди лорда Маркуса. Трое пропали в подземелье инквизиции. Все эти имена на листке были перечеркнуты. Оставалось еще трое. И если напротив двух из них стоял знак вопроса, но напротив третьего – жирный росчерк: «Опасен!»

Дайон задумчиво посмотрел на угли невидящим взглядом. Он уже знал, что вмешательство в историю ни к чему хорошему не приведет. Но, возможно, именно этот человек владел теми знаниями, которые были так необходимы герцогу.

Тяжело вздохнув, Дайон спрятал листок и направился к кромке леса. Завтрак мог и подождать, а Виоле он скажет, что ходил за булочками.

Жилище Одаренного, по иронии судьбы, располагалось совсем недалеко от той книжной лавки, где Дайон обнаружил заинтересовавшую его рукопись. Тесное, невнушительное, с низким потолком, иными словами, даже не заподозришь, что здесь может проводить время человек с неординарными способностями. Облик мага лишь усиливал ощущение диссонанса: необычно высокий рост никак не вязался со скромными размерами помещения.

– Добрый день! – поздоровался герцог, внимательно и с некоторой долей недоверия разглядывая хозяина дома. – Я пришел к вам, чтобы спросить совета по одному… профессиональному вопросу.

– Конечно, профессиональному, – усмехнулся Одаренный, закрывая и убирая на полку какую-то книгу. Не иначе, незаконную по нынешним временам. – Ко мне по другим и не заходят. Куда вам надо переместиться? На большое расстояние, на маленькое? Большое стоит дороже. И предупреждаю сразу: с запертыми помещениями не работаю.

– А если серьезно поднять расценки? – с ухмылкой поинтересовался Дайон.

Маг наконец полностью сосредоточился на посетителе.

– Вы ведь исключительно из любопытства спрашиваете, – безошибочно определил он. – Так какое расстояние вас интересует, большое или малое?

– Как вам сказать… Нулевое.

Одаренный удивленно изогнул брови.

– Расстояние значения не имеет, – пояснил Дайон. – Меня устроит по окончании перехода оказаться на том же самом месте. Но, если можно так выразиться, при иных обстоятельствах.

– При иных обстоятельствах?

Теперь маг приглядывался к Дайону с несомненным интересом.

– Например, в другой временной точке.

Дайон пошел ва-банк.

– Вы ведь знаете, что это незаконно? – все так же изучающе прищурился Одаренный. – Путешествия во времени строжайше запрещены.

– Мне казалось, что этот вопрос можно уладить.

– Нарушения человеческих законов провернуть реально, – хмыкнул маг. – Но вот с запретами мироздания сложнее. Время создано таким, какое есть, оно движется от прошлого к будущему по бесконечной прямой линии. Я не стану искривлять ее ради того, чтобы вы смогли посетить давно разрушенный музей или увидеть знаменитого героя древности. Игры со временем слишком опасны и могут закончиться трагически.

– Я знаю. Смею вас заверить: для меня это отнюдь не развлечение. Я уже совершил один такой переход.

Вот теперь Одаренный взирал на него не просто с интересом, а, можно сказать, завороженно.

– Вот, значит, в чем дело. Энергия вокруг вас необычно колеблется, видимо, это из-за временного излома. Природа пытается закрыть брешь, но ей не удается, потому что вы не принадлежите нашему времени. Откуда вы прибыли? Прошлое или будущее?

– Будущее. Примерно десять лет.

– Поразительно, – зачарованно выдохнул маг. – Могу я спросить вас, в двух словах, что станет со страной?

– Надеюсь, мой ответ не может возыметь драматических последствий. Со страной все будет в порядке. – Дайон сказал это, хоть и не мог знать наверняка, каких взглядов придерживается хозяин дома. С одной стороны, он в черном списке лорда Маркуса, с другой, это еще не гарантировало лояльности семейству л’Эстре. Но минимального риска было не избежать. – Законный король возвратит свою власть. То же случится в Левансии, как и в других герцогствах, где-то позже, где-то раньше.

– Хорошо, – с удовлетворением кивнул Одаренный. – Я благодарен вам за это знание. Но теперь, – его тон резко изменился, показывая, что разговор возвращается в деловое русло, – отложим экскурс в историю и перейдем к делу. Вы же здесь не для того, чтобы отвечать на вопросы любопытных вроде меня.

– Справедливо, – подтвердил Дайон. – Я ищу способ вернуться обратно.

– Это элементарно. Просто вернитесь в то место, где произошло перемещение. Такие переходы всегда работают в двух направлениях.

– Именно так я и прочитал в одной книге. Однако, когда я вернулся в то место, ничего не произошло.

Одаренный удивленно нахмурился.

– Вы уверены, что вернулись в ту же самую точку?

– Я обошел там все. Речь идет о тоннеле, так что это было не слишком сложно. Уверен, я ничего не пропустил.

– Но это очень странно. – Маг принялся ходить из угла в угол, сцепив руки за спиной. – Портал просто обязан был вернуть вас обратно. Это затянуло бы временную брешь, после чего переход бы благополучно закрылся. Именно на этом принципе работает система путешествий во времени: созданный переходом диссонанс поддерживает портал в открытом состоянии, гарантируя путешественнику возможность возвращения. – На некоторое время он задумался, продолжая мерить комнату шагами. Разволновавшись, Одаренный даже стал двигаться быстрее. – А ваш маг ничего не говорил на этот счет? – спросил он, остановившись напротив Дайона.

– Мой маг? – не понял герцог.

– Ну да. Тот, который отправил вас в прошлое.

– Ах, вы имеете в виду это. Дело в том, что не было никакого мага.

– То есть как?!

– Вот так. Я просто шел по коридору, оступился, упал, а когда вышел на улицу, обнаружил, что перенесся в другое время. Вернее, понял я это не сразу, но увидел огненные сполохи, признаки войны, которых в мое время мы, к счастью, не наблюдаем.

– Но этого не может быть, – растерянно проговорил маг. – Для того чтобы открыть портал, совершенно необходим Одаренный с соответствующими способностями. Вы были один?

– Абсолютно! – Теперь и герцог начинал заметно нервничать. – Можно, конечно, предположить, что кто-то шел за мной на расстоянии, и я его не заметил…

И если так, он этому кому-то голову оторвет, когда вернется. Если вернется. Но Одаренный с ходу отмел этот вариант.

– Такое бы не сработало. Существует ритуал, необходимый, чтобы создать излом. Вы должны были в нем участвовать. Кстати, а не могли вы сами провести ритуал? У вас нет способностей портальщика?

– Исключено. Во-первых, я, как недавно выяснилось, владею магией разрушения, портал же подразумевает созидание. А во-вторых, вряд ли я мог совершить полноценный ритуал, даже об этом не подозревая.

– Верно, верно. – Маг снова зашагал по комнате. – Но в таком случае это не имеет никакого смысла. Вы отправились в прошлое, хотя никто не открывал портал. Не смогли вернуться, хотя путешествие в одном направлении состоялось. Либо мы имеем дело с совершенно новым принципом перемещения, либо…

Он замер на месте с открытым ртом.

– Либо что? – не выдержал Дайон.

Одаренный хлопнул себя по лбу.

– Как же я сразу не догадался? Мы начали с неверной предпосылки, – стал спешно объяснять он, возбужденный собственным открытием. – Мы исходили из того, что портал был создан в ваше время. Первое путешествие – это ваше отправление в прошлое. Второе – возвращение в будущее. Но ведь может быть и все наоборот!

– То есть как «наоборот»? – нахмурился Дайон, которому поведение мага казалось все менее и менее адекватным.

– Портал еще не был создан! – воскликнул Одаренный. – Он будет открыт здесь, в наше время, в семьсот девятом году! И с его помощью вы отправитесь в будущее, в семьсот девятнадцатый.

– Семьсот восемнадцатый, – поправил Дайон, чувствуя, что голова его вот-вот взорвется.

– Пусть будет семьсот восемнадцатый, – щедро согласился Одаренный. – Главное, что таким образом проход будет открыт. И это позволит вам в перспективе совершить переход в обратном направлении, то есть из вашего времени к нам сюда.

– Но я не собираюсь бегать из будущего в прошлое и обратно! – возмутился Дайон.

– Бегать и не придется. Обратный маршрут вы уже совершили. Представьте себе: между двумя обычно несовместимыми точками проложили дорогу. Она позволяет путешествовать из девятого года в восемнадцатый и обратно. Время настроено приблизительно. Какой маршрут окажется первым, а какой вторым – штука весьма запутанная, да это и неважно. Сами понятия «раньше» и «позже» теряют в нынешней ситуации всякий смысл. Главное: портал будет открыт отсюда и позволит вам переместиться в двух направлениях. Один раз в будущее, один в прошлое. В прошлое вы уже переместились, когда по незнанию ступили в восемнадцатом году на территорию портала. Осталось еще одно путешествие. Отсюда в ваше время. Для этого портал надо будет создать. Вы пройдете через него – и круг замкнется.

– Допустим. – От ненормальности всего обсуждавшегося у герцога слегка кружилась голова, но это не имело ничего общего с его обычными приступами. Просто нелегко было понять и принять возможность столь безумных игр со временем. – Кто в таком случае откроет портал? Как именно? Что для этого потребуется?

– Портал, несомненно, открою я.

– Почему вы так в этом уверены? Вы обладаете даром предвидения?

– Нет, – улыбнулся Одаренный. – Просто на сегодняшний день я – единственный специалист в королевстве, способный создавать такие переходы. Видите ли, нас очень мало. Но подлинная потребность в наших возможностях возникает еще реже. Зачастую мы всю жизнь учимся, работаем, оттачиваем мастерство ради одного такого случая, какой представился мне сейчас. Ради единственного события, которое позволит, потребует и оправдает нарушение временных закономерностей. Многие проживают целую жизнь, так и не дождавшись подобного шанса. Мне очень повезло. Что же касается деталей, нужно будет провести ритуал, технически это несложно. Присутствовать будем вы и я. Портал должен быть настроен непосредственно на вас. Не знаю, по какой именно причине, но ваша личность тесно связана и с нашим временем, и с тем, будущим. Именно эта связь позволила вам переместиться сюда. И она же поможет вам вернуться.

– Ритуал можно провести в любом месте?

Маг отрицательно покачал головой.

– Только в том тоннеле, который привел вас в прошлое. Мы ведь уже знаем, что он будет находиться там, верно?

– Это проблема, – нахмурился Дайон. – Тоннель расположен в замке лорда Маркуса.

Последние слова он произнес с ненавистью, какую не в силах был сдержать. Это был его родовой замок, замок его родителей, замок его деда и прадеда. Лорд Маркус не имел на эти земли никаких прав.

– Лорда Маркуса? – Теперь Одаренный пристально разглядывал Дайона, сложив руки на груди. – А позвольте спросить, кто вы, собственно говоря, такой? Какое отношение имеете к герцогу Левансийскому, если так свободно расхаживаете десять лет спустя по подземной части его замка? На стражника вы не похожи, даже на начальника охраны. Так каким ветром вас туда занесло? Вижу, что вы не горите желанием отвечать. Но тут, знаете ли, слишком многое поставлено на карту. Я не стану вам помогать, если не узнаю всей правды.

Дайон тяжело вздохнул. Как ни крути, этот человек был единственной зацепкой, одинокой ниточкой, соединявшей его с домом.

– Хотите знать, кто я такой и что делал в замке правителей Левансии? – Он опустился на стул и закинул ногу за ногу, что, впрочем, ничуть не помешало ему смотреть на высокого собеседника сверху вниз – навык, оттачивавшийся годами. – Извольте. Я и есть Дайон л’Эстре, единственный наследник линии л’Эстре мужского пола и, следовательно, законный герцог Левансии.

Тишина. Просто тишина, нарушаемая разве что учащенным дыханием.

– Хотите доказательств? – предположил Дайон. – У меня их нет. Никакого, знаете ли, родимого пятна или опознавательного шрама. Впрочем, можете взглянуть на это. Если, конечно, оно о чем-то вам говорит.

Он продемонстрировал Одаренному свою печатку. Тот внимательно присмотрелся к изображению герцогского герба.

– Насколько мне известно, это кольцо хранится в личном сейфе лорда Маркуса под сильнейшей магической защитой, – проговорил он наконец.

– Хранится, – без особого трепета подтвердил Дайон. – Но, как видите, в данный момент оно существует в двух экземплярах.

– Как и герцог Левансийский…

– Если вы верите мне на слово. Вряд ли мой перстень так убедителен.

– Дело не в перстне. Не только в нем. Слишком многое совпадает. Ваши манеры, ваш возраст, замок. И, главное, привязка к нашему времени. Уж если кто-то и связан со Смутой так прочно, чтобы проникнуть сюда сквозь время, то это в первую очередь Дайон л’Эстре.

– Может быть, сядете? Я, признаться, устал задирать голову.

– Если ваша светлость не возражает, – усмехнулся Одаренный.

Пиетета по отношению к собеседнику он явно не испытывал, скорее был шокирован совокупностью маловероятных событий. Но такая совокупность пробуждала в маге преклонение перед вселенной, а не перед отдельно взятым герцогом.

– Мою светлость давно перестали беспокоить подобные мелочи, – поморщился Дайон, разминая указательным пальцем шейный позвонок. – Итак, можете ли вы вернуть меня назад? У меня там, понимаете ли, герцогство без присмотра.

– Могу, – уверенно кивнул Одаренный. – Для этого потребуется сначала перенестись сквозь пространство, чтобы оказаться в нужной части замка, а затем провести ритуал и открыть портал во времени.

– Возможно открыть его для двоих?

– Смотря кто второй, – осторожно заметил Одаренный.

– Женщина.

– Она из этого времени?

– Да.

– Боюсь, что это будет весьма затруднительно, ваша светлость.

– Почему?

– Нужна привязка. Только на этот раз – к будущему.

– Но ведь я как-то перенесся сюда, – Дайон не стал скрывать свое раздражение.

Одаренный тяжело вздохнул:

– Вы – уникальный случай. Человек двух времен. Живя в будущем, вы не могли отпустить прошлое. Вот почему вы здесь. Но для того чтобы я смог открыть портал в ваше время, связь с будущим должна быть сильнее. Перед тем как переместиться в прошлый раз, вы почувствовали себя в своей эпохе чужим. А к нашему семьсот девятому вас тянули нерешенные вопросы и незажившие раны. Теперь все должно быть наоборот. Вам придется сосредоточиться на том, что важно для вас в семьсот восемнадцатом. И отпустить свое прошлое. Оставить нас, – он со слабой улыбкой оглядел свое небогатое жилище, – позади. Вы к этому готовы?

Дайон инстинктивно повертел головой, будто речь и вправду шла о скромном доме Одаренного. Готов ли он расстаться со Смутой? Сумел ли залечить старые раны? К своему удивлению, герцог осознал, что, похоже, сумел. Ему больше не снились кошмары и даже головные боли с некоторых пор не давали о себе знать. Воспоминания о казематах не сдавливали внутренности ледяной хваткой. Астор ле Бриенн превратился из навевающего ужас призрака в обычного человека, чересчур честолюбивого и излишне самонадеянного, да к тому же еще и мертвого. Готов ли он отпустить свое прошлое? Готов.

Сложность заключалась в другом. Дайон л’Эстре отчаянно не желал менять бурлящую событиями жизнь графа Йонатана де Грандье на размеренную рутину герцога Левансийского. Там, в семьсот восемнадцатом, осталась благоустроенность, комфорт, высокое положение в обществе, всеобщее послушание и власть. Здесь он получил взамен холодную палатку, посредственную похлебку из общего котла, дружеские, а иногда и не очень, пинки, политические преследования и смерть, ходящую по пятам. А заодно – уважение, заслуженное поступками, а не именем. Право действовать вместо того, чтобы отдавать приказы. Свежий лесной воздух вместо удушающей атмосферы собственного замка. Сообщество единомышленников вместо гнетущего одиночества. А вместо ночных кошмаров… Дайон зажмурился и потер пальцами виски. Виола – лучшее, что случилось с ним за эти годы, и неважно, на какую из временных линий смотреть. Он не мог бросить Виолу. Это несправедливо по отношению к ней. И несправедливо по отношению к нему. Парадоксальным образом, легко отпустив прошлое, герцог был решительно не готов расстаться с настоящим.

– Нет, – хрипло проговорил он, открыв глаза. – Я не могу соблюсти ваше условие. Во всяком случае, мне… – Слова давались с трудом. – Мне придется как следует все обдумать.

– Ну что ж. Если так, то я пока ничем не могу вам помочь, – развел руками Одаренный. – Приходите, когда осознаете, что хотите вернуться.

– Вы так уверены, что я приду? – приподнял брови герцог.

– Конечно. – Маг улыбнулся.

– Почему?

– Ну вы же здесь. Вы пришли из будущего. А это значит, что я открыл для вас портал. Вернее, еще открою. Вы меня понимаете?

В сложностях временного парадокса Дайон разобраться не успел. Взрыв был такой силы, что он не удержался на ногах, отлетел к камину и как следует приложился головой о решетку. Перед глазами заплясали искры. С потолка посыпалась сперва труха, а затем и более крупные деревяшки. В углу яркой змейкой заструилась полоска магического пламени, сперва тонкая и будто хрупкая, но быстро набирающая силу.

Герцог вскочил (голова тут же закружилась, и пришлось схватиться за каминную полку, чтобы не упасть), и принялся искать взглядом Одаренного. Тот обнаружился в противоположной части комнаты. Точнее, Дайон сумел разглядеть его ноги, торчащие из-под обломков мебели, и край щедро присыпанной пылью куртки. Чертыхаясь и прикрывая голову руками (потолок продолжал осыпаться, да и всему дому, похоже, недолго осталось), герцог ринулся к магу.

Не без труда отбросив в сторону доску, прежде служившую книжной полкой, он понял, что дело плохо. Грудь и живот мага были перепачканы в крови, разорванная рубашка местами обуглилась, что могло свидетельствовать лишь об одном: на пострадавшего не только обрушились обломки мебели, его еще и задело огненным шаром.

– Эй!

Дайон чуть приподнял голову мага, понятия не имея, как быть дальше. В противоположном конце комнаты вовсю занималось пламя. Огненный шар явно был не один. К счастью, Одаренный приоткрыл глаза.

– Похоже, люди лорда Маркуса нашли меня даже в этом захолустье, – прошептал он.

– Я похитил из замка список, в котором фигурировало ваше имя. Мне следовало быть умнее и сразу предупредить вас. Я не учел, что тот список мог быть не единственным.

– Или они ищут не меня, а вас. Нет смысла каяться и сожалеть о содеянном. – Маг закашлялся. Изо рта вырвался сгусток крови. – Надо выбираться отсюда, иначе мы либо попадемся, либо сгорим заживо.

Дорогу к двери уже перекрыло пламя, и вероятность прорваться наружу, неся на руках беспомощного мага, была минимальной. Дайон не знал, стоит ли сообщать об этом тяжело раненному человеку, но тот вновь разрешил его сомнения:

– Помогите мне поднять правую руку. Вот так. Сейчас я перенесу нас в безопасное место.

Одаренный закрыл глаза, и Дайон испугался, что он потерял сознание, но вскоре обескровленные губы зашевелились, произнося незнакомые герцогу слова. Запах дыма стал ощутимо сильнее, Дайон на миг прикрыл заслезившиеся глаза, а когда с усилием распахнул их, вокруг уже не было пожираемой разрушением и пожаром комнаты. Только трава, покрывающая склон холма, облачное небо и – в отдалении – вершины соседних холмов.

Одаренный лежал рядом и неровно, прерывисто дышал.

– Я могу чем-то помочь? – спросил герцог, склонившись над раненым.

Увы, сам он сильно в этом сомневался. Талантом лекаря герцог Левансийский не обладал.

Неудивительно, что маг покачал головой.

– Это я могу помочь вам, – не без труда проговорил он. – Но времени уже не будет.

– На что?

– Решать, хотите ли вы вернуться в свое время. Мне недолго осталось, – пояснил он. – Легкое задето. Так что либо я переправлю вас прямо сейчас, либо вы навсегда останетесь здесь. То есть не навсегда, конечно. – Он слабо улыбнулся. – Все равно вернетесь в свое время, но лет через десять.

– Вы не в том состоянии, чтобы проводить ритуалы, – возразил Дайон. – Надо позаботиться о вашем здоровье. А специалиста по порталам я найду.

– Не найдете. Я – единственный, кто может работать со временем. По крайней мере, в Левансии. И вам не стоит беспокоиться на мой счет. Я же говорил: любой порталист может только мечтать о таком шансе. Открыть проход в будущее, да еще и для герцога Левансийского. По сути, спасти герцогство. Это дорогого стоит.

– Даже жизни?

И снова слабая улыбка.

– Вне всяких сомнений.

Дайон сжал ладонями виски, чувствуя, как участилось дыхание.

– Я могу попрощаться… с друзьями?

Он даже не сказал Виоле, что уходит. Пообещал принести завтрак… Ему обязательно надо поговорить с ней, объяснить все, пообещать, что в своем времени он найдет ее. Один короткий разговор, только и всего…

– Нет. Если, конечно, они не где-то поблизости. Мне и так предстоит открыть два портала: один в замок, второй – сквозь время. Третий, к вашим друзьям, я просто не потяну.

Дайон прикрыл глаза. Сейчас герцог физически ощущал всю тяжести бремени власти. Как бы он ни любил Виолу, отказаться от возвращения значило предать всех, кто проливает сейчас свою кровь… В том числе и саму Виолу. Он тяжело вздохнул, смиряясь с неизбежным.

– Открывайте. Я возвращаюсь домой.

И снова он в темном, узком коридоре, где потолок словно умышленно спускается все ближе и ближе к макушке путника. Здесь тихо, сыро и душно одновременно. Тюрьма надежно отгорожена стеной, и о существовании двери, а значит, и самого этого коридора, не знает никто – кроме мальчика, по-прежнему сидящего в заточении. Герцог мысленно простился и с ним.

– Я окажусь в той же минуте, когда покинул свое время? – хриплым голосом уточнил Дайон.

– Вряд ли. – Одаренный сидел, прислонившись спиной к стене: переход в замок отнял много сил. – Я не могу открыть портал с точностью до минуты. А главное, портал нестабилен. Помните, я говорил, что мироздание борется с временной брешью, поскольку она противоречит законам природы? – Он немного помолчал, переводя дыхание. Герцог терпеливо ждал, поддерживая на весу скромный огненный шар, не позволяющий им остаться в кромешной темноте. – Когда я создам переход, и вы отправитесь на ту сторону, он не сможет схлопнуться, поскольку будет ожидать вашего возвращения к нам, сюда. Но мироздание будет все равно работать на то, чтобы залатать брешь. Поэтому точка вашего временного выхода будет потихоньку, капля за каплей, смещаться назад, к сегодняшнему дню как точке открытия портала. Иными словами, время, в которое вы попадете, – несколько более позднее, чем момент, переправивший вас в прошлое.

– На сколько? – напрягся Дайон, которого, впрочем, и до сих пор нельзя было назвать расслабленным.

– Не знаю. Несколько минут, несколько дней. Может быть, несколько недель. Совсем несущественно с позиции временного излома, но для человека, скорее всего, ощутимо. Итак, вы готовы?

– Да, – ответил Дайон.

Просто потому, что в сложившейся ситуации ему больше нечего было ответить.

Одаренный снова зашептал какие-то слова, а герцог все думал про Виолу. Про то, как она обнаружит его отсутствие. Как поднимет на уши весь лагерь, поняв, что он не вернулся к вечеру. Как не ограничится помощью Анри и Веста, и станет искать сама, но не найдет. А он так и не появится. Ни завтра, ни послезавтра, никогда.

– Идите! – выдохнул Одаренный из последних сил.

Он съехал еще ниже по стене и теперь почти лежал, лишь голова оставалась чуть приподнятой.

– Спасибо, – прошептал Дайон.

И двинулся прочь по коридору. Шаг, еще шаг. Он так и не понял, в какой именно точке перемещение произошло в прошлый раз. Еще пара мгновений, и Виола останется в прошлом. В далеком прошлом. А вместе с ней Анри, и Жюст, и спрятанный в лесу лагерь, и последние осколки свободы. Вернется тяжкий груз правления, ежеминутное принятие сложных решений и женитьба на еще незнакомой, но уже ненавистной женщине.

Дайон с удивлением осознал, что успел дойти до самого конца тоннеля. Обернулся, приподнимая и усиливая магический шар. Одаренный лежал на прежнем месте. Герцог быстрым шагом возвратился к нему.

– Не сработало, – констатировал очевидное он.

Одаренный несколько раз тяжело вдохнул и выдохнул, прежде чем сумел более-менее внятно ответить.

– Значит, вы слишком привязаны к нашему времени. Попробуйте еще раз. У меня почти не осталось сил. Боюсь, не смогу долго удерживать… Без вашего содействия портал не откроется окончательно.

Он закрыл глаза, но продолжал дышать, тяжело и неровно.

Герцог обреченно опустил голову. Слишком привязан к этому времени… Конечно привязан. Приходилось взглянуть правде в глаза: он не вернется в будущее. Просто не сумеет. Зря этот маг на что-то рассчитывает. Ничего не выйдет, это вполне очевидно. Его, Одаренного, смерть будет напрасной. Как и смерть Мэтью, и гибель Робера Бенуа. Нет, Смута, конечно, закончится, но девять лет спустя герцог Левансии исчезнет, не оставив наследника. Какое-то время Феррант и другие его приближенные сумеют поддерживать видимость порядка. Потом правда всплывет наружу, начнутся народные волнения и борьба за власть. К тому времени когда Дениза, чисто гипотетически, родит второго сына, Левансия погрязнет в междоусобной войне.

Дайон вскинул голову, стиснул зубы. Этого не должно случиться. Жертвы всех этих людей не будут зря. Как и его кропотливая работа на протяжении девяти лет. Он не будет счастлив? Наверное. Но если Дайон л’Эстре чему-то и научился за прошедшие годы, так это тому, что его личное счастье не стоит во главе угла.

И он побежал. Что есть сил, словно за ним гналась пущенная из арбалета стрела. Словно смерть грозила в любую секунду вонзиться между лопаток. Он мчался, больше ни о чем не думая, решительно преодолевая ярд за ярдом, как вдруг споткнулся и упал. Шар погас, и вокруг воцарилась кромешная тьма.