Глава 25
Таня
- Я видел, что ты вчера купила тесты. И сегодня ходила к гинекологу. Ты… беременна?
Лишь после этого вопроса разговор обретает логические очертания, и я начинаю улавливать его суть. Марк решил, что я беременная? И ведь не скажешь, что это глупость. Я и вправду сделала на всякий случай тесты – нужно было понять причину задержки и исключить залёт. Вероятность, конечно, была нулевая, но в жизни порой происходят и не такие невероятные события, так что перестраховаться не мешало.
Стоп!
Марк решил, что я жду ребёнка от Юры и предложил его усыновить? Ерунда какая-то. Неужели он серьёзно? Но зачем ему это нужно? Молодой здоровый мужчина, переживший, судя по его рассказам, немало неприятных мгновений из-за того, что оказался своим родителям не родным… Зачем ему чужой ребёнок?
Пока обдумываю этот столь неожиданный поворот и собираюсь с мыслями, он смотрит неотрывно в упор, ожидая ответа. Челюсти нервно сомкнуты, скулы подрагивают. Нервничает?
В последние недели Марка в моей жизни стало слишком много, чтобы всё это было случайным совпадением. Чего он добивается? Неужели всерьёз полагает, что можно воскресить то, что давно затоптано, сожжено и развеяно над пропастью? Да я как вспомню… Так больно становится, будто всё это было только вчера.
- Нет, я не беременна. Хотя ты прав – тесты я делала и к врачу ходила. Но оказалось, что это последствия переохлаждения.
- Точно?
Смотрит с недоверием. Киваю. Какой смысл мне его обманывать? Тем более что именно он спас меня из снежного плена. Если бы не Марк, то последствия встречи с лавиной могли бы быть куда печальнее и необратимее.
- У женщин так бывает, если посидеть или полежать на холодном.
Сколько себя помню, мама всегда читала мне нотации, чтобы одевалась тепло, не садилась куда попало. И всё равно не убереглась.
- И насколько это страшно?
- Неприятно, но не смертельно. Назначили лечение.
Не хочу обсуждать с ним своё здоровье, тем более такой интимный вопрос. Дикость какая-то – отчитываться перед боссом о результатах визита к гинекологу. И даже пусть он не совсем обычный босс, но…
- Чем я могу тебе помочь? Лекарства? Деньги? Консультация хорошего специалиста?
- Марк, я – взрослая самостоятельная девушка. Сама справлюсь. Но за предложение помощи, конечно, спасибо.
Кажется, пора поставить в этом разговоре точку, сесть в машину и выехать наконец с офисной парковки. Чувствую себя некомфортно. Тут камеры повсюду, да и нас может увидеть кто-то из коллег. Ещё подумают обо мне невесть что. Мне, конечно, плевать. Но сомневаюсь, что сплетни и насмешки в коллективе положительно повлияют на производительность моего труда.
Пока раздумываю и собираюсь забраться в машину, Марк неожиданно делает то, чего я меньше всего от него ожидаю. Он шагает вперёд, сокращая и без того небольшое расстояние между нами, и обнимает меня.
И это не просто формальные объятия, принятые между друзьями для выражения поддержки в трудную минуту. Я оказываюсь тесно прижатой к мужскому телу. А губы его почти касаются моих ушных раковин, когда он произносит:
- Таня, девушка не должна справляться с проблемами самостоятельно, если у неё есть мужчина, готовый взять на себя за неё ответственность.
Что он имеет в виду? Он говорит о себе или о Юре? Сомневаюсь, что мой бывший парень готов добровольно нести хоть какую-то ответственность. Оглядываясь назад, вспоминаю, что в критические моменты нашей с ним совместной жизни поиск выхода из ситуации, как правило, был на мне. Тогда это казалось естественным, а теперь вызывает раздражение.
Или Марк хочет предложить свою кандидатуру?
- Я не привыкла делегировать кому-то полномочия…
- Ну так учись. Потому что теперь ты под моей ответственностью.
Он говорит какими-то загадками. Конечно, если собрать воедино слова и действия на лыжном курорте и прибавить к этому цветы и прочие знаки внимания, которые он мне продолжает оказывать, то может показаться, что он меня добивается. Но такая гипотеза выглядит несколько странно, если не фантастично. Потому что как ни крути, а разбитую вазу вряд ли можно склеить так, чтобы она была пригодна для использования по назначению.
Что ему на самом деле от меня нужно? Формальное прощение, чтобы избавиться от чувства вины? Или это такая схема соблазнения? Я не сильна во всех этих мужских уловках. Но знаю отлично, что Марк уже пять лет назад был мастером по заманиванию наивных доверчивых дурочек в свой капкан. Теперь он наверняка только усовершенствовал это умение.
Я растеряна. Не понимаю, как должна себя сейчас вести. Оттолкнуть? Накричать? Влепить пощёчину за то, что распускает руки? Хотя последнее кажется проблематичным, учитывая, что я нахожусь в коконе его сильных рук и не могу пошевелиться.
- Таня, у тебя есть я. И буду… А ты? Ты у меня будешь?
Он всего лишь прижимает меня к себе и шепчет на ухо обескураживающие фразы. А меня колбасит, бросает то в жар, то в холод. Не верю ему! Потому что наверняка обманет… Как он сказал тогда? Я оказалась лёгкой добычей? Может, он и теперь на это рассчитывает?
Но для чего тогда был разговор об усыновлении ребёнка? Голова идёт кругом. То ли от мыслей, то ли от близости молодого привлекательного мужчины. Я вовсе не нимфоманка какая-то, но вынуждена признать, что Марк меня волнует.
Одно знаю точно – тут не место и не время для обсуждения отношений. Я не готова даже для себя сформулировать, что чувствую и чего хочу. Слишком всё сложно и неоднозначно… Проще всего ответить отказом. Но что-то меня останавливает.
Не люблю принимать спонтанные решения и предпочитаю прислушиваться к голосу интуиции. Она меня не балует внятными советами и частенько помалкивает, когда должна бы кричать во весь голос. Но сейчас она рекомендует не пороть горячку и сесть в машину.
- Марк, ты хотел отвезти меня домой? – пытаюсь сменить тему.
- Да-да, конечно, – он ослабляет хватку. – Но хоть на свидание тебя можно пригласить?
- Пригласить можно, – высвобождаюсь из его рук, он не сопротивляется.
- Но?.. Это из области хотеть не вредно, вредно не хотеть?
- Может, и так, а может, и нет. Посмотрим, – отвечаю уклончиво, стараясь перевести в шутку.
Вот вроде бы умный, а такой недогадливый!
- Так мы едем? Или мне на метро идти?
Марк открывает передо мной дверь, приглашая в салон. Выезжаем с парковки молча. Прислушиваюсь к своим чувствам и ощущениям, пытаюсь понять отношение к происходящему и унять неизвестно откуда взявшееся волнение.
Глупо отрицать очевидное: сердце колотится, будто пробежала стометровку, а в ушах стоит низкий шёпот: “Таня, у тебя есть я. И буду… А ты? Ты у меня будешь?”.
Если бы точно знать, что я правильно расшифровала загадки, которые прозвучали во время этого разговора! Он предлагает мне отношения? Не одноразовый секс, чтобы закрыть какой-то неведомый мне гештальт, а с прицелом на “будешь”? Или я опять слишком хорошо о нём думаю?
Мысли мечутся по кругу. Снова и снова возвращаюсь в последний день олимпиады, в убогий санузел студенческого общежития. Вспоминаю шёпот Марка… Такой дурманящий и затягивающий в пропасть. Он тогда тоже говорил о будущем?
А потом была парковка и стремительно катящаяся с крутой горы жизнь.
Готова я пройти это снова?
Снег ослепляет белизной, мир вращается с бешеной скоростью, затягивая меня в смертельную центрифугу… И снова шёпот Марка. И его руки – такие сильные и такие надёжные, дарящие уверенность, что всё будет хорошо. И исповедь, полная горечи и отчаяния…
“...у тебя есть я. И буду…”
Когда подъезжаем к дому, Марк привычно оббегает машину и помогает мне выйти.
- Таня…
- Не сейчас.
- А когда?
- Завтра. После работы.
- Сходим куда-то поужинать?
- Я подумаю.
Он хочет какой-то определённости. А я трусливо сбегаю от неё, выпрашивая себе ещё немного времени для колебаний. Я ему не верю и боюсь. И себя – тоже боюсь. Особенно реакции на Марка. Неужели это правда, и женщина всю жизнь неровно дышит к своему первому мужчине?
Ненормально так реагировать на человека, который меня когда-то втоптал в грязь. Но ведь потом он спас мне жизнь и открыл душу…
Марк идёт за мной до самой калитки. Когда я оборачиваюсь, чтобы ещё раз попрощаться с ним, он смотрит так, будто собирается поцеловать. И пока я внутри себя решаю уравнение с множеством неизвестных, одно из которых: “Как реагировать на поцелуй?”, парень бросает мне: “До завтра” и уходит к машине.
А я тянусь к калитке, добавляя к уравнению ещё одну переменную и пытаясь понять, разочарована я или довольна, что поцелуя не случилось. И к своему великому стыду, заходя в дом, сдаюсь и признаю, что была совсем не против…
Наверное, я в снегу не только попу себе отморозила, но и голову, другого объяснения найти не могу.
Настроение неконтролируемо улучшается. Сама себя не понимаю. Ну дура же! Как можно снова наступать на те же грабли? Годы идут, я взрослею, а глупости совершаю, словно мне по-прежнему восемнадцать…
- Что это ты сегодня такая сияющая? – бабушка сразу улавливает моё настроение.
А я-то думала, что ей до меня дела нет.
- Да просто настроение хорошее.
- Неужто помирилась с этим своим?
Даже не знаю, что ей на это ответить. Понимаю, что она спрашивает о Юре, но вполне можно её вопрос применить и к Марку.
- Нет, и не собираюсь. Мы с тобой всё обсудили, я согласилась по всем пунктам.
- Ох…
- Ну, бабушка, не вздыхай так тяжело. Не такая я дура, чтобы не понимать очевидных вещей.
А сама про себя думаю: “Ещё какая дура. Только смелости признаться в этом вслух не хватает”.
После ужина, выдержав очередную порцию нравоучений от бабушки, отправляюсь в свою комнату. Включаю мессенджер и с удивлением разглядываю экран. А там – фотографии. Я с Марком, в обнимку. Если абстрагироваться от реальности, то с виду мы – горячая влюблённая парочка.
Ещё два часа назад я нервничала, что нас кто-то увидит, а теперь хохочу.
Вслед за снимками прилетает сообщение:
“Ты по-прежнему будешь отрицать, что между вами что-то есть?”
Не раздумывая, строчу ему ответ:
“Где мои деньги? Помнится, я сказала тебе, что даже разговаривать с тобой не буду, пока не вернёшь их обратно на мою карту”.
Я, конечно, дура. Потому что сама нарушаю своё же правило, отвечая ему.
“Хрен тебе, а не деньги. Считай, что взыскал с тебя компенсацию за рога, которые ты мне со своим мажором наставила!”
Ах, да! Юра нашёл себе оправдание. Просто смешно! Да я и не надеюсь уже увидеть свои кровно заработанные. Как только он разбил мне розовые очки, я взглянула на бывшего парня совсем другими глазами. И почему я раньше не замечала столь очевидных вещей?
Некстати вспоминается Марк:
- Чем я могу тебе помочь? Лекарства? Деньги? Консультация хорошего специалиста?
Юра ведь знает, что я попала в лавину. Я ему писала об этом несколько раз. Но он не удосужился даже просто поинтересоваться моим самочувствием. Ни тогда, когда я вернулась из аэропорта, ни когда притащился с цветами в офис, надеясь на примирение.
Разве настоящие мужчины так себя ведут?