Глава 5

Рудольф орет матом на чистейшем кошачьем. Я крепко держу кота, замотанного в цветастую шаль бабушки Риммы, зажав половину его жирненького тельца между коленей, аккуратно выправив из импровизированной пеленки одну лапу. Денис согнувшись в три погибели откусывает самый кончик его когтя кусачками.

— Амелия, это противоестественно, — произносит он хмуро. — Когти коту дала природа. Кто мы такие, чтобы лишать его их?

— Стриги, давай! Я же не кастрировать его тебя попросила. Он знаешь, как Барсика недавно разукрасил. Он его еще и покусал.

— Зубы трогать, надеюсь, не будем? — поднимает на меня хмурый взгляд, откусывает кончик второго коготка.

— Я что живодерка, по-твоему?

— Ну что там, ребятки? — позади слышится голос Риммы Палны.

— Одна лапа уже готова, — поворачиваюсь к ней. — Вы капли от блох приготовьте и суспензию от глистов.

Денис покачивает головой, аккуратно вытягивая вторую лапу из шали. Тут же получает ей по запястью.

— Видишь какой агрессивный?! — взвизгиваю я едва не разжав колени.

* * *

— Кристинка точно не приревнует? — с жалостью смотрю на его расцарапанную шею.

Денис хмуро вздыхает, принимая из рук бабушки контейнер с селедкой под шубой.

— Спасибо, соколик, — улыбается бабушка нарумяненными щеками и накрашенными губами.

Какая шустрая бабуся, уже марафет навела. Хорошо, что в неглиже по комнате не прогулялась. Шторы то на окнах теперь имеются, вроде можно.

— Спасибо, я бы сама не справилась, — распрощавшись с бабулей, отпираю дверь квартиры. — Хотя, вот она сама виновата. Кто так котов называет? Назвала бы его Пушком и был бы он паинькой, — запираю дверь изнутри.

Марс замотанный в елочную гирлянду выкатывается в прихожую, лает.

— Да, за что мне все это? — начинаю стенать я, поднимая собаку с пола. — Где я такого же дурочка найду в случае чего? Поможешь? — Денис принимает из моих рук Марселя.

— Ножницы давай.

— Нет, ты его распутай!

— А у него когти стриженые?

— Нет, конечно.

— Тогда тащи ножницы или распутывай сама! И вообще, почему ты мне не позвонила?! Не сказала, что переезжаешь? — громко произносит Денис, укачивая поскуливающего Марсика, как ребенка.

— А ты почему мне не позвонил?

— Я ждал, когда позвонишь ты!

— А я не ждала! Чего ради я должна ждать твоего звонка?

— Почему спрашиваешь тогда?!

Мы оба переходим на повышенные тона.

— А интересно, что ты ответишь! Может скажешь: «У меня девушка очень ревнивая, прости…» — гундошу парадируя его голос. — Или: «Я так занят, Морковка, мне совершенно не до друзей!» — буквально выплёвываю слова ему в лицо. — А может: «Я за тебя просто забыл…». Чо такого?! — развожу руками. — «Вот, как увидел буфера своей жабы и пропал. Совсем любовь не пощадила мою головушку, память напрочь отшибло», — качаю головой хватаясь за нее рукой.

Я так обрадовалась в первую минуту, когда увидела его. Внутри защекотало что-то, словно несколько пушистых кроликов или котят сбившись в стайку поселились под сердцем. А сейчас смотрю на него и двинуть хочется. Вот прям, каааак зарядить ему в челюсть со всей силы, чтобы искры из глаз полетели.

Денис похоже испытывает примерно те же эмоции. Правда бить он меня точно не будет. А вот я могу. Со всей силы наступаю ему на ногу. Он смотрит на меня вылупив глаза.

— А, ты ничего не перепутала? Насколько я знаю, дружба — это когда люди поддерживают отношения с двух сторон. Звонят, интересуются делами. Поздравляют с праздниками, зовут провести время вместе.

— А ты поздравил меня с днем рождения в прошлом году?

— А ты меня? — Денис наступает на меня.

Марс притих и смотрит на него выпучив глаза. Хорошо, что руки у него заняты собакой иначе бы он уже зажал меня в углу. Пользуясь моментом сбегаю в комнату запрыгиваю на диван. Так мы с ним одного роста, я даже выше немного.

— А я первая спросила!

— Я расстался с Кристиной после выпускного и тебе это прекрасно известно.

— Ничего не знаю! Да и разве это может, что-то изменить? — мотаю головой.

— Ничего не может. Конечно, ведь у тебя же Ваааадик, — пренебрежительно произносит имя Вадима.

— Вадик мой репетитор! Я с ним не встречалась, не неси чушь!

— Хреновый из него репетитор вышел.

Это жирный намек на то, что я завалила экзамены. Становится так паршиво на душе. Все он обо мне знает. Тетя Юля совсем не умеет держать язык за зубами. А от Дениса мне только приветы передавала, будто он передавал их мне через нее.

Марс тявкает, напоминая о себе. Денис кладет его на пол. Выпрямляется и подходит ко мне вплотную, смотрит мне в глаза слегка задрав подбородок. Руки сунул в карманы. Хмурится и сверлит меня взглядом. Кто первый отвернется похоже.

Хрен тебе! Буду пялиться на твою бесстыжую физиономию, пока не отвернёшься. Будешь у меня Марса выгуливать пока бабушка не приедет и в Новогоднюю ночь с ним останешься, а я гулять уйду.

От чего мне так обидно и больно? Ведь мы ничего не обещали друг-другу. Просто дружили… переписывались, гуляли. Я моталась к ним два раза в месяц. Он приезжал к бабушке, и мы виделись у них. Все испортила эта жаба. Как он мог связаться с такой прошмандовкой? Нашел бы себе какую-нибудь милую, скромную Настеньку из сказки «Морозко», я бы нисколько не возражала. Не бывает ведь Настенек с четвертым размером груди, иначе какая из нее Настенька?

— Ножницы дай! — Денис садится на Диван. Поднимает с пола Марселя.

— Я схожу заберу твою обувь, — шагнув на пол, достаю ножницы из бабушкиной корзинки с вязанием, протягиваю ему их.

— Забери, будь добра, — произносит он, принимаясь освобождать поскуливающего Марселя.