Глава 3. Воспоминания и ведьмин круг

«Постепенно целые миры стали примагничиваться к ветвям Тар-Дана. Они ютились на корнях и ветках, словно крошечные птицы».

Из легенды о сотворении мираТар-Данария.

Алиса Чернова

Моей руки коснулось что-то мокрое и шершавое. Я моргнула и заозиралась, медленно соображая, где нахожусь. Понимание, что я сейчас в безопасности, наступало нехотя, слишком яркие были воспоминания, слишком сильные эмоции бушевали во мне.

Шмыгнув носом, я вытерла слезы. Снова плакала из-за этого гада. А ведь зарекалась…

Взволнованный Рассел, положив мне голову на колени, заглядывал в глаза. Его кисточки на ушках топорщились, а до меня долетал сильный шлейф его чувств: беспокойство, непонимание, паника и… злость. На моего бывшего. И ярость. Звериная, неудержимая ярость на врага и желание защитить меня.

Запустила дрожащую руку в мягкую шерсть и начала перебирать её, ощущая, как уходит, всколыхнувшая старые обиды, боль. Рысь под моими пальцами заурчал и успокаивающе затарахтел, мурлыкая. И при этом у моего фамильяра была такая довольная морда, что я невольно заулыбалась. Совсем как обычный кот. Еще и бодаться начал, чтобы я не прекращала поглаживания, если моя рука замирала, когда я начинала вспоминать прошлое.

Минут через десять я совсем успокоилась, и Рассел послал мне образ с вопросом: «Кто тебя предал? Я чувствую. Очень больно. Давняя боль».

— Меня предала моя семья, — я с неохотой ответила и поморщилась, вспомнив свое первое ведьминское совершеннолетие. То еще приключение на выживание было. До сих пор без содрогания не могу вспоминать.

«Расскажешь?», — прилетела мысль, а я поняла, что нет, не смогу. Не сегодня.

— Прости, — отрицательно замотала головой. — Я не могу сейчас рассказать. Это пока слишком для меня…

В отдалении раздался тихий перезвон, а следом и размеренный бой часов, установленных на башне в начале площади Роз. Я посмотрела на хронометр и удивленно вскинула брови.

— Уже девять утра?! Как так? — я вскочила, панически соображая, что же мне делать. До начала рабочего дня осталось мало времени, а мне еще добраться до работы через весь город нужно. Посмотрев на фамильяра, я спросила. — Рассел, ты сегодня со мной? Или дома останешься?

Фамильяр задумался, спросил, куда у меня стоят адреса по разнарядке и, узнав, что все по родному Ружанску и его пригороду, решил остаться дома.

Я же быстро собралась, побросав в рюкзачок всё необходимое, схватила рабочую куртку и помчалась в гараж к моему хоть и старенькому, но такому незаменимому в городе мётлоциклу. Без этого техномагического персонального транспорта передвигаться по огромному Ружанску слишком затратно по времени. Моя модель и так устаревшая, часто ломается и жрет много энергии из светокристаллов. Зато имеет режим полета. И пусть он не длительный, и взлететь я могу невысоко, но мне этого достаточно. Поэтому особую гордость у меня вызывали черные ведьминские мётлы, установленные на боковых турбинах по две штуки на каждую. Именно они и позволяли мне летать. Это спецразработка мастера Дурина, гнома из мастерской «Механикус и К ». Гном её потом ещё и запатентовал. Правда уникальное творение имело существенное ограничение: таким транспортом могли управлять только ведьмы. Ну что сказать, тут мне повезло.

Время неукротимо уменьшалось, и я опасалась опоздать, а потому гнала на пределе возможности.

Живу я на окраине в спальном районе Ружанска, а моя работа — Межмирная Магическая Почта или ММП если сокращённо, находилась в другом конце города. В непосредственной близости от наибольшего скопления ведьминских кругов. Эти самые круги находились под патронажем нашего ММП и департамента Межмирного перевоза, а вся территория возле порталов усиленно охранялась. Селиться там было безопасно, а потому престижно и очень дорого.

Именно поэтому перебираться поближе к работе я не могла. Столько я не зарабатываю. Да и мне милее красота и спокойствие Цветочного округа, где стоял мой маленький, уютный домик в три этажа с балконами-мансардами.

Потому мне приходилось постоянно мотаться через весь город на работу. И главная сложность заключалась в том, чтобы не опоздать, когда попадаешь в дорожный затор. А они, заторы, стали уже особенностью Ружанска. Слишком много в последнее время стало на дорогах города машин. Да и от карет еще не все отказались, считая их почему-то транспортом истинных аристократов.

Успела я хоть и в притык, но вовремя. На работе быстро получила стопку магических писем и несколько маленьких бандеролей, оперативно внесла на карту маршрут развоза и, сложив все в артефактную сумку работников ММП, отправилась в путь.

Дорога меня всегда успокаивала и отвлекала от печальных мыслей. А потому минут через десять я уже забыла про Дилана и о прочих неприятностях, полностью отдавшись езде.

Чтобы не трястись на булыжной мостовой, которой был покрыт старый город опоясывавший королевскую резиденцию — Роз-Холл, я включила легкий эффект левитации, позволявший мне больше парить, чем ехать по камням. А потому я с сочувствием смотрела на несчастные лица пассажиров кареты, проезжавшей мимо. Их от трясучки не спасали даже амортизаторы.

Вот странно, в мире Лилерии я уже как четыре года, после того как сбежала из дома, но чувствую себя, словно тут родилась. Возможно, все дело в том, что я светлая ведьма, а этот мир относится к высшим мирам Кроны Тар-Данара. А потому мне тем более непонятно, как я, белая ведьма, могла родиться у темной ведьмы в нижних Корневых мирах? Загадка.

Развозя почту по адресам, я весь день думала над этим вопросом. И наверное, и дальше бы ломала голову над загадкой моего рождения, если бы не выехала на пригородную улицу, где жил последний получатель бандероля. Я остановилась даже раньше, чем сообразила, что же не так с адресом, а когда увидела, то с бешено колотящимся сердцем выдернула кристалл активации, включая мётлоцикл и, оторопев от ужаса, уставилась на дорогу.

— И вот как мне проехать?.. — спустя пять минут растерянно прошептала, изучая карту маршрута и убеждаясь, что другой дороги к дому получателя нет.

Покачала головой. Доставить заказ нужно. Никто кроме меня это не сделает. Вот только я не могла пересилить свой страх. Не могла сдвинуться с места. Мне все время казалось, что если я сейчас поеду, то вновь случится то, что случилось в прошлый раз.

«А ведь это произошло именно год назад», — промелькнула мысль, и я поморщилась. Опять этот год назад.

Постучав по хронометру, я внимательно всмотрелась в циферблат, стараясь увидеть признаки появления блуждающего ведьминского круга. Артефакт молчал, но я так и не решилась сдвинуться с места. У меня перед глазами так и стоял черный дым, а память подсовывала картинку, как я с воплем влетаю в этот дым.

Год назад.

После выходки Дилана, я проревела полночи, и ожидаемо, на утро проснулась с опухшим лицом и головной болью. В борьбе с последствиями истерики мне не помогли ни эликсиры, ни охлаждающие компрессы. Голова раскалывалась, в висках стучали молоточки боли, а на распухшем лице выделялись глазки-щелочки, и красовался натертый красный нос. Жуть, короче. Пришлось вот такой красивой отправляться на работу.

Но внешний вид был моей наименьшей проблемой.

Самым ужасным открытием стало для меня то, что я, оказывается, влюбилась в этого подонка Дилана. А судя по желанию выть от горя, что меня бросили, случилось это давно, и даже отвратительная выходка Дилана не перечеркнула мои чувства к нему. И вот как теперь быть?

Моё глупое девичье сердце страдало от неразделенной любви, а память подсовывала воспоминания о свиданиях с милым, обходительным Диланом. Он был внимательным, нежным и галантным, дарил цветы и конфеты, делал комплименты. Очень скоро в общее состояние начал проникать мой внутренний голос, и он доверительно нашёптывал: «Алиса, тебе всё показалось. Ты всё не так поняла. Просто у парня явные неприятности, и он сорвался. Он никогда тебя не обижал. Так с чего бы ему сейчас это делать? Алиса, нужно быть великодушной и уметь прощать любимых».

Голос все зудел и нашёптывал, и я, наверное, поддалась, если бы не моя ведьминская сущность. Моя внутренняя ведьма защищала меня от самой меня, показывая уродливую природу Дилана, которую я не хотела замечать. Но которая была. То, что я росла и воспитывалась темной ведьмой, наложило свой отпечаток, и теперь тёмное воспитание цинично уничтожило светлый образ Дилана.

На работе я шокировала коллег своей узкоглазостью и красноносостью. Чтобы не выслушивать предположения и не отвечать на вопросы, быстро забрала письма и умчалась из отделения почты. Никого не хотелось видеть. Собственное горе я предпочитала переживать в одиночестве.

Работа хоть немного, но отвлекала от грустных мыслей, но все равно я доставляла письма, не особо вникая в процесс. Просто адрес, получатель, роспись, адрес, получатель….

Погруженная в мысли, я пыталась понять причину собственной ущербности, а потому ездила рассеянно, не особо следя за дорогой и показателями рабочего хронометра. Именно поэтому не сразу заметила, что артефакт засветился и мелко завибрировал. Я отрешенно на него взглянула только после того, как артефакт запищал, интенсивно мигая красным.

Хронометр пульсировал, мётлоцикл уверенно продолжал ехать вперед, а я, нахмурившись, пыталась припомнить, что это значит. Помню, по инструктажу мы это проходили, но так сразу и не вспомнить, поэтому начала мысленно рассуждать: «Артефакт издает звуковой сигнал, привлекая внимание. А ещё красный цвет. Он важен. Последний в спектре градации… опасности? Блуждающий ведьмин круг!» Сообразив, что именно мне сообщал хронометр, я вскинула голову и увидела черный клубящийся туман, в сторону которого ехала.

Понимание пришло мгновенно, но затормозить или объехать я уже не успела. Так, на полной скорости и с подступающей паникой, влетела в ведьмин круг. Визжа на одной ноте по инерции, я ещё проехала несколько метров, прежде чем мётлоцикл остановился. Впереди меня шибанула молния, а следом, сотрясая пространство, прокатился раскат грома. Это вмиг заставило меня заткнуться, и я ошарашенно стала осматривать куда попала.

Первым делом оглянулась, в надежде, что может есть портал домой в Лилерию. Но, разумеется, его не было. Ну естественно, иначе и быть не могло. С дико колотящимся сердцем я заозиралась.

Мир, куда я угодила, был мрачным, и дело даже не в том, что тут моросил холодный дождь. В свете молнии я видела безжизненную каменную поверхность покрытую огромными высокими валунами. Кое-где росли чахлые обнаженные деревья, казавшиеся во сполохах молний уродливыми скелетами. Даже не росла трава.

Сверкнула молния. Над моей головой бухнул гром. Испугавшись, я вскрикнула и прижалась к мётлоциклу. Стало еще страшнее. Усилием воли я загнала панику глубоко внутрь и непослушными трясущимися пальцами нажимала на хронометре руны, тихо, словно мантру, бубня под нос:

— Если вам не повезло и вы попали в другой мир, первое, что вам нужно сделать это успокоиться. Из-за паники погибает больше народа, чем из-за особенностей враждебного мира. — Я не иначе, как от стресса вспомнила инструкцию по технике безопасности и теперь, стуча зубами, чтобы хоть как-то отвлечься от накатившего ужаса, тараторила её. — Второе и важное, нужно определить мир, в который вы попали. От правильности определения координат мира зависит ваша жизнь и спасение.

Хронометр засветился и выдал координаты мира, куда меня занесло, и я обомлела. Это был один из семи миров Ада, самых нижних миров в корнях Тар-Данара. Сглотнув, я в панике начала судорожно нажимать на руны, молясь всем Хранителям, чтобы в этом мире был работающий ведьмин круг, и чтобы он оказался сейчас как можно ближе ко мне.

То ли из-за непогоды, то ли из-за местной аномалии, но артефакт сбоил и постоянно показывал разные данные. То ведьмин круг в ста метрах от меня, то он в трёх километрах, то опять рядом в радиусе пятидесяти метров. Не сдерживаясь, я уже рыдала и истерично трясла хронометр. Дождь уже лил как из ведра, я давно промокла и тряслась еще и от холода. Мои зубы отстукивали дробь, и я боялась прикусить язык.

Не стихая, сверкали молнии. Сотрясая все пространство, грохотал гром, словно в небе перекатывали исполинские камни. Именно поэтому, когда я услышала утробный рык за спиной, то не сразу среагировала, а когда повернулась и увидела источник звука, то заорала так, что мой голос перекрыл даже раскат грома.