Глава 67

Воскресный день Господу богу отдай. Ага, сейчас!

К утру у меня уже сформировалось твердое убеждение о необходимости строительства собственной бани, да еще Глаша, отходя ко сну и зевая, сокрушалась, что не работают торговые бани летом. На мой вопрос, почему, ответила – запрет генерал-губернатора Москвы, во избежание пожаров.

Без раздумий я выбрала место для бани на заднем дворе. Из кухни вел ход в холодную кладовую, где хранились все продукты, бочки, травы свешивались вениками с потолка. Следом шел вход в сарай, предназначенный для дров и угля. Вот его я и решила потеснить.

Большую баню нам не надо. Вернее, надо, но не до роскошеств. У входа небольшая раздевалка, из нее вход в мыльню, совмещенную с парилкой. Четыре на четыре метра будет вполне достаточно. Да даже на три.

С покупкой стройматериалов я рассчитывала на помощь Авдея, да и работников через него поищу. Сруб сложить, как по мне, дело несложное, печников в Москве хоть отбавляй, потому что в каждом доме печи. Весь вопрос в цене затеи.

Я пересчитала финансы – семьсот двадцать рублей. Не густо, но у меня стабильный доход от прачечной, плюс через пару недель получу свои комиссионные от Прохора.

В ближайший месяц крупных расходов не ожидается, потом – да, налог за год платить, за себя и мужа покойного, но ничего, подкоплю, справлюсь.

Феодора стала вести себя помягче по отношению к Зининой Евлампии. Я изо всех сил старалась подталкивать ее к дружбе. Зина была постоянно занята работой, готовкой и уборкой в доме, нянька поглощена Сеней, и дети оставались будто сами по себе. Да еще, как нарочно, дожди зарядили, на улицу ни выйти, ни погулять, ни поиграть…

Хорошо бы игрушек напокупать, чтобы в куклы играли, но опять все упиралось в деньги. В итоге я придумала для девочек игру: повторения. Дора поднимает руки вверх, и Лампа должна поднять. Или одна садится на пол – вторая повторяет. Радовало, что девочки заняты, находятся у всех на глазах, и игра сравнительно подвижная. Наиграются – спать крепче будут. А перед сном я неизменно собирала всех детей вместе и рассказывала им нравоучительные сказки.

Меня порядком напрягала стройка часовни. Весь двор превратился в грязное месиво с котлованом посередине. Повсюду кучи вынутой земли, бревна, мелкие камни и песок. В основание фундамента закладывали лежни из бревен в два ряда крест-накрест, а промежутки заполняли мелким камнем и песком и тщательно утрамбовывали. При этом, как мне объяснили сами строители, основание фундамента книзу расширялось для пущей устойчивости.

Строители. Они приходили на обед и второй перекус ближе к ужину к нам домой. Ну не под дождем же их кормить? Хоть и старались сапоги, больше напоминающие комья грязи, оставлять на крыльце, но с одежды вода с грязью стекала на пол, и Зине приходилось по два раза в день отмывать кухню. Здесь же играли дети, бегали кот с кошечкой, готовили еду… Дом ходил ходуном, и лишь ночью погружался в тишину.

Да еще я носилась с вопросами стройки бани. Хотела во что бы то ни стало поднять ее до морозов, чтобы уже выдохнуть и спать спокойно, вернее, мыться, когда душа пожелает.

В среду по дороге на работу Авдей зашел ко мне и передал приглашение от Ольги прийти к ней сегодня в полдень. Как можно отказать княжне?

– Дети, собирайтесь. Сегодня мы идем в гости, – обрадовала я и своих, и Зининых.

Поход к Ольге это не на час, а до самого вечера. И кто с детьми будет сидеть? Сейчас я присматриваю по мере сил, раздаю им нехитрые поручения, чем облегчаю жизнь Глаши, Моти и Зины. А уйду? Неизвестно, чем дело обернется. А у княгини нянек полон дом, вот пусть помогут заниматься с детьми. Ольга благосклонна к маленьким гостям, и я уверена, что за такую вольность ругать меня не станет.

Отрывать Глашу от готовки не стала. Девочек взяла за руки, мальчикам наказали идти впереди меня, и под противным холодным дождем мы добежали до особняка княгини.

– Дора и Костя, вы здесь жили, знаете правила дома, поэтому возьмите шефство над Лампой и Наумом и научите их, как следует себя вести.

Я провела краткий инструктаж на крыльце и толкнула дверь в натопленное нутро княжеского дома.

Пока снимали намокшие накидки, Маша ввела меня в курс дела. Оказывается, сегодня у хозяйки собрались в очередной раз гостьи для разрешения женского вопроса. Так они сами его называли.

Я передала детей под покровительство служанок и прошла в гостиную. И, кажется, попала в разгар горячих споров.

– Нужно определиться, сколько денег мы будем отдавать каждой нуждающейся в нашей помощи женщине, – настаивала Ольга.

– Тут следует исходить из количества у нее детей, – вставила свое слово Васса Овсянникова.

– А помощь мы планируем разовую или на регулярной основе? – внесла поправку Екатерина Серьгина, вдова застрелившегося купца, и все взгляды обратились к ней.

– Разово, – уверенно сказала Васса.

– Можно и регулярно, – Ольга упрямо сощурила глаза.

Я поздоровалась, поклонилась всем по очереди, начиная с Ольги, и присела на краешек дивана.

– А давайте спросим у Марьи, – оживилась хозяйка. – Как ты считаешь: разово или регулярно, и в какой сумме?

Ну, держитесь, магнатка и купчихи, сейчас я вас удивлю.

– Я считаю, что дело совершенно не в деньгах. Вот взять, к примеру, Зину, что сейчас живет у меня. Муж ее сильно закладывает, ну какой смысл давать ей в руки деньги? Чтобы спровоцировать очередной скандал? Муж все равно отберет, еще и поколотит от непонимания, откуда она взяла деньги. Или другой пример – Таня, что осталась с младенчиком на улице. Деньги, конечно, решили бы ее проблемы, но их потребовалось бы огромное количество: снять комнату, нанять няньку, обеспечить продуктами, дровами, обустроить быт. И это только два примера. Нет, я считаю, начать нужно с понимания и систематизации проблемы, – я подняла указательный палец вверх, чтобы придать словам больше значимости.

После моих слов воцарилась тишина. Ольга смотрела широко открытыми глазами, сдается мне, такая мысль ей в голову не приходила. Нет у нее, да и у всех здесь присутствующих дам системного видения вопроса. А у меня есть!

Купчихи глубоко задумались. А ведь в их случае потребовалось и того меньше – только совет и поддержка. Дальше одна «отрезвила» другую и протянула ей руку помощи. Делов-то!

Но, судя по лицам, до конца они меня не понимали. Поэтому я продолжила:

– Для наглядности, расскажите историю, над которой вы сейчас спорили.

Дамы дружно закивали и перевели взгляд на Ольгу. Все же она выше всех нас по положению, поэтому говорить должна либо она, либо та, на кого княгиня укажет.

– Мещанка Улита, сорока семи лет, с шестью детьми ютится в крошечной каморке при доходном доме в подвале, одна комната с небольшим окном. Муж ее Мартын служит там же дворником, за это и дали им комнатенку. Денег постоянно не хватает, живут впроголодь, дети летом бегают босые, зимой две пары валенок на всех. Вот мы и подумали дать им денег, чтобы купили одежду, обувь…

Ольга охотно рассказала историю очередной несчастной семьи.

– С мужем хорошо живут?

Все же строй здесь патриархальный, и слово мужа закон, это нужно учитывать в первую очередь.

– Хорошо, я бы даже сказала, что Уля верховодит в семье, – на секунду задумавшись, ответила княгиня.

– А что ей мешает открыть прачечную, как в свое время поступила я? При доходном доме жильцы постоянно нуждаются в подобной услуге. Если не прачечную, то пусть починку вещей наладит, дети могут предлагать постояльцам свежие газеты, чтобы те могли почитать новости утром за завтраком. Или опять-таки договориться с булочником и приносить горячую выпечку к столу. Дети на это вполне способны. Например, Кузьме, старшему сыну Зины, двенадцать лет, а он с успехом помогает Прохору. Сама-то Уля что умеет делать? Какие у нее способности?

И снова барышни переглянулись. Судя по их недоуменным лицам, такой подход к решению проблемы им в голову не приходил. И уж тем более не интересовались они желанием Улиты.