Глава 40

***

– Какой же он упрямый, – со всем недовольством фыркнула я, возвращаясь в свою маленькую импровизированную крепость.

– А что ты хотела? – насмешливо поинтересовалась учитель Марта. Призрак ждал моего возвращения, чтобы продолжить тренировки, но это не помешало ей отвлечься от уроков магии и высказаться: – Он всё же герцог, да к тому же настоящий военачальник, потому его гордость выше Ирийских гор, а как ты знаешь, они самые высокие на этом континенте.

Потустороннее смешки учителя заставили ощутить досаду. Она, как всегда, была права.

Окинув пол заваленный свитками и книгами (это стало единственным, на что я позволила себе потратиться), вернулась по пустым островкам на шкуру невиданного зверя, служившего в моей спальни ковром, чтобы вновь усесться на неё и процедить:

– Он даже не дал мне нормально всё объяснить. Вцепился в свой план всесожжения, и слышать ничего не пожелал!

Подлетев ко мне поближе, учитель Марта покачала головой, отчего её седой пучок на макушке затрясся как желе, и ехидно заметила:

– А ты не захотела нормально поговорить. – Поймав мой возмущенный взгляд, призрак заявил: – Я ведь слышала ваш разговор, и знаешь, там присутствовали целых два гордец а .

– Учитель, вы должны быть на моей стороне! – Не удержавшись, вскрикнула я, пораженная новым “предательством” наставницы. На что она лишь скрипуче рассмеялась, а потом сказала:

– Вот ещё. Не собираюсь я тебя выгораживать. На мой взгляд, вы оба повели себя глупо, и продолжаете так себя вести. – Взмахнув призрачной рукой, учитель выпрямила указательный палец и продолжила: – Ты помогла его обокрасть? Он скрыл свою личность, и долгое время водил тебя за нос. – Указательный палец на другой руке призрака так же выпрямился, тем самым показывая равный счёт. – Ты отвечала на его проявления симпатии, посылала ему недвусмысленные сигналы? Он влюбился и, воспылав ревностью, замкнул круг магического брачного обряда. По мне вы в равном положении. – Подведя итоги, вредная старушенция пожала сухими плечами и испытывающе на меня посмотрела. При том с неким предвкушением, словно ожидая моей бурной реакции. И та, естественно, последовала.

– Хотите сказать, это я его спровоцировала??? – взорвался мой негодующий голос. Настолько меня ошарашили откровения призрака.

Чтобы не наговорить после такого гадостей, о которых я точно пожалею, пришлось безмолвно похлопать губами, как рыба, выброшенная на берег, сделать несколько глубоких вдохов в попытке успокоиться и только тогда процедить:

– Учитель Марта, давайте условимся: вы учите меня магии, а не жизни. Говорили ведь, чтоб я сама разбиралась в своих отношениях. Так что не лезьте в них.

– Угу, конечно, – последовал недовольный ответ. – Вот только если тебя не потыкать носом в твои ошибки, ничего не изменится, и ты ещё год будешь самозабвенно жалеть себя, а твой муж за это время успеет натворить ещё больше непростительных дел. Но, ты права, это не моё дело. Лучше вернёмся к нашим баранам. У тебя полно работы.

Продолжать неприятную тему мне не хотелось едва ли не больше, чем ссориться с призрачным учителем. Здравая или коварная часть меня, кто как это назовет, нашептывала, что это не лучшая идея. Тем более в данный момент. Узнав о том, какие перспективы передо мной может открыть учитель Марта, меня меньше всего тянуло потерять её расположение. Вот только догадываясь об этом или нет, она стала гласом моей совести. После нескольких ночей полных раздумий я сама понимала – мне грех жаловаться.

Если вспомнить всех тех, кто приходил на мои смотрины в дом отца, и примерить нашу ситуацию с Дастином на них, становилось очевидно – они бы не стали так со мной возиться. Любой из тех жутких женихов просто заявился бы на мой порог и сразу же сковал меня магией. Полностью наплевав на моё душевное равновесие. А потом они бы нашли тысячу и один способ заставить меня пожалеть о содеянном. Никто бы из них не стал даже словом помогать мне, и уж тем более защищать. У герцога Эверика была весомая причина просто поставить меня на колени, наплевав на мои обстоятельства. Мы были чужими друг другу. Как меня не волновало, что станет с его наследием, так и его не должно было волновать моё благополучие.

Всё это я поняла, когда злость схлынула. Тогда же пришло осознание, что все мои попытки сделать Дастина чудовищем, жаждущим моей силы – лишь отговорки. Каким бы дальновидным не был герцог Эверик, он не знал о моих способностях. О них ему стало известно позже. До того момента у него была куча времени покарать сообщницу императора, но Дастин этого не сделал.

Забавно, но такие мысли злили меня не меньше прямолинейности учителя Марты. Просто даже осознавая это и в какой-то мере понимая мужа, я не могла отказаться от своих чувств, от своей боли и всей той обиды, что копилась во мне долгие годы. Именно сдерживаемые до этого эмоции вынуждали срываться на герцоге. В моих словах, сказанных ему, было много правды, моей правды. Его же истину мне не хотелось брать в расчёт.

Ощутив, что из-за всех этих размышлений я начинаю ещё больше заводиться, выбросила из головы такого назойливого мужчину и решила отвлечься. С этой миссией справился пирог с сухофруктами, недавно оставленный Тамиллой. Экономка, кстати, исправно снабжала меня едой и горячим питьём, потому выходить в столовую все эти дни не было смысла. Благодаря этому я старалась использовать своё добровольное заточение по максимуму.

Помимо переписки с лордом Артуро, осуществляемой через Бетси, пришлось так же с помощью горничной извиниться перед Эйсиссом и сказать, что наши с ним занятия пока откладываются. Благодаря всему этому лишние свободные часы удалось посвятить урокам магии, отчего их стало гораздо больше чем раньше. Но, теперь зная, к каким высотам я стремлюсь, приходилось стиснув зубы штудировать рунные формулы и из раза в раз… использовать их на себе. А толчком к такому усердию стал разговор с учителем Мартой в тот вечер после скандала с Дастином.

Призвав наставницу тогда, я поспешила ей излить душу. Та, на удивление, не стала, как обычно отчитывать меня, заявляя, что дела смертных её не касаются, а спокойно выслушала, чтобы затем поведать о мало кому знакомой грани магии жизни. И услышанное, заставило меня удивиться не меньше, чем чудесному воскрешению мужа.

– Разве можно защищаться никого не раня? – недоверчиво спросила я той ночью у учителя Марты.

– Эва, ты маг жизни. Твой дар ограничен лишь твоими знаниями, – спокойно заявила она. – Думаешь, ты одарена только талантом создавать существ, которым свойственна одна грубая сила? – И дождавшись моего кивка, призрак со вздохом призналась: – На самом деле я не хотела учить тебя ЭТОЙ магии, но вижу, что без неё вы… пропадёте.

– Какой магии? – навострив уши, поняла, что новые трудности вновь будут вот-вот уравновешены чужим даром.

Призрак покружил по комнате, словно в тяжёлых раздумьях, а потом всё же решительно завис в воздухе напротив и пустился в рассказ:

– До этого ты вдыхала жизнь в семена и камни, тем самым создавая подвластных тебе особей. Но главная тайна в том, что маги, подобные нам с тобой, способны… создавать настоящих живых существ. – Стоило это услышать и сердце в груди гулко забилось. В такое трудно было поверить, но учитель Марта оказалась слишком серьёзна, когда говорила: – Например, знаешь, как мой наставник защищал свои территории? На границе своего государства он вырастил лес. Ничем не примечательный, вполне себе обычный, но тот лес был заполнен созданными им… лешими и дриадами.

– Новая форма жизни…, – неверяще выдохнула я, ощущая неясный страх. До этого мне ещё не приходилось опасаться своего дара. Или скорее того, на что он был способен.

Учитель Марта не обращая внимания на мой ошарашенный вид, подтвердила:

– Именно. И те, и другие способны сами принимать решения, им не нужен поводырь как тем же големам или элементалям. – После чего призрак продолжил просвещать меня о скрытом направлении моей магии: – Так вот лешие в том лесу заставляли всех, кто приходил с дурными намереньями, бесконечно плутать на границе. Конечно же, мой учитель не хотел лишних жертв и потому велел лешим раз в сутки выводить вторженцев обратно к тому месту, где они вошли. Он всегда давал им шанс уйти и выжить, – с неожиданной теплотой отозвалась учитель Марта и на её морщинистом лице проступила печаль. Но она быстро опомнилась и продолжила: – Дриадам же было приказано выращивать по всему лесу особые деревья, кустарники и цветы. Ароматы одних заставляли людей погружаться в сон, запах других лишал их любого желания сражаться, а зловоние третьих вселяло такой страх и ужас, что учуявший их человек бежал домой без оглядки.

– И никакого насилия, – заключила я одновременно с опаской и трепетом. Последний в итоге победил, отчего из моих уст вырвалось нетерпеливое: – Я должна этому научиться!

– Всё не так просто, малышка, – осадила меня наставница. – Ты только освоилась с вполне себе стандартной магией. Исцеление всё ещё даётся тебе тяжело, а вот гибридизация уже попроще. Тут же тебе придётся буквально отдавать частичку себя и это, скажу я тебе, крайне болезненно. К тому же опасно. Так что до того, как мы сможем приступить к первым урокам, ты должна будешь научиться самоисцелению. При том даваться тебе оно должно будет с такой же лёгкостью, как и дыхание.

Стоило услышать вердикт, и меня охватила новая волна отчаянья. Вроде бы решение было так близко, но оказалось невыносимо далеко.

– Это займёт слишком много времени, которого у меня нет, – вздохнула я тогда, на что учитель Марта бросила:

– Так выиграй его. Убеди мужа помочь тебе с этим, попроси его не спешить с местью и ты всё успеешь. Уже созданной тобой защиты хватит, чтобы отвлечься от создания големов. Сторожевые псы на месте, а с настоящим войском можно повременить – на данный момент никому нет резона спешить на захват новоиспеченного мага жизни, – начала заверять меня учитель, заметив моё желание оспорить её слова: – Поверь, Эва, тот же император пока будет только наблюдать за одинокой вдовой. Зачем ему золотое яйцо, если курочка может снести ещё сотню? Здесь нечего брать кроме тебя самой. Поэтому любые злопыхатели будут ждать пока ты, используя свою силу, разбогатеешь. Вот тогда-то охота на твою голову, или точнее податливое тело, будет открыта.

От настолько красочно нарисованных перспектив я содрогнулась. После чего… поняла – в словах призрака есть не просто зерно, а целое поле засеянное истинной. Пока все думают, что на моей стороне никого нет, они действительно будут выжидать. Их даже вряд ли напугает наращивание моих сил – по-настоящему масштабный удар снесёт любого из големов. Зато с мелкими набегами (сделанными из любопытства или иных соображений) созданные уже стражи справятся без проблем.

Поэтому-то я и решилась на разговор с Дастином. Хотела попросить его повременить с воскрешением, а потом сделать это в Храме. Вот только разговор, конечно же, не удался. Но отчаиваться было рано – уже убедившись в упёртости мужа, я знала, что это наш не последний скандал. Возможно, во время одного из них мне таки удастся донести свою мысль полностью, если, конечно, он не наколет дров раньше…

Тряхнув головой, отогнала дурные мысли. Сейчас нужно было сосредоточиться на развитии самоисцеления, а не прокручивать в голове худшие из вариантов. Тем более, пока я могла себе позволить ослабить хватку на управлении землями – торф добывался под чётким руководством Артуро, основным восстановлением дорог занимался Эйсисс, а за работой в мастерских присматривала Тамилла. От меня на данном этапе требовалось лишь изучать отчёты и корректировать действия моих подчиненных. В остальное же время можно было полностью посвящать себя магии.

Что же до мужа… за ним тоже присматривали. Лил хоть и была не так сильна, как Уми, но вполне подошла на роль шпиона. Ну а что? Вредить Дастину элементаль не собирался, он просто присматривал за ним и следил, чтобы тот не рванул подставлять наши с ним головы под удар.

Я действительно его понимала. Понимала, но принять такое решение не могла. Возможно как раз потому, что моя мать часто повторяла: «Лучший враг – мёртвый враг», а мне не хотелось походить на неё.