Глава 8.1

Да, Альман взял свое. Этот мужчина умел убеждать… в собственных чувствах.  Я ведь даже не посмела отказаться, а теперь, когда любовный дурман прошел, боюсь представить, что произойдет этим вечером. Снова мозг отключится, инстинкты возобладают над разумом, если Альман улыбнется, и не приведи великий дух, осыплет комплиментами, мое девичье сердечко не выдержит. Завоплю, как его ярые фанатки.

Мое путешествие к комнате Альмана, где мы условились встретиться, было чуть ли не самым рисковым делом за этот год. Во-первых, по магазинам ходить было некогда, да и не на что, пришлось одолжить платье у Авери. В коридоре не глядя, будто прятала запрещенный продукт, быстрее закинула цветастую ткань в сумку и поспешила скрыться. Так прошла моя первая маленькая операция по сокрытию наряда от Эллы, которая амурные дела чувствовала интуитивно. Держу пари, она знала  о тайной встрече даже раньше, чем Альман решил пригласить меня. Во-вторых, кампус был усеян верными созданиями Латоса и феечками-сплетницами, как назло осадков не ожидалось, посему крылатые создания усеивали воздушное пространство наряду с комарами. Кажется, я выругалась, когда увидела толпу людей на улице.

Что может быть проще, чем дойти за десять минут по прямой тропинке? Да все!

Я побывала в кустах, куда прыгнула, когда завидела Егера, наступила в пруд, засмотревшись на столовую, полную голодных керов, и, хлюпая тиной в ботинке, удачливо свалилась в скошенную траву лицом. Времени не было, пришлось падать, потому что прямо передо мной шел Керон. А в завершении, дабы создать полный образ неудачницы, прошла мимо учебного корпуса зельеваров, которые решили утилизировать неудачный эксперимент путем выливания (хотя, судя по субстанции, вываливания) реактивов в окно. Кучка зеленого желе мигом оказалась на моей голове и комочками сползла вниз, не забыв оставить после себя жирные пятна и запах хозяйственного мыла. Последнее было не самым плохим вариантом.

В общем, к Альману я пришла как мечта домового – крестьянка с полей: в соломе, с холодным потом на лице и растрепанной косой. Постучала, дверь мгновенно отворилась, как и рот моего ухажера. Мужчина явно подготовился к этому вечеру: стоял одетый с иголочки в темные брюки и белую рубашку с расстегнутыми двумя пуговицами, от кожи и волос исходил терпкий пряный аромат. Пиджак с эльфийской вышивкой висел на пинке стула…стула возле столика с горящими свечами. И тут в эту романтичную атмосферу врываюсь я, девушка мечты! Раймонд посмотрел на меня настолько суровым взглядом, что в голову не пришло ничего лучше как:

– Темного вечера, профессор Альман, по вашему поручению пришла кера Софи.

У Альмана явно не было слов, в его представлениях девушки явно по-другому на свидания являлись и вряд ли называли возлюбленного чуть ли не по отчеству с указанием должности... Я все же прошла внутрь и, мягко говоря, сильно удивилась. Рядом со столом стояла ваза с огромным букетом пионов, на столе в центре меня ждал любимый пирог производства нашей поварихи госпожи Белевинь, а ведь в меню его уже не было больше недели. Свечи источали аромат персика и ванили, а сквозь полупрозрачные шторы проникал лунный свет, именно в полоске этого света мы должны были ужинать под мелодичные звуки магического артефакта. Мда, я тут была совсем не к месту…

– Можно воспользоваться вашей ванной? – спросила я у следующего по пятам Альмана. В любой другой раз это звучало бы вызывающе, с намеком на скорое продолжение, но не сейчас. Мне казалось, он готов был лично меня отмыть с ванишем и прополоскать в леноре с запахом лавандовых полей...

– Прошу…леди.

Мда, держу пари, леди еще никогда не являлись к нему в таком состоянии и не пользовались ванной. Я стояла под струями воды и смеялась, бесшумно, нервно. Впервые свидание с тем, о ком так долго мечтать даже боялась... А вместо того, чтобы очаровать его своим обликом, сразила наповал травянисто-хозяйственным амбре. Интересно, Альман уже налили себе вина?! Нет? А вот зря… потому что Авери отдала мне то самое платье, в котором я когда-то соблазняла Аркона, точнее сдавала ему зачет в личине Златы, а Раймонд поймал меня как раз в момент совращения декана…

– Хм, – осторожно выглянула в комнату, за моей спиной клубились пары от горячей воды. Раймонд сидел за столом и пронзительным взглядом сверлил дверь. – Извините, а у вас не будет рубашки?

– Уже? Мне раньше казалось, что ты боишься мужских вещей, – съязвил Альман, прдолжая нещадно жечь своим взглядом. Раздосадованным, злым, но заинтересованным, с нетерпением ожидающим что вытворит эта сумасшедшая. – Чего стесняться, может, так выйдешь?

Я подумала, прикинула риски и решила, мужчина прав. Уж лучше как мать родила под покровом махрового полотенца, чем в том самом зеленом платье. Но кто же знал, что он сам так не считал! Стоило выступить из ванной комнаты, как рука Альмана выронила бокал, сшибла бутылку вина, а его голос предательски дрогнул:

– Софи, оденься!

– Будет хуже.

– Мигом!

Ладно, он сам этого захотел. Я привела себя в порядок и стала похожей на ту самую ведьмочку, когда-то от страха сбежавшую от мужчины, которого втайне любила. Магии у меня немного, но глаза ярко сверкали сами, грудь высоко вздымалась под тонкой тканью зеленого платья, еще храня тепло воды. Второй выход поразил Раймонда еще сильнее первого: он порывисто встал, откидывая стул, ревностным взглядом посмотрел в упор и приготовился напасть. Мне показалось, что он должен вцепиться сию же минуту, но он сделал осторожный шаг, рассматривая меня издалека. Было и волнительно, и страшно, и ужасно напряженно, что хотелось побыстрее самой оказаться рядом.

– Софи, ты прекрасна…и в этот раз для меня, но скажи, на бал ты тоже в этом наряде пойдешь? – с какой-то странной улыбочкой спросил Альман, едва нервно не смеясь. – Надеюсь, в твои планы не входит очаровать принца Вильмонда?

– Это уже слишком, я бы хотела оказать подальше от дворца и его интриг, – затараторила, когда Раймонд кивал в ответ, отодвигая мне стул.

– Боишься высокородных особ?

– Я знаю Латоса, и этого опыта мне достаточно, чтобы решить не лезть в высшее общество.

– Тогда так действительно будет правильно, – улыбнулся Раймонд, нежно проводя по моей руке и вызывая мурашки. Я заерзала на стуле, придвигаясь к нему поближе, а он…он сотворил из магии наручники, в миг ставшие стальными, и приковал руку к ножке стола. – Не хочу, чтобы леди ушла с ужина раньше времени. И прекрати выкать, Софи, мы не на уроке.

– Раймонд, тебе не кажется, что это слишком? – я подергала рукой. Послышался скрежет металла, ведь подстолье было чугунным. Альман действительно тщательно готовился к свиданию. – Как-то я по-другому нашу встречу представляла.

– Я тоже, – мужчина улыбнулся и щедро разлил вино по бокалам. Улыбка не сходила с его лица, такого довольного, будто только что поймал рецидивиста. – В данном случае все оправданно: академия в безопасности, ты тоже. Что может быть прекрасней?

– Свобода.

Он ухмыльнулся и принялся сверлить меня взглядом. С каждой минутой наша встреча все меньше напоминала свидание, я уже ждала, когда Раймонд закатает рукава и начнет тыкать мне в лицо свечой...

– Ты так представляешь себе романтику? – спросила я, разрушая тяжёлое молчание. – Обстановка, конечно, прекрасна... Но некоторые детали немного смущают.

– Да? По мне все прекрасно, – он отпил вина из своего бокала, пододвинул тарелку ко мне, насадил на вилку кусочек пирога и протянул. Великий дух, он даже кормить меня был готов с рук! От растерянности я проглотила все, не жуя.

– Раймонд, а ты вообще был на свиданиях? Не таких, как свидание-задание, а на настоящих?

Судя по задумывающемуся виду, нет. Ага, значит, всё-таки я, прежде всего преступник, а не девушка и отношение ко мне соответствующее. Раймонду что-то нужно, и он готов получить это любой ценой, стеснению, переживанию, прочим любовным глупостям здесь не место.

– Раймонд... Отцепи, а? Обещаю, что выдержу до конца, – как в подвалах инквизиции, а не ужине мечты.

– Не волнуйся, я позабочусь о тебе... Спокойно поговорим... И ты не сбежишь, прыгнув с балкона в разгар встречи, – во взгляде мелькнула старая обида, но мое смирение и наличие наручников успокаивали Альмана. – Слышал, ты не ночевала дома...

– Раймонд, а это ты как кто интересуетесь? – я даже сказать нормально не смогла, сразу занервничав.

– Как заинтересованное в твоей безопасности лицо.... – я скривилась, а Раймонд, скептически подняв бровь спросил, – ладно, какое по-твоему должно быть свидание? О чем мы должны говорить?

Я, было, открыла рот, но так и не смогла сказать ни слова. Если уподобиться сериалам, то можно погулять, держась за ручки и обсудить увлечения... Посмотрела на собранного Раймонда, напоминавшего бывшего спецназовца в парадно-выходном костюмчике и поняла, он совсем не походил на роль юнца, который робко держал бы меня за руку. В других сериалах свидание могло закончиться чашечкой чая... в постели. Но это нам еще рано. И оставался вариант папы: на свидании нужно обсуждать уравнения Максвелла или закон Ома, можно индукцию Фарадея...

– Знаешь, кажется, наше свидание очень даже неплохое, – подумав, констатировала я и удобно устроилась в кресле. – Все замечательно, Раймонд. Давай продолжим.

– Так я и знал, – довольно улыбнулся он, протягивая мне тарталетку. И пока я была занята разжевыванием, спросил. – Так, где ты была ночью?

– Очень вкусная начинка…

– Софи!

– На свиданиях говорят о любви.

– Понятно. Ну и зачем ты гуляла по кампусу с Егером и Понтом?

Раймонд так и не отстал, пока я не призналась в своем маленьком путешествии. Правда, пришлось придумать легенду о том, как нам взбрело в голову поохотиться на идарийского червя. Мол, это групповой проект у профессора Гугиноса, заданный им нам на каникулы. Не рассказывать же про Егера в трусах и пьяного Понта, которых вышеупомянутый червь помогал мне развести по домам?

– Благодарю за честность, полагаю теперь моя очередь. Ты ведь мало знаешь обо мне…

Но однозначно больше, чем думает он. Тем не менее, я с интересом придвинулась ближе настолько, что мое дыхание заставляло колыхаться пламя свечи. Альман только усмехнулся, его лицо исказила хищная усмешка, по лицу пробежалась тень, та самая, которая до дрожи в коленках пугала, но уже через секунду тьма стекла с него и осталась бесформенным пятном возле ног. Альман щелкнул пальцами, над его раскрытой ладонью повис огонек, и над лужей материализовался такой же только синеватый.

– Что это? Две независимые магии? Но как вторая живет без материального тела? – смотрела в смеющиеся глаза Альмана. Это же верх мастерства боевой магии, причем запрещенной. – У тебя есть на это разрешение?

– Это не совсем моя магия, Софи. У меня два дара.

– Что?

– Я светлый маг, а мой учитель был темным колдуном. Он был достаточно эксцентричен, а еще большим шутником, поэтому его дар после смерти не растворился в небытие, а перешел по завещанию ко мне. Законами это не запрещено, поскольку до Ульриха этого никто не проделывал, – Альман усмехнулся. – Мне кажется, он хотел подкинуть мне проблем после своего ухода за все проделки, что я устраивал ему в преклонном возрасте. Тьмой сложно управлять, она принадлежит мне, но мы с ней никогда не сможем стать единым целым… если темный дар станет сильнее, найдет мои слабости, то сможет влиять на поступки и действия, даже захватить власть над телом. Все-таки эта сила принадлежала колдуну, и ей совершенно не по вкусу мое миролюбие.

– То есть ты постоянно борешься с ней?

– С магией передалась часть умений по ее использованию, в целом все проблемы сводятся к противостоянию характеров. За столько лет я научился, но иногда приходиться усмирять эту негодницу.

– Прямо как меня, – случайно вырвалось, но тьма отозвалась на это и подползла ближе. Наверное, почувствовала подругу по несчастью. – Но она слушается тебя. Значит, по факту ты дважды маг с высоким потенциалом?

 – Именно.

– Вот же мне везет, будто акция в магазине, – тихонечко усмехнулась я, радуясь наличию наручников. Уже хотелось выйти отсюда. Посмотрела в сторону клубящейся тьмы. – А ведь мы уже знакомы…

– Будь послушной, – приказал ей Альман, наблюдая за тем, как она приближается. Наверное, ему было ведомо, о чем думает сила, что хочет, возможно, испепелить меня или испугать своей тьмой, поэтому его тело было так напряжено. – Без самодеятельности.

Тьма сменила бесформенный клубок на форму собаки и, кажется, даже гавкнула, готовая служить хозяину. Верный пес… Как иронично.

– А у нее есть чувство юмора, – заметила я, смотря в глаза дару. Он кивнул.

– Есть, а еще бесконечный список разрушений, который хотел когда-то осуществить Ульрих. Не успел, точнее ему надоело, и он переложил  это бремя на меня… – фыркнул Альман, про себя явно одаривая учителя одой из бранных слов. – Но я никогда не допущу реализации ни одной его задумки.

Тьма превратилась в тортик с горящими свечками в виде цифр. А мне все больше нравился юмор этого дара, кажется, все-таки Альман что-то впитал от темного мага. Стопроцентно светлым был Аркон, но вот Раймонд – это смешение из непредсказуемости, жестокости наравне с благородностью. Теперь становилось понятно откуда такие крайности.

– Нет, даже на тысячелетие ничего рушить не будем!

– Раймонд, почему тебя учил темный? – спросила я, пока тьма молчаливо дулась в углу.

– Просто другие не справлялись, – усмехнулся он. Хитрый прищур глаз скрывал много тайн. – Для своих лет я был слишком своеволен. Наши взгляды должны были формировать, а у меня они уже были, и я не желал их менять, даже когда в меня их пытались поместить насильно. И все же я стал, кем хотел, хотя многие боялись подпускать меня близко к государственной службе.

– А кем ты хотел стать? – спросила я.

Раймонд улыбнулся, будто услышал вопрос, который ждал весь вечер. Он немного помедлил, смотря в мой заинтригованный взгляд, резко выдохнул и произнес:

– Главой безопасности Императорской семьи и, соответственно, главным командующим войсками его Величества.

Акция продолжается, мне безмерно везет. Внутренняя безопасность…Самый главный… Полномочия безграничные… В их системе власти он еще и главный следователь, он же главный каратель, он же судья по военным преступлениям. Друг принца, бывший военный, шпион в академии – это меня раньше пугало?! Это ничто по сравнению с тем, что за землянкой гоняется главная ищейка и палач империи! Я всё-таки встала с места, но прикованная к ножке снова села обратно. Почему этот стол так далеко от окна? Я бы с удовольствием сбежала вместе с ним!

– Ты поэтому меня приковал? – спросила, исподлобья смотря на Раймонда. Градус напряжения повышался, ох, не спроста направляют таких людей в Академию!

– Хотел, чтобы ты дослушала до конца, – улыбнулся он. – Я не пугать тебя собирался, а лишь прояснить, кто я на самом деле. У меня есть причины быть тут, есть причины защищать землянку, заодно и тебя, которая ввязалась в эту историю. Ты не должна бояться, Софи!

– Кто это говорит?! Раймонд, у меня с обществоведением все хорошо, я прекрасно осведомлена о твоих…ваших…полномочиях!

– Твоих!

– Твоих! – повторила за ним я, ведь с такими людьми не спорят. Впрочем, поздно спохватилась, за полгода успела уже много натворить. – И как, по-твоему, мне быть?!

– Знакомство с князем Латосом тебя же не смущает…Я ничем не хуже, к тому же просто лорд, а не наследник престола.

– Лорд… еще и лорд! Впрочем это меньшая проблема из всех, – согласилась я, интересно, кому-то еще так сильно везло, как мне? Угораздило же влюбиться в ищейку…в самую лучшую, преданную, вооруженную законом и оружием до зубов. – Раймонд…я ведь ничего тебе плохого не делала?

– У тебя полный список преступлений, Софи, – загорелись глаза мага, а я сразу поникла. Между тем Раймонд поднял мою голову за подбородок и спросил уже серьезно. – Ты действительно хочешь уйти?

Столько затаенной боли во взгляде, скажи ему «да», и она затопит его сознание…Сердце сжимается, ведь я вопреки здравому смыслу не хочу уходить. Акция все же, отмену нажимать поздно.

– Нет…

Ответ вырвался даже быстрее, чем я подумала. Казалось, приговор уже подписан. И если Альман довольно улыбался, то мое тело лихорадило. Все-таки люди далеко не дураки, раз когда-то сказали: «меньше знаешь, крепче спишь». Последнее мне уже не светило, оставалось только окунуться с головой в свои чувства и просить у великого духа, чтобы Раймонд до конца жизни оставался слеп. Я смотрела в его сияющие синие глаза, впервые не желая быть землянкой. Прикосновения мужчины, обнимавшего за плечи, внушали уверенность в том, что я смогу скрывать правду…

– Ты сомневаешься, – констатировал Альман, заглядывая в глаза. – Думаешь, лорду захотелось развлечься?

– А почему нет? Ты красив, молод… – тут я вспомнила перечень его умений и достижений, который всегда казался нереальным. Даже если в Эттарии уже в садике преподают магию, он бы не успел настолько преуспеть. – Ведь молод? Если Керону больше трехсот, а выглядит он максимум на шестьдесят, то тебе…

Видимо мой задумчивый вид по вычислению настоящего возраста мага и с каждой секундой наполнявшийся страхом взгляд, предвещавший побег, заставили Альмана стукнуть по столу ладонью.

– Софи, прекрати! Мне вообще двадцать семь, даже не тридцать. Для академии пришлось подделать документы, чтобы устроиться преподавателем, а такому успеху я обязан своему учителю и академии, в которую меня отдали в пять лет.

– То есть у тебя еще рыльце в пушку?

К сожалению, эта фраза была озвучена задолго до осознания. Сдержав смех, которого в принципе не должно было быть, я отвела взгляд в сторону. Казалось, что Альман сейчас взорвется. Интересно, его сильнее задело «рыльце» или «в пушку»?

– Софи, что же мне делать?! – нависнув сверху, спросил Альман, а я вжалась в стул.

– Пойти на работу? Без тебя, наверное, в управлении стало совсем плохо?  Готова поспорить, что сейчас они очень хотят увидеть вас…

– Тебя, – поправил с хитрой улыбочкой Альман, еще сильнее склоняясь и подсчитывая по бьющейся венке на шее мой пульс. – Во-первых, они не скучают, потому что я с поста никуда не уходил. Территориально я по-прежнему в столице, просто сменил свой офис. Во-вторых, почему ты беспокоишься о других? У меня планы были планы провести этот вечер с прекрасной девушкой…

И замок на наручниках щелкнул, отпуская меня на волю. Место стальных оков заняла рука Альмана, вцепившаяся гораздо сильнее. Один статус этого человека внушал страх, я даже не дернулась, когда его лицо оказалось слишком близко. Я совсем не ожидала, что Альман легонько толкнет меня и, прижав руки к стене, вопьется в губы таким требовательным поцелуем. Так совсем нельзя было, потому что все мое благоразумие куда-то улетучилось. Я могла только покорно отдаваться воле мага, наслаждаясь каждой минутой страсти. В голову лезли неправильные мысли, так и хотелось сказать «накажи меня, мой палач» или «допроси с пристрастием, господин следователь»… Великий дух, Софи, до чего ты докатилась!

– Неужели юнцы, у которых рыльце в пушку такое могут? – язвительно спросил Раймонд, смотря на мои распухшие губы. – Что скажешь, Софи?

– Я… не совсем понимаю, что происходит. Раймонд, ты ведь не применяешь магию сейчас? Какое-то запретное заклятие?

Это прозвучало и как оскорбление и как комплимент. А я действительно не могла поверить в чудодейственную силу поцелуя. Неужели я так сильно влюблена в этого мужчину, что несмотря на страх, кучу ограничений, добровольно падаю в его руки? Альман прекрасно понял, о чем я говорю, исподлобья посмотрел недовольным взглядом, а потом, схватив руками и шею и заставив смотреть в свои глаза, шепнул какое-то странное заклинание.

– А вот это уже запрещенная магия, – усмехнулся он. – Смотри. Это я.

Моргнула, но стоило открыть глаза, как на меня обрушился смерч из тьмы и света, сплетаясь между собой. Простые потоки, казалось, отчаянно боролись друг с другом, разрывая мага изнутри. Чем дольше всматривалась, тем сильнее проявлялись другие цвета. Мысленно касалась их пальцами, начиная ощущая эмоции Раймонда. Они были такими яркими, сильными, что выносить даже радость или злость было неимоверно сложно… Как же тяжело ему приходилось быть безразличным, когда внутри все так кипело?

– Софи, открой глаза, – попросил он.

Я думала, иллюзия растает, но вопреки этому и законам магии, увидела Раймонда в окружении искр и цветных потоков. Его лицо светилось, обласканное тьмой, глаза сияли, как солнце, в самые жаркие дни, застилая синеву. Стоило нам встретиться взглядами, как волна жара едва не сбила меня с ног, казалось, что мы очутились в аду. Я сгорала вместе с магом, захлебываясь, пытаясь хватать ртом воздух, намертво вцепляясь в мужские плечи, раскаленные под тонкой тканью. Как только не сгорела…и рубашка, и я, и Альман. Это правда? Он так сильно очарован?! И как ответ на вопрос среди бушующих страстей его желаний, мелькнуло что-то светлое, белое, сверкающее… оно, как харек, юркнуло в потоки, скрываясь с глаз. Прижимаясь плотнее к Раймонду, решила прикоснуться к таинственному свету… такому опасному, незнакомому. Мне казалось, там ответ на мой главный вопрос: умеет ли этот человек любить?

Только вот этому не суждено было сбиться. За секунду до Раймонд отдернул мою руку, то ли случайно, то ли намерено. Альман взглядом спросил «теперь ты понимаешь? веришь?» И я легонько кивнула, чтобы вновь быть прижатой к стене. Этот поцелуй уже был полон нежности, совсем не свойственной Альману…

– Раймонд, не нужно, – улыбнулась я, – можешь быть собой.

Он только усмехнулся. Взгляд хищно загорелся, по щелчку пальцев потухли свечи, оставляя нас в лунном свете, половица скрипнула под весом мужчины, а я непроизвольно вжалась в стену… Хищник вышел на охоту, готовый в любую секунду слабости поймать свою жертву. Только в этот раз я убегать не собиралась, даже напротив, потянулась вперед под довольный смех Альмана. Он игриво притронулся к шее губами, вызывая дрожь и уже готов был вновь поцеловать…

Но нет, в этой жизни, не могло быть так просто! Угадайте, что произошло в эту минуту?! Нет, Аркон не явился, взвыла пожарная тревога!!! Надрывалась сирена, сдавливая уши противным визгом, и, как гром раздавался голос ректора, что всем нужно немедленно эвакуироваться!

– В преподавательском корпусе пожар! Просьба всех незамедлительно выйти из здания через левый выход!

– Мы же никуда не пойдем? – спросила я с надеждой, видя в отражении зеркала раскрасневшуюся себя в тонком вызывающем платье. Раймонд в помятой моими руками рубашке тоже мало походил на приличного преподавателя. – Учебная тревога?

– Пожар! Код А! Одна минута! – надрывался ректор и в подтверждение случившийся катастрофы, под потолком сверкнули кристаллы, и через пару секунд на нас полились потоки воды.

– Серьзено?! – не веря, произнесла я, стирая жирные капли с лица. Платье мгновенье намокло и облепила тело. – Раймонд, мы выйдем?

– Предпочитаешь сгореть? – усмехнулся он, кидая мне пиджак и таща на выход за руку. – По-моему, лучше краснеть, чем гореть.

– Прямо так?!

– Отлично выглядишь, очень аппетитно, – снова усмехнулся Раймонд, уверенно таща меня за собой по коридору. – Могу тебя понести на руках.

Еще лучше. Осталось только с Альманом спуститься по парадной лестнице, чтобы все сразу поняли что к чему... В этот раз репутация тоже спасет мага или все-таки полуголая ученица в руках кого-то смутит? Даже интересно, сколько я соберу косых взглядов. Но на удивление пожаром мало кто интересовался: куча народа собралась поодаль учительского корпуса. Последний, кстати, действительно горел, никак не реагируя на воду. Сотни керов, сбежавшихся на полянку, встали кружочком, наблюдая за какой-то дракой. Мы переглянулись с Альманом и поспешили в гущу событий. Казалось, вся академия стягивалась сюда, по Блюдцам керы звали друзей, на всю округу завывала сирена, а в центре круга стоял Эндрю с неестественно горящими глазами. Такое уже было в тот самый день в зале боевых искусств…

– Великий дух, – прошептала я, подмечая, что магия сочилась уже даже через одежду Арийского. Он был в гневе, совершенно не контролируя себя. А это означало, Эндрю с его безграничным потенциалом мог убить любого … Корпус он уже поджег.

– Ну что? Аристократический сынок, думаешь это высокородная шлюшка для тебя? – спросил какой-то вампир, явно не сомневающийся в своих способностях. – Человечишка, ну хочешь, помешай мне укусить ее? Она и сама не против, да, Лети?!

Летиция стояла в первом ряду, прижимая свою сумку к груди и впав в ступор. Она явно начала понимать, к чему привело ее поведение. Не знаю, зачем она сунулась к вампирам, но теперь Эндрю защищал ее честь… Он принимал оскорбление Амо за свои. Уверена, что парень долго сдерживался, но бравый вампир переходил границу с каждым словом и тем самым подписывал всем приговор. Под ногами Эднрю трава чернела с каждой секундой сильнее, источая горелый аромат, очередная искра сверкнула между пальцев парня и мелькнула в сантиметре от лица кровопивца.

– Ваше высокородие, вас стрелять не учили? Перестань Эндрю, она того не стоит.

– А это я буду решать.

– Успокой его! Летиция, немедленно отомри и успокой его! – вырвавшись из рук Альмана, подбежала к девушке и затрясла ее за плечи. – Очнись! Он спалит половину академии!

– Пускай!

– Идиотка! – а у нее были стеклянные глаза, она заворожено смотрела на пылающий огонь в далеке. Прощать обидчиков она не хотела, как и понимать, насколько рискуют все. В первый ряд сзади протиснулся князь Латос, спокойно попивая бодрящий напиток. Он окинул меня с ног до головы, хмыкнул и продолжил смотреть на то, как одна за другой искра срывается с пальцев Эндрю.

– Керы, немедленно разойдитесь. Кер Арийский, может, стоит подумать о последствиях? – стальной голос Альмана прозвучал напротив парня. Маг уже приготовил усмиряющее заклятие. – Эндрю, мне стоит применять силу?!

Арийского трясло, но спустя минуту он кивнул. Все выдохнули, и только я напряглась, заметив между пальцев смертельное заклятие невидимых нитей. Оно могло задушить заживо. Его легко деактивировать, только если не питать настолько сильно, Эндрю вряд ли сейчас рассчитывал потоки.

Все произошло очень быстро. Уходя с поля бок о бок с Альманом, Эндрю резко развернулся и кинул в противника магическую искру, вампир явно не зря здесь учился и смог соткать сильнейший защитный щит. Отрикошетив от него и сбив ударной волной кропоивца, а заодно и часть толпы, магия устремилась в спину Альмана. Такой заряд мог убить даже такого мага, как Раймонд! А я ведь землянка, которая может впитать лишнюю концентрацию и выжить…

У меня хотя бы будет шанс. Время для подвигов, Софи! И я, не задумываясь, кинулась практически навстречу заклятию, чувствуя, как сквозь кожу проходят концентрированные разряды. Падая на землю с прожженным в нескольких местах платьем, заметила ошарашенный взгляд Раймонда, а через секунду почувствовала тяжесть чужого тела на себе. Сверху спикировал не менее обожженный, князь Латос. Судя по шипению, он словил часть разряда на себя, а теперь корчился от боли, немного задыхался, но все же мог гневно говорить:

– Спятила?! Зачем полезла его спасать?!

– А что ещё делать?

– Себя не выдавать хотя бы!!! Ты должна была умереть в первую же секунду, а смотри, живее всех живых! Не подозрительно?

Великий дух, но как же иначе?! Мой секрет на настолько ценен, как чужая жизнь, точнее совсем не чужая. Между тем в толпе начались перешептывания, керы удивлялись силе Эндрю, в обычной жизни такое заклятие не могло остаться после встречи с щитом защиты высшего уровня и тем более не могло раскидать в стороны половину кампуса…  Альмана окутала тьма, явно он был очень зол, что я кинулась под заклятие, что сейчас он держал за руки Эндрю, не давая тому колдовать, и не мог заняться ни любопытными керами, которые скоро начнут задавать неудобные вопросы, ни бушующим пожаром, ни раненой мной.

– Эр, подыграй, – попросила я. – Ему нужно еще помочь.

– Что?!

– Нужно событие, которое затмит это, – и я завизжала.

– Ты с ума сошла… Впрочем, почему бы и нет? Ситуация замечательная, народа много, – усмехнувшись, Эр грубо  схватил меня за лодыжку, в другой руке мелькнула плетка. Все внимание теперь было приковано к нам, а не к брыкающемуся Эндрю или воющему от синяков вампиру. Вставая и снова падая навзничь, подмигнула Альману.

– Все нормально, уводи Эндрю… – шепнула губами я.

Сколько вопросов было в его во взгляде!!! А он стоял и смотрел на наше представление, будто не веря, что я это делаю. Помогаю ему замять ситуацию, толком не зная ничего.

– Иди.

– Нет.

– Великий дух, какая идиллия! – вздохнул Эр и, приподнимая меня за шею, закричал. – Кто посмел тебя дотронуться?! Поэтому решила убиться, стыдно стало смотреть в мои глаза?!

– Альман, что происходит? – прибежал Диркан, подхватывая Эндрю и парализуя того еще несколькими успокаивающими заклятиями. Особо они не действовали, только глаза парня стали вновь человеческими без вкраплений магии. – Справишься? Я отведу парня к себе и займусь пожаром. Тебя ждать?

– Нет, – коротко ответил Альман, неверяще смотря на меня и Эра. Пожалуй, он впервые оказался в иммерсивном театре.

– Моя милая невеста, Софи, тебя заставили изменить? – Эр ходил вокруг меня, нежно поглаживая тело плеткой. Его взгляд был безумным и раздавался в глухой тишине парка. Керы не расходились, но никто не проронил ни слова, даже дыхание не было слышно. Ведь все присутствовали на прилюдной казни. – Полюбила другого?! А ты уверена, что нужна ему? Рискнет ли он вмешаться и заступиться или…он тоже любит смотреть на наказание? Давай попробуем выяснить его приоритеты…

– Эр, ты ведь играешь? – уже с сомнением спросила, когда плетка стала натирать кожу, а эльф продолжал меня обматывать ей и слишком сильно сжимать.

– Возможно. Я ставлю эксперимент для…нас, – холодный голос скользнул по шее, оставляя дорожку изо льда. – Где же этот храбрец, который посмел забрать тебя у меня?! Может, он боится скандала?! Осуждения? Я ведь прав?

– Да! Он отвратителен, князь! – кто-то выкрикнул из толпы. – Бесчестный человек!

– Полностью согласен.

Издевательство. Скорее моральное. Сплошная насмешка. Вкрадчивый страшный голос. Я уже не сомневалась, что Эр перестал играть, он испытывал Альмана и был уверен, что тот не посмеет очернить свое имя. Не захочет стать участником сплетен, даже если кнут по-настоящему ударит по моему телу. Казалось, Эр, памятуя о жизни в Лионоре, приготовился к долгому представлению, где все от зрителя до жертвы проникнутся живущим внутри страхом, но Альман в самом начале сорвал эти планы.

– Это я, кер Латос, я не прочь посветить в это общественность, – с усмешкой выступил вперед Раймонд, который совсем не обратил внимания на вздохи толпы. – Что вас интересует? Нужна ли мне она? Да сильнее, чем вам. Боюсь ли скандала? Думаете, это так важно, когда девушка действительно нравится?

– Вы ее заставили?

– Любить себя? – переспросил Альман, вплотную подходя к нам и буквально вырывая меня из кнута. – Это ваша прерогатива, но если она когда-то от меня откажется, я тоже попытаюсь заставить. Надеюсь, этого никогда не произойдет.

И он, выдохнув и подняв решительный взгляд, поцеловал меня на глаза у всех. Я задыхалась, а он все не отпускал, будто безумный впивался губами, доказывал всем, что Софи больше не принадлежит морозному принцу. А тот стоял и пустым взглядом смотрел на нас, принимая поражение в сражении, но не в войне. Он ведь давно хотел прекратить эту дурацкую игру в невесту, и сейчас смотря в серые глаза эльфа, понимала, все идет по плану… Он выругался, бросил в меня кольцо, гордо удаляясь в глубину парка.

– Софи, ты с ума сошла, – приобнял меня маг и прошептал на ухо. – Что это было?! Ты хоть поняла сама?!

– Я тебе помогла.

– Таким образом?! Софи, я бы лучше с каждым лично поговорил, чем видел издевательства Латоса! А если бы я не остался, а ушел?! Кто бы вступился, а?! – гневно говорил он, прижимая все сильнее к себе. – Ты ведь обещала, что не будешь больше ставить свою жизнь под угрозу!

– А я и не ставила!

– В какую минуту именно? Когда решила прыгнуть навстречу заклинанию или когда вынудила Эра устроить представление?! Ты знаешь, что он попросит за такую помощь?

Лишь капельку крови. Но князя в таком состоянии не следовало оставлять одного. Конечно, он станет предаваться рыданиям, а приступит к разработке нового плана по отмщению за обиды…впрочем, в сердце неприятно кольнуло. Он ведь хотел, чтобы Раймонд сильно любил, не подтверждение ли этому увидел Латос сегодня?!

– Куда собралась? – спросил Альман, заметив, как я стала вырываться из объятий.

– Мне нужно поговорить с Эром.

– Снова в огонь?

– Все будет хорошо, Латос не сделает мне ничего плохого, здесь он лишь играл, – хотя в последнем я сильно сомневалась, но списывала все на эксцентричность методов блондина.

– Слишком из него хороший актер получился, – выдохнул Альман, обеспокоенно заглядывая в мои наивные глаза. – Расскажи мне все, Софи, что вас связывает?

– Пусти. Я потом все объясню.

– Потом? – вздох вышел тяжелым, но пальцы Раймонд все же расцепил. – Софи, он погубит тебя.

– Прекрати, почему вы все так говорите? Вы его не знает и называете злом.

– Не думаешь, что не зря?!

Я только фыркнула, возомнив себя этакой святой Софи, которая в демоне найдет хорошее. Ну, кто из нас идеален?! Разве Альмана не в чем упрекнуть?! Беспокойство не покидало меня, но лишись я веры в эльфийского принца, мои руки тотчас же опустились. Князь незримо меня поддерживал даже тогда, когда напротив были глаза Раймонда.

Народ постепенно разошелся, Альман помчался помогать Аркону, а я искала среди толпы Латоса. Не представляла, что собиралась ему сказать, благодарить или злиться. Но все само собой разрешилось. Событий сегодняшнего для эльфа, будто не было – он язвил, приказывал и взял кровь на анализы. Все было, как и раньше, но я чувствовала появившуюся неловкость…и в глаза друг другу мы уже не смотрели, боясь увидеть что-то не то.

– Эр, ты подумал о моем предложении рассказать все Альману? – спросила я, сидя в кресле напротив эльфа и вжимаясь в спинку. После сегодняшнего случая, он будет вправе отказать. – Пожалуйста. Он опасный соперник, но в то же время хороший защитник и помощник.

– Мы дорого заплатим, если ошибемся, – ответил Эр и к собственному неудовольствию признал, – но сегодня он сделал шаг вперед. Я удивлен, что великий Раймонд Альман не побоялся поставить себя под удар… Софи, ты ему веришь?

– Да, Эр, думаю, он поможет. Без него мы не сможем приблизиться к разгадке.

Я уже не могла так жить, и князь Латос сжалился, а скорее всего, понял, что удерживать меня бесполезно. От чувств никуда не денешься, особенно если объект их источающий уж очень напористый. Мне уже совесть не позволяла лгать ему.. Принц эльфов верно рассудил, что лучше пойти на компромисс, и хоть долго хмурился, вынужден был согласиться. Зато, как он орал, у меня волосы дыбом встали, причем везде, когда захотела признаться Раймонду во всем. Доводы Эра показались убедительными до боли в ушах, и я согласилась с эльфом утаить от Альмана мое настоящее происхождение. Еще одним условием разглашения наших тайн стало присутствие Эра в логове следователя, он хотел знать все нюансы разговора. Уже после захода солнца мы направились в покои Альмана под покровом ночи.

Представляете лицо мага, когда, открыв дверь, он сначала узрел меня, расцвел, потянулся вперед, а тут из-за двери появился ослепительно улыбающийся эльф.

– Мы к вам, – с притворной улыбкой произнес Эр.

– Мы?

– Нам нужно все обсудить, – сказала я.

Раймонд отступил, пропуская нашу компанию внутрь. Явно мужчина рассчитывал провести вечер по-другому и уж точнее без присутствия эльфа в собственной спальне. Мужчины оба были недовольны находиться в одном помещении.

– Ты уверена, что сможешь говорить при нем?

– Он все знает.

– И позволит сказать?

– Позволю. В этот раз все зависит от вас, профессор Альман, – последнее эльф произнес издевательски. –  Ей-то вы поможете, верно? Для керы Софи не существует ограничительных обстоятельств?

– Он точно должен быть здесь? – уточнил Раймонд, складывая руки на груди.

– Точно, я столько лет ждал этого момента, когда вы, наконец-то, выслушаете кера…