Глава 25

— Я говорю ей то же самое! — горячо поддержал начальника Хэл.

— Наш шпион — не супергерой из комикса, — запротестовала я. — Он не просачивается сквозь стены и не убивает на расстоянии. В квартиру он попадёт через дверь, мне попытается дать или вколоть яд. Достаточно пары крепких оперативников, которые его схватят.

— Рано я тебя похвалил, — Хенри покачал головой. — Скажи, пожалуйста, куда в вашей квартире спрятать оперативников?

— В кладовку или шкаф. Он у меня наполовину пустой.

— И сколько времени здоровые мужики будут вылезать из шкафа? Это в водевиле оттуда с лёгкостью выпрыгивают незадачливые любовники, а посиди-ка там пару часов! Руки-ноги затекут. Пока парни выбираются, тебе десять раз вколют яд. С кладовкой ещё хуже: оттуда не слышно, что происходит в комнате. Ты уже разлагаться начнёшь, когда оперативники прибегут на помощь.

Хэл нахмурился и подвинул стул поближе ко мне.

— Но иначе мы никогда его не поймаем! — отчаянно произнесла я. — И такого шанса больше не представится: мы с Хэлом не сможем скрывать наши отношения, в ссору между нами никто не поверит!

— Между двумя вариантами, упустить шпиона или похоронить вас, я выберу первый, — с чувством возразил Хенри. — Если шпион убьёт тебя, Дениза, Хэл тоже погибнет. Однажды я пережил это. Когда умирает человек, с которым ты связан поводком. Проснулся под утро от чужой боли и испытал её агонию. Наверное, она горела или истекала кровью, моя Мари́… А из меня вампир — одно название, и поводок у нас не был таким крепким, как у вас с Хэлом. Ты ещё не осознала, но теперь ты отвечаешь за двоих.

— Почему именно я?

— Потому что женщины выносливее и живучее. Ты всерьёз собиралась расстаться со своим поводком — и ты бы это сделала. И после смерти Хэла ты бы продолжила жить. А он без тебя не сможет.

Хенри говорил без угрозы или упрёка, только мои щёки и уши запылали. Я покосилась на Хэла: он опустил взгляд. Мой вампир, который постоянно твердил о ненависти.

— Послушайте… Не считайте меня такой жестокой, но наверняка есть вариант, при котором можно свести риск к минимуму. Например, оперативник спрячется под моей кроватью: там достаточно места и покрывало почти до пола. Я могу принять универсальное противоядие.

— Каким образом ты его примешь? — мрачно поинтересовался Хенри. — Его же надо колоть внутримышечно, причём практически одновременно с введением яда. И эта сыворотка не спасает от всего. От концентрированных алкалоидов вообще нет защиты.

— Хенри, мы начали с того, что шпион захочет сымитировать моё самоубийство. Какие у меня алкалоиды, откуда? Пара упаковок снотворного из ближайшей аптеки — прекрасный выход. Современные девушки не режут вены и не запихивают головы в духовки, это неэстетично.

— Как ты с ней собираешься жить? — Хенри повернулся к Хэлу. — Она же напрочь лишена страха!

— Да, — подтвердил Хэл. — Шрац, именно это меня и восхищает… Но я всё равно против!

— Тогда сам лезь под мою кровать, — прищурилась я. — Свою женщину ты сможешь защитить? А оперативники пусть сидят в кладовке, потом прибегут на шум.

— Допустим, мы принимаем твой план, — задумчиво начал Хенри. — Утром, пока все на планёрке, двое… лучше трое оперативников проникнут в квартиру и спрячутся в кладовке. Ты скажешься больной…

— Могу изобразить истерику, — с жаром подсказала я. — При Лансе, он же обязательно перескажет новость остальным. Порыдаю о своей несчастной доле и чёрством вампире, из-за которого мне жизнь немила. Готова даже упаковку таблеток забыть на кухне или в прихожей! Чтобы Ланс точно их упомянул.

— Ланса придётся уволить — я сам видел, как он сегодня напивался, — Хенри скривился. — И это после моего строгого предупреждения! Что с парнем творится, чёрт его знает. Но разболтает он обязательно, первым делом. И о том, что ты дома одна, будет известно всем подозреваемым. Но как Хэл попадёт в квартиру, чтобы никто об этом не узнал?

— Дайте ему якобы срочное задание, а остальных задержите, — предложила я. — От Департамента до дома пять минут, Хэл добежит, спрячет верхнюю одежду в шкаф и заберётся под кровать.

Хенри допил чай и поднялся, чтобы подогреть чайник. Я понимала его нерешительность. Поймать шпиона Бриаса, прославиться и утереть нос столичному Департаменту — или потерять самого сильного вампира в команде.

— Фрост же с меня потом голову снимет, — проговорил Хенри, не оборачиваясь. — Пусть вы и не любовники, но отношения между вами тёплые.

«Снимет, — мысленно согласилась я. — Бастиан будет вне себя. Мне достанется по первое число, потом он оторвёт Хэлу уши, а после всё выскажет нашему начальнику. Только это будет после!»

— Хэл, — тоскливо протянул Хенри, — дай мне слово, что вы будете действовать чётко по плану.

— Ты что, готов рисковать жизнью Денизы?! — вскочил Хэл.

— Дениза — такой же служащий Департамента безопасности, и, сдаётся мне, она в приёмной главы не только бумажки перекладывала. Она отлично умеет притворяться, лично я даже не заподозрил в пигалице с косичками охотницу на шпионов. Думал, Фрост подобрал поводок, чтобы сманить тебя в столицу. И она права: это действительно наш единственный шанс схватить неуловимого вампира. Ты никогда не врёшь: если скажешь, что получил новую способность, все поверят. У наших медиков наверняка существуют универсальные противоядия, недавно они хвастались какой-то новой штукой.

— Шрац! — Хэл прошёлся по кухне, остановился у окна, нервно задёрнул штору. — Я так надеялся, что ты её отговоришь!

— Отговорить девушку, которая ставит родину выше репутации? — Хенри грустно усмехнулся. — Но я надеюсь, что всё пройдёт гладко. Кем бы ни был наш шпион, он тоже недооценивает Денизу. Бесы, но кто он?! Ариана? Мы знакомы двадцать лет, неужели можно так качественно имитировать патриотизм? Ивета? Дочь вампиров-беженцев из Бриаса, родилась уже в Чесворе, здесь училась, сразу после школы пришла в отдел. Гай? Вообще немыслимо, чтобы мальчик, чудом спасшийся из Сунжа, начал работать на страну, где к вампирам относятся хуже, чем к скоту!

— У Денизы была смелая идея, что Гай — вовсе не Гай, — Хэл подошёл сзади и обнял меня. — Настоящий Гай Дестор мёртв, а шпион занял его место.

— Шпион мастерски владеет маской, а Гай слабый вампир, — Хенри разлил чай по чашкам. — Хотя… Хэл, можно притвориться, что ты слабее, чем на самом деле?

— В теории можно, если постоянно сливать резерв. Потом, мы же не особо вглядываемся друг в друга. Только одно «но», Хенри, — Хэл снова сел. — Как в таком случае Гай довольствовался Ларой? Наш шпион не слабее меня, а мне хватило бы её энергии на один глоток. У него должен был быть ещё донор, или он будет испытывать хроническое истощение, а это уже не скроешь.

— Когда мы ловили вампира на вокзале, у меня отложилось в памяти, что небольшие порции отданной энергии люди практически не замечают, — заметила я. — Госпожа Гирс брала совсем капельку. Если вампир, скажем, проедет в подземке и подзарядится у двадцати-тридцати человек, это заменит подпитку у донора?

— Вполне, — кивнул Хэл. — Но Гай не ездит в подземке, он живёт в двух шагах от Департамента и практически не бывает в людных местах.

— Столовая, — предположила я. — Поздоровался за руку с десятком сотрудников и подзарядился. Ему же не нужно восполнять резерв с нуля, больше половины он получает у официального донора.

— Десятка мало, — Хэл сосредоточился, подсчитывая в уме. — Если незаметно брать по чуть-чуть, нужно человек пятнадцать-двадцать. Более серьёзная отдача энергии будет ощущаться как похмелье.

— Откуда ты знаешь, ты же не пьёшь? — Хенри удивился.

— Пару раз меня напоили насильно, ещё в интернате. Некоторым уродам моя реакция на алкоголь казалась забавной, — недобро усмехнулся Хэл. — Наутро были незабываемые ощущения. Точь-в-точь вампир подзарядился.

— А тебе известно, как подзаряжается вампир? — заинтересовалась я.

— Мальчишеское любопытство. Лет в тринадцать пробовали с другом.

— Все в детстве пробуют, — добавил Хенри. — Хочется же понять, что будет чувствовать твой донор. Вампиры в этом отношении ничем не отличаются от обыкновенных людей, нас точно так же можно использовать для подпитки.

— И выпить досуха? — я поёжилась.

— И выпить, — Хенри вздохнул. — Были и такие случаи. В шестьдесят седьмом году мы ловили фанатика — нападал исключительно на вампиров, свято верил в то, что энергия вампира питательнее, чем у человека. Ариана тогда чудом выжила.

Он тоскливо уставился на пустую чашку:

— Из всего отдела — Хэл, ты не в счёт, — у одной Арианы хватило бы силы на маску. Без всяких ухищрений и подпиток в подземке. Но я, хоть убей, не представляю, зачем ей это. У неё чудесный любящий муж, взрослый сын и полный достаток.

— Некоторые люди всегда хотят большего, — Хэл пожал плечами. — Если бы мне приставили пистолет к виску и заставили выбирать из троих, я выбрал бы Ивету. Как раз потому, что её сложнее других заподозрить в связи с Бриасом. И она не намного слабее Арианы, так кажется из-за того, что у Ари ярко выраженный дар, а способности Иви размыты. Только это какое-то изощрённое издевательство, Хенри, — сидеть и думать, кто из твоих товарищей гнусный шпион!

— Не надо думать, — я потянулась к пирогу. — Завтра всё узнаем. Для этого требуется хорошо сыграть свои роли.

— Ты умеешь плакать по заказу? — уточнил Хенри.

— Достаточно вспомнить что-то грустное, — кивнула я.

— Не верю! — Хенри тоже взял кусок пирога.

Я перестала жевать и начала усиленно вспоминать тот день, когда пришла в больницу к Бастиану. Он лежал, по грудь прикрытый простынёй. На восковом лице выделялись синеватые губы, по обе стороны от тела безжизненно покоились руки, в прозрачной трубке медленно текла чужая кровь, тёмная и совсем не похожая на кровь. «Пятьдесят на пятьдесят, — сказал мне усталый врач. — Мы сделали, что могли, госпожа Юнис, теперь всё в Божьей власти. У него есть близкие, которых следует известить?» Меня колотило от страха, но я не хотела показывать это врачу. «У него никого нет, кроме меня. Можно я посижу рядом?..»

— Шрац! — Хэл подскочил ко мне. — Дениза, ты меня пугаешь!

Вытерев покатившиеся по щеке слёзы, я покосилась на Хенри.

— Браво, — серьёзно сказал он. — Боюсь, я так не смогу. Придётся сделать вид, что я разгневан. Наору на Ланса за пьянку, прицеплюсь ещё к чему-нибудь. Самое ответственное достанется Хэлу.

— Мне не придётся притворяться. Тот факт, что Дениза будет рисковать, уже вызывает злость. Ребята привыкли, что последнюю неделю я постоянно в ярости.

Хенри доел пирог и вышел в коридор. Через пару минут послышался его энергичный голос:

— Нáтан? Что, тоже не танцуется?.. Не угадал, я по делу. Есть серьёзный разговор, не телефонный… Нет, в гости не приду, не хочу, чтобы видели. Посидим в кафе? Да, как два старых хрыча. Вот и хорошо, в «Везучем рыбаке» через полчаса.

Скрипнула дверь, Хенри заглянул в комнату:

— Ухожу обсуждать детали. Хэл, можно тебя на минутку?

Вернувшись, Хэл выглядел донельзя смущённым. Естественно, во мне взыграло любопытство!

— Что такого тебе сказал Хенри?

— Его не будет часа три… и в гостевой спальне постелено чистое бельё.