Глава 51

***

– Точно ли всё будет в порядке? – в который раз я спросила у мужа. Однако вместо того, чтобы устало вздохнуть или не обратить внимания на мои переживания, которые по замкнутому кругу срывались с моих губ, Дастин крепче сжал мою ладонь и низким, бархатистым голосом сказал:

– Причин для волнения, правда, нет. Твой сопровождающий хоть и жуткий зануда, – со смешком бросил Дастин, посмотрев в сторону своего друга, ожидающего меня у кареты, – но как раз поэтому на Р о змана можно положиться.

– Да я ведь не об этом, – пришлось вздыхать именно мне. – Больше всего меня волнует твоя безопасность.

Сказанное мной было на удивление искренним. Не зря учитель Марта пошла на хитрость и несколько дней подряд внушала мне, что стать с мужем как можно ближе, в моих же интересах. Однако причина, по которой я с неожиданным волнением решилась на главный шаг супружества, казалась мне немного гадкой. Потому теперь было радостно осознавать, что, то знание, стало для меня скорее толчком, нежели истинным желанием иметь доступ к чужой силе.

До дня отъезда из Хоулвилла мы с Дастином, будто по-новому узнавали друг друга, становясь ближе не только телом, но и душой. Супружеский долг, которым меня стращали, в нашем случае оказался не обязательной пыткой, а тем, что разрушило последний барьер между нами. Теперь Дастин стал для меня чем-то неотделимым – я искренне полюбила его и даже больше не боялась своих чувств. Так же как и проявления любви по отношению к себе.

И, как нарочно, когда наша с мужем тяга к друг другу укрепилась, мы были вынуждены расстаться. Всего на пару дней, но стоя здесь, в чаще леса, где наши дороги вынуждены были временно разойтись, нам одинаково не хотелось расставаться. Так что мы неосознанно оттягивали неприятный момент, тем самым порядком раздражая новых союзников.

Один из них как раз недовольно вышагивал за спиной Дастина, облаченного в зеркально-безликий костюм наёмника, пока муж нежно, поглаживая меня по щеке свободной рукой, говорил:

– Свет мой, это пустое. Если кто и знает самые надёжные тропки, по которым мы проберёмся без свидетелей, то именно король контрабанды.

Естественно последнее было сказано нарочито громко, чтобы поддразнить ещё одного лорда, без промедлений решившего помочь “воскресшему” другу.

– Эй, Дастин, – гаркнул широкоплечий громила, чью медную шевелюру не мог обуздать кусок ткани, которым тот обмотал голову, – не перегибай. Что обо мне подумает твоя милая жена?

– Что ты не только надёжный брат по оружию, готовый рискнуть жизнью и провести меня прямо к главному Храму, но и прекрасный делец, – поспешил умаслить вспыльчивого лорда Дастин, а я постаралась поддержать:

– Не волнуйтесь, лорд Алвейн, ваш род деятельности никак не отразится на моём отношении к вам. – Мягко заверила, глядя в суровой лицо аристократа, как оказалось, прочно обосновавшегося и на тёмной стороне закона. – Главное присмотрите за моим мужем, и не дайте ему попасть в беду.

Лорд-контрабандист, смягчившись, хотел что-то сказать, но Дастин вновь решил напомнить мне, почему первой время мы с ним только и делали, что тренировали словесную пикировку:

– Прости, милая, но тут скорее мне придётся присматривать за этой горячей головой, – произнёс муж и, глянув через плечо, скорее оскалился, нежели улыбнулся своему сообщнику. Естественно на лице рыжего лорда заиграли желваки. А затем он рыкнул Дастину что-то вроде: «Пожалуй, сам тебя где-нибудь прикопаю», чем только повеселил его. Затем муж со смешком поведал уже мне: – Знаешь, есть у Алвейна дурная привычка… влипать в неприятности. Так что если вдруг всё пойдёт не по плану, то знай – только с его подачи.

Кажется, если бы рядом с Дастином не стояла я, то в него точно полетело бы ближайшее поваленное бревно. Телосложение лорда с певучим и нежным именем Алвейн, позволило бы ему без магии или силы мастера меча поднять его, да бросить словно пушинку в возрождённого и крайне язвительного друга.

Так что, сдержав нарочно провоцируемую злость лорд-контрабандист, махнул на Дастина рукой и сердито заявил:

– Вот же ядовитый змей, решил с концами опозорить меня перед такой чудесной леди. – После чего не лишенный умения вести льстивые беседы рыжий Алвейн пробасил: – И почему именно тебе достался такой бриллиант?

– Не завидуй, ты свой уже нашёл, – хмыкнул в ответ Дастин, а затем не без колкости добавил: – Д о ма почаще появляйся, а то Мариэтта начнёт искать любовь на стороне.

– Вот ещё, – тут же насупился громила, ещё больше становясь похожим на медную гору. – Пусть только кто-то приблизится к моему сокровищу, и я от него мокрого места не оставлю.

Дастин похмыкал над реакцией друга и, пока тот что-то усиленно бормотал себе под нос, сказал уже мне:

– Пора, Эва, вам нужно прибыть к главным воротам столицы до заката. Так безопаснее. Но всё равно не отходи далеко от Р о змана, пока он не передаст тебя своей тётушке. За леди Ирсис ты будешь как за каменной стеной, – снова заверил меня муж и попытался поцеловать на прощание, но я накрыла его губы пальцами и строго произнесла:

– Это тебе стоит быть осторожнее, иначе мне придётся прибегнуть к нашему секретному оружию.

После такой “угрозы” Дастин натурально вздрогнул, вспоминая неожиданное пополнение моей свиты из магических спутников, понял, что его жажда мести не настолько крепка, чтобы рушить всю столицу до самого основания, и попросил:

– Пожалуйста, держи его при себе и не пробуждай без крайней нужды. Так я буду спокоен за твою безопасность. О себе же я сам позабочусь.

– Хорошо, – усмехнулась, понимая, что имел в виду муж. После чего позволила ему нежно попрощаться со мной.

Приблизившись ко мне с вполне себе явными намереньями, Дастин заставил наше сопровождение заинтересоваться природой вокруг и отвести взгляд. То был не просто поцелуй, а серьёзное заявление близким союзникам о моей значимости для почти восставшего из пепла герцога Эверика. Если лорд Алвейн, который был одного возраста с Дастином, сразу понял и принял наш союз, то второй близкий соратник, лорд Розман, по возрасту находящийся ближе к лорду Шереху, и больше походящий на доброго дядюшку с не самым добрым взглядом чёрных глаз, не спешил проникаться симпатией к девушке, приложившей руку к фактическому разграблению друга.

Прощание немного затянулось, но Дастин всё же оторвался от моих губ, прижался своим лбом к моему лбу, и ещё раз попросил быть осторожной. Затем притянув мою ладонь, муж нежно поцеловал её и только тогда отошёл от меня, чтобы скрыться в чаще леса.

Позволив себе пару минут с беспокойством посмотреть туда, где уже не качалась ни одна ветвь, я вернулась к частично заросшему тракту, где меня ждало уже моё сопровождение. Лорд Розман, мужчина с воинской выправкой и сединой на густых чёрных волосах подал мне руку. Пусть он не верил мне до конца, несмотря на слова Дастина о нашей магической связи, он всё равно оставался предельно вежлив.

С мягкой улыбкой приняв помощь лорда Розмана, я забралась в довольно роскошную карету. Сопровождающий последовал за мной и, как только устроился поудобнее, скомандовал вознице трогать. Кстати все, кто участвовал в нашем плане, были не только верны и проверены, но и связаны клятвами с помогающими нам лордами. Хотя, я сомневаюсь, что кто-либо рискнул бы заработать пару золотых и расстаться с жизнью за проданную информацию. Вышивку на масках теней, что нарочно открыто следовали за Дастином, узнавали все. Парочка ассасинов, безмолвно ободренных лордом Розманом, сейчас так же следовала за нами. А если вспомнить о моей магической троице, что сейчас в уменьшенном виде отсыпалась в сундуке на крыше экипажа, то моё полное спокойствия за себя было оправдано.

К тому же благодаря тёмно-коричневым и древесным оттенкам отделки экипажа, а так же мягким сидениям, внутри было очень комфортно. Да и компания лорда Розмана в итоге не слишком напрягала, ведь он сам решил завести непринужденный, но, как оказалось, полезный для нас обоих разговор:

– Леди Эвелин, – трескуче заговорил мужчина (по словам Дастина лорд Розман когда-то был главнокомандующим одного из корпусов императорской гвардии, но в итоге подорвав и здоровье, и голос, ушёл в отставку), – ваш муж прав, вам не о чем волноваться. И я, и лорд Алвейн сделаем всё, чтобы помочь Дастину, ведь мы всё это время чувствовали себя безмерно виноватыми.

– Почему? – удивилась я и такой откровенности, и подобным мыслям гордого лорда. – Это ведь не вы украли печать Эвериков.

На моё здравое замечание лорд Р о зман кивнул, но потом нахмурил так же тронутые сединой брови, что тяжело нависали над глазницами, и сказал:

– Да, но мы могли быть рядом, когда Шерех ударил Дастина в спину. Будь кто-то из нас рядом, Дастину не пришлось бы буквально выживать у Теневого разлома. К тому же, – решил ненавязчиво добавить лорд Розман, – в наших силах было помешать заключению вашего брака.

– Тогда почему вы этого не сделали? – чувствуя лёгкий укол обиды, спокойно спросила я.

Оценив мою выдержку и бесстрастную маску на всё ещё приветливом лице, лорд Розман дёрнул уголками губ и приступил к развёрнутому ответу:

– Если речь о первом, то… мы слишком привыкли считать Дастина непобедимым, – с едва заметной горечью поведал мужчина, – и не учли факт того, что Шерех умеет хоть и на краткий миг, но блокировать любую магию. Этого хватило, чтобы Дастина серьёзно ранили. – Приоткрыли мне завесу над произошедшим. В мыслях и чувствах Дастина этот момент было трудно прочитать, он его будто обесцвечивал, и я знала о нём только в общий и главных чертах. Затем лорд Розман пронзил меня чернотой своего умудрённого жизнью взгляда и продолжил: – В вашем же случае мы попросту не успели оставить обряд. Шерех хорошо подготовился, тщательно замёл следы, и перенёс церемонию в какое-то захолустье, о котором мы узнали слишком поздно. Вот и получается, милая леди Эвелин, что приди мы с Алвейном и в одном, или хотя бы другом случае вовремя, у нас не появилось бы столько причин для угрызений совести. Всё же мы знакомы с Дастином слишком долго, а такую связь трудно разорвать. Как и создать заново.

Наверное, от меня ожидали сочувствия или может быть раскаянья, но… во мне не было столько доброты. Точнее её было не так много, чтобы и отказаться от желания покарать всех, кто смертельно обидел меня, и оправдываться перед каждым. Тем более для меня важно, чтобы именно Дастин знал всю правду. Остальным придётся мириться с тем, что они хотят видеть.

Так что, вежливо улыбнувшись лорду Розману, я произнесла:

– Не мне вас утешать. Очевидно, что вам надо будет просто поговорить об этом с Дастином. Правда не сейчас, а когда всё закончится. Пока что мой муж слишком сосредоточен на возвращении своего статуса.

– Конечно, сосредоточен, – непонятно чему коротко улыбнулся главнокомандующий в отставке. – Раз Дастин не собирается сжигать тут всё дотла, то только так он сможет порядком отомстить. – Поймав мой недоумённый взгляд, лорд Розман решительно меня просветил: – За подобную “ошибку” со стороны императора, урожденному герцогу юга надлежит компенсация, и не малая. После подобного инцидента у правящей семьи снова начнутся трудные времена, – с уже заметным смешком закончил мужчина, при этом радуясь данному факту.

– Снова? – с любопытством уточнила я. Пусть этот добрый дядюшка пока был не очень добр ко мне, всё же лорд Розман производил то самое впечатление мудрого учителя, которому хотелось задавать вопросы, ведь ответы на них точно будут и очень интересные.

Сам того не ведая лорд Розман решил подтвердить сложившееся впечатление, рассказав:

– Леди Эвелин, знаете, почему нынешняя династия так долго и так славно правит в империи? – неопределённо пожав плечами, потому что теорий на этот счёт много, а где среди них правда было не ясно, я услышала: – Всё дело в сдерживающем факторе. Всё время правления династии таким фактором всегда была… одна семья, чья мощь внушала уважение всем без исключения. До того, как Эвериков заковали в клятву, они были головной болью всех предыдущих императоров. Сильные, гордые, богатые и умеющие заводить и поддерживать самые полезные связи, они казались едва ли не выше правящей семьи. Только Эверикам всегда было под силу сравниться с самим императором.

Сказанные достаточно тихо, но при этом слишком громкие слова упали в карете. Лорд Розман замолчал, давая мне осознать услышанное, и принялся ждать моей реакции.

Однако вместо возгласов радости по поводу того, что мне довелось стать членом такой великой семьи (а именно этого, судя по цепкому взгляду, от меня и ждали), я произнесла очевидное:

– Ваши слова звучат как измена.

– Тогда хорошо, что их слышит только новая леди Эверик, – произнёс лорд Розман, отчего-то напомнив мне Дастина. А затем преспокойно продолжил свой рассказ: – Так вот, по законам Магии, дать подлинную клятву верности, подразумевающую, что целый род лишится возможности хоть как-то навредить тому, кому она была принесена, можно получить лишь добровольно. Заставить кого-то из Эвериков пойти на такое, было нереально. Они всегда могли “отколоть” свои земли и стать новой страной, тем самым порождая опасного соседа. Именно поэтому правящей семье было выгодно поддерживать хорошие отношения с герцогством Эверик. Позже, конечно, им удалось обманом выудить у рода Дастина ту самую клятву, но теперь она не имеет силы.

– Сам император перед лицом Богов и Магии признал его мёртвым, – с кивком озвучила я.

– Да, а вместе с этим снял с него оковы, – последовало трескучее подтверждение. – И раз так, теперь вы представляете, насколько возвращение Дастина подорвёт здоровье нынешнего и будущего императоров? Их ждёт настоящая встряска, – уже не скрывая довольство, с предвкушением протянул лорд Розман. Его выражение лица на миг стало похоже на то, какое часто бывало у Дастина в моменты, когда его усилиями рушились чужие планы. Похоже, этот мужчина приложил руку к воспитанию моего мужа и тот перенял какие-то его привычки.

Забавно, но такие выводы заставили меня испытать чуть больше симпатии к лорду перед собой. Только поэтому я не скрывая язвительности сказала:

– Вы так рады этому. Неужели правящая семья настолько плоха?

– На самом деле нет, для них всегда на первом месте была страна и её жители, – озадачил меня лорд Розман, а затем чуть теплее, чем раньше пояснил: – Так уж вышло, что даже вы стали лишь вынужденной жертвой. Император просто хотел, наконец-то, избавиться от опасного конкурента, и он это сделал. Однако для всех нас же будет лучше, если в высший свет вернётся тот самый сдерживающий фактор. Без него любой, даже самый светлый правитель, когда угодно может перевоплотиться в тирана.

– А так, – задумчиво начала я, – императору придётся вспомнить о смирении и отбросить недопустимые для правителя слабости. Никакой зависти и жадности, пока где-то бродит тот, кто в любой момент может испепелить правителя с первыми признаками безумия.

– Именно, – кивнул на мои слова лорд Розман. – Так что мы с Алвейном сейчас не только искупаем вину, но и творим благое дело. Стена, что будет сдерживать амбиции наших правителей, должна вернуться на своё место. И теперь вам предстоит стать одной из сторожевых башен той самой стены. Как бы теперь не пожалеть о своём вкладе в чужое коварство, – решил “укусить” меня напоследок Розман, на что я с милой улыбкой заверила:

– Поверьте, в будущем вы будете только рады тому, что я нагло заняла это место. А ещё вам придётся смириться – своё место я никому не отдам.

Тут же бросаться и показывать всё, на что способна, я, конечно же, не стала. Однако даже этого разговора хватило, чтобы завоевать толику уважения, судя по ощущениям, очень дальнего, но родственника мужа. По крайней мере, этот лорд умудрялся раздражать меня не меньше, чем Дастин до того, как во мне проснулись чувства к нему.

Зато сразу видно, что близкими людьми они были не только на словах, а значит, что на лорда Розмана, что на лорда Алвейна можно положиться. И раз так, то финальная битва, которая пройдёт не на поле брани, а в пышных залах дворца и Храма, точно будет за нами.