Глава 29

***

И вот снова потеря сознания из-за колдовства не просто лишила меня чувств. Какое-то время мне удавалось слышать голоса, но они звучали словно через толщу воды и потому разобрать разговор не удавалась. Тем более, чем глубже я погружалась во тьму, тем громче слышала уже знакомый шёпот. В этот раз он был куда отчётливее. То ли потому, что сейчас я впала в беспамятство не у границы, а прямо в таинственных землях, то ли из-за особенности нынешнего обморока – магические силы были при мне, а вот физические полностью исчерпались – удалось кое-что разобрать.

Потусторонние голоса раз за разом повторяли одни и те же слова. Чаще всего они звучали на неизвестных мне языках, но иногда в них проскальзывало древние наречие, уже позабытое многими, при этом немного знакомое мне. «Кара», «Грехи» и «Человек». Лишь данные три слова из раза в раз удавалось понять, что совсем не вносило ясности.

Значит, люди Хоулвилла действительно за что-то наказаны? Неужели их предки по своим неизвестным мне причинам пытались открыть проход в другой мир, а вместо этого навлекли на всех настоящую катастрофу? Тогда почему никто в империи не знает об этом? Полагаю, о подобном трубили бы на каждом углу, но вместо этого все только и говорили о том, что Гиблые земли прокляты. На многоступенчатое заклятье никто даже не намекал.

И самое главное: как вообще удалось сдержать разлом таких размеров? Более того – стабилизировать его, делая безопасным на такой долгий срок. Особый ритуал? Или же великая жертва? Явно ни то, ни другое не могло пройти бесследно для исполнителей.

Вместо сна в голове то и дело крутились разные догадки, выстраивались теории, однако все они трещали по швам. Картина произошедшего была слишком неполной. Оставалось надеяться, что учитель Марта сможет внести хоть немного ясности, как только разберёт написанное на обелиске.

Не знаю, как долго моё сознание плавало во тьме, прокручивая и перебирая от скуки варианты, прежде чем я ощутила запах костра. Не удушающий, не заполняющий до боли лёгкие, а приятный и ненавязчивый. Он оказался настолько притягательным, что я неосознанно устремилась к нему, постепенно отстраняясь от тяжёлых дум. Стоило это сделать, как кромешная тьма отступила, являя передо мной тускло горящее пламя. Его языки слабо трепетали, будто готовились вот-вот потухнуть и во мне от этого осознания всколыхнулся страх. Нельзя чтобы такой красивый огонь погас, ведь он оказался не привычно рыже-алым, а… лазурным!

Всполохи голубого и синего цвета манили к себе, разливаясь вокруг жаром, несмотря на небольшие размеры, но это совсем не пугало. В мире полном тьмы и холода мне хотелось подступить, оказаться как можно ближе к источнику тепла, впитать его, позабыв о том, что оно способно сжечь меня дотла. Тем более… вдруг это поможет и огню, не даст ему полностью погаснуть? Жалко будет потерять нечто настолько прекрасное.

С этими мыслями моя сияющая золотом полупрозрачная рука сама тянется к голубым языкам пламени, а те в ответ тянутся ко мне. Странно, но из-за этого выбора, огонь, кажется, стал разгораться, набираться сил, но при этом продолжая выглядеть для меня как можно менее угрожающим. Значит, мой выбор верен? Мы оба нужны друг другу? Однако прежде чем мне удалось это выяснить и коснуться пламени, меня… выдернуло из сна.

Резко открыв глаза, я увидела знакомый мрачный потолок своих покоев, а между ним и мной недовольное лицо учителя Марты. Призрак, пропускающий сквозь себя слабое освещение покоев, смотрел на меня со всей укоризной. Потому пришлось со стоном говорить первой:

– Учитель, только давайте в этот раз без нравоучений. Сама знаю, как безрассудно отнеслась к своему здоровью.

– Нравоучения? – деловито переспросил призрак, начиная кружить над моей кроватью. – Хуже, моя нерадивая ученица. Теперь я от тебя не отстану, пока ты досконально не изучишь весь отдел укрепляющих эликсиров, которые ты сама и будешь принимать! Хватит уже всех так беспокоить своими обмороками!

– Будто мне они нравятся, – пробурчала в ответ. – И их было всего два, а вы отчитываете меня так, будто двадцать. В свою защиту скажу лишь то, что мои действия были оправданы.

Естественно учителя Марту мой вполне себе уверенный лепет не убедил, отчего последовала долгая лекция на тему беспечности и весомости развития магии гибридов. И о том, как мне важно получить, а главное передать знания. За время пока призрак сокрушался о выпавшем на её долю горю, в лице неугомонного ученика, я успела со всей осторожностью сесть на кровати, с удивлением обнаружить сопящего в обнимку с моим запястьем Уми, и отметить лёгкость в теле.

Откинув одеяло, одной рукой я взяла элементаля, а другой придержала подол ночного платья, чтобы спуститься с кровати и немного пройтись по комнате. Так было проще всего убедиться в своём полном здравии. Как только опасения насчёт своего состояния были отметины, я перебила призрака и с затаенным страхом спросила:

– Как обстоят дела снаружи?

Учитель Марта сердито заворчала, поняв, что все её словесные метания не достигли цели, и недовольно фыркнула:

– Всё, как обычно: тучи, мрак и вспышки молний. Ничего нового.

Услышанное отразилось на мне волной облегчения, а так же тихим:

– Я боялась, что могу ещё больше навредить.

– Нет, – произнесла учитель, опускаясь ниже и зависая рядом со мной, – судя по потокам, твоя сила наоборот помогла барьеру вернуться на положенное место гораздо быстрее.

Новый выдох облегчения, сменился очередным напряжённым вопросом:

– Сколько… сколько людей пропало в этот раз?

Теперь учитель не стала спешить с ответом, словно нарочно давая мне время накрутить себя. После чего заметив, как я обеспокоенно прижимаю к груди сонного Уми, брюзгливо проскрипела:

– Зазнаешься теперь. Надо бы вызвать в тебе чувство вины, чтобы не дать раз за разом действовать, поддавшись моменту, но не буду пугать тебя ещё больше, – холодком пронеслось ворчание, за которым последовали слова, наполненные… гордостью? – Никто не пропал – твоя магия защитила даже тех, кто был очень далеко от дома. Ты молодец.

От нахлынувших чувств ноги ослабели, и мне пришлось вернуться к кровати, чтобы сесть на неё. Только после этого я позволила себе облегчённо выдохнуть:

– Так свет всё же отпугнул монстров?

– Уж не знаю, кого мы вообще ждали, но никого так и не дождались, – последовал спокойный ответ. – Вполне возможно твоей завесы из света оказалось достаточно, чтобы сдержать любую угрозу до возвращения основного барьера. Потому никто не пострадал.

Трудно описать словами какой груз свалился с моих плеч после услышанного. Пусть всё произошло быстро, но мне хватило времени для целой волны из угрызений совести. И раз этот вопрос был очень удачно закрыт, оставалось подумать лишь о возможных последствиях.

Уми радостно копошился у меня на коленях, путаясь в складках ночного платья, пока я решительно обращалась к учителю с новым вопросом:

– Скажите, вам что-нибудь известно о подобной аномалии?

– Откуда? – пожал плечами призрак. – На моём веку ткань пространства если и рвали, то легонечко, аккуратненько, ограничиваясь проходом размером с обычную дверь, и уж точно не разверзали громадные врата прямо в небе.

– Мы ведь живем прямо под этими вратами…, – озвучила моё главное опасение.

Поняв, к чему я клоню, учитель Марта уселась рядом, или скорее сделала вид, что сидит на физическом объекте, после чего объявила:

– Не паникуй раньше времени. Как ты сама могла заметить, кто-то позаботился о барьере – все эти тучи, нависшие над твоими землями, являются очень сильной защитой.

– Но всё равно это же опасно! – воскликнула в попытке донести до призрака уровень нависшей угрозы. – Кто знает, как долго барьер будет работать! Что если он станет ослабевать всё чаще, а затем полностью исчезнет? Тогда на наши головы посыплется неизвестно что!

Полюбовавшись моим приступом паники, учитель Марта неожиданно спокойно уточнила:

– А ты тут тогда зачем? – и пока я недоуменно хлопала глазами, она продолжала: – Учись, познавай свои силы, наращивай мощь, и по ходу дела разберись уже со своим мужиком, чтобы с его помощью обрести небывалый вес в империи.

– Каким ещё…, – обескураженно начала я, а потом перед глазами появилось изможденное лицо с живыми синими глазами, тем самым заставив выдвинуть догадку: – Вы о маркизе Рэйкере? Причём тут вообще мой деверь?

– Да при том, что он…, – пылко заговорила учитель Марта, но резко остыв, замолчала на полуслове и продолжила, – а хотя, как и сказала, сама с ним разбирайся. После долгого наблюдения за потоками маны вокруг одно только скажу точно: чтобы тут не творилось, лишь ты сможешь сдержать и даже стабилизировать это. Только вот твоих сил для этого явно будет недостаточно, но если к ним добавить чистую стихию и первозданную тьму, то… всё может вполне удачно сложиться. Помяни моё слово.

Так ничего и не поняв, я пробурчала:

– Вы говорите загадками.

– Я призрак, мне положено так говорить, – усмехнулась учитель Марта. – Это ты привыкла, что я с тобой нянчусь, разжёвываю всё и постоянно отвечаю на твои вопросы.

– Будто вам жалко, – с долей обиды бросила я, тем самым заставляя призрака потусторонне то ли завыть, то ли захохотать. А уже после этого сказать:

– Хватит ребячества. Я и так слишком сильно вмешиваюсь в течение этого времени и твоей жизни. Считай, хожу по краю, едва сохраняя свою бессмертную душу, – выдала явный секрет Изнанки учитель. Заметив понимание в моих глазах, она дополнила: – Да, если я буду отвечать на ВСЕ твои вопросы, я просто растворюсь в небытие. Так что отныне со своими проблемами и тем более со своим воздыхателем разбирайся сама.

– Он не мой воз…, – собралась было оправдываться я, а потом резко замолчала.

Медленно, но верно определённые выводы напрашивались сами собой. У маркиза не было причин оставаться подле меня так долго. Он уже давно получил ответы на свои главные вопросы, пусть завуалировано, но я дала ему понять, что не горела желанием помогать императору, а значит, не могу в полной мере считаться его соучастницей. Выбора у меня попросту не было. Не поступи я так, как поступила, уже была бы по одну сторону с учителем Мартой – никто из остальных кандидатов в мужья не отличался жалостью, отчего их прежние избранницы отправлялись на тот свет очень быстро. И самое страшное, что их за это даже толком не осудили бы.

Незамужних, а главное непризнанных дочерей мелкой знати было много и потому за приличный выкуп можно избавиться от мозоливших глаза бастардов, признав их перед свадьбой. Да, такая схема уже давно отработана. Мой отец лишь воспользовался заведенной в тени традицией. Такой обычай слишком уродлив, чтобы выставлять его напоказ. Зато так и любимые дочери от официальных жён могли готовиться к куда более счастливому замужеству, и семья увеличивала тем приданое за счёт позорных детей. Все, кроме бастардов сч а стливы.

Если маркиз не глуп, а он явно отличается живым умом, он уже давно понял – я ему не помощник в справедливом возмездии. По крайней мере, ближайшее десятилетие точно. Слишком хрупко на данный момент положение моих земель и как бы деверь не помогал с его укреплением, это ненамного ускорит моё преображение в достойного союзника. Так что он мог оказывать поддержку издалека, со своих земель, но… не спешил делать этого. Деверь постоянно искал причины задержаться подле меня.

– Я ведь жена его почившего кузена, – бормотала себе под нос, – как он может…. Да как у него наглости хватило надеяться?

– Он тебе нравится? – вдруг спросила учитель Марта и при этом сделала такое ехидное лицо, что меня тут же дёрнуло всё отрицать:

– Вот ещё! Ты его видела? Кожа да кости! А характер? Да такого только в стан врага подсылать, чтобы он с вежливой улыбкой на губах им жизнь портил!

И пока учитель в голос хохотала, про себя же я думала совсем другое…

Подумаешь, слишком худой – всегда можно его откормить, тем более что сил его это не умаляет. Любит поехидничать? Так, а кто не любит? Мне, например, всё больше начинают нравиться наши словесные поединки – это отвлекает от проблем и в какой-то мере даже забавляет. Думаю, без такого колкого собеседника мне довольно быстро станет скучно. Хм, неужели это так сказывается былое общение с маменькой? Она ведь тоже за словом в карман не лезла, чувств моих не жалела и была той, кто научил меня вести себя так же. За что, в прочем, первое время в доме отца мне жутко доставалось. Что, вообще-то, не помешало мне вернуть эту несносную для окружающих черту характера довольно быстро.

Так вот если хорошо подумать, то по всему выходило, что… маркиз мне больше нравился, чем нет. А ещё это всё более нарастающее чувство притяжения. Будто нас связало прочным жгутом, который с каждым днём, проведенным рядом друг с другом, становится только короче. Опасно, очень опасно.

– Госпожа! Вы уже очнулись! – резко ворвался в мои размышления под едкое хихиканье призрака голос Тамиллы. Вслед за ним в покои влетела и экономка.

Она быстро приблизилась ко мне, провела короткий осмотр как заправский лекарь и только после этого выдохнула:

– Слава Магии, что вы в полном порядке. Мне до конца не верилось, что три дня без сознания не скажутся на вас.

– Три дня? – ошалела я от такого открытия.

– Да, всё это время мы так переживали, и больше всех волновался марк….

– Нет! – вскрикнула я, прерывая экономку. – Не вздумай заканчивать эту фразу!

– Как скажите, – удивлённо подчинилась Тамилла, а затем как ни в чём не бывало, продолжила: – Пока вы отдыхали, в поместье прибыли первые мастера. Я взяла на себя смелость и сама занялась организацией будущих мастерских. Мэтр Эйсисс помог нам восстановить несколько пристроек на заднем дворе, а Бетси занялась списками будущих учеников.

Выслушав Тамиллу, при этом старательно отгоняя от себя мысли об одном надоедливом мужчине, радостно ей улыбнулась и не забыла похвалить:

– Вы настоящие молодцы. Рада, что на вас можно положиться, – После чего не смогла не спросить: – Ничего не случилось за время моего отсутствия?

Заметив, как экономка резко сникла, я вся напряглась. А когда услышала недобрые новости, ощутила, как они холодком пробежали по спине:

– Пришли дурные вести. В соседних землях вспышка неизвестной хвори. Уже много заболевших и в их числе даже сам лорд Валнар.

Хоть у меня не было тёплых чувств к соседу, скорее я заочно питала к нему самые тёмные эмоции, новость меня не порадовала. Всё же, каким бы гадким он ни был, настоящих страданий я ему не желала. К тому же происходящее могло очень скоро коснуться и нас.

– Этого не хватало, – протянула я. – Что если купцы завезут болезнь к нам? У нас ведь и так люди с очень хрупким здоровьем.

Разделяя мои опасения, отлетевшая к окну учитель Марта, начала бубнить что-то о превентивных мерах, а Тамилла поспешила меня успокоить:

– На наше счастье маркиз Рэйкер вовремя среагировал. Теперь на главном тракте у границы стоит пост, который пропускает только тех, кто едет со стороны империи. Направляющихся же с заражённых земель мы не пропускаем в Хоулвилл.

Подобное заявление не только удивило, оно позволило и немного расслабиться. Однако это не помешало мне продолжить думать в плохом ключе:

– Но что если кому-то прямо у тракта понадобится помощь?

– Этот момент маркиз тоже предусмотрел, – с непонятной мне гордостью сообщила Тамилла. – Рядом с постом разбит временный лагерь, где дежурят несколько нанятых в ближайших землях лекарей.

И вот вроде бы стоило радоваться, что пока длился мой вынужденный сон, нашёлся тот, кто позаботился о моих жителях, но что-то у меня этого не получалось.

Чувствуя некую досаду, я проворчала:

– Надо же, дорогой деверь и правда может быть полезен.

– Вы будто бы недовольны этим фактом, – тут же раздалось насмешливое от двери, заставляя меня крупно вздрогнуть. После чего маркиз собственной персоны, а именно ему принадлежали последние слова, крайне бесцеремонно вошёл в мои покои, тем самым вынуждая меня лихорадочно завернуться в покрывало.