Глава 7

После очередного рабочего дня Нэтали потратила несколько часов на приготовление ужина. На самом деле, она больше думала о встрече с Алфи, чем готовила. Настолько, что ей пришлось трижды греть воду для макарон.

Когда она всё-таки закончила готовить, ей пришла в голову новая мысль: навести порядок на кухне. Вместо того, чтобы спокойно спать и видеть сны, как делает весь город, в три часа ночи Нэтали вытирала пыль с комода. Тяжело вздохнув, она поймала себя на мысли, что стала очень похожа на свою мать. Нэт никогда не была фанаткой чистоты, но уборка незаметно стала для неё своего рода терапией, успокаивающей запутанные из-за встречи с Эвансом мысли.

Она разогрела поздний ужин, который близился к тому, чтобы стать завтраком. Привычное дело: Нэтали часто не спала ночами и потом могла спокойно отработать день в магазине. Ночь была для неё особым временем, а встреча рассвета и прогулки у дома в четыре утра становились маленьким приятным ритуалом. Нэтали садилась на лужайку, закрывала глаза и слушала музыку в наушниках, позволяя воображению унести её в далёкие миры. На основе книжных сюжетов она придумывала свои нелепые истории.

Сейчас на мобильном телефоне играла песня Lewis Capaldi «Forever», и Нэтали наслаждалась каждой ложкой любимых макарон с сыром. Родители всегда презирали это простое и, по их мнению, «недостойное» блюдо, ведь мать часто готовила кулинарные шедевры. Но Нэтали они казались излишне сложными, поэтому макароны с сыром стали для неё протестом против высоких стандартов, навязываемых родителями.

Устроившись на подоконнике, Нэтали взяла в руки бокал красного вина и закурила сигарету. Дым вуалью отделил её от мира за окном. Мысли об Алфи Эвансе всё вертелись в голове.

«Мне срочно нужно в бар!»

За последние годы ни один мужчина не смог проникнуть в голову Нэтали Миллер. Каждый, кто залезал ей в трусы и трахал под действием алкоголя, быстро забывался после фразы:

«Бармен! Повтори!»

Даже ярые попытки Лили найти ей пару проваливались. Нэтали устраивала скандалы прямо в магазине и ставила преграду между собой и очередным лощёным мужчиной. Лили в конце концов оставила коллегу в покое. «Принцы» больше не появлялись в жизни Нэт.

И вот в её жизнь ворвался Алфи Эванс. Он был словно искорка, которая разгорелась в пламя, поглотившее Нэтали целиком. Все те моменты, которые она так любила проводить в одиночестве, теперь наполнялись новым смыслом.

Нэтали решила, что ей необходимо немного поспать. Она устроилась поудобнее на диване, закрыла глаза и, как только погрузилась в полусон, увидела отца — второй раз за последние два дня. Шум, доносящийся от соседа сверху, усилил её раздражение. В отчаянии Нэтали закричала в потолок, но знала, что действие не принесёт результата. За год с соседом они так и не встретились. В её голове он рисовался то ресторатором мебели, то человеком, который обожает ремонт. Ей казалось, что он специально выбирает раннее утро, чтобы начать сверлить, стучать или двигать мебель. Другого объяснения этим постоянным звукам она не находила.

Не в силах больше терпеть, Нэтали встала и направилась в душ, надеясь, что горячая вода смоет тяжесть воспоминаний об отце и успокоит. Запах свежезаваренного кофе и сигаретного дыма всегда поднимал ей настроение — один из признаков взрослой жизни.

Нэтали быстро оделась и, на ходу делая глоток кофе, схватила пальто и выбежала из квартиры в надежде успеть на поезд.

Пока Нэтали спешила к станции, Алфи проснулся от громкого звука мобильного телефона. Он потянулся к журнальному столику и мгновенно почувствовал жуткую головную боль.

— Да, Айви, виски был хорош, как крепкий удар молотком по затылку! — пробормотал Алфи, пытаясь нащупать телефон.

Щурясь от яркого света, он с трудом осознал, что уже время ланча.

— Алфи у телефона, — произнёс с тяжёлым вздохом. Каждое слово давалось ему с трудом, головная боль лишь усиливалась, вынуждая снова закрыть глаза.

— Ты что, спишь?! — спросил Артур.

— Ты видел время? Семь утра! Я на работу прихожу в полдень! Что случилось?

Алфи, с трудом заставив себя подняться с дивана, почувствовал, как подкашиваются ноги. Он опёрся на спинку мебели, чтобы не упасть, и, пошатываясь, медленно направился в сторону кухни. В голове шумело, но он надеялся, что хотя бы стакан прохладной воды немного приведёт его в чувство и ослабит эту невыносимую боль.

— Если кратко, то другу моего отца нужно, чтобы мы разработали дизайн-проект нового ювелирного магазина. — Артур говорил медленно и негромко. — Здание, в котором будет располагаться магазин, довольно старое и требует серьёзной реставрации. Отец попросил срочно заняться этим вопросом, так что нам нужно встретиться и обсудить детали нового проекта.

Артур не любил две вещи: женские слёзы и разочаровывать своего отца. Алфи это знал, и поэтому все просьбы Артура, особенно те, которые были от отца, он выполнял без колебаний. Эванс, несмотря на головную боль, попытался сосредоточиться на разговоре. Постепенно боль начала отступать, хотя мысли всё ещё оставались разбросанными.

— Сказал кратко, а сам наговорил целую кучу слов, — с лёгкой усмешкой пожурил Алфи, жадно глотая воду из стакана. Его взгляд упал на книгу «Пока не остыл кофе».

— Я буду на Форест-Гейт в десять.

— Десять, так десять.

Алфи неуклюже стянул с себя штаны и направился в ванную.

— А что это у тебя такое с голосом? — с притворной серьёзностью поинтересовался Артур. — Да неужели мой лучший друг бухал без меня?

Он рассмеялся.

— О, мой самый заботливый друг! Я не пил! Точнее, как обычно… — запутался Алфи и вздохнул, понимая, что его пристрастие к выпивке порой становится слишком сильным. — В общем, давай встретимся на Риджент-стрит. Я заскочу в книжный магазин, куплю подарок Харли.

Подарок, который он якобы только собирался купить, уже лежал рядом с книгой, но Алфи не хотел разъяснять другу, почему ему нужно зайти в книжный магазин.

— Хорошо. Я наберу тебя, когда буду там, — согласился Артур и завершил вызов.

Алфи включил прохладную воду. В его голове всё крутились воспоминания о Нэтали. Если бы они встретились до его знакомства с Саммерс… Вероятно, сначала он просто прошёл бы мимо, не обратив на неё внимания. Его всегда привлекали женщины другого типа — спокойные и романтичные. А Нэтали? Она не вписывалась в его идеальный образ. Но Саммерс с её поразительной меркантильностью тоже была далека от идеала… Алфи до сих пор не мог понять, как мог так легко попасться на её крючок. Как говорится, любовь зла, и в этом случае он стал живым примером данной мудрости.

Неудачные отношения с Саммерс заставили пересмотреть свои взгляды на жизнь. Два года назад Алфи отказался от денег, которые лежали у него на счету. Такой вот первый шаг к обретению искренних отношений. Теперь дамы будут очаровываться исключительно его личностью!

После душа Алфи заварил себе крепкий кофе, чтобы окончательно проснуться. Он сел за стол, сделал первый глоток, и бодрящий вкус кофе моментально привёл его в чувства. Алфи смотрел на вешалку с одеждой у дивана и выбирал, что надеть. Он хотел произвести на Нэтали хорошее впечатление.

Немного поколебавшись, Алфи отставил чашку с кофе и направился к вешалке. Он быстро переоделся, выбрав белую рубашку, серые брюки в клетку и коричневые замшевые туфли. Пиджак решил оставить дома, посчитав, что это будет излишне официально. Окинув себя взглядом в зеркале, Алфи остался доволен своим выбором.

Выпив последний глоток кофе, Алфи накинул чёрный плащ — подарок Айви. Он вышел из квартиры, но быстро понял, что в спешке забыл не только платок, но и книгу, которую собирался обсудить с Нэтали. Ругая себя, он вернулся в квартиру, захватил забытое и направился к метро.

На станции Темпл, как обычно, царила суета. Люди спешили по своим делам, не обращая друг на друга внимания. Алфи любил метро именно за это движение. В нём он чувствовал себя частью большого города, «встроенным» в его ритм. Ему нравилось ускорять шаг и обгонять каждого, кто шёл медленнее. Так он забывал о прошлом и немного чувствовал себя значимым в толпе незнакомых людей. По прибытии на Оксфордскую площадь, Алфи вдохнул холодный ноябрьский воздух. Поправив воротник пальто, он направился в сторону кофейного ларька.

* * *

В переполненном вагоне поезда, где пересекаются не только маршруты, но и судьбы людей, кипела маленькая жизнь. Время. Каждый из пассажиров коротал его как мог.

— Ньюкасл снова проиграл Вест Хэму! Три, два, немыслимо! — громко воскликнул седовласый мужчина в сером пальто и старомодной шляпе. Он свернул газету The Guardian и положил её на ноги.

— И не говорите, мистер! — подхватил другой мужчина, сидящий рядом, и снова продолжил читать свою газету, склонившись над страницами с таким вниманием, словно от каждого слова зависела его жизнь. Время от времени он переворачивал страницы, хмурился, что-то бормотал себе под нос и снова погружался в чтение.

Тем временем другие пассажиры, уставшие после ночной смены, мирно дремали. Некоторые даже тихонько похрапывали, не обращая внимания на окружающих. Были и те, кому не повезло найти свободное место. Они стояли, держась за поручни, и, словно в трансе, смотрели в окна, за которыми мелькали тёмные туннели и редкие огоньки. Кто-то уткнулся в телефон, проверяя сообщения, новости или просто поглядывая на часы, чтобы понять, сколько ещё осталось ехать.

Нэтали же заканчивала чтение книги, ей оставалось всего несколько строк, она уже представляла, как положит книгу на полку, чтобы в будущем снова возвращаться к страницам, трогающим её сердце. Но мысли об этом быстро вытиснились давкой в вагоне при выходе на станцию. Нэтали с трудом пробиралась сквозь толпу, тихо проклиная общественный транспорт в час-пик. Выйдя на улицу, она первым делом подошла к ларьку «Wafflemeister», чтобы купить капучино — успокаивающая терапия после поездки в метро. Пожелав продавцу хорошего дня, Нэтали отпила кофе и продолжила путь по Оксфорд-стрит.

У входа в магазин женской одежды «Stradivarius» толпились люди. Видимо, поступила новая коллекция, и модницы спешили первыми заполучить обновки. Нэтали усмехнулась, думая, что вскоре у дверей книжного магазина начнут собираться покупатели, жаждущие обсудить книги. Ей нравилось слушать эти разговоры. Она часто делала вид, что занята делами, но на самом деле мысленно спорила с их точками зрения или соглашалась с их восхищением.

На углу Риджент-стрит, у витрины магазина косметики «KIKO», её взгляд случайно наткнулся на знакомый силуэт. Это был Алфи Эванс, и он изменил свой стиль!

«Может, это брат-близнец?» — мелькнула у Нэтали мысль. Она обратила внимание на книгу в его руках — точно такую же, как держала она сама.

«Точно Эванс!» — прошептала она и попыталась скрыться за спинами прохожих. Но Алфи заметил её. Он быстро пересёк дорогу и теперь двигался прямо за ней.

«Почему он здесь?»

Нэтали не заметила полноватого мужчину впереди и от столкновения с его грузным телом отшатнулась назад. В попытке удержаться на ногах, она инстинктивно схватилась за человека рядом. Когда она развернулась, чтобы извиниться, её взгляд встретили серо-зелёные глаза и улыбка, которые принадлежали не кому иному, как Алфи Эвансу. Растерявшись, Нэт отдёрнула руку и отвернулась, делая вид, что не узнала его.

«Ну вот, я опять веду себя как глупая девчонка», — подумала Нэтали и закрыла глаза, чтобы собраться с мыслями.

— Доброе утро, мисс! Судьба снова свела нас вместе! — Алфи говорил так непринуждённо, будто это была самая обычная встреча старых знакомых.

Нэтали крепко сжала в руках книгу, словно служившую щитом от его настойчивого взгляда.

«Может, мне швырнуть эту книгу тебе в лицо, чтобы ты перестал так улыбаться?».

Полная гнева от комичной абсурдности ситуации, Нэтали чувствовала себя преступницей, пойманной с поличным. В прошлом ей часто доводилось сталкиваться с полицией из-за мелких правонарушений. Её возвращали к бабушке, и каждый раз от строгого полисмена Нэтали слышала длинный список своих проступков. Общественные работы, такие как уборка парков или мытьё полов в отделении полиции, были ей двойным наказанием. Нэтали старалась забыть тот период своей жизни. Но сейчас воспоминания и чувства всплыли на поверхность.

Когда на светофоре возле магазина кожаных изделий «Longchamp» загорелся зелёный свет, Нэтали ускорила шаг, стараясь не обращать внимания на Алфи, следовавшего за ней.

«Почему, когда я не хочу ничего менять, жизнь снова подбрасывает мне поганые сюрпризы?» — Нэтали остановилась, собираясь перейти дорогу, но Алфи схватил её за запястье. Она охнула и резко повернулась, на её лице отразилась ненависть. Присутствие рядом Эванса и бесило, и было странно приятным. Она выдернула руку, отшагнула и яростно воскликнула:

— Отойдите!

Нэт почти побежала. Она не могла понять, почему внимание этого мужчины так сильно её задевает.

— Я поприветствовал вас, но не услышал ответа. Я чем-то вас обидел, Нэтали Миллер? — спросил Эванс, поспешив за ней.

— У меня нет времени на разговоры с вами. Я опаздываю! — и Нэтали резко остановилась у обувного магазина «Barker Shoes».

Она повернулась, и Алфи оказался слишком близко к ней. Машинально его руки обхватили её талию, но Нэтали показалось, будто горло. Алфи смотрел в её глаза и чувствовал, как его желания начинают брать верх над здравым смыслом. Поэтому он быстро убрал руки за спину.

«Стоп. Алфи, это всего лишь игра!» — попытался он не поддаваться на провокацию своих собственных чувств.

«Почему он так меня бесит? … И притягивает?» — опомнилась Нэтали от прикосновения к себе Эванса.

— Вы преследуете меня, мистер Эванс?

Нэтали сжала кулаки.

— Мисс Миллер, давайте выпьем кофе, и я больше не буду вас беспокоить!

— Нет! — и Нэтали снова пошла вперёд, стараясь уйти как можно дальше от этого настойчивого мужчины.

Ситуация напоминала сцену из мультфильма «Том и Джерри»: он догонял её, а она убегала. Алфи ускорил шаг, но вдруг остановился, понимая, что такими действиями ничего не добьётся. Он громко крикнул:

— Нэтали Миллер, если вы не согласитесь выпить со мной кофе, то я устроюсь работать продавцом в ваш магазин!

Некоторые прохожие покосились на мужчину. Смущённая и слегка испуганная Нэтали остановилась. Тогда Эванс сделал несколько шагов вперёд, чтобы больше не выкрикивать реплики. Он понимал, что сейчас всё зависит от его следующих слов.

— Пожалуйста, уделите мне всего пятнадцать минут вашего времени, — Нэтали повернулась к нему. — Мне очень понравилась книга, которую вы вчера мне продали. У меня остались некоторые вопросы, и только вы знаете на них ответы.

Алфи понимал, что его слова звучат неубедительно, но надеялся, что так заинтересует Нэтали. Если она не согласится, то он приступит к плану «Б» — платку, который лежал в его кармане и служил последней надеждой.

Нэтали натянуто улыбнулась. Она внимательно посмотрела на Алфи. Строгий стиль одежды подчёркивал его уверенность. Ей даже показалось, что этот образ ему шёл гораздо больше, чем вчерашний. Но, несмотря на внешнюю привлекательность, Нэтали не хотела ломать свои принципы. Без этого мужчины ей точно будет спокойно. Но его азарт, манера общения и поступки завлекали её, и она боролась сама с собой.

— Обещаете, что после этого я вас не увижу? — спросила она строго, словно ставя перед ним условие.

— Я не могу обещать того, что не зависит от меня, — ответил Алфи, не собираясь сдаваться. — Может, судьба снова сведёт нас вместе. Вот как сейчас. Разве вы не видите, что это не случайность?

— У меня есть десять минут, — быстро ответила она, давая ему шанс. — Рядом с магазином есть кофейня «Costa Coffee», там готовят вкусный кофе.

— Даже десять минут с вами бесценны, — Алфи улыбнулся.

До кафе они шли в молчании, рядом друг с другом. Внимание Алфи было полностью приковано к Нэтали. Каждый раз, когда он краем глаза ловил её взгляд или замечал, как она слегка смущается, на его лице появлялась сдержанная улыбка. Попытки Нэт скрыть неловкость под маской недоступности лишь подогревали его желание лучше её понять. Она показушно держала дистанцию, и от этого у Алфи возникало дикое стремление укротить «Кареглазку».

Когда они подошли к кафе, Алфи проявил себя как джентльмен — с улыбкой галантно открыл дверь перед Нэтали, но вместо благодарности в ответ столкнулся с безразличием. Закатив глаза, она натянуто улыбнулась и уверенно вошла в кафе, оставив Алфи в замешательстве: ни одна женщина не оставалась настолько холодна, когда он старался быть обаятельным. Он почесал лоб и с надеждой на лучшее последовал за ней внутрь.

Нэтали выбрала первый попавшийся свободный столик у окна. Усевшись, она начала рыться в своём рюкзаке. Алфи, в неловкости стоя рядом, стучал пальцами по спинке стула и наблюдал, как Нэтали достала карандаш, открыла книгу и начала подчёркивать строчки.

— Какой кофе вы предпочитаете? — сдержанно, улыбаясь от нелепости ситуации, спросил Алфи.

Нэтали, не отрываясь от книги, ответила:

— Чёрный кофе без сахара.

«Почему я согласилась на всё это? Скорее бы сбежать». Она сильно давила на карандаш, продолжая выделять строчки, которые могли бы понравиться нежелательному собеседнику.

— Когда я так же сильно давил на карандаш, у меня в итоге появилась дыра в важных документах, — прокомментировал Алфи.

Нэтали остановилась. Подождав чего-то, достала из кармана десятифунтовую купюру и протянула ему.

— Держите. За свой кофе я заплачу сама.

Не дождавшись, пока Эванс возьмёт деньги, она положила их рядом с книгой и продолжила листать страницы.

— Я же вас угощаю! — запротестовал Алфи, надеясь, что она изменит своё решение.

Но Нэтали лишь пожала плечами, не отвлекаясь от книги.

Немного обиженный Алфи направился к барной стойке. Заказал два кофе, думая о том, как трудно порой общаться с людьми, особенно с такими, как Нэтали.

«Почему она не может просто принять жест симпатии?»

Пока кофе готовился, Алфи, скрестив руки на груди, прислонился к стойке и наблюдал за девушкой со стороны. Нэтали писала что-то на страницах книги, иногда приоткрывала рот или прикусывала кончик карандаша, стучала пальцем по зубам, покусывала губы, быстро стирала написанный текст и торопливо листала страницы. Было увлекательно — наблюдать за её упорством и сосредоточенностью. Мелкие детали раскрывали Алфи её внутренний мир — необычный мир. Нэтали была совершенно не такой, как все, с кем он встречался раньше. В отличие от избалованных бимбо (английское сленговое обозначение привлекательной, сексуально озабоченной, наивной и глуповатой женщины), она не охотилась за его вниманием, не пыталась понравиться и ничего не ждала.

С двумя чашками кофе Алфи вернулся к столику и осторожно сел, стараясь не отвлекать Нэтали. Как только он пододвинул ей кофе, она закрыла книгу и переключила своё внимание на окно. Сохраняя молчание, Алфи откинулся на спинку стула.

— Вам идёт строгий стиль, — вдруг произнесла Нэтали, и её слова повергли Алфи в шок, он чуть не упал со стула от удивления.

— Спасибо. Признаюсь, неожиданно, — ответил он, краснея.

Ему внезапно понравилась такая Нэтали, её комплимент мгновенно вселил в него уверенность.

— Приступим к книге. Какие у вас есть вопросы по ней? — Нэт поднесла дымящуюся чашку к губам. Алфи не удержался:

— Осторожно, он горячий!

— И хорошо. Я люблю пить горячий кофе, — ответила она и посмотрела, как он размешивает сахар в своём напитке. — Ненавижу сладкий кофе. Отвратительно. Всё должно быть естественным!

— Поэтому вы иногда такая… натурально злая? — подшутил Алфи.

Лицо Нэтали изменилось — она отреагировала на колкость. Это было что-то новенькое для него. Но как только Нэтали поняла, что улыбается, то быстро вернулась к своему непробиваемому виду, хотя в глубине души действительно оценила его смелость.

— Злая? — переспросила она, приподняв бровь. — Я просто не вижу смысла приукрашивать реальность. Мир за пределами английского притворства не всегда так хорош, как ваш кофе, который вы так любите пить.

— А я думаю, вам просто не хватает сладкого в жизни, — снова пошутил Алфи.

— Я жду вопросов по книге. Если же вы только искали предлог, чтобы выпить кофе со мной, то я вас разочарую — я ухожу! — с вызовом произнесла Нэт, постучав ногтями по столешнице.

Нэтали давно выработала для себя стратегию, которая позволяла держать людей на расстоянии. Она грубила, отвергала любые попытки сблизиться и не давала никому проникнуть в её личное пространство. Такой механизм самозащиты помогал ей избегать разочарований, которые она очень не любила испытывать.

Алфи посвободнее сел на стуле и смело признался:

— Если честно, ваша книга меня совершенно не заинтересовала. Она больше подходит для девочек и девушек. А я, как вы заметили, мужчина, — сказал и даже с гордостью приподнял брови.

— Я не согласна с вами! То есть, просто вы узко мыслите. В любой книге можно найти что-то для себя, если постараться.

Она протянула ему свою книгу.

— У меня нет времени выделить самое главное в вашей книге, — Нэтали старалась избегать его взгляда. — Я дарю вам свою книгу с пометками в надежде, что больше никогда вас не увижу. И, пожалуйста, прекратите искать поводы для наших встреч. Всего доброго, мистер Эванс. — Попрощалась она громко, привлекая внимание бариста и девушки за соседним столиком.

Алфи запаниковал. Вот-вот его Миллер сбежит, и никогда больше не найдётся повода встретиться с ней снова, и уж тем более уложить в постель. Он сдержал порыв вскочить и удержать девушку. Приём «Честность» сыграл не так, как он рассчитывал, и нужно было срочно использовать план «Б».

— С вашей стороны какая-то книжная дискриминация! — почти воскликнул он. — Мне не понравилась ваша любимая книга, и вы уже готовы меня предать анафеме! А как же другие книги, которые мне нравятся?

Нэтали лишь покачала головой, её лицо выражало непреклонность.

«Почему он продолжает общение, когда явно видно, что мне это не нужно?»

— Вы обещали, что эта встреча будет последней, — резко ответила она. — Иногда, Альфред Эванс, лучшее, что можно сделать, — это просто разойтись в разные стороны.

Она с раздражением встала, подхватила рюкзак и направилась к выходу, стараясь не оглядываться. Алфи бросил купюры на стол, забрал книги и поспешил следом. Он догнал Нэтали и схватил её за руку. В её глазах читался испуг, а в его — смесь нежности и решимости. Дальше случилось то, что часто показывают в романтических фильмах: замедленная съёмка, романтичная музыка на фоне и ощущение, что весь мир вокруг исчез. Нэтали потянулась губами к лицу Алфи. Он был готов наслаждаться поцелуем, забыть обо всех разногласиях. Оставалось только прижаться друг к другу… И вот он приоткрыл свои губы, готовясь ответить на поцелуй, который мог бы стать началом нового, значимого. Но вместо долгожданного сладкого момента Нэтали прошептала ему на ухо:

— Я не хочу больше вас видеть! — Она смотрела ему в глаза.

Внутри у Алфи всё перевернулось.

— Вы как ребёнок, который думает, что, если он сильно хочет игрушку, значит — она уже его, — выдохнула Нэтали.

— Я… — собирался возразить Алфи, но она прервала его:

— Нет, послушайте меня. Я не игрушка. Я человек. И в моей жизни для вас нет места.

С этими словами Нэтали развернулась и шагнула прочь, не желая слушать его оправдания. Она шла быстро, стараясь игнорировать всё, что происходило вокруг: прохожих, шум машин, даже почти бегущего за ней Алфи Эванса.

Нэтали свернула в книжный магазин, едва не сбив с ног одного из покупателей, и направилась в комнату для персонала, где могла спрятаться от преследователя. Прижавшись спиной к двери, она закрыла глаза и попыталась успокоить сердце, которое колотилось как сумасшедшее.

— Не хочу больше вас видеть, Альфред Эванс! Будь проклят тот день, когда вы появились в моей жизни! — проговорила Нэтали себе под нос.

Тем временем Алфи продолжал стоять на улице у витрины книжного магазина.

«Вызов принят, Нэтали Миллер», — твёрдо сказал он себе. Проигрывать Алфи не умел. Он сделает всё, чтобы «Кареглазка» лежала и стонала под ним. После нескольких минут ожидания развернулся и направился к кафе неподалеку, где его уже ждал Артур.

* * *

Нэтали быстро прошла мимо Лили и покупателя, который что-то рассматривал на полке. Она посмотрела в окно — Алфи и след простыл. Но её внимание привлекли две одинаковые книги: «Пока не остыл кофе», которые лежали на лавочке неподалёку от входа в магазин.

«Оставил… Значит вернётся», — Нэтали вышла на улицу, схватила книги и вернулась за прилавок.

Она не понимала, почему, но решила открыть одну из книг. Надеялась найти там послание от Алфи, хотя и не была уверена, что он способен на такой романтический жест. И вдруг из книги выпал её платок.

«Спасибо, что вернули мистер Эванс!» — Нэтали подняла платок и положила его в задний карман. Быстро спрятала книги в рабочем ящике и пошла обслуживать покупателей. Но не могла сосредоточиться, постоянно прокручивала в голове встречу с Алфи. Он словно поселился в её голове, и она не знала, как избавиться от него.