Глава 52

***

Как и планировалось в столице мы с лордом Розманом и нашим сопровождением оказались ещё до заката. Правда к особняку дворянина удалось добраться лишь в сумерках – все готовились к празднику Первоснежья, потому улочки города были заполнены не только людьми и каретами, но и санями, готовыми в любой момент сменить обычные повозки.

Небо казалось всё ниже, а из-за тяжело нависших облаков мне так и не удалось разглядеть звёзд. Скорее всего, первый снег уже должен был укрыть пуховым платком улочки столицы, но маги природы сдерживали стихию – лорд Розман упомянул, что император слишком уж любит всё контролировать. Потому первые снежинки начнут срываться только, когда правитель откроет бал и даст на то разрешение.

Поражаясь такой дотошности императора Райнара, я прошла в небольшой, но сделанный со вкусом особняк, где мне дали отдохнуть до начала основных событий. Или скорее испытаний на прочность. И первым таким стало знакомство с едва ли не главными леди-сплетницами всей империи. Точнее лорд Розман должен был передать меня на попечение своей тёте. Однако та, решив, что наиболее безопасно, а так же полезно для меня, будет оказаться не в одиночестве её особняка, а прямо в гуще из благородных леди и матрон, чьи мужчины не скупились на их охрану, велела ему привезти меня прямо к началу чаепития.

Так что на следующее утро мне предстояло знакомство сразу с более чем десятком очень влиятельных женщин столицы. Именно поэтому мой наряд полностью соответствовал случаю, грозясь поразить всех своим видом. Не зря работа над ним длилась не одну неделю – как только Тамилла узнала о нашем с Дастином отъезде, то вместе с горничными они превратились в фурий иголок, тканей и мехов. И хоть мне не хотелось слишком тратиться на траурные наряды, которые скоро станут бесполезны, взятые в оборот Тамиллой мастерицы покорпели над ними не меньше, чем над главным платьем всей поездки.

Ещё и Дастин не остался в стороне. Лишь почти перед самым отъездом примеряя готовые платья, попутно поражаясь их роскошному виду, я узнала, что муж приложил руку, точнее звонкие монеты к моему гардеробу для столицы. Естественно это вызвало моё негодование, а так же последовавший разговор:

– Эва, ты ведь хотела поставить всех на место и показать своим обидчикам, каких высот достигла, – невинно мурлыкал муж, когда я пришла к нему с обвинениями в нелогичных тратах.

– Милый, суть была в том, чтобы заработать на это самой, – бурчала я, но злиться долго на Дастина не вышло. Меня тут же начали обнимать, целовать и урчать:

– А кто, по-твоему, меня приручил и очаровал? Моя любовь – только твоя заслуга. К тому же совсем скоро казна твоих земель будет настолько велик а , что подаренные мной наряды станут для тебя не такими уж дорогими. – И видя, что слова действуют на меня не так смягчающе, как хотелось бы, Дастин хитро добавил: – Тем более тебе нельзя сейчас выглядеть слишком скромно. До столицы наверняка дошли слухи о драгоценных камнях, которые ты получила от лорда Валнара. Пусть все думают, что ты спустила их на наряды. Хороший ведь план?

И вот как после такого можно было спорить? Конечно же, Дастину удалось меня убедить, ведь делал он это со всей самоотдачей. Потому в итоге смирившись с коварством своего мужа, я просто приняла настоящие произведения искусства пугающе быстро растущих мастеров моих земель. Это, кстати, стало контрольным аргументом. Изделия моих людей были достойны того, чтобы оказаться продемонстрированы в самом сердце империи, где леди готовы отдавать баснословные деньги за новые наряды и аксессуары. Кто знает, вдруг, таким образом, удастся найти для моих мастеров бессовестно богатых заказчиков.

Как раз поэтому, я пришла к выводу, что поражать столичных модниц даже своими чёрными одеждами – отличная идея. Тем более траурных нарядов было создано всего три, но каждое из них имело такие детали, что горничные лорда Розмана охали и ахали, когда помогали Бетси одевать меня. Такое поведение можно было считать первой проверкой не только мастерства моих ремесленников, но и их тонкого вкуса.

Когда же сборы были завершены, я в полной мере смогла осознать насколько острым оружием завладела. Внешний вид для аристократов всегда был и остаётся на первом месте. С его помощью леди и лорды сражаются, захватывают место в Высшем Свете, а потом защищают его. Потому сейчас очень важно ослепить их нарядами, чтобы притупить все те слухи, что были распущенны мачехой.

И хоть мне уже не так чтобы сильно было дело до чужого мнения, но помня о своём желании заставить всех захлебнуться в зависти, я была вынуждена согласиться с тем, что пышущий роскошью наряд оказался не только уместен, он так же был просто необходим. Реакция леди в особняке тёти лорда Розмана стала тому прямым подтверждением.

Если раньше на меня смотрели с пренебрежением, жалостью, презрением и ещё бурей не самых приятных чувств, то теперь никто в зимнем саду не мог скрыть восторга от увиденного. Войдя за слугой в отдельно стоящую оранжерею, я с порога смогла явить себя во всей красе.

Чёрные кружевные перчатки и вуаль на пол лица стали своего рода демонстрацией таланта моих рукодельниц – им были предоставлены лучшие нити, что таинственно мерцали на свету, из которых мастерицы со всей дотошностью изготовили аксессуары для этой поездки. При том, создав новый и просто невероятный растительный узор.

Роскошный ансамбль перекал в платье с узкими рукавами, плотно сидящим на талии корсажем и плавно облегающей бёдра юбкой, которая стелилась вокруг меня мягкими складками. Для его основы был выбран сумрачный бархат, один из самых дорогих видов ткани. Им же была обшита и шляпка-арселе, которая одновременно укрывала уши от промозглого ветра на улице, удерживала кружевную вуаль и венчала мою голову подобно диадеме. А ещё эффект царственности усиливался за счёт необычных украшений.

Одна искусница, услышав о том, что вскоре мне предстоит навестить столицу, создала невероятный комплект из чёрных агатов. В него входили массивные, многоярусные серьги, которые теперь больше чем наполовину выглядывали из-под вуали. Шляпка-арселе им не мешала благодаря новому виду крепления. Эти серьги держались на ухе за счёт дуги из металла, тем самым не требуя от модниц проколов в ушах. Помимо них в комплект входили парные браслеты в виде манжетов, явно вдохновлённые украшениями Лавинии (видимо тогда мастерица была среди тех, кто видел приезд моей сестры). И завершала набор аксессуаров очень необычная вещь. Драгоценная портупея.

Нити из огранённых бусин агата стелились по плечам, обнимали рёбра, будто повторяя их узор, а посередине корсажа платья сплетались в растительный узор. Он повторял плетение кружев, потому отлично вписывался. Каждая деталь комплекта из агатов, несмотря на чёрный цвет, искрилась и играла на свету, стоило лишь немного двинуться. А с учётом объёмного манто, изготовленного из угольного соболя, выглядела я как обременённая лишним золотом вдова.

Пусть такого впечатления мы и добивались, но мне всё равно оказалось не слишком комфортно в подобном виде. Зная сколько стоит та или иная часть данного комплекта (с помощью которого уже удалось лишить дара речи одних из главных леди столицы) мне не удавалось перестать размышлять о том, как я могла с большей пользой потратить такие деньги. И пусть все эти расходы взял на себя Дастин, чей предок-параноик обеспечил его богатыми тайниками, мне оказалось не так уж и приятно тратить столько средств на подобную пыль в глаза.

Зато, как только леди в обогретой магическими камнями оранжерее пришли в себя, они тут же засыпали меня вопросами, где взять ту или иную часть моего наряда. А больше всего внимания досталось моим… ботиночкам. Они всего несколько раз выглянули из-под бархатного подола платья, но зоркий взгляд пресытившихся аристократок быстро заметил нечто настолько новое. Честно говоря, я сама до сих пор поражалась такому изделию, и потому мысленно потирая ручки, раз за разом обещала свести всех желающих со своим сапожником.

Всё это произошло потому, что на моих ногах красовалась обувь, являющаяся новой моделью, придуманной мастером Хоулвилла. Между прочим, он сам пришёл в Хаул, когда узнал о моём желании развивать ремёсла. Старик утверждал, что в его семье поколениями передавались тайны искусства сапожников, и он готов делиться ими взамен на возможность работать с настоящей кожей, а потом торговать своими изделиями.

Так вот этот сапожник, понаблюдав за работой кружевниц, создал модель ботиночек, будто сотканных из кожаного кружева. Желая подчеркнуть ажурность чёрной кожи своего изделия, мастер сделал первый слой из тонкой замши бежевого цвета, отчего складывалось впечатление, будто чёрное кружево из бархатистой кожи южного ящера прилегает прямо к стопе. Изящный, но низкий и устойчивый каблучок стал последним штрихом, делавшим преподнесенную мне обувь просто волшебной.

Не удивительно, что подруги леди Ирсис, позабыв о напускной сдержанности, раз за разом просили ещё разок показать диковинную обувь, а потом сокрушались, что не смогут пощеголять в такой на грядущем празднике. За это меня мягко пожурили и посетовали на то, что зря я не приехала в столицу раньше.

А вообще день в компании новых знакомых прошёл вполне себе мирно. Никто не стремился меня задеть, ни словом, ни делом не пытался обидеть, или напомнить о том, как всевозможными слухами была растоптана моя репутация, и вообще каждая из дам вела себя достойно и вежливо. Однако дело тут оказалось не в моём обаянии, или даже произведённом первом впечатлении.

К такому, не побоюсь этого сл о ва, аккуратному отношению приложила руку никто иная как тётя лорда Розмана. Хотя, я скорее приняла бы леди Ирсис за… его дочь.

С первого взгляда леди Ирсис производила приятное впечатление. Хрупкая, с молочной кожей и копной иссиня-чёрных волос, вьющихся ниже талии, она походила на искусно созданную куклу, что подчеркивало её платье из плотного шёлка сиреневого цвета, отороченное рюшами. Однако стоило заглянуть в глаза Ирсис, как ты сразу понимаешь – перед тобой проживший долгую жизнь маг. Тёмный маг.

Радужки миндалевидных глаз леди Ирсис, у уголков которых расположились практически симметричные родинки, были того самого оттенка, что и ягоды калины, на заснеженных кустах. Алые, яркие, и оттого пронзительные, они могли любого заставить тщательнее подбирать свои слова и даже мысли. Но больше них окружающих явно пугал не факт того, что леди Ирсис черпает свою силу из тьмы, из ужасов нашего мира, а то, что она обладала даром крови. Даром, который позволял буквально управлять другими людьми, а так же помогающий… обманывать старость.

Услугами леди Ирсис пользовались все, включая императорскую семью. И именно поэтому настоящий, матёрый маг смерти свободно жил на свету, оставаясь неприкосновенным. Фанатики же, которые рискнув, хоть раз попытались навредить леди Ирсис, бесследно исчезали, на что сам император закрывал глаза. Нужно же тёмному магу откуда-то черпать силы для мощного колдовства? Это лишь маги жизни поглощают ману из окружающей природы. Магу смерти нужна чужая энергия. Потому леди Ирсис была действительно опасной женщиной, с чьим мнением принято считаться.

Неудивительно, что в компании тёти лорда Розмана реально можно было ничего не бояться. Более того – узнав о её даре, я наоборот сильнее потянулась к этой женщине. Такая сила меня совсем не пугал, так как и сокрытая, за инфантильными нарядами железная воля и готовность в любой момент лишить кого-то жизни. Скорее рядом с леди Ирсис во мне просыпалось приятное чувство ностальгии. Полагаю, как раз из-за этого, даже когда наши силы входили в резонанс, он не доставлял сильного дискомфорта.

К счастью тётя лорда Розмана так же проявляла ко мне симпатию, не обращая особого внимания на иногда обжигающие всполохи моей магии.

– Представляешь, милая, меня недавно попытались выдать замуж! – певуче сказала Ирсис уже за ужином в компании лорда Розмана. К этому моменту мы не то, чтобы сдружились, но прониклись взаимной симпатией. Именно поэтому без лишних свидетелей маг крови попросила разрешения обращаться ко мне свободнее.

Лорду Розману достался наш парный неодобрительный взгляд, под которым он с удвоенной силой заработал челюстью, а я едва сдерживая смех спросила:

– Вы были против избранника?

– Естественно! – возмутилась Ирсис, стреляя алыми всполохами глаз в племянника. – Эвелин, сама подумай, зачем мне приживала и нахлебник?

После такого заявления лорд Розман подавился, обвиняюще посмотрел на слишком моложавую тётушку, на что она была вынуждена фыркнуть и признаться:

– Ну ладно, тот мальчик был достаточно богат, но когда дело касается денег, я предпочитаю получать их без посредников в лице мужа. Иначе, какой смысл кампании моих чудесных тоников для омоложения кожи? – прощебетала риторический вопрос Ирсис. После чего со смешком уточнила: – Не все, конечно, готовы спокойно пользоваться тониками с кровью, но только на словах и при свидетелях. На деле же всё обстоит так, что заказов теперь столько, что мне пришлось заключить контракты с ещё двумя фермерствами и одним охотничьим угодьем. У последних и выбор больше, и кровь качественнее.

– Дорогая Ирсис, – взмолился ещё вчера грозный отставной командир, – мы можем говорить о твоих тониках не за едой?

– А что такого? – Невинно захлопала глазами маг смерти. – Разве кровь так уж сильно отличается от мяса, что сейчас находится в нашем блюде?

– Просто пожалей нашу гостью, – со вздохом напомнил лорд Розман о том, что далеко не все так хладнокровны, как тёмные маги.

Однако он не догадывался: меня давно ничем подобным не напугать. Когда ты растёшь среди гулей и родственников, больше похожих на упырей, готовых впиться в твоё горло, то перестаёшь быть слишком нежным.

– Ничего страшного, лорд Розман, – заверила я, придержав свои мысли при себе, – всё же мой дар предполагает больных и раненых, потому данная тема меня не страш и т.

Однако вместо того, чтобы расслабиться, мужчина только покачал головой и сказал:

– В каком ужасающем мире мы живем, раз такие юные леди могут спокойно есть, в компании не всегда этичного мага смерти.

На такое замечание мне оставалось только пожать плечами и пуститься в расспросы Ирсис о том, как она вообще придумала, а главное начала реализовывать свою косметическую идею. На что она только обрадовалась, набросилась на меня с ответами, чем вконец испортила аппетит лорду Розману. И тот под наши тихие смешки поспешил ретироваться в свой особняк, велев нам не засиживаться допоздна и ложиться спать пораньше, напомнив, что завтра большой день.

Конечно же, никто его не послушался. Парочка сильных и независимых женщин нашла друг друга, потому с все более нарастающей симпатией в обе стороны мы с Ирсис проболтали почти до утра.

Сборы же к балу начались ближе к обеду, сразу после того как нами с гостеприимной хозяйкой были приняты бодрящие микстурки моего приготовления. Всё же стоило немного прислушаться к лорду Розману и хотя бы отказаться от согревающих напитков. Но, Ирсис оказалась не самым лучшим примером для подражания, да и я не спешила становиться типичным светлым, а оттого занудным магом.

Зато всю нервозность как рукой сняло. Да что там, волнение ко мне вернулось лишь, когда мы садились в карету, чтобы проследовать в Храм. От осознания, что там всё и начнётся, стало немного не по себе, но новая порция болтовни уже более близкой знакомой отвлекла от переживаний. А вслед за этим пришла уверенность – всё получится.