Глава 20

Старательно перевязанная рука сильно болела. Ноющее чувство сводило с ума. Прихрамывая, расхаживала по комнате: Яргара сильно потрепали. Видеть его таким было невыносимо.

Присела на лавку и посмотрела на спящего мужчину. Мы пережили страшную ночь плечом плечу, но всё напрасно. Свадьбы не было. Всё, ради чего мы боролись, не случилось. Я чувствовала себя раздосадованной. Так всегда бывает, когда стремишься к чему-то, но все усилия идут прахом.

Яргар хрипло выдохнул. Кровать заскрипела, когда он привстал на локте.

— Ты что делаешь? — я встрепенулась и подскочила к нему. — С ума сошёл? Ложись обратно! Тебе только раны обработали, сейчас вновь кровить начнёт.

— Не начнёт… — Яргар недовольно поморщился и сдвинул повязку на плече в сторону, что рассмотреть рану. — Вон уже затягивается.

— И что? — присела на край кровати и взволнованно поджала губы.

— И то, заживёт. Все хорошо.

— Они из тебя куски плоти вырывали… — вздрогнула от неприятных воспоминаний. — Вилья сказала, что у тебя теперь остануться шрамы. На лице, шее и руках.

Яргар провёл рукой по правой стороне лица, проверяя пальцами мои слова. Старейшина и другие сильно постарались, чтобы раны зажили как можно скорее. В этом я сильно уступала Яргару и его соплеменникам. Хоть кровь мужчины и сделала меня ненадолго сильно и выносливой, притупила боль, но вот их способность к заживлению не передалась.

Рука невообразимо ныла. Как только я оставалась наедине со своими мыслями, тут же начинала ощущать призрачные зубы на своем плече. Будто звери вновь грызли её.

Поморщилась и положила руку на рану. Скосила взгляд: вновь выступила кровь. Почему-то мне кажется, что заживать всё будет очень долго.

— Сильно болит?

— Сильно, — не стала врать. — Но это ерунда… — сдавшись эмоциям, расплакалась. — Я думала, что мы не выживем! Мне было так страшно, когда они делали это с тобой!

Воя в голос, не заметила, как Яргар сел и притянул меня к себе. От мужчины пахло горькими травами и спёкшейся кровью. И в тоже время… Мне стало так спокойно, так хорошо.

— Мы же были вдвоем. Двоих бы не убили… — в голосе Яргара слышалась насмешка. — Не стоило тебе лезть к ним. Легко отделалась. Теперь долго заживать будет. Я-то встану через пару дней, а ты?

— А что я? — встрепенулась и посмотрела мужчине в глаза.

— Как теперь будешь с такой рукой?

— Она ведь заживёт… — неуверенно протянула, наблюдая за взглядом Яргара. Мужчина смотрел в окно.

— Конечно. Но как платье надевать будешь?

— Но… разве не нужно теперь ждать очередной полной луны?

— Кара, милая, — Яргар нежно поцеловал меня. Затем чему-то улыбнулся и поморщился от беспокоящих его ран. — Ты доказала всем, что достойна быть частью нашего племени. Полная луна — лишь традиция.

Я облегчённо выдохнула и прижалась к Яргару. Тот лишь скривился и подавил стон. Слишком уж радостно я прильнула к раненому мужчине, напрочь забыв о тех следах, что теперь будут теперь уродовать его тело.

И я не стала говорить, что совсем не хочу быть частью звериного кодла. Лучше буду слабым человеком, но без зверя внутри. Пусть теперь лучше понимаю их, но манящие легенды давно померкли в моих глазах.

Такой я быть не хочу.

— Ты боишься?

— Что? — переспросила, отвлекаясь от невеселых мыслей.

— Боишься? У тебя сердце так сильно бьется, — Яргар свесил ноги с кровати и сел более уверенно, показав мне весь ужас его ран. — Как у загнанного оленя.

Я удивилась тому, как точно сейчас Яргар описал моё состояние. Загнанный олень! И челюсти волка давно сомкнулись на моей шее. Только обвинять во всем Яргара я не хотела. В конце концов, за поступки своего брата он не в ответе.

— Да? — неумело соврала, размеренно дыша. — Наверное… Жаль, что я так и не надела то платье, — ушла от ненужного разговора.

— Тебе ведь не жаль.

— Почему? Оно красивое…

— И тебе только поэтому жаль? — в голосе мужчины что-то неуловимо изменилось. От этих слов меня будто морозом по коже пробрало. — Лишь потому, что оно красивое?

Вот что гнетёт Яргара. До этого мне казалось, что он будет рад в любом случае. Поежившись, виновато опустила взгляд. Почему-то о Яргаре я думала гораздо хуже. Думала, что он-то точно будет рад…

— Яргар, ты можешь ответить мне? Только честно.

— А разве я когда-нибудь тебе врал? — его рука соскользнула с моего плеча. От этого стало сразу неуютно, холодно и одиноко. Вот только что было тепло и хорошо, а теперь между нами будто глыба льда.

— Ты ведь спас Эйгиля, спас, потому что я попросила. Ты знал, что я хотела стать его женой?

— Я это понял.

— И ты спас его?

— Спас.

— А если бы я сейчас тебе сказала, что очень сильно его люблю?

Яргар замолк. Не знаю, поверил ли он моим словам, но то, что услышал, заставило его задуматься. Может быть, он не хотел огорчать меня ответом, может быть просто думал, что сказать.

— Яргар, я…

— Послушай, Кара… Когда я предлагал тебе всё это, то знал о тебе многое. И я верю в то, что судьба свела нас вновь не просто так. Когда я увидел тебя на той поляне… — голос Яргара вдруг стал хриплым — Глазам не поверил! Думал, что тебя больше никогда не увижу. И тут ты, живая, прямо передо мной, — Яргар вдруг взялся за мою здоровую руку, гладя большим пальцем запястье. — Значит, того захотел создатель. Если ты любишь Эйгиля или кого-то другого, можешь ведь просто об этом сказать. Это ничего не изменит… для меня. И я бы всё равно спас его. Было сложнее не загрызть тех ублюдков. Но это напугало бы тебя не на шутку, ты бы не стала мне доверять. И мне больно и стыдно, что я не смог уберечь тебя от ужаса, что теперь тебя так мучает.

— Это мне стыдно, Яргар, — я с силой вцепилась в его пальцы, потому что то, что я собиралась сказать пугало меня неимоверно. — Я думала о тебе гораздо хуже, думала… А еще верить не хотела. Но ты прав, мы пережили эту ночь. И я кое-что поняла. Жаль мне вовсе не из-за платья! Сейчас моё сердце так колотится из-за страха, — я с надеждой посмотрела в лицо мужчины. Мне хотелось видеть в это мгновение его глаза. — Мне страшно, очень страшно. Потому что испытываю что-то такое, чего никогда не ощущала. Страшно… Я знаю тебя совсем немного, но почему мне кажется, что это немного почти равно моей жизни? Будто… — глаза Яргара потеплели, смотрели на меня с такой нежностью, что я вновь чуть не расплакалась. — Будто не любила никого, потому что не могла. Потому что сердце выбрало тебя. Давным-давно… Мне страшно, потому что я не понимаю: почему? Это всё твоя кровь, луна или те трудности, что не хотят оставлять нас в покое? Я не понимаю тех чувств, что испытываю к тебе.

Поддавшись зову, идущему из моего сердца, я убрала руку из мягкого захвата Яргара. Но лишь для того, чтобы коснуться его щеки. Мой поцелуй вышел робким и каким-то скомканным. Но тепло губ мужчины вселило уверенности. Я перехватила здоровой рукой шею Яргара, с наслаждением трогая его колючие курчавые и немного жёсткие волосы.

Яргар мягко отстранил меня, явно желая что-то сказать, но я опередила его:

— Мне очень жаль, что сегодня не случилось того, чего мы ждали. Жаль, что я не надела то красивое платье. Мне очень и очень жаль.

— Ты всё ещё можешь сделать это, сегодня. Нынешнее полнолуние дало начало новому дню. Есть время до полуночи.

— А так можно?

— Можно. Я же сказал, полная луна — лишь традиция. У нас есть с тобой весь день, — Яргар вновь скосил взгляд на окно. — Или его остатки.

— Тогда я пойду и найду Вилью, — не удержавшись снова поцеловала мужчину. — Не хочу, чтобы нам вновь что-то помешало.

Ответный поцелуй был быстрым, но вдохновляющим. Кажется, всё и впрямь было не зря.

В комнате было очень темно. Солнце давно скрылось, а тот странный светильник, что висел под самым потолком, давно потух. Я нерешительно заглянула за занавесь, чтобы убедится: всё в порядке. В знакомом полукруглом коридорчике никого не было, хотя внизу раздавались чьи-то голоса.

Вилья сказала, что, не желая дразнить Этхо и других зачинщиков ночного происшествия, старейшина Едгер решил всё сделать тайком, а саму свадьбу сыграть только среди семьи — нечего народ баламутить.

Вот я и ждала, пока меня позовут.

Вилья прошмыгнула коридором ко мне, юрко забравшись под занавесь в мою комнатушку.

— Вот, принесла! — женщина показывала мне белую ленту, расшитую матовым бисером и крупным жемчугом. — Поворачивайся, в косу вплетём.

Я приподняла длинную юбку платья и встала спиной к Вилье. Сжав зубы, тяжело дышала. Рука всё ещё болела, но я готова была потерпеть. Платье оказалось мне почти впору, только было оно очень тяжёлым. Поддерживать вот так подол становилось всё труднее.

Вилья поправила узкое плетёное очелье, перехватывавшее волосы у лба, и распустила косу до половину. Вплетая ленту, что-то напевала.

— Что… что стало с Этхо и остальными? — я вдруг решилась задать вопрос, терзавший меня слишком долго.

— Ничего. Пожурили и всё. Хотя отец ему задал хорошую взбучку.

Я довольно хмыкнула.

— Зря радуешься. Этхо не успокоится. Хлебнёте вы горя с ним.

— Ничего.

— Вам придётся жить с ним в одном доме.

— Не думаю, что будет так часто встречаться.

— Три раза в день точно. А то и чаще. Так что не надейся остаться в стороне. Не выйдет!

— И что же мне делать? — поморщилась от слишком тугого витка. Вилья сильно натянула пряди моих волос. — Как быть?

— Он ничего не забыл и ничего не простил. И… Кара, я скажу тебе то, чего не сказала бы никому другому. Но я вижу, как ты смотришь на Яргара. Вижу, как он смотрит на тебя, — Вилья замерла, медленно завязывая ленту. Коса доплетена. Теперь я совсем готова. — Не все в нашем мире справедливо. Этхо многое простили, потому что он… он сын своего отца. Он мужчина! Как простили и Яргару. Но если ты сделаешь ошибку, этого никто не простит. Никто! И не надейся на защиту Яргара. Сейчас все будут ждать твоего промаха. Любой твой проступок больно ударит не только по тебе, но и по Яргару.

Я молча выслушивала эту поучительную тираду, думая о будущем. Даже в это мгновение мне казалось, что все это ерунда: мы ведь выдержали главную битву.

Вилья поправила моё платье и коснулась плеч:

— Ты готова?

Под плотной рубашкой Яргара виднелись бинты. Он не захотел тянуть, хоть и был тяжело ранен. Наше мужество граничило с безумием, но мы решили, что нельзя этот день завершить ничем.

Яргара посмотрел на меня, и сердце ёкнуло. Потрепали знатно. Некогда красивое лицо казалось обезображенным. Я подавила в себе жалость, зная, что все его раны заживут. И Яргар станет почти прежним. Да и красота его казалась теперь такой… ненужной.

Я закинула косу за спину и выпрямилась, давая мужчине рассмотреть мой наряд. Длинное платье с широкими и пышными рукавами. Свободный покрой напоминал мне о любимом сарафане. Цветочный узор, вышитый серебряной нитью, красиво перекликался с крупным жемчугом, бисером и мелкими каменьями. Накидка прикрывала плечи, пушась густой бахромой.

Неспешно подошла к Яргару и встала возле него, вопрошающе смотря на старейшину Едгера. Тот ждал лишь меня.

Яргар взял меня за здоровую руку и перевёл взгляд на старика. Я пыталась унять дрожь в теле, шумно дыша. Сжимая ладонь Яргара, успокаивалась от его тепла.

Старейшина начал что-то говорить. Я видела, как шевелились его губы. Но смысл слов до меня не доходил, я теряла его. Только испуганно смотрела в морщинистое лицо мужчины.

Я была словно не в этой комнате, а где-то в другом месте.

Неужели я решилась на это? Неужели согласилась? Неужели действительно люблю Яргара?

Вот он повернулся ко мне лицом. Я подняла взгляд и, унимая волнение, улыбнулась Яргару. Он проговорил одними губами “люблю”, от этого в груди стало так жарко и горячо, что я раскраснелась.

Старейшина стянул накидку с моих плеч. Яргар приобнял меня, позволяя Едгеру накрыть нас тонкой, почти невесомой тканью. Едва мы оказались за полупрозрачной пеленой, как губы Яргара подарили мне желанный поцелуй.

Коснувшись моей щеки, он всё продолжал бормотать, что любит меня. А я млела от этого, плыла и наслаждалась каждым мгновением.

— Поздравляю тебя, — Яргар хрипло пробормотал, с трудом оторвавшись от моих губ. — Теперь ты жена волка.

— Нет, что ты, — улыбнулась в ответ. — Я жена настоящего мужчины. Человека. Ты ведь поэтому не обращался в волка этой ночью, да?

— Те не только добрая и красивая, но еще и очень умная, Кара.

Едгер осенил нас каким-то странным знаком:

— Нужно сказать племени, что у нас новая пара.

Но мы с Яргаром уже не слушали его. Сейчас были только мы и больше никого. Наше дыхание, наши взгляды. Мне хотелось, чтобы Яргар не отпускал меня. Скрытые ото всех этой невесомой накидкой, казались единым целым.

Яргар вновь поцеловал меня, но уже требовательно, настойчиво. Я держалась за него здоровой рукой и краснела от удовольствия.

— Идём…

— А как же остальные?

— Едгер всё им передаст. Мы им не нужны. До утра. А тебе, как и мне, нужен отдых, — Яргар поцеловал меня в висок, вдыхая аромат моих волос. — Теперь у нас с тобой вся жизнь впереди.

Я кивнула и прижалась щекой к его широкой и мощной груди.

Сегодня ночью буду впервые спать спокойно. Без страха и кошмаров.