Глава 19

Арканис

Час назад Хальтен закончил говорить по громкой связи, и в гостиной повисла тишина. Все переваривали. Я смотрел в одну точку на стене и пытался уложить в голове всю информацию.

Может, недели. Может, дни у нее остались.

Внутри сжималось так, будто кто-то выкручивал мои внутренности.

Когда я поднял глаза, Вивиан в комнате не было.

— Где она? — спросил я тихо.

Ирмина пошла наверх. Эйдан рыскал по другим спальням. Через минуту все вернулись с встревоженными лицами. Куртки нет. Ботинок тоже.

Куда она, кхар возьми, пошла?

Дальше все происходило быстро. Эйдан с Ирминой рванули в одну сторону, я в другую. Никто не сказал вслух того, что новая Вивиан непредсказуема, потому что у нее больше нет адекватных причин что-то делать или не делать. Она могла пойти куда угодно. И мы не знали, как искать человека, у которого внутри пустота.

Я натянул драконью форму прямо в подъезде. Спецодежду из академии не любил, но сейчас было не до. На крыше скинул куртку, обратился и взмыл.

У полицейских инспекторов есть браслеты, разрешающие обращение в черте города, и я этим пользовался редко, но сейчас плевать на инструкции. Я прочесывал улицы с воздуха, проверял парки, площади, людные места. Зрение и слух дракона работают на пределе человеческого восприятия. Я искал ее куртку или походку. Что угодно.

Но ничего.

Сколько я кружил — не помню. Может, пятнадцать минут, может, полчаса. Время шло как-то скомканно.

А потом я приземлился и достаточно вовремя. У меня зазвонил магофон, который принес не очень хорошие вести. Поэтому я снова взлетел и, заложив вираж, пошел за город. Драконы развивают большую скорость, и это плюс: не застрянешь в пробках, не упрешься в светофор. Лететь было недолго.

В голове сумбур: почему Тарин атаковал сейчас, раньше срока? Он же дал три дня. И зачем ему Вивиан живая, что он с ней собирался сделать?

И вот я уже почти на месте. Издалека услышал шум битвы, а секундой позже увидел маленьких стреляющих человечков на обочине дороги.

Глупые люди. До сих пор не знают, что для драконов пули не страшны. У нас такая чешуя, что пробить невозможно.

Белый дракон вовсю раскидывал их и машины. Кажется, даже моя помощь уже ни к чему.

Я почти сел, когда голову чуть не разорвало от невыносимого писка.

Что это, мать твою, такое?

Звук усиливался, и я стал хаотично метаться. Только краем зрения мазнул по Эйдану. С ним происходило то же.

Пока мы беспорядочно двигались, едва справляясь с нарастающей болью, на наши тела что-то накинули. И лишь когда я лежал, прибитый к земле и пытался отдышаться, то увидел сети. Причем не простые. По веревкам проскальзывали синие отсветы.

Магическая ловушка. И я ее узнал. Месяц назад на стол к Мордену положили закрытый отчет с грифом, который мне дали почитать мельком: новая разработка, синие руны, специально против летающих магических существ. Тираж исчислялся единицами, и доступ только у узкого круга. Они не предназначены для рынка. И теперь эта хреновина лежит на мне, прибивая к асфальту.

Значит, у Саймонда есть люди в верхах!

Силки прибились к земле с четырех сторон, не давая шевелиться.

Я рычал, бился, пытался скинуть их, но ничего не выходило.

— Так-так-так, — послышался знакомый голос. — Какие две птички попались в клетку.

Обратившись в человека, я прошипел:

— Саймонд, ублюдок, какого кхара ты творишь?

Кожа терлась о поверхность асфальта, но натяжение ослабло. Я хотя бы смог дышать.

То же сделал и Тенебрис.

— Ты посмотри, какой говорливый дракон, — зацокал Тарин.

— Тебе не уйти. Я могу засадить тебя только за то, что ты напал на инспектора!

— Время закончилось, Ксантир, — будто не слушая меня, ворковал Саймонд. Его ноги были прямо перед моими глазами, а потом он сел. — Я же просил вернуть девчонке сердце.

— А маслицем не намазать? Может, еще и гравировочку сделать? Ты что-то слишком много хочешь. Но я упеку тебя, мразота, будь уверен.

— Но-но-но! Потише. Ишь, распыхтелся… Кстати… а пыхтеть-то ты умеешь? Или теперь драконы перестали быть огнедышащими?

— Ты вот отпусти и увидишь, — оскалился я, все еще сопротивляясь внутри ловушки.

Веревки, касаясь кожи, все сильнее жглись. На местах соприкосновения, наверное, будут ожоги. Надо выбираться. Срочно.

Я метнул взгляд на Тенебриса. Он лежал, не двигался, лишь шевелил губами с закрытыми глазами.

Молился, что ли? Надеюсь, что нет. Просто сосредоточенно читал заклинание. Наверное.

— Моя новая разработка, — цокнул Саймонд, и в голосе появилась улыбка. Его явно радовала наша беспомощность. — Теперь драконы мне не страшны. Хотя и раньше вы были слабаками. Слышь, Тенебрис! Я помню твоего деда! Он тоже пытался меня поймать, но не вышло. Ловить демонов — это вам не в муку пердеть.

И он расхохотался.

Да, я уже выяснил: бордель пятьдесят лет назад был тем же, что и здесь. Тогда не смогли поймать ублюдка. Он исчез, выпустив небольшую толпу нечисти, и залег на полвека. Но не в этот раз. Я точно его поймаю. Надо лишь выбраться.

— А ты, значит, не только над шлюшками главенствовать можешь, но еще и подпольную ткацкую фабрику открыл? Сети вяжешь по ночам?

— Ага. Есть такое хобби. Нравится? А ты слышал этот чудесный звук в ваших головах? Это тоже моя новая фишка! Гномий свисток. Редкая вещица, но очень крутая. На аукционе одном отхватил. Отвалил бабла… у-у-у.

— Ты так и будешь хвастаться? Чего тебе надо?

— Эх! А мне так нравится видеть эти восторженные взгляды… м-да…

Он бросил мне магофон прямо перед носом.

— Вызывай свою девку, Ксантир. Потому что или она, или вы двое. Мне, в принципе, без разницы.

— Ты ж не получишь с меня ничего… Вирзахр.

— Ух ты! Выяснил мое настоящее имя!

Я услышал хлопки в ладоши.

— Да, ты прав. С вас будет негусто. — Он помолчал, наслаждаясь паузой. — А скажи мне, Ксантир… ты ведь видишь, как она тает? Каждый день по чуть-чуть. Сегодня она еще помнит, что злится на тебя, а через недельку забудет даже это. И совсем скоро забудет, как тебя зовут.

Я молчал, пока внутри все сжималось в холодный комок.

— У нас с тобой одна проблема, Арканис, — продолжил он ласково. — Твоя жена пропадает. Прямо у тебя на руках. И ты ничегошеньки не можешь сделать. А я могу. Я ведь демон и у меня свои методы. Так что или ты звонишь ей сейчас, или будешь смотреть, как она угасает, пока совсем не растает. По капельке. Знаешь, сколько у нее дней?

Он улыбнулся, и от этого захотелось разорвать ему лицо когтями.

— Иди к кхару!

— Может, сначала овладею ее телом, а потом убью, — лениво продолжал ублюдок. — Уж очень она сладкая. А отчаяния в ней… м-м-м… просто пробивалось даже сквозь ее ровненькую пустоту. Представляю, что будет, когда я ее разморожу. Она же ради тебя сделает что угодно.

Я запомнил каждое слово. Он у меня сгорит до пепла!

В животе все скрутило в тугой узел. Я чувствовал себя таким мудаком.

Вина. Она расползалась по всему телу.

Именно я довел Вивиан до того, что она сама с собой это сделала. Ритуал был всего лишь спасительным выходом. А вот топор всегда находился у меня в руках.

— Тик-так, Ксантир.

И сети сжались. Я почти встал на четвереньки, как меня снова придавило к асфальту.

Веревки впились и прожигали кожу. В нос даже ударил запах паленой плоти, а боль настолько сильно скрутила все внутренности, что я зарычал.

С трудом открыл глаза. Тенебриса Саймонд не мучил. Тот продолжал шевелить губами.

Молись быстрее, бестолочь. Неужели это заклинание на три страницы? Я же не выдержу.

Еще несколько секунд прожарки, и натяжение отпустило. Мой рот хватал воздух, по лбу стекали крупные капли пота.

— Звони своей девчонке, Ксантир. А то я оставлю тебя на границе сознания, чтобы ты видел, как мои сети расправятся с твоим другом, а после я уже прикончу тебя, но подружку все равно достану. Так вы хотя бы останетесь в живых.

— Больше ничего не надо?

— Ты же махровый эгоист, ну же, Арканис. К чему подавлять такое прекрасное естество? Я даже восхитился им, когда впервые почувствовал. От тебя несет себялюбием. Не геройствуй. Это тебе не идет.

Он наклонился настолько близко, что в одну секунду я рванул. Схватил за ворот и притянул к сети, ошпаривая лицо. Саймонд закричал. Этот крик перешел в какой-то нечеловеческий визг.

Тут же сбоку меня обдало ветром. Взмах крыльев. Я это отчетливо услышал, а потом рев дракона. У Тенебриса получилось!

А меня все больше зажимало сетью. От боли мозг плавился, но я не отпускал Тарина. У того начала лопаться кожа, прорывалась демоническая сущность. Мерзкая, страшная.

В одно мгновение почувствовал, как ногу вспороли когти дракона. Разумеется. Они большие, а Эйдан никогда не славился четкостью. Умом — да, но не аккуратностью.

Сетка слетела вместе с визжащей тварью. У меня двоилось перед глазами, но я все равно обратился.

Тенебрис только откинул демона, а я стрелой влетел в него, пропахав с ним борозду через лес. А дальше я взмыл с телом наверх и уже с облаков скинул Тарина. Конечно же, эта тварь выживет. Но придется несколько дней восстанавливаться. Я выигрывал нам время.

— Глациус морт фгригитус, — вырвалось из пасти улетающего Саймонда.

Меня откинуло темным туманом.

Тело парализовало. Крылья не слушались. Даже язык онемел.

Я падал. Набирал скорость. И ничего не мог поделать. Видел, как ко мне летит на всех парах белый дракон. Но он не успеет. Я сейчас разобьюсь. И в отличие от демона, могу и не выжить.

Меня кружило. В этой карусели сознание зацепило, что Тенебрис рванул вниз. Какой у него план? Обратиться и прочитать заклинание? Так он же опять на три страницы начнет.

Но раз он боролся за мою жизнь, то почему я остановился? Мне удалось расправить крылья, и это слегка убрало скорость, но не сильно. Земля продолжала стремительно приближаться.

Уже метров сто.

Все.

Это конец.

Я глубоко вздохнул. И в последнюю секунду почувствовал, как мои крылья прошило несколько сосен. Еще одна, что росла пониже, готова была вонзиться в сердце, но меня удержал вихрь. Его наколдовал Тенебрис. Все равно поздно. От боли я не мог дышать. Кровь. Ее так много. Она лилась по стволам, на которых я застрял.

Даже рев не вырывался наружу. Я просто пытался вдохнуть хоть немного воздуха.

— Попробуй только двинуть кони! — сквозь гул в ушах услышал я крик друга. — Эй! Эльдарион! Давай! Обращайся!

Не могу. О чем он? Я не способен был пошевелить ни одной конечностью.

— Ну же!

Туман нарастал. Скоро я отключусь.

— Арканис! Говнюк! Давай! — почти орал Тенебрис снизу.

Его вихри держали меня. Он сам не мог двигаться, чтобы не сломать заклинание.

А я… если сейчас пошевелюсь, то точно сдохну. Хотя, кажется, я уже близок.

Силы. Их почти не осталось. Но я собрал каждую крупинку. В глазах темнело. Дракон превращался в человека, но меня уже не было. Сознание провалилось в бездну.