Глава 82

За хлопотами в поисках платьев поганое настроение от осмотра ведомства Ивана окончательно меня оставило.

Первым делом я напилась горячего чая, а потом развалилась на кровати. Что-то я не берегу себя совсем. Надо бы полежать, отдохнуть от суеты. Набраться сил перед предстоящей работой.

Через час я встала и, надо сказать, вовремя, потому как пожаловал Григорий Давидович. Пребывая в приподнятом настроении, он рассказал, что написал и отправил письмо Ольге Павловне, а за сегодня накопились еще новости, так что вечером он вновь вернется к эпистолярному жанру.

За неимением подруги я поделилась с ним успехами Ивана, предварительно рассказав его предысторию, без подробностей.

— Еще одно полицейское ведомство. — В отличие от меня, новость Григорий Давидович воспринял негативно. — Русскому человеку все меньше остается свобод. Император стремится вести тотальный контроль. Шпионы охранки повсюду. Сейчас еще будут по этому методу «шить дела». Знаю я, как все делается, был бы человек, а статья найдется.

Я в недоумении хлопала глазами.

— Должно быть, я неправильно объяснилась. Этот метод основан на сличении пальцевых отпечатков. Вот нашли возле бездыханного тела нож, а на нем «пальчики». Проверят по картотеке и найдут, кто убил. А затем за дело возьмутся дознаватели, чтобы выяснить хронометраж преступления.

— Да понял я вас, — отмахнулся Григорий Давидович. — Только кто может гарантировать отсутствие провокаций и подмен.

И сколько бы я не убеждала его в обратном, Григорий Давидович со мной не соглашался.

В конце концов я бросила свои попытки и перевела разговор на более приятную тему. Попросила написать в письме для Ольги Павловны свои новости. Заказала два платья, чтобы в ее приемной выглядеть по-деловому. Жду примерок и, конечно, скорейшего завершения ремонта.

После чего мы распрощались, и я отправила Глашу за Дорой. Сама набегалась за день, пусть старуха прогуляется за ребенком.

В последующие дни я не отягощала себя хлопотами. С удовольствием ходила на примерки, проехала до купчих Овсянниковых с целью подговорить Вассу поработать. Пусть вспомнит друзей покойного мужа и объедет всех для получения разрешения разложить в их лавках и магазинах альманахи, что совсем скоро я заберу из печати. Васса охотно откликнулась на мою просьбу и обещала начать уже в ближайшие дни.

Ее подруга Екатерина Савельевна, вдова застрелившегося купца Серьгина, выселила лавку картежников из своего дома и пребывала в триумфальном настроении. Считала денечки, когда Потап закончит ремонт в приемной у Ольги и соорудит ей прилавки. Они с Вассой решили осенний закуп товара сделать не порознь, а от лица Вассы. В этом случае поставщики давали величайшие скидки. Молодцы бабоньки, сообразили, приобщились к торговому делу. О чем я им и сообщила, похвалив за смекалистость.

Через два дня пришел Иван.

— Я уезжаю в столицу. Обдумал наш с тобой разговор и пришел к выводу, что без высочайшего позволения брать на работу женщин мне не обойтись.

— Все верно. Ты езжай, занимайся согласованием. Главное — добейся своего. А к твоему возвращению я уже соберу тебе подходящие вакансии. Дело пойдет, вот увидишь.

Пока мы мило болтали за столом, попивая чай, пришел с ежедневным визитом Григорий Давидович. А Иван-то в своей форме. Воздух вокруг них сразу заискрил негативом. Вернее, вокруг управляющего Ольги Павловны.

Я, как и полагается, представила Ивана: надворный советник полицейского ведомства Иван Демидович Смиронов.

В ответ управляющий ехидно усмехнулся:

— Григорий Давидович Миллер, потомственный дворянин.

К чести Ивана, он никак не отреагировал на колкость, так неучтиво, на мой взгляд, сказанную Григорием Давидовичем. Насколько я понимала, по социальному статусу Иван во многом превосходил управляющего. Поэтому, чтобы обозначить свое превосходство, Григорий Давидович обмолвился о потомственном дворянстве. Намекнув, что он-то «голубых» кровей, а Иван выбился в люди благодаря должности.

Вообще, до этого момента я не встречалась с негативом со стороны Ольгиного управляющего. При мне он всегда был учтив и обходителен, а учитывая взаимную влюбленность, я многое ему прощала. Как, например, революционные идеи, которыми он заразил Ольгу. Но сейчас мне стало неприятно.

Благо визит Григория Давидовича долго не продлился. Он поинтересовался, как обстоят дела с ремонтом, не нуждаюсь ли я в чем, и был таков.

— Скользкий тип, — произнес Иван, когда за ним закрылась дверь.

— Почему ты так думаешь?

Наверно, Ивана все же задели слова о наследном дворянстве.

— Я не могу объяснить, встречал в столице подобных «дворян», — на последнем слове Иван сделала ударение. — Носят титул с чужого плеча.

— Что ты имеешь в виду?

— Не обращай внимание. И не доверяй ему, и Ольгу Павловну предупреди.

Больше Иван ничего не сказал и не пояснил. Мы обсудили планы, договорились, что по возвращении он обязательно заедет ко мне с новостями, и распрощались.

Перед сном я вновь и вновь прокручивала эту нехорошую сцену знакомства двух мужчин. Неужели Григория Давидовича настолько захлестнули революционные идеи, что он опустился до оскорбления? Да, я совершенно никто в его понимании, но он вхож в мой дом, где встретил Ивана и так его оскорбил.

А что я вообще знаю о Григории Давидовиче кроме того, что его порекомендовал сам Самуил Яковлевич? Ровным счетом ничего. Но все ли нотариус знает про него?

Нет, прав Иван. Надо присмотреться к управляющему получше. Это тогда Ольге было не до раздумий, а моя голова болела совершенно о другом. А затем она влюбилась, какой с нее спрос? А где мои глаза и уши? И что имел в виду Иван, говоря про титул с чужого плеча?