Глава 21

Разминая плечо, я сидела в кровати. Олав уже мирно спал в своем закутке, терпеливо выслушав очередную сказку. Изредка поглядывала на тяжёлую занавесь, за которой раздавалось довольное сопение брата. Кажется, новой жизнью он был доволен. Бегал каждый день с соседскими ребятами да племянниками и племянницами Яргара. Вилья зорко присматривала за Олавом, поэтому, быть может, ему жилось хорошо. Я не переживала, что его кто-то обидит. Или дело в другом? Дети были малы и плохо понимали, какое существенное различие между ними и Олавом.

То ли дело я. Кажется, скоро прорасту в этой комнате. Свадебное платье пусть и было таким красивым, но его тяжесть плохо отразилась на руке. Яргар едва ли не силой уложил меня в кровать. Сначала я была против, но ровно до того момента, пока не столкнулась нос к носу с Этхо.

Честное слово, проще сразу к медведю в берлогу залезть! Остатки крови Яргара чуть не лишили меня рассудка. Руки сами потянулись к лицу холёного молодого мужчины. Он готов был убить родного брата! Не жалел других, бросая их под удары Яргара и мой нож. И вот опять так жадно и самодовольно впивался взглядом в меня. А я буйствовала, с трудом сдерживаясь, чтобы не наброситься с кулаками на этого хлыща!

Яргар чуть глаза не лишился! И шрамы, пусть тонкие и едва заметные, теперь тонкой сетью расползались по правой половине лица. А моя рука? Он же…

Этхо ничего не сказал, только ухмыльнулся и повернулся ко мне спиной, направляясь к лестнице. В это мгновение я сильно пожалела, что у меня нет ножа.

Словно желая свести меня с ума, Этхо постоянно попадался мне на глаза. Поэтому, когда Яргар стал вполне оправданно возмущаться состоянием моей руки, я молча согласилась и стала затворницей. Сколько ещё кровь Яргара будет делать меня безрассудной?

Поморщившись от неприятных воспоминаний, приподняла руку и едва не взвыла от ноющей, тянущей боли. Яростно зашипев, прижала ё обратно к телу, поглаживая и укачивая как больного ребенка.

— Сильно болит? — хриплый шёпот застал меня врасплох, вынудив вздрогнуть.

— Терпимо, — я повернулась боком, недовольно посматривая на Яргара сквозь длинные пряди волос, спадавшие мне на лицо. Косу я уже расплела. — Беспокоит ещё.

— Долго заживает… — теперь уже мой муж торопливо подошёл к окну, выглядывая во двор. Яркая лунная ночь серебрилась по ту сторону, тёмное небо, усыпанное звёздами даже мне казалось притягательным. Но Яргар не на эту красоту смотрел, а тревожно вглядывался в кромку леса. — Хочешь, я подойду…

— Не надо! — резко перебила его, стремительно краснея. Признаваться ему в том, что меня все устраивает, не хотелось. — Не надо, все заживёт.

Яргар мельком посмотрел на меня, впиваясь колючим взглядом ярких жёлтых глаз. Словно всю правду хотел узнать. Но всё и так было видно по моему лицу. Мужчина немного смягчился и снял рубашку, показав мне свою широкую спину. Прошёлся к закутку Олава и заглянул туда, словно убеждаясь, что всё хорошо.

Терпкий запах Яргара сухой и жаркой волной ударил мне в нос. Да так сильно, что я даже закашлялась. Покраснев ещё больше, забралась с ногами на кровать и прикрылась покрывалом, продолжая придерживать больную руку.

Я хотела начать разговор, спросить о чём-то, что-то узнать, но слова словно вязли в горле. Булькая и хрипя, только отводила взгляд и сильнее краснела.

Обычно я быстро ложилась и отворачивалась к стене, лишь бы не видеть Яргара, не встречаться с ним взглядом. Изображать спящую у меня выходило плохо, поэтому просто лежала и ждала, пока не прогнётся кровать под тяжелым мужчиной, пока он не поцелует меня в макушку и не уснёт.

Но сегодня всё было не так.

Я блуждала взглядом по комнате, выхватывая привычные вещи: лавку, стол, высокий шкаф. Толстые ковры и тонкие тканые дорожки. Непривычный для меня уют успокаивал, обволакивал домашним теплом. Только Яргар с пряным ароматом крови не вписывался во все это.

— Кара…

Яргар почти полностью разделся. Я потупила взгляд и поспешила улечься на бок. Закрыла глаза и принялась размеренно дышать. В животе расползался странный, чудовищный огонь. Горло жгло льдом, а краснота, расплывающаяся по лицу стала болезненно ощутимой.

— Я хочу посмотреть на твою руку. Уже должно было зажить, а ты так лелеешь её. Это не хорошо, — Яргар уже сел на кровать рядом со мной. Нежно взял меня за плечо и перевернул на спину. — Я просто посмотрю.

Я уже была не просто красной, а пунцовой. С трудом дыша, молча повернулась нужным боком и уткнулась носом в подушку. Горячие пальцы Яргара нежно прошлись по моей коже, отчего я тут же покрылась болезненными мурашками. Дыхание окончательно сбилось.

— Всё не так плохо. Сейчас будет немного больно, потерпи.

Теперь нежность стала тягучей и сильной. Расползаясь жаром по коже и мышцам, вызвала настоящий зубовный скрежет. Предчувствуя мой следующий шаг, Яргар силой вдавил меня в кровать. Руку прошило болью. Я вскрикнула, но тут же почувствовала невероятное облегчение.

— От меня никакого толку! Даже… даже этот странный дар пропал, — вдруг шмыгнула носом и косо посмотрела на Яргара. Впервые на меня нахлынуло такое ощущение безысходности. — Что среди людей бестолковая, что здесь.

— Кара, — Яргар широко улыбнулся и заставил меня посмотреть ему в глаза, — ты же понимаешь, что я тебе говорю?

— Понимаю, — тяжело выдохнула.

— С тобой уже все давно говорят на нашем родном языке. Ты просто не замечаешь этого.

Удивлённо округлила глаза, привстав на здоровой руке.

— А Олав?

— Ну, твой брат тоже дара не лишён. Пусть это и странно, но так будет проще стать своей.

Я хотела сказать что-то ещё, пыталась поймать мысль, но та ужом ускользала от меня. Благодарно прошептав “спасибо”, привычно легла в кровать. Молча дожидалась, пока Яргар погасит свет, пока ляжет рядом. Я не смотрела на него, только обдумывала услышанное. Мне и вправду начинало казаться, что на шее Яргара мы с Олавом повисли неподъёмным ярмом.

Яргар потянул на себя покрывало и привычно замолк. Только было в его дыхании что-то странное. Я дотронулась до плеча мужчины. Кажется, такого не ожидал никто. Я вздрогнула, он напрягся. Тонко выдохнув, прошептала:

— Яргар, я…

Но сказать ничего не успела. Дерзкий горячий поцелуй вновь перебил дыхание и взбунтовал во мне почти потухший жар. Пыталась что-то пробормотать, но вдруг поняла, что совсем не хочу этого, наоборот. Подставляя лицо губам Яргара, я потянула на себя покрывало, прижимаясь всем телом к разгоряченному мужчине.

Всё узнаю потом.

Я тянулась к Яргару. И когда он крепко обнял меня, судорожно вцепилась в мужа, боясь, что он сейчас исчезнет, пропадёт. Что я вновь останусь одна. Этот страх был таким сильным, что я наслаждалась каждым прикосновением, каждым поцелуем. Но сладость мгновения длилась недолго. Яргар с трудом отстранился от меня и, тяжело дыша, посмотрел в глаза. Сложно было не увидеть в ответном взгляде всей ярости настоящего зверя, его неуемного желания.

В горле пересохло. Мое волнение и желание были не слабее. Я едва не сходила с ума от странного, плавкого и душного тепла, растекающегося по телу. Дрожащей рукой коснулась щеки Яргара. Мне очень хотелось почувствовать под пальцами его жёсткую, такую колкую бороду, горячую кожу. Проведя рукой вверх, с наслаждением и странным томлением взъерошила ровные пряди волос, свисающие мужчине на лоб.

Не отводя взгляда, болезненно пунцовела, читая в глазах Яргара всё, что он так долго скрывал от меня. Любовь. Страсть. Желание. И что-то ещё… Золотистое, еле уловимое, отчего дышать было невероятно тяжело.

Неужели это его кровь так действует?

Яргар сдерживался, держал на цепи все те чувства, что обуревали его. Он желал их выплеснуть, но… боялся, не хотел причинять мне вред.

Страх липким комком извернулся внутри.

Я шла неизведанной дорогой. Той, что проходит почти каждая. Я могла пройти её с человеком, который бешено желал сделать меня своей вещью, насильно. Я могла пройти её с тем, кто нежно любил меня всем сердцем. А пройду с тем, кого люблю сама.

Дрожь в теле не унималась. Мне будто стало невероятно холодно. Я вцепилась здоровой рукой в Яргара так, что пальцы побелели. Мужчина задумчиво всматривался в мое лицо. Будто увидел меня в первый раз.

Может, так оно и было?

Может, это не я?

Откуда эти странные чувства? Почему в животе льдистое ощущение холода, когда всё тело горит проклятым огнём? Почему дышать так тяжело и сладко одновременно?

Неужели я сама хочу того, чего так боялась?

Когда огненно-горячие мужские пальцы дотронулись моей щеки, я инстинктивно прижалась к грубой и сильной мужской ладони. Почему это терпкое и такое страстное касание сводит меня с ума? Выдохнула и зажмурилась. Яргар прошёлся пальцем по щеке, наслаждаясь нежностью моей кожи. Время будто застыло. Почувствовав его пальцы на своих губах, не смогла сдержать стона. Он вырвался дерзко и неожиданно, погубив меня. Но разве мой муж не знал, что его желание взаимно? Разве он не увидел этого? От стыда кровь прилила к лицу. Выдохнула и облизнулась, забыв о мужских пальцах на своих губах. Почувствовав вкус соли, вздрогнула. Яргару так это понравилось, что он прошёлся ещёе раз пальцем по нижней губе, задев язык.

Широко раскрыв глаза, хрипло дышала.

Кровать тихо скрипнула, когда Яргар оперся о неё рукой, медленно приближаясь ко мне. Вжавшись в подушки, замерла. Медленно развязывая мою рубашку, мужчина напоминал мне затаившегося перед прыжком зверя. Вот горячая ладонь одарила жгучей лаской мою шею. Перехватив её сзади, едва ли не обездвижил меня. Я вцепилась в грубую простынь. Чувствуя, как напрягаются мышцы Яргара, просто цепенела.

Ворот рубашки был слишком узким. Убрав руку с моей шеи, Яргар рывком сделал его шире, обнажив мою грудь. Мужчина скользнул взглядом по ней и уверенно, но нежно коснулся её. Я стыдливо отвела взгляд, боясь своего тела, боясь новых ощущений. Но Яргар терпеливо распалял меня. Жаркий и вдохновляющий поцелуй ободрил меня, отвлекая от того, как мужская ладонь медленно опускалась вниз, лаская уже не грудь, а живот. От каждого касания вскипала кровь, что теперь стоны не казались мне такими дикими и громкими. Это вдруг было так приятно, что меня сдерживала лишь испуганная мысль об Олаве, что я могу его разбудить.

Яргар перехватил меня за бёдра и подтянул меня к себе. Я тонко пискнула, когда перед моими глазами было уже не лицо мужа, а его грудь. Рубашка сбилась к груди. Ногам стало так холодно, что я их резко свела и сжалась всем телом.

— Тебе страшно? — вкрадчивый шёпот Яргара не вязался с его напряжённым телом.

Я кивнула и зажмурилась. Мне было жутко страшно сделать этот шаг, пусть он ничего и не менял. Невидимая грань, удерживающая меня в беспокойном прошлом. Тепло тела Яргара успокаивало. Я запрокинула голову, желая посмотреть мужу в глаза. Но увидела лишь его шею. Яргар сдавленно дышал, с трудом глотая слюну. Он ведь на грани. Здесь привыкли брать силой, нахрапом. Дерзко, быстро, сминая всё на своем пути. Но не Яргар. Он брел вдоль запретной линии, желая только одного…

— Яргар…

Дерзкий взгляд жёлтых глаз едва не свёл меня с ума. Затравленно выдохнула и собралась с силами. Прикусила нижнюю губу и обвила руками сильную шею мужчины. Едва поморщившись от надоедливой боли, приподнялась и коснулась губами губ Яргара. Сначала робко, а потом мне захотелось распробовать их на вкус. Задыхаясь, не могла оторваться, открывая для себя новые грани неизведанных ощущений. Сипло выдохнув и жадно глотнув воздуха, раскраснелась ещё сильнее, говоря три самых важных слова в моей жизни:

— Я люблю тебя.

Теперь поцелуй показался мне неимоверно сладким. Жмурясь от непонятной неги, расслабилась.

Наплыв страсти смёл меня. Яргар едва ли не одним резким рывком стянул с меня рубашку, больно задев лицо. Отбросив её в сторону, вклинился коленями между моих ног. Вцепившись в мои волосы, дарил такую страсть, от которой мир перевернулся. Поцелуи сменились покусываниями. А когда грубые ладони прошлись по груди слишком сильно, нахально, я дернулась вверх. Но Яргар и не думал оставлять меня в покое. Пламенные, влажные прикосновения вызвали дрожь по всему телу. Прижимая меня к кровати, Яргар будто цедил жгучую ласку. Играя языком с набухшими сосками, одной рукой поглаживал мой живот, опускаясь ниже, второй же прижимал к кровати.

У меня всё в голове помутилось. Я ничего не понимала, будто плыла в бурном потоке воды, который утягивал меня на дно. Лишал воздуха, покоя и рассудка.

Покрывшись испариной, хрипло застонала, когда острая, едва ли не мучительная ласка сковала меня. Низ живота отзывался оглушающими волнами. Яргар перестал сдерживаться. Он топил меня во всей своей любви и страсти, открывая моё тело для меня заново. Я не знала, что могу так чувствовать, что могу такое испытывать.

— Кара, прости меня, слышишь? Прости…

Ничего так и не поняв, лишь путалась в покрывала и собственных длинных волосах. Освободив и оголив мою шею, Яргар слишком яростно вгрызся в неё зубами. Заглушив мой крик рукой, плавным, уверенным движением пронзил мое тело совсем другой болью, которая меркла перед зверским укусом.

Я впилась ногтями в плечи Яргара, судорожно поджав пальцы ног. Впиваясь зубами в меня уже не так яростно, будто извинялся, перемежая укусы поцелуями. С каждым мгновением последних становилось больше, да и боль утихала, медленно и неторопливо. Только сейчас мы были единым целым. Всхлипывая и постанывая с каждым движением, с каждым толчком, жмурилась и яростно вдыхала носом воздух.

— Теперь будет получше, — Яргар убрал руку и терпко поцеловал, утирая слёзы с моих щёк.

Боль всё ещё была, она не хотела совсем отступать. Но тело стало более послушным. Держась за Яргара, прислушивалась к новым ощущениям. Страх ушёл, оставив после себя пустоту. Удовольствием и негой наполнялась она нехотя, с большим трудом.

Яргар одаривал меня новыми ласками, старался быть нежным, хотя страсть делала его резким и даже грубым.

Прислушиваясь к моему дыханию, к моим стонам, он плавно замедлялся. Убрав спутавшиеся пряди длинных волос с моего лица, Яргар вдруг замер, окончательно отстранившись. Резко и грубо дышал, вглядываясь мне в глаза. Он хотел что-то сказать, но я не дала. Крепче схватилась за шею Яргара и поцеловала его в губы.

Я никогда не могла подумать, что выйду замуж по любви, что всё будет так.

Боль в шее почти утихла. Еще немного дрожа от холода и новых ощущений, жалась к Яргару. Он лёг на бок, притянув меня к себе так, чтобы не сильно тревожить мою раненую руку. Накрыл покрывалом и старался согреть своим теплом. Грубая горячая кожа Яргара была так не похожа на мою. Я крепче обняла мужа, неверяще трогая его. Руки, плечи, спину. Будто он до сих пор мог куда-нибудь исчезнуть. Прижавшись щекой к его груди, прислушивалась к быстрому биению сердца.

Усталость убаюкивала меня. Лениво моргая, успокаивалась.

Уже почти засыпая, слабо улыбнулась: больше мне не будут сниться кошмары.