Глава 23

Арканис

Выйдя на поляну, я взглянул наверх. Закатное солнце пробивало оранжевыми лучами через листья. Ни ветерка. Озеро позади было гладким, как черное зеркало. Шестеро моих друзей сидели в укрытиях за двести метров от меня. Все ловушки расставлены.

Эхоит в нагрудном кармане холодил грудь.

Я стоял посередине поляны и ждал.

И тут из леса вышел Саймонд. И, конечно же, не один. За ним два шасса и его собственный дракон-прислужник в человеческом облике. Так я и думал. Про встречу один на один он врал. Это хорошо. У нас равный счет.

В одно мгновение я замер и даже перестал дышать.

За его спиной шла Вивиан. Не связанная. И кляпа во рту я не видел.

Я смотрел на нее и пытался просканировать состояние: ноги передвигаются, идет ровно, не пошатываясь. Все хорошо. Жива.

Лицо, правда, белое, да глаза пустые. В остальном справимся.

Я не двинулся.

— Привел, как обещал, — развел Саймонд руки. — Видишь, я честный.

— Что ты с ней сделал?

— Совсем ничего. И в этом проблема, между прочим. — Он шагнул в мою сторону. — Она сама с собой делает больше, чем я бы успел.

Я попытался наладить нашу связь, но там ничего. Будто поток шел и упирался в стену. Я не понимал — это блок Саймонда или сама Вивиан стала такой, что в ней уже нечего ловить.

Сжав зубы, я не позволил этой мысли разрастись дальше.

— Подойди, — приказал Саймонд. — Поговорим ближе. Я не кусаюсь до начала.

— А я не доверчивый, — ответил я, сохраняя дистанцию. — Отпусти ее. Пусть отойдет. Тогда и поговорим.

Он впервые засмеялся за всю встречу.

— А вот это уже ближе к тебе настоящему, Ксантир. Хитрый эгоист. Ну, смотри. Я ее отпускаю. — Он толкнул Вивиан в спину. — Иди, девочка, к мужу. Постой рядом с ним. Хорошенько постой. Мне нужно, чтобы ты была близко, когда я начну. Чтобы ты все видела с хорошего ракурса.

Она шагнула вперед. Еще. И еще. Эшберд не выглядела как женщина, которая бежит к спасению. Больше напоминала куклу.

Я смотрел на ее лицо и понимал, что девушка пока здесь, но почти все стерто. Узнает меня контуром, без подсветки. Если я сейчас ее обниму, она, конечно, вежливо позволит, но только потому, что так положено.

Дойдя до меня, Вивиан остановилась.

— Здравствуй, — поздоровалась она, будто я чужой для нее.

Перехватив взгляд Тарина, я понял, что он тоже наблюдает и диагностирует. И его лицо изменилось. Как будто стало еще более злым.

— Стой за мной, — только ответил я, перехватывая тонкое запястье и заводя девушку за спину.

Ну вот мы добрались до самого интересного.

— Теперь поговорим, — прошипел я сквозь зубы.

Демон улыбнулся и щелкнул пальцами.

Из леса с трех сторон полезли шассы. Где-то полтора десятка. Дракон-прислужник обращался прямо на ходу, выламывая суставы. Слева в кустах я мельком увидел темного мага.

Ненавижу этих придурков.

— Ну вот, — усмехнулся Саймонд. — Теперь действительно поговорим, чешуйчатый.

И, не предупреждая, ударил непонятно откуда взявшимся хлыстом.

Я отшатнулся, и огненная змея пролетела мимо. У демона на пальце раскалилось добела кольцо. Кажется, даже его самого обжигало, судя по ругательствам и запаху паленой кожи.

Я ответил. Выкинул в него пульсары и все дальше уходил под сень деревьев. Мой щит искрил от заклинаний. Я увидел, как сбоку подкрадывается парочка шассов, и вырубил их, даже не оглядываясь.

Да, меня еще надо поймать, прежде чем совершить злодейский план. А о том, что собирается делать Саймонд, можно не говорить. И так понятно.

Со всех сторон посыпались заклинания.

И именно в этот момент из укрытий вышли наши. Тенебрис в мгновение обернулся белым драконом, вырвался из подлеска и врезался в дракона-прислужника прямо в прыжке.

Ирмина ударила шассов огнем. Боевые маги вступили с двух сторон.

Поляна взорвалась магическими вспышками.

Дракон, прислужник Саймонда, сцепился с Тенебрисом в воздухе. Я только и видел белые и черные крылья между соснами.

Я же пока не обращался. Мне здесь нужна маневренность.

Демон огрызался кольцом, я ставил щиты, бил боевыми заклинаниями, держал дистанцию. Он зря со мной связался. Я не рядовой выпускник академии.

Эхоит в кармане пока не доставал. Рано. У меня всего один выстрел. Если промахнусь или Саймонд успеет среагировать, все.

Я умудрялся следить за Вивиан, периодически оборачиваясь к ней.

Она равнодушно отходила вместе со мной назад, но не пригибалась. Мимо нее со свистом проносились заклинания, а девушка как будто не интересовалась происходящим. Когда на нее летела горящая ветка, она даже не повернула головы.

— Ложись! — крикнул я.

Она подчинилась, но механически, потому что я попросил. Выполнила команду.

И на том спасибо.

Так, надо срочно добивать говнюка и заниматься ей. Но сейчас я не мог думать обо всем, пока не сожгу этого урода.

Молния попала в камень над местом, где она только что стояла. Огромная трещина разделила валун на две части. Одна из частей медленно съехала в сторону и ушла в воду.

Если бы Вивиан не легла секундой раньше, то осталась бы без головы.

Я бил Саймонда заклинаниями быстрее, чем мог сам себе позволить. У меня под ребрами уже горело, потому что недельная кома напоминала, что надо лежать. Зелья Тенебриса меня держали на ногах, но я не мог дать демону времени.

Эйдан в небе наконец дожал прислужника. Белый дракон с ревом разорвал того когтями и отпустил рваное тело падать. Освободившись, он развернулся ко мне и тут же ударил по шассам потоком ледяного ветра. Мы начали отбивать эту поляну.

Саймонд, конечно же, это понял.

На меня накинулся еще маг, и пока я с ним разбирался, не заметил, как отошел чуть в сторону. Но после развернул голову и понял, что это маневр.

Демон уже направлялся к Вивиан. Девушка все еще лежала там, где упала, и не пыталась подняться.

У меня внутри что-то рухнуло вниз. Я знал, что сейчас будет. Демон уже не верил, что выиграет. Значит, он шел забрать хотя бы ее. Цель этого монстра — выдрать резерв на ходу. Пусть и неполный, какой получится, а потом уже заниматься всем остальным.

И тогда я рванул вперед.

Все мысли в голове исчезли.

Я видел взгляд Тарина, и в нем была ярость, которую я раньше у демонов не замечал.

Кожа на страшном лице лопнула, обнажая огроменный череп. Один из рогов был обломан. Он перестал быть человеком и обратился в жуткое существо.

Все произошло в секунду. Саймонд наклонился над Вивиан и уже протянул когтистую лапу к ее груди.

Эшберд даже не закрылась.

Я рванул и добежал в последнюю секунду. Плечом я врезался в него и прокатился через Вивиан, перекрыв ее собой. Но Саймонд уже выпустил заклинание.

Красное пламя ударило в меня волной.

Горячий огонь смешался со льдом и прошел сквозь кожу. В теле будто затрещали все внутренности, но не сломались. Мой дракон выдержал удар. Я только задохнулся.

Но руку в карман уже сунул. Вытащил пистолет с эхоитом.

Секунда, и я выстрелил. Вылетевший кристалл озарился ярким лиловым светом, и демон вмиг вспыхнул. Жар докатился до нас. Но тело монстра уже рассыпалось, охваченное золотым пламенем.

В самый последний момент Саймонд развернулся ко мне, и из его останков выплеснулась последняя волна. Обратный эффект эхоита. Тенебрис предупреждал.

Я не успел увернуться и поставить щит. Только чешуйки выступили на коже. Прикрыл Вивиан собой, и серая волна прошла сквозь меня насквозь.

Полыхнула огненная вспышка. Успел лишь заметить, что Тарина больше не было и на его месте лежала горстка пепла.

Но обрадоваться не смог.

Все тело прострелило болью, и я даже не понял, что заорал. Внутри грудной клетки горело и одновременно обжигало огнем.

Я лежал и пытался дышать. Выходило плохо.

Кхар!

Откинувшись на спину, я хватал ртом воздух, потому что пекло как в аду. Меня словно поджаривали и заковывали в лед.

Вивиан рядом со мной приподнялась на локте и, посмотрев на меня, прошептала:

— Ты ранен. — А потом она метнула взгляд куда-то в сторону и крикнула: — Хальтен!

В ней оставалось что-то. Иначе бы Вивиан даже не позвала никого.

Уже через секунду надо мной навис Кайлэн, а вслед за ним показались Тенебрис с Мильной.

— Лежи, — выдохнул Эйдан, склонясь, — и не дергайся.

Хальтен прижал ладони к моей груди и закрыл глаза. Через несколько мгновений открыл и посмотрел на остальных.

— Лавовые дорожки, — бросил он. — Внутри него. Жить будет, но нужно срочно в кабинет.

Меня подняли, и боли стало больше. Каждое движение прошивало насквозь.

Я же попытался посмотреть на Вивиан. Хотел сказать ей столько всего. И не мог, потому что горло перехватило. Вероятно, в ответ я поймаю лишь равнодушие. А сейчас я жаждал ее тепла.

Мое тело так горело, что я думал вызвать дракона.

— Не обращайся, — выдохнул Тенебрис мне в ухо. — Слышишь? Сейчас обернешься, больше не выйдешь из драконьей сущности. Ты горишь изнутри. Потерпи немного.

Я кивнул, доверившись другу.

Ирмина обернулась обратно в драконицу. Тенебрис подсадил меня к ней на спину, рядом со мной устроилась Мильна, чтобы придерживать. Хальтен взял Вивиан в свои руки и сел на Эйдана.

Когда мы взлетели, я смотрел вниз на горящий лес и понимал: половина выгорела от заклинаний на поляне.

За мной будет дисциплинарка. В министерство вызовут. Скорее всего, отстранят и устроят проверку.

Плевать.

Главное, что Вивиан со мной. И с ее дурацким ритуалом мы справимся.

Я снова оказался в лекарском крыле.

Меня уложили на ту же койку. Хальтен и двое его помощников быстро снимали драконью форму, прижимали ладони к груди и читали заклинания одно за другим. Я лежал и стискивал челюсти. Боль то откатывалась, то возвращалась.

Через полчаса они отступили, и я смог наконец нормально дышать.

— Лавовые дорожки погасили, — выдал мне устало Хальтен. — Угрозы для жизни нет. Но разломы останутся. Черные шрамы внутри грудной клетки. Это уже не лечится, так что прости. Но ты чай не девица, поэтому ничего страшного.

— А энергетические потоки?

— Сбиты. И серьезно. Тебе придется проходить практики с магистром Люмениусом. По-другому никак.

Сверху показалась голова Тенебриса.

— Слышал? — ехидно усмехнулся он.

— Я не оглох, — выдохнул я.

— Люмениус, общая магия, твой любимый факультет. — Тенебрис теперь улыбался широко. — Помнишь, как ты его обзывал?

— Как такое забыть?

— Ну вот. Поздравляю.

— Где Вивиан? — спросил я, пытаясь сесть.

Но друзья тут же уложили меня обратно и начали наперебой галдеть, что привяжут к кровати, если еще раз попытаюсь это сделать.

А после Тенебрис внимательно на меня посмотрел, и я видел, что он собирался сказать что-то нехорошее.

— Сейчас приведу, — буркнул друг.

Он вышел, а я остался с Кайлэном.

— Послушай меня, — начал лекарь и сел на стул рядом с моей койкой. — Я ее осмотрел. Тело цело и магически все чисто. Заклинание, которое в нее летело, ты принял на себя. А вот теперь плохое. — Хальтен на секунду задумался, подбирая слова. — Стирание у точки невозврата. Короче, очень близко.

Я закрыл глаза, пытаясь переварить информацию.

— Насколько близко?

— Не знаю. Она в плену ускоряла процесс. Я это вижу по ее состоянию. Вивиан перешагнула линию, после которой эмоциональная память начинает терять структуру. Дальше будут забываться имена и лица, а еще связи между событиями. Скоро она забудет, что у нее была подруга по имени Ирмина. Потом, что подруга вообще существовала.

— А я? — спросил я тихо.

Хальтен посмотрел на меня без жалости, готовясь сказать смертный приговор.

— А ты — позже. На воспоминаниях о тебе Вивиан держалась дольше всего. Даже когда стиралось остальное. Это последнее, что уйдет.

— Сколько у меня?.. — Голос осекся, а горло сковало судорогой.

— Не знаю. День. Может быть, два. Если она сама не пожелает, мы ее не вернем. В таком состоянии вряд ли девушка чего-то сможет захотеть. А если до точки невозврата дойдет, мы ее не вернем, даже если она захочет.

— Скверно, — прошептал я, понимая, что на меня накатывает отчаяние.

Хальтен встал, но у двери чуть задержался.

— Арканис, — спокойно произнес он. — Я тебе скажу одну вещь. Мы сегодня, когда обратно летели, она ни разу не пошевелилась. Вивиан дошла до того, что уже двигаться ей незачем. Готовься к тому, что она тебя узнает контуром. Не больше.

Он вышел. А я пытался справиться со всем, что творилось внутри. Боль от лавовых дорожек казалась ерундой по сравнению с тем, что я чувствовал.

Времени у меня было меньше, чем я думал, идя на поляну. И от этого хотелось выть.