Глава 17

Вивиан

Я чувствовала, как Арканис пытался выстроить между нами заграждение из сухих фактов. Не дура ведь. Все понимала. Он что-то задумал, а я не хотела знать что. Это какая-то хитрая юридическая лазейка. И пока мужчина подбирал слова, я выбрала за нас. Может, хотя бы так нам удастся быть вместе.

Поэтому я встала и не дала ему продолжить.

Вода стекала по моей груди, задерживалась в ложбинке и срывалась вниз к животу. Пена, похожая на тающее облако, медленно сползала по бедрам.

Я видела, как зрачки Арканиса удлинились, а потом расширились, оставив лишь тонкий синий ободок. Его взгляд стал тяжелым и осязаемым. Казалось, он физически проводит им по моей коже.

— Я не договорил, Вивиан… — Его голос превратился в низкий рокот, а сам мужчина подошел.

— Мне без разницы.

Я потянулась к его лицу, и он, не выдержав, впился в мои губы. Поцелуй стал грубым, властным. Арканис кусал, исследовал мое небо языком, присваивая меня себе.

Мои ладони оказались на его плечах, и я почувствовала, как перекатываются тугие, железные мышцы. Он весь был сгустком напряжения.

Его руки уже обвили мое тело. Я казалась себе такой маленькой в этих огромных объятиях.

Поддев свитер мужчины, я задрала край. Одна секунда, и он рывком его снял, отстранившись от меня лишь на миг, чтобы дать глотнуть воздуха. И снова врезался поцелуем в мои губы.

Голова кружилась от того, как он горел, как ласкал.

Когда я коснулась пряжки ремня, Арканис перехватил мои руки, сжимая их так, что я чуть не вскрикнула.

— Ты понимаешь, что я сейчас сделаю? — прорычал он мне в самые губы. — Я не умею быть нежным. Только в прошлый раз был исключением.

— Замолчи и перестань обращаться со мной, как с хрупкой вазой, — шепнула я в ответ.

— Ты сама этого просила.

— А ты вряд ли хочешь отказаться.

Его глаза сверкнули недобрым огнем. Руками он быстро что-то сделал внизу, и я услышала шорох от упавших штанов.

Схватив мой затылок, он снова поцеловал, а потом Арканис залез в ванную, отодвигая меня к стене. Его губы не отрывались от моих и жадно их ласкали.

Я почувствовала холодный кафель спиной.

— Не двигайся, — приказал он хрипло, и амулет сковал все мое тело, позволяя только дышать.

— Ты издеваешься? — выдохнула я, дрожа под градом поцелуев, обрушившихся на мои плечи и шею.

— Возможно, — мурлыкнул Арканис, спускаясь к груди.

Его зубы прикусывали нежную кожу сосков, язык зализывал боль, а я даже не могла выгнуться навстречу или сжать бедра, чтобы сбросить жар. Прямо в ванной мужчина опустился, и я задохнулась. Сильные руки чуть раздвинули ноги, а пальцы впились так, что останутся следы.

Меня коснулся его язык, и внутри начался звездопад. Я решила тоже с ним поиграть и пустила по магической связке все свои ощущения, отчего мужчина зарычал, и его дыхание сбилось. То, как он двигался, показывало острый голод, который Арканис уже не пытался подавлять.

Каждая пульсация моего удовольствия отдавалась в нем раскатами грома, заставляя его действовать яростней.

Он пил мои эмоции жадно, до последней капли, не давая ни секунды передышки.

И за мгновение до того, как я почти распалась на миллион осколков, Арканис остановился. Поднялся, тяжело дыша, и посмотрел на меня. В его взгляде была такая тьма, что мне на миг стало себя жалко, но это почему-то только больше подхлестнуло желание.

Мужчина рывком развернул меня спиной к себе, заставляя упереться в холодную стену. И навис сверху. Его раскаленное тело прижалось к моему. Сильная рука скользнула к животу, и он заставил чуть выгнуться.

Я чувствовала возбуждение мужчины, и он не стал медлить. Вошел одним мучительно-глубоким толчком.

Из меня вырвался крик, но Арканис прижал ладонь к моему рту.

— Тихо, милая, — прошептал он в ухо. — Я хочу, чтобы ты дрожала, а не кричала.

Мужчина начал двигаться. И его движения чередовались: то мягкие и плавные, от которых хотелось выть, то резкие, почти грубые. Тогда я скулила, но останавливаться не желала, потому что это меня разрушало и собирало в один и тот же миг. Моя кровь закипала. На мгновение мне показалось, что мы слились в единый пульсирующий клубок.

Волна экстаза вернулась, но теперь более мощная. Я чувствовала, как она накатывает, предвещая что-то нереальное.

Пальцы мужчины скользнули вниз и нашли ту самую точку. И в эту секунду земля ушла из-под ног. Я только чувствовала его железные руки, удерживающие меня за талию. Они не давали соскользнуть.

Еще. Прошу.

Кажется, я говорила это вслух. Уже не понимала.

В секунду пришла оглушающая волна, заставившая мое тело исчезнуть и вновь собраться. Каждая моя мышца сжалась. Из груди вырвался стон.

Арканис сзади зарычал и, несколько раз толкнувшись, впечатал мое тело в стену, полностью на него навалившись. Горячие губы скользили по шее, я слышала прерывистое шумное дыхание возле уха. Он продолжал кусать мочку, целовал щеку, добирался до уголка губ и снова возвращался к шее.

Руки мужчины не переставали гладить мое разгоряченное тело.

Прошла, кажется, вечность, прежде чем Арканис отстранился.

— Продолжим в более удобном месте, — пробормотал он, подхватив меня.

— Чего? — попыталась брыкнуть я ногами.

Но мужчина уже нес меня, совершенно обмякшую и пустую, на кровать, завернув по дороге в полотенце.

Положив меня на постель, он навис сверху. Мне казалось, что сил уже больше нет и я выпита до дна. Все, на что я сейчас способна, — это провалиться в глубокий сон.

Но как же я ошибалась.

Его рука снова легла на мой живот, а губы обжигали новыми поцелуями. Внутри уже зарождалась волна истомы. Дракон не наелся. Только почувствовал вкус.

И все началось заново. Теперь уже медленнее, тягуче и откровеннее.

Под весом Арканиса скрипела постель. Я слушала его голос, хриплые стоны, бесконтрольно вылетающие из груди. Чувствовала бесконечное желание, и оно отзывалось во мне томительным искушением сгорать вновь и вновь в его объятиях.

Я думала, что человек не может выдержать столько чувств, но, по всей вероятности, может. Мое тело откликалось на его прикосновения раз за разом.

Закрыв глаза, я растворялась в Арканисе. Невозможно так наслаждаться друг другом и не испытывать никаких эмоций. Я не верила в то, что это просто секс. Готова была прожить каждую секунду этой жизни в его руках.

Но за доверчивость мы все платим цену. И позже я о ней узнала.