Глава 15

Арканис

Утро прошло без Вивиан. Девушка убежала на работу, даже не разбудив меня. Пока я принимал душ и одевался, прокручивал в голове вчерашний вечер, и это ранило сильнее, потому что второй раз все проходилось по уже оголенным нервам.

Когда я оказался на кухне, то налил себе кофе из кофеварки. Вивиан поставила свежий. М-да, холодная кукла не забывает про своего мужа.

Закрыв глаза, я сосредоточился. Попытался по нашей связи понять, что она чувствует, но ничего. Пустота.

Полтора года назад во мне все гудело постоянно от ее эмоций. Я тогда злился, потому что эта безумная, хаотичная волна сбивала с ног. А когда Вивиан хотела меня, приходилось уходить в холодную реку, потому что самого накрывало с головой. Тогда мне даже в какие-то моменты казалось, что я знаю ее лучше, чем она сама. Теперь же на другом конце царствовала тишина.

На кухню вышел Эйдан в футболке и трениках. Заспанный. С подушечным следом на щеке.

— Доброе утро. А где Вивиан? — спросил он.

— На работе уже. Слушай, у меня к тебе серьезный разговор.

Друг внимательно на меня посмотрел, а потом сходил за магофоном, налил себе кофе и сел напротив.

— Мне нужно понять одну вещь, — задумчиво начал я. — Почему именно Вивиан. Саймонд в борделе сказал, что у нее нет сердца. Он это знал и ждал ее. А еще смотрел на Эшберд странно. Совсем не как на новую девочку. У меня ощущение, что этот ублюдок искал конкретно ее.

— Знаешь, у меня было тоже такое ощущение, — кивнул Тенебрис после небольшой паузы. — После того, что ты рассказал, я как раз уловил ту же мысль. Слушай, у меня есть один человек из специалистов по темным существам. Когда-то учился у меня и ушел в исследования. Он про демонов знает больше, чем я. Сейчас ему позвоню.

Эйдан встал и, отойдя к окну, набрал номер. Говорил минут пятнадцать. Сперва задавал вопросы, а затем долго слушал, иногда переспрашивал. Один раз Тенебрис обернулся и посмотрел на меня так, что мне стало нехорошо.

Когда же он закончил, то снова плюхнулся на стул и на несколько секунд погрузился в свои мысли.

— Арканис, — наконец протянул он. — У Вивиан ведь особый резерв.

— И что это значит?

— Технически он не сильнее обычного и не больше. Просто немного другой структуры. Очень редкий, если в двух словах. Таких людей примерно один на тысячу. Я не буду тебе пересказывать всю теорию, если на пальцах, этот тип резерва имеет одно специфическое свойство: он совместим с ритуалами поглощения душ.

Я пил кофе и ждал продолжения. А Эйдан какое-то время формулировал у себя в голове, как мне все сказать.

— Смотри, для Вирзахра тринадцатая жертва имеет особое значение. После двенадцати обычных он должен взять ту, у которой структура резерва совпадает с его природой. В противном случае жор Саймонда не замыкается, а сам демон остается голодным еще пятьдесят лет. Сначала двенадцать любых женщин и одна конкретная в конце. Он ищет ее всегда, поскольку таких мало. В нашем случае он нашел ее не случайно. Я полагаю, что когда она пришла в бордель, демон сразу ее опознал, поскольку такого уровня темные существа это видят просто. Представляешь какой подарок? Даже искать не пришлось.

Мои руки похолодели.

— То есть, хочешь сказать, она была мишенью изначально?

— Получается, что так.

Кхар!

В этот день я не поехал на работу. Позвонил Удвигу и дал указания. Сам сел в кабинете и стал думать.

Внутри метались две взаимоисключающие мысли. С одной стороны, я, как инспектор, должен раскрыть дело, поймать Саймонда и, представив улики, обезопасить Вивиан. С другой — я хотел девушку обратно со всеми ее слезами, истериками, дерзостью и смехом. Пусть бы она снова злилась на меня по-настоящему или плакала на груди. А вот холодная кукла пугала до дрожи.

Получалось, что защита требовала, чтобы печать осталась, а любовь — чтобы ее сняли.

Но ведь если я спасу ее, сохранив ритуал, то сделаю ту же ошибку, что и полтора года назад. Снова буду решать за нее. И опять похороню под видом спасения. Больше трусом я быть не хотел.

Как снять блок? Это может только она сама. Но я найду способ показать, что даже под замками у нее что-то осталось ко мне. Брешь существовала, и я ее чувствовал. Значит, есть, откуда все можно вытянуть наружу.

Когда Эшберд вечером пришла, я усадил ее за стол и рассказал все, что узнал от Эйдана.

— Понятно, — равнодушно бросила девушка, ковыряясь в своей тарелке. — Что от меня нужно?

— Ничего. Я хочу, чтобы ты знала. За тебя решать никто не будет.

Она кивнула и отнесла посуду в раковину.

— Я в душ.

— Вивиан, ты меня вообще услышала?

— Конечно, Арканис. Я мишень для демона и логичный вывод не снимать печать. Никаких чувств у меня по этому поводу нет, так что прости.

— Да я не прошу чувств, кхар возьми! — вскипел я. — Ты должна понимать, то я тебя не брошу, что бы ты ни решила.

— Хорошо, — вздохнула она равнодушно. — Я это учту.

И ушла. А я сидел и слушал, как за стенкой зашумела вода. Старался не впадать в отчаяние и не злиться.

Вечером мы провели за разбором материалов по делу. Вивиан раскладывала фотографии и отмечала точки на карте города, а также выписывала имена в столбик. Иногда я просил ее сравнить два показания. Она отличный сотрудник. Если бы я взял ее к себе на постоянную работу, Эшберд бы быстро выросла.

Время подбиралось к полуночи, и я закрыл папку.

— Достаточно на сегодня. Иди спать, а я еще посижу.

Вивиан встала и потянулась. А я скользнул взглядом по тонкой талии под кофтой и тут же отвел глаза, понимая, что меня тянет к ней со страшной силой.

Девушка скрылась в спальне, я же вышел на балкон. Меня сейчас одолевали разные мысли. В ресторане я нащупал ее брешь и знал, что разговоры на нее действуют. А вот что с телом? Надломится ли печать, если ослабеет контроль?

Возможно, я снова решал за нее, но все же стоило попробовать. Мне нужна моя Вивиан как воздух.

Когда я зашел в комнату, девушка еще не спала. Просто лежала на спине в шелковой пижаме.

Закрыв дверь, я подошел к кровати и сел на край.

— Не спишь?

— И даже ни о чем не думаю. Это на всякий случай, если ты спросишь, — буркнула она.

— Иди ко мне.

Вивиан повернула голову и посмотрела на меня.

— В каком смысле, Арканис?

— В прямом. Я хочу тебя.

Сердце билось в горле, и я даже не дышал, чтобы не спугнуть девушку.

И вдруг она приподнялась и усмехнулась:

— Ну, хорошо.

А потом, стянув с себя пижамную кофту, села на постели. Ее бросила на пол, туда же полетели шортики и трусы. Бюстгальтер Вивиан расстегнула одной рукой и тоже отшвырнула от себя.

Теперь полностью обнаженная Вивиан внимательно изучала меня.

— Что дальше? — спросила она.

Ее кожа в свете пробивающихся уличных фонарей была бледной. Тонкие ключицы, маленькая грудь, хрупкая талия — девушка казалась мне невыносимо красивой. И одновременно мертвой.

— Раздень меня.