Глава 17

Ночной лес не казался мне таким страшным. Наверное, всё дело было в Яргаре. Он крепко держал меня за руку, уводя куда-то в самую глубь.

Я покорно шла следом, всё гадая, как же поможет мне Яргар? Каким образом он сделает меня сильнее? Что это за таинственный способ? Но ответов не было, а нарушать тишину не очень хотелось.

Мы быстро двигались по проторенной дорожке, петляли между высоких вековых деревьев. Темнота леса лишь изредка разбавлялась серебристым светом почти полной луны да сиянием звезд. Музыка ночи была приятной и завораживающей. Шелест листьев, свист ветра, стрекот насекомых. Наши осторожные тихие шаги. Наше дыхание. Моё — слишком шумное и сбивчивое, у Яргара — хриплое, но размеренное.

Вот где-то вдалеке раздался шум ручья или, может, небольшой реки.

— Яргар, ты скажешь, куда мы идем?

— Ты так хочешь знать, что будет?

— Да. Мне страшно.

— Разве я давал повод тебе бояться? — Яргар обернулся и посмотрел мне в глаза. — Карина, все будет хорошо. Иногда нужно чуть-чуть потерпеть.

— Просто скажи, что ты будешь делать.

— Ну нет, — мужчина напрягся и сильнее сжал мою ладонь. — Не хочу тебя вводить в заблуждение или пугать.

— Вот этими словами ты напугал меня еще больше! — невольно повысила голос и впилась в ладонь Яргара. Она была очень горячей, а ещё надёжной. Согревала и успокаивала, хоть моё сердце и колотилось от страха.

Больше он ничего не сказал. Впрочем, скоро мы вышли к небольшой, но бурной речушке. Её темные воды блестели серебром и манили приятной свежестью.

Яргар отпустил мою руку и начал раздеваться. Сначала стянул рубашку и бросил её на землю. Я наблюдала за ним, испугавшись ещё больше. Вновь увидев его изуродованную спину, невольно вспомнила обо всём и еле сдержала слёзы.

Когда мужчина взялся за широкие холщовые штаны, я отвернулась: стыд взял своё. Не было нужды снова разглядывать Яргара. И так прекрасно знала, как он выглядит без одежды.

— Раздевайся, — мужчина вплотную подошёл ко мне, обдав сухим жаром тела и каким-то пряным терпким ароматом, сильно напоминающим мне свежую кровь.

— Что?

— Раздевайся! — Яргар требовательно повторил и вцепился в завязки моего платья. Потянул их на себя, обнажая шею.

— Я сама, — покраснела и попыталась убрать его руки. — Не надо… Я сниму платье, только отвернись.

— Кара, всё равно…

— Знаю! Просто… просто не смотри на меня.

Мужчина выдохнул и встал ко мне боком, повернувшись лицом к ручью. Я же дрожащими руками распутывала завязки. Сняла через голову простое платье из грубой ткани и взялась за нательную рубашку. Тщательно сложив одежду на траве, выпрямилась и прикрылась руками, продолжая краснеть от стыда.

— Всё?

— Всё… — еле слышно пробормотала.

— Дай руку, — Яргар протянул мне ладонь. Я несмело взялась за неё. — Ступай за мной.

На удивление мужчина так и не обернулся, только вёл меня к ручью. В воду Яргар зашёл быстро, даже не поморщившись. Стоило же мне коснуться воды, как тут же покрылась мурашками и клацнула зубами от холода. С каждым шагом становилось лишь хуже, я уже тряслась как от озноба.

— Иди сюда, — Яргар притянул меня к себе и крепко обнял. Прижимая к своей груди одной рукой, второй старательно расплетал мою косу. — Скоро станет лучше, нужно немного привыкнуть.

Хотела что-то пробормотать, но губы онемели от холода. Изо всех сил ластясь к тёплому и надёжному мужчине, ловила каждую частичку тепла, пытаясь согреться. Даже нагота уже не смущала. Хоть я и чувствовала дыхание Яргара, слышала биение его сердца, ощущала горячность его немного грубой и шершавой кожи.

Мужчина запустил руку в мои волосы, крепко ухватил и вынудил запрокинуть голову так, чтобы мы встретились взглядом. Смотря в глаза Яргара, тонула в их блестящей желтизне, так сильно напоминающей мне расплавленное кипучее золото.

— Яргар, я…

— Тихо. Помолчи, — он нахмурился и попытался улыбнуться, но вышла лишь кривая ухмылка.

Ладонь мужчины скользнула по моей спине. От такого волнующего, ласкового, но в то же время грубого и уверенного прикосновения я испуганно выдохнула и прикусила нижнюю губу.

Знала ли я, чем грозит мне свадьба с волком? Представляла. Впрочем, итог её мало чем отличался бы от свадьбы с обычным мужчиной. Это обыденность, жизнь. Иногда приходится принимать её такой, какая она есть.

Но, перебирая варианты, я понимала, что лучше быть с тем, с кем не страшно, кому доверяешь, кто не обидит. Пока Яргар не сделал мне ничего плохого, даже наоборот. И если он станет моим мужем, то рано или поздно…

Додумать не получилось, потому что мужчина терпко поцеловал меня, с жадностью даря жгучую, плавкую ласку. От неё перехватило дыхание. Жар опалил щёки, едва не пробивая на слёзы. Обмякнув, обречённо хваталась за сильные плечи Яргара, чувствуя под ладонями напряжённые мышцы.

Когда в голове помутилось, а я уже сама и охотно отвечала на поцелуй Яргара, стремясь получить что-то новое, он вдруг отпустил меня и поднял взгляд. Тяжело дыша, облизнулась, видя перед собой только немного влажные губы мужчины, которые мне очень хотелось целовать дальше.

Серебристые лучи луны окрасили нас белым, окружая отражающимся светом от воды. Яргар зарычал и повернулся ко мне. Верхняя губа его приподнялась, обнажая ряд заострённых зубов. Я сдавленно сглотнула, чувствуя себя загнанной в ловушку.

Но мужчина лишь с силой прикусил свою губу. Кровь хлынула по подбородку, стекая на шею и мускулистую грудь. Завороженно смотря за алыми потёками, совсем не сопротивлялась, когда Яргар слишком грубо и сильно притянул меня к себе. Ощутив на губах остроту его зубов, зажмурилась.

Боли не было. Только жаркий поцелуй, отдающий противным привкусом железа. Яргар удерживал меня, не давая мне даже отстраниться. Мне невольно пришлось глотать его кровь, наслаждаясь странным неожиданным удовольствием. Губы у мужчины вдруг оказались очень мягкими и настойчивыми.

Задыхаясь, обняла Яргара за шею. Прохладные прикосновения воды поднимались волнами вверх, усмиряя разгорающееся внутри пламя. Не успев ничего понять, с головой окунулась в волны глубокого и бурного ручья.

Яргар держал меня до последнего. Мы вынырнули лишь тогда, когда внутри всё стало жечь, а желание вздохнуть перекрыло остальные. Кашляя и хрипло дыша, держалась за Яргара, осматриваясь по сторонам. Смаргивая капли воды, с удивлением посмотрела в свое отражение: глаза у меня напоминали жидкое золото.

Неверяще таращилась на себя. Глаза не просто стали жёлтыми, они едва заметно светились. Словно оказавшись под лучами луны мы вдруг стали совсем другими.

Яргар убрал мокрые волосы с моего лица и улыбнулся. Выглядело это всё жутковато, потому что кровь хоть и смешалась с водой, но все ещё текла по его подбородку и шее.

Отплевавшись, утерла рот рукой и посмотрела Яргару в глаза.

— Тебе больно? — коснулась его губ, чувствуя их несдержанность под пальцами.

Почему сейчас мне так хочется продолжить это сладкое безумство? Почему так хочется касаться его кожи, гладить её? Почему мне… хочется большего?

Яргар взял мою ладонь, посмотрел на следы крови на моих пальцах и неожиданно поцеловал их.

— Нет, не больно. Всё пройдет очень быстро. К утру ничего не останется.

— Что ты сделал со мной?

— Дал тебе частичку своей силы. Но это ненадолго. Всего на пару дней, потом ты станешь прежней.

— Поэтому я чувствую себя так странно?

— Странно? — Яргар переспросил, удивлённо вскидывая бровь. — И что же ты чувствуешь?

Я покраснела. Сказать о своих ощущениях словами мне было слишком сложно и трудно. Поэтому отвела взгляд, пытаясь хоть как-то выразить своё состояние.

Вновь взглянула на Яргара, дотронулась второй рукой до его щеки. Привстала на носки, чувствуя, как вода прощально лижет мои бёдра, и неожиданно для себя поцеловала мужчину. Задевая губами грубые волоски бороды, плыла от таких перепадов жёсткости и мягкости, чувствуя липкость крови на своем лице.

Чем сильнее я целовала Яргара, тем ярче становились ощущения. Не могла им противиться, не могла устоять. Мои руки сами скользнули вниз по плечам Яргара.

— Кара, — мужчина мягко отстранил меня. — Это все гон. Завтра будет ещё хуже. Поэтому я до последнего не хотел делать этого, — Яргар сдержанно улыбнулся. — Теперь ты будешь лучше понимать меня, но вместе с даром примешь на себя и слабости.

Тяжело дыша, загнанно смотрела на Яргара, пытаясь понять, что же он мне говорит.

Слабости? Какие слабости?

— Ты совсем замёрзла. Текучая вода дала нам силу, и теперь мы можем выйти.

— Мне не холодно.

— Ты вся дрожишь, — Яргар нежно приобнял меня, проводя ладонью вниз по моей спине. — И губы у тебя уже скоро будут синими. Нужно выходить.

Мужчина увлекал меня за собой в сторону берега. Ноги плохо слушались, я еле ковыляла по каменистому дну ручья. Выйдя на пологий берег, тут же задрожала под сильным порывом ветра. Меня будто ледяным огнём обдало.

— Вот видишь, — Яргар дотронулся до моих плеч. — Я был прав.

Слушая мужчину, я проникалась новыми ощущениями. Острые пряные запахи. Сладкие, горькие, свежие. Такие разные и такие манящие. От моей одежды веяло чем-то тёплым, мягким, домашним. А вот вещи Яргара били в нос режущим запахом опасности.

Вздрогнула от очередного прикосновения и повернулась спиной к Яргару.

— От тебя так странно… пахнет.

— Зверем? — голосе мужчины послышались странные нотки.

— Наверное.

— Кара, знаешь почему нам дают метку убийцы, — Яргар встал позади меня и положил свои ладони мне на плечи. — Это не предостережение и не наказание. Просто знак того, что зверь взял верх. Сложно жить, чувствуя себя пленником в своём же теле. Скоро ты меня поймёшь, — растирая мои плечи, мужчина распалял кожу, уверенно прогоняя холод. — Гон это только начало, малая капля.

— Значит… ты целовал меня именно из-за него?

Мой вопрос мог показаться глупым, но я просто хотела понять: кровь Яргара сделала меня страстной или всего лишь подстегнула те чувства, что уже теплились в глубине души?

— Гон делает нас вспыльчивыми и злыми, алчными. Ты будешь испытывать эти чувства раз за разом, вместе с диким желанием к любому мужчине из нашего племени.

Замерев, поджала губы и нахмурила лоб.

— Как я испытываю это к любой девушке или женщине. Но… — пальцы Яргара скользнули вверх. Теперь он держал меня сзади за шею. — Знаешь, что делает нас людьми? Мы можем усмирить зверя, можем бороться. Всю жизнь только это и делаем, не давая самим себе обернуться настоящим животными.

Я сглотнула слюну, цепенея от таких желанных касаний. С ужасом понимала, что слова Яргара — правда. Поэтому мое тело так радостно отвечает на его ласки.

— Ты просто не представляешь, как это сложно. Сдерживаться, чувствуя гон. Видеть тебя, слышать. Кровь зверя только усиливает… чувства.

Закрыв глаза, стиснула зубы. Мне было страшно и жутко слышать такие откровения Яргара.

— Кара, милая…

Кровь бурлила так, что я сама с трудом боролась с желанием обернуться и поцеловать Яргара. Тот перебросил мои мокрые волосы через плечо и склонился. Я ощутила его сухое и жаркое дыхание на своей коже. Яргар коснулся губами моей шеи.

Я вздрогнула, но промолчала. Дышать стало трудно. Сердце будто в тиски сжали.

Медленная, плавная дорожка из поцелуев ласкала кожу шеи и плеча. Яргар опустился на колени, пылко касаясь губами моей спины. Его ладони скользнули по моей груди, подарив слишком приятные ощущения. Не успела испугаться и насладиться вдоволь, как мужские руки уже легли на мой живот.

Обнимая меня, Яргар вдруг прижался щекой к моей спине и замер. Я боязливо положила свои ладони на его руки, некрепко их сжав.

— Ты даёшь мне сил быть человеком, а не зверем. Но этого никто не понимает.

Яргар отстранился и убрал руки. Мне вдруг стало так холодно и одиноко, а от этого ещё сильнее захотелось почувствовать тепло мужского тела.

Широкий ворот задел лицо, когда Яргар надел на меня мою нательную рубашку. Я молча продела руки в рукава. Платье уже натянула сама, слушая, как торопится Яргар.

Обернулась. Я ведь должна что-то сказать. Кровь Яргара и впрямь толкала меня на безрассудные вещи. Но мне хотелось верить, что не только в ней дело, что она лишь раскрыла мне глаза.

Яргар надевал рубашку, когда я быстро к нему подошла. Тело требовало ласки, страсти, поцелуев. Чего-то дикого и безрассудного.

Но я лишь крепче стиснула зубы и сама обняла Яргара, хрипло прошептав:

— Спасибо.

Бороться со зверем и вправду сложно. Но нежность, чувство защищенности и забота манили меня сильнее, чем самая дикая и безудержная страсть.

— Я люблю тебя, Кара.