Глава 42. А келья уже давно готова
— Скоро девица с узелком будет у нас, подготовь ей келью, Агафья, — проговорила, входя в кабинет, красивая дама в черном своей помощнице, маленькой бойкой старушке.
Дама эта была основательницей и настоятельницей женского Чудного монастыря, матушкой Ефимией. Назывался он чудным, потому что в нем жили разные люди, одни очень чудные, другие не чуднее обычных людей. И для всех них и кров, и работа на подворье находились.
Матушка считала, что всяк человек Богу угоден, всем помочь старалась. При монастыре была и школа, и лечебница. Со всех сторон тянулись сюда разные люди.
— Да, уж давненько все готово, матушка, — старушка сидела за столом и толкла в ступке травы, перемешивая их в определенных пропорциях, — наконец-то, помощница у меня будет толковая. Такой и ремесло передать не стыдно. Вот только жаль, что не освоилась она еще с инструментом моего наставника. Никак той повитухе, что я на помощь призвала, до нее не достучаться. Сначала вроде бы у них связь через сны налажена была. А сейчас, чувствую я, что прервалась та связь. Будто противится Марфа наша этой связи. Вот и мается сейчас душа неприкаянная в междумирье, лишь Марфенькино сознание ее и удерживает пока.
— Да, уж, Агафья, ты ее хорошенько научи, ну а с инструментом и подождать можно, вдруг связь наладится, — проговорила Ефимия, усаживаясь в кресло, — девчонка-то умная да до знаний охочая, может поймет все да перестанет противится, ведь со знанием своим много пользы она принесть людям может. А уж если не удасться, то душу ту ты отпусти с Богом, негоже душе взаперти маятся.
— Дело говоришь, матушка. Только оценят-то эту пользу люди, — покачала головой Агафья, — вона, уже дважды девку ведьмой окрестили.
— Люди никогда не ценят тех, кто им добро делает, — отвечала матушка. — Но если людям не помогать, то в чем смысл нашей жизни.
— Ох, любишь ты, матушка, премудрости всякие, — Агафья отвлеклась от своего занятия и с укоризной посмотрела на свою покровительницу. — Я вот так считаю, мы помогаем болезным, чтобы род людской совсем не вымер. Ведь если все люди на земле от недугов помрут, где ж это Боженька столько места для нас на небе найдет. Поэтому-то он и дал нам знания лекарские да повивальные.
— И то верно, — с улыбкой согласилась Ефимия и взялась за книгу. — Ладно, почитаю я, дюже интересно немцы про строение тела нашего пишут. А ты смотри, траву то не перепутай, а то помнишь, что было в прошлый раз, когда ты отвлеклась?
Агафья еле сдержалась, чтобы не хихикнуть, конечно, она помнила, как вся семья больных чахоткой целый день гуськом в нужник бегала от ее грудного сбора да кашлянуть лишний раз боялась, а ведь помог им сбор ее в итоге, ой как помог.
— Ох, был грех. Но видит Бог, не виноватая я том, на сестру Марью меня отвлекли — руку она поранила сильно, ты же помнишь, матушка? — Агафья виновато посмотрела на настоятельницу. — Я сейчас перепроверю рецептуру и содержимое ступки.
— Да, я же не ругаю тебя, Агафья. Просто прошу быть внимательнее, — с улыбкой ответила Ефимия и погрузилась в чтение.