Глава 24

Он отвёл руки и убрал их за спину:

— Порядочность? У вас с господином Фростом, насколько я понял, весьма своеобразные отношения, но я так не могу. Мне нужно, чтобы моя женщина была только моей.

— Понятно, — я зажмурилась, чтобы досчитать до десяти. Отлично, Дениза, теперь тебе приписали нравственную распущенность! — То есть дело уже не в поводке?

— Кажется, вы нравитесь мне и без всякого поводка, — со вздохом сказал Гриер. — Это ужасно, Юнис, потому что я — грубый необразованный вампир, а вы — принцесса. Но это не помешает нам пойти и купить шторы.

— Тогда пойдёмте и купим! — рявкнула я. — Иначе я не знаю, что с вами сделаю!

— Завалите и изнасилуете? — невесело усмехнулся он. — Было бы замечательно. Я не поклонник целибата, а другие женщины перестали для меня существовать.

— Целомудренная жизнь ещё никому не вредила, — мстительно произнесла я. — Надевайте вашу дублёнку и пошли!

На улице он подал мне руку, я подумала и приняла. Как же бесит необходимость молчать, скорее бы найти этого чёртового шпиона! От неожиданно возникшей в голове идеи я ойкнула.

— Что случилось? — встревожился вампир.

— Я тут подумала… Гриер, давайте устроим нашему шпиону ловушку!

— Какую?

— Скажем Хенри, что поводок усиливает ваши способности и теперь вы можете видеть сквозь наложенную вампирскую маску. Хенри непременно потребует, чтобы вы повторно залезли в память начальника отдела внешней безопасности. Вы ответите, что вам не хватит резерва, нужна подпитка. А я притворюсь больной и останусь дома. Уверена, шпион обязательно прибежит меня убивать, ведь без поводка вы ему не страшны!

— Вы рехнулись?! — Гриер резко остановился. — Это опасно! К тому же с чего вы взяли, что шпион попытается убить вас, а не меня?

— Сами посудите: мужчина, вампир, метр девяносто шесть, восемьдесят три кило и девять лет службы в Департаменте, — с иронией напомнила я. — Или девушка-секретарь без способностей, метр пятьдесят четыре, сорок один килограмм. Конечно, у меня есть один огромный недостаток: выпить человека с моим индексом Гроу крайне проблематично. Но шпион и не будет этого делать, проще обставить мою смерть как самоубийство.

— Самоубийство? — нахмурился Гриер.

— Ну да. Вколоть мне какую-нибудь отраву и подкинуть пустой блистер из-под таблеток. Ни у кого не возникнет сомнений, что я покончила с собой.

— Почему?

— Потому что вампир, которого я люблю, считает, что ему не место рядом с принцессой, — сердито ответила я.

Гриер замер. В бледном свете фонарей его лицо казалось слишком юным и нереально красивым.

— А Фрост?..

— Если я дам тебе честное слово, что Бастиан Фрост никогда не был моим любовником — ты мне поверишь? Что это тоже часть плана? Или ты подождёшь, пока он приедет и подтвердит это лично?!

— Мне достаточно твоего слова.

Его губы были жёсткими и очень чуткими, такое странное сочетание. Сначала он касался меня неуверенно, словно боялся, что я отстранюсь. Ровно до того момента, пока наше проклятое и благословенное совпадение энергий не вырвалось на свободу. Всё, что я испытывала раньше, не шло ни в какое сравнение. До этого мы сопротивлялись, каждый по-своему. Теперь уступили. Я плохо понимала, где его чувства, где мои, кто из нас стонет и кто шепчет бессвязные нежности. Это был не поцелуй, а подтверждение полной и безоговорочной капитуляции.

— Если я сейчас опять проснусь и пойму, что это сон, я всё-таки повешусь, — выдохнул Хэл.

— Только попробуй, — я прижалась к нему покрепче. — Мы должны поймать этого чёртового шпиона! Хэл…

— Шрац! — он поднял меня в воздух. — Повтори!

— Хэл… Хэлгар Гриер, веди себя прилично! Люди смотрят!

— Пусть смотрят, — Хэл счастливо рассмеялся. — Предлагаю временно отложить покупку штор, к тому же неизвестно теперь, в чью комнату их придётся покупать.

— Ты ничего не забыл? — поинтересовалась я. — Мы, вообще-то, обсуждали идею ловушки для шпиона!

— Я не дам тебе рисковать жизнью, — он мгновенно стал серьёзным. — Ни за что.

— Неделю назад ты сам предложил сделать из меня приманку, — ехидно напомнила я.

— Неделю назад злость отшибла мне мозги и совесть в придачу.

— Хэл, никакого риска. Нужно только придумать, где спрячутся оперативники — в кладовке или шкафу? Когда шпион обозначит свои намерения, они его схватят, и всё!

— И всё? — передразнил он. — Дениза, это не залётный псих, свихнувшийся на несчастной любви! Это опытный агент, сильный вампир, который не первый день успешно обманывает службу разведки!

— Каким бы успешным шпион ни был, он не заподозрит нас в сговоре. Все знают, что мы старательно ненавидим друг друга.

— Я тебя ненавижу, — Хэл опять потянулся к моим губам.

— И я тебя ненавижу…

Счастье. Огромное, нереальное. Можно зарыться пальцами в густые упрямые волосы, погладить худую бронзовую щёку и поцеловать провокационно подставленную шею. И пусть проходящая мимо старушка неодобрительно на нас покосилась — мне не было до неё дела. Хэл мой. Мой.

— Глупый вопрос, — хрипло спросил Хэл. — Как ты относишься к добрачным связям? С учётом того, что отдел записи актов гражданского состояния уже закрыт, нас распишут не раньше следующего вечера.

— Ты что?! — округлила я глаза. — Мне же до свадьбы надо научиться танцевать! И платье — я с семи лет мечтаю о длинном шлейфе, чтобы как у принцессы! Потом… — я чуть не ляпнула, что Бастиан оторвёт уши уже нам обоим, если мы оформим брак втихаря и без него, но вовремя осадила себя. — Так что к добрачным связям я отношусь положительно. Но домой нам нельзя. Ланс всем растреплет и насторожит нашего вампира.

— Шрац! — Хэл уткнулся в мою макушку. — Дениза, выброси свой план из головы!

— Ни за что, — упёрлась я. — Шпиона надо поймать, пока он не сбежал. Вторжения Бриаса не случилось, оставаться в Карере ему опасно. А я не для того угробила свою репутацию, чтобы этот гад остаток своей жизни благополучно загорал где-нибудь на курортах Кебуга!

Хэл напряжённо думал и кусал губы, затем посмотрел на часы:

— Хорошо, давай поступим так. Я уверен, что Хенри не шпион: пойдём к нему. Он не большой любитель танцев и выпивки, уже должен быть дома. Там ты ему всё расскажешь. И если Хенри одобрит идею, мы вместе подумаем над твоей безопасностью. Согласна?

— Согласна.

Теперь пришла моя очередь его целовать. Связь давала невероятно острые ощущения: я чувствовала, насколько возбуждён Хэл и с каким усилием сдерживает себя.

— Эта неделя оказалась неплохой закалкой характера, — шепнул он мне на ухо. — Раньше девушку, которая вызывает подобные желания, я бы взвалил на плечо и потащил в спальню.

— Ты грубый вампирюга, — я пригладила растрепавшиеся рыжие пряди. — Неистовый, бесстыжий и вечно лохматый.

— Тоже попросишь подстричься?

— Нет. Ты устраиваешь меня таким, какой есть, Хэлгар Гриер.

Мы повернули к дому. Хэл крепко сжимал мою руку, а в подъезде не выдержал, поставил на ступеньку выше и начал нежно целовать. Мне очень хотелось, как во сне, запустить ладони под его рубашку, но я прекрасно понимала, чем это закончится. Не время. И Хэл это понимал, отстранился до того момента, когда нам обоим стало бы неважно, где мы находимся и ради чего здесь оказались.

Хенри жил на третьем этаже. Он открыл после первого же звонка, оглядел нас и хмыкнул:

— Если вы пришли за благословением, то ошиблись адресом. Храм в конце улицы.

— Ставь чайник, — улыбнулся Хэл. — У нас серьёзный разговор.

— Семья Денизы против брака и ты хочешь попросить меня быть сватом? — ухмыльнулся Хенри.

— Опять не угадал.

— Ладно, раздевайтесь, проходите, — Хенри кивнул на дверь. — Как чувствовал, зашёл в булочную и купил пирог с брусникой, твой любимый, Хэл. Дениза, там где-то должны быть тапки.

В квартире Хенри царил военный порядок: минимум мебели, очень чисто и строго. На просторной кухне были лишь плита, холодильник, стол и шкафчик для посуды. Хэл сходил в комнату за стульями и сам достал чашки: было видно, что он здесь не в первый раз. Хенри принёс огромный румяный пирог и нарезал большими кусками.

— Ну и чем вы собираетесь меня порадовать, кроме того, что перестанете тратить рабочее время на истерики? — он щедро сыпанул заварки в чайник и залил кипятком.

Я заговорила раньше, чем Хэл открыл рот. Старательно изложила факты, заодно объяснила своё появление в отделе и заверила Хенри, что я не намерена сманивать его лучшего вампира в столицу. Напротив, собираюсь жить и работать в Чесворе, но желательно без шпиона в команде. Для чего предлагаю следующий план… Хенри внимательно слушал, забыв и про чай, и про пирог, а в конце витиевато и смачно выругался.

— Дениза, поправь меня, если ошибаюсь. Ты специально изображала любовницу главы Департамента, чтобы хорошо замаскированный шпион насторожился?

— Всякий новый человек для него угроза. Если этот человек ещё и связан с Фростом, угроза удваивается. И я не изображала — все, в том числе и вы сами, сделали далеко идущие выводы из того невинного обстоятельства, что я работала секретарём главы Департамента. Мне оставалось вяло огрызаться, не соглашаться и не опровергать. Честно говоря, я втайне надеялась, что шпион захочет познакомиться со мной поближе, но этого не случилось. Он не стал рисковать.

— Принцесса с косичками, — Хенри скрестил руки на груди, всей своей позой выражая обиду. — По-твоему, я недостоин доверия, Дениза? Нельзя было сразу всё рассказать?

— Простите, Хенри, но вы тоже вампир, — возразила я. — К тому же я не знаю, насколько хорошо вы умеете притворяться. Простите ещё раз, мне кажется, вообще не умеете.

— Зато ты умеешь за двоих, — сердито заметил Хенри. — Значит, ты меня подозревала? А почему перестала?

— Хэл утверждает, что вы не способны применять маску.

— А своему драгоценному поводку ты веришь?

— Я верю только себе. Даже если каким-то образом Хэл изловчился добежать из здания налоговой через полгорода в Департамент, чтобы украсть пакет, у него не было возможности передать украденное двойному агенту. Мы не расставались в тот вечер.

— Бесы, сдаётся мне, что твоё личное дело сильно подчищено, — проворчал Хенри. — Зато теперь видно, что тебе двадцать четыре года.

— Через полгода двадцать пять, — я улыбнулась. — Моя мама тоже так выглядела, это наследственное.

— Искренне надеюсь, что, когда ваши дети поступят на службу в Департамент, я уже уйду на пенсию. Представляю эту гремучую смесь уникальных вампирских и актёрских способностей, — Хенри опомнился и пододвинул нам пирог. — Давайте всё же выпьем чаю, а я попытаюсь переварить полученную информацию. Но твой план, Дениза, мне уже категорически не нравится!

— Почему? — удивилась я.

— Это очень опасно.