Глава 23

Вилья скребла стол большим увесистым ножом, я же собирала тарелки и с тоской смотрела в окно. Как же хочется выйти из дома.

Как же хочется…

Словно прочитав мои мысли, женщина вдруг грохнула ножом по столешнице и подняла голову. Тяжело выдохнула и решилась заговорить со мной:

— Что на Яргара нашло?

— Я не знаю. Рука вроде бы зажила, но он… — прервавшись, проглотила гадкие слова правды и продолжила лгать. — Он слишком сильно переживает за меня. Думает, что я не оправилась.

— Тогда, пока его нет, сходи на улицу и принеси воды из колодца. Сможешь?

Радостно улыбнулась и повернулась к Вилье. Но мое счастье было недолгим, потому что позади неё в дверном проеме, прикрывшись занавесью, стоял Этхо. Поняв по моему взгляду, что что-то не так, Вилья склонила голову и еле слышно фыркнула:

— Ты здесь что забыл?

— Закончил с крышей и решил, что раз есть время, помочь вам, — Этхо выпрямился и, гадко ухмыляяс, ь приближался к Вилье. — Вода нужна?

— Я принесу! — дерзко перебила его, ища взглядом ведро.

Молодой мужчина тенью проскользнул мимо Вильи и ловко ухватил меня под локоть. Тарелки с грохотом выпали из моих рук на стол, чудом не попадав с него на пол и не расколовшись на части. Сжимая толстое полотенце, презрительно скривилась и сделала шаг в сторону, освобождаясь от Этхо.

— А как же твоя рука? Яргар мне этого не простит… — глаза младшего брата моего мужа сверкнули недобрым огнём.

Мне хотелось сказать много чего, но утерпела.

Яргар дал мне невиданное оружие. Такое, каким бы я могла уложить на лопатки любого врага. Стоило только сказать одно слово. И я бы отплатила всем той же монетой, посеяв ужас, боль и страх. Уничтожила бы всех. Их затхлый, жестокий мирок, в котором такие как Этхо чувствуют себя князьями.

Но стоило мне сказать это слово, как я бы подписала себе смертный приговор. Себе и Олаву. Хотя мысль о том, что нам здесь безопаснее уже не казалось такой здравой.

Почувствовав перемену моего настроения, Этхо не стушевался, наоборот шире улыбнулся и проявил ко мне так и вовсе странный интерес. Будто я стала самым ценным предметом. Вещью.

Я мотнула головой, сложила тарелки стопкой и направилась к узкой лавке, упирающейся в пузатую печь. Схватила одиноко стоявшее ведро и бросилась во двор, убегая не только от ненавистного мне мужчины, но и от самой себя.

По-осеннему прохладный ветер волновал траву и поднимал лёгкую древесную взвесь от свежих опилок, которыми усыпали двор. Уверенно шагая вперёд, сжимала в руке шершавую ручку ведра.

Как же тяжело далась правда Яргару. И какое разочарование было в его голосе. Злость на Этхо затмила мне глаза. Я ведь уничтожу не только его мир, но и мир Яргара, его жизнь. Можно ли это отсрочить?

Наверное, я теперь должна была казаться своему мужу гадким существом. Изо всех сил прислушивалась к своему сердцу, пытаясь понять: охладел ли ко мне Яргара? Но наоборот, он будто еще сильнее полюбил меня, если такое было возможно.

— Кара! — тонкий детский голос отвлек от невеселых мыслей. — Кара, смотри!

Обернулась и широко улыбнулась Олаву, бежавшему мне навстречу. В руке он сжимал какую-то корявую палку с сучковатым концом. Тёплая маленькая ладонь коснулась моей руки.

— Яргар сможет сделать мне меч?

— Меч? Зачем тебе меч?

— Я буду отгонять чудовищ, которые не дают тебе спать! — Олав сделал смелый выпад в сторону ведра, склонившись вбок. Держась за мою руку, уверенно тыкал палкой в него за моей спиной.

— Откуда ты их взял, Олав? — крепко сжимая ладонь брата, вела его к колодцу.

— Я слышал.

— Что ты слышал?

Колодец скрывался в тени навеса. Отпустив ненадолго брата, сняла крышку, потянулась к вороту и уверенно сняла с крючка колодезное ведро, поставив свое в траву. Цепь звякнула, раздался плеск воды. Сжав прохладную ручку, принялась крутить ворот.

— Ну, так что ты слышал?

— Шум. И… — Олав смущённо покраснел и прижал палку к груди. — Ты так стонала, будто что-то болит. А ещё плакала и иногда кричала.

Пальцы скользнули по ручке. Подавившись воздухом, покраснела и упёрлась руками в сруб. Ведро с громким плеском упало в воду.

— Просто… у меня рука еще не совсем зажила, — прижав прохладную ладонь к лицу, пыталась остудить пылающие щёки. — Вот ночью и беспокоит.

Кажется, такой ответ успокоил Олава. Я повернулась лицом к колодцу, поднимая ведро во второй раз. Пока скрипел ворот и гремела цепь, думала, как сказать Яргару о таком открытии Олава? И что дальше? Оставить Олава одного?

Тяжёлое мокрое ведро гулко опустилось на край сруба, я неловко склонилась и подцепила своё, поднимая его. Олав вновь изображал борьбу с каким-то врагом.

После того кошмара, что он пережил, дракона он побеждал постоянно. Не было и дня, чтобы он о нём не говорил. Вот и сейчас, кажется, вспарывал ему брюхо.

Как бы мне хотелось, чтобы это произошло наяву. Чтобы не было этого проклятого создания, терзавшего нас до сих пор, приходящего во снах к Олаву. Дракон лишь недавно перестал сниться мне самой. Но после предостережения Яргара, его слов… Как теперь быть?

Я перелила воду из одного ведра в другое и схватилась за ручку. Тяжесть напомнила мне о том, что рана еще болит. Сжав зубы, выпрямилась и направилась к дому.

Просторный двор казался мне неимоверно тёплым в лучах солнца. Высокий дом отбрасывал широкую тень, а небольшой сарай скрывал самый шумный пятачок. Именно там любили играть дети.

Перехватила ведро в другую руку и направилась к дому, вдыхая вкусные и приятные запахи. Прохладной воды, свежескошенной травы, опилок и чего-то ещё. Лесного, тягучего с пряной ноткой.

Запнувшись о какую-то кочку, чуть не упала. Но крепкая рука перехватила меня за локоть и утянула назад, в тень сарая. Я было возмутилась, но меня тут же отпустили, едва я ровно встала на ноги.

— Осторожнее нужно быть, — Этхо с серьёзным лицом смотрел мне в глаза. — Где твой малец?

В животе всё похолодело.

— Не смей трогать моего брата.

— Решила терпеть? Похвально… Ну, надолго тебя хватит? — Этхо сделал шаг вперёд, а я, держа тяжёлое ведро, пятилась назад, туда, где мы были бы как на ладони.

— Когда ты оставишь меня в покое? — выкрикнула в сердцах и едва увернулась от жёсткой хватки. — Что я сделала тебе? Зачем ты так поступаешь?

— Кара, тебе нравится у нас? — вновь ушла от жадных пальцев, так старательно хватающих меня за платье. — В каждом доме свои правила. Но отец размяк, хочет жить по-новому. Если бы я был на месте Яргара, меня бы просто вышвырнули как щенка.

— Ты ненавидишь Яргара только за то, что он вернулся?

— Его приняли! Приняли как своего! У него нет ни гордости, ни чести! Он оставил её в том лесу! Мёртвой! Отделался лёгким наказанием… Нужно было выжечь это у него на лбу! — Этхо кинулся на меня. Я перехватила ведро и окатила ледяной водой обозленного мужчину. Тот фыркнул, убрал длинные волосы с лица и шустро бросился ко мне. — Они хотят жить по-новому! В новом мире. А я… Я хочу жить по-прежнему, хочу быть с Ангеликой!

— А как же Ларэтта? Она ведь любит тебя… — пальцы сжались на моей шее так сильно, что я лишь испуганно глотнула воздуха.

— И пусть… Пусть любит. Пусть! Ты счастлива здесь, Кара. И Яргар счастлив. Но он ведь знает, что жизни я вам не дам. Костьми лягу. И все эти глупости о прощении не для меня. Нет его!

— Тогда забудь… — еле слышно бормотала. — Оставь в прошлом.

— Ты ничего не понимаешь!

Я едва не задохнулась. Кашляя, пыталась позвать на помощь.

— Оставь её! — детский пронзительный крик. Олав с гулким стуком барабанил палкой по ногам Этхо. — Отпусти мою сестру!

Мужчина толчком откинул от себя Олава, дав мне мгновение сладкой свободы. Ударив наотмашь Этхо по лицу, громко всхлипнула:

— Я потеряла мать! Потеряла отца, братьев! Вся моя деревня сгорела! Ты думаешь, что я не могу понять твою боль?

— Тогда забудь! Оставь это в прошлом, — Этхо с издёвкой повторил мои же слова. — Можешь?

— Уже сделала это, — дрожа, тихо проговорила, наблюдая за тем, как Этхо держал за волосы Олава. — Давным-давно. Не трогай моего брата, — последнюю фразу произнесла с какой-то едкой, горькой злобой.

— Что, если я сверну шею этому щенку? Прямо сейчас? — Этхо с силой потянул моего брата за волосы. Олав вскрикнул и вцепился слабыми пальчиками в руку мужчины.

Я с воплем бросилась на Этхо. Но что я могла сделать против него?

Скользящий удар по виску едва не выбил из меня дух. Хватаясь за руку Этхо, пыталась выдрать её из волос Олава. Сцепившись, повалились на траву.

— Кара! Ты ведь… — Олав пытался выкрикнуть знакомое, запретное слово. Я зажала ладонью ему рот, снося очередной удар.

Прижав брата к себе, накрыла его своим телом. На шум уже стали сбегаться люди. Слышала крик Вильи. Она спешила нам на выручку. Но её опередили.

Странная, пугающая пустота. Я испуганно вглядывалась в бледное лицо брата. Цел? Щупала его, проверяя его голову, плечи и грудь. Цел!

— Убью тебя!

От пронзительного мужского выкрика волосы на голове встали дыбом. Вилья едва не верещала от страха, пытаясь растащить сцепившихся мужчин.

Яргар молотил пудовыми кулаками Этхо с молчаливой яростью, а тот, едва не в припадке бешенства, отвечал тем же. Вот и другие мужчины вступились, пытаясь растащить их, я узнала лишь отца братьев. Вилья отлетела в сторону как тростинка.

— Убью тебя, слышишь!

— Ты посмел тронуть Кару?!

— Ну, давай! Хватит тебе смелости? Хватит? — Этхо бился в крепком захвате своего же отца, пытаясь достать до Яргара. Того же держали двое. — Или ты только можешь унижаться, отвергнув честь? Ползти на коленях назад? Думаешь, мы забыли это?

— Ты хочешь этого? Да? — Яргар так оскалился, что теперь слабо напоминал человека. — Хочешь боя? Будет тебе! Слышишь?

Этхо с рыком вырвался из крепких рук отца и воодушевлённо кинулся на Яргара.

— Я убью тебя, убью!

Жмурясь от страха, прижимала Олава к себе, не спеша вставать с травы. Брат разрыдался от страха, вцепившись в меня так, будто боялся, что эта могучая злоба обрушится и на наши головы.

— Хватит! — два хлёстких удара. — Не будет никакого боя! Слышите? Не до этого сейчас.

Что-то с хрустом опустилось на траву. Я приоткрыла один глаз и посмотрела на странный предмет: колчан со стрелами. Липкий холодок пополз по спине. Яркое полосатое оперение было слишком знакомым.

Точно такую же стрелу я вытащила из Ярагра тогда на реке. Когда меня хотели убить. Когда нас хотели убить! просто глазам своим не поверила.

Ища взглядом Яргара, терзала себя лишь одним молчаливым вопросом: как давно нас пытаются найти? Почему он молчал и ничего не говорил?

— Успокойтесь оба! Сейчас есть проблемы гораздо важнее, чем уязвлённая гордость.

— Не смей так говорит об Ангелике! — Этхо вспылил, но тут же получил увесистым кулаком в челюсть. Похоже, его отец устал от такого поведения.

— Их было не меньше десятка… — мужчина обвёл взглядом собравшуюся толпу. — И я хочу знать, почему ты выслеживал их в одиночку! Кто они?

Яргар не успел ничего сказать, потому что я опередила его. С трудом встав на колени, держалась за пылающую огнем щёку:

— Они искали меня.

— Что?

Шатаясь, встала и выпрямилась.

— Эти люди пришли за мной!