Глава 4

Марк

- Мама, когда у вас вылет?

Заканчиваю завтрак и прикидываю свои планы на день.

- В семнадцать тридцать.

- Я поеду с вами в аэропорт, провожу.

Не могу смотреть в её глаза, полные слёз. Рывком встаю, подхожу, обнимаю. Она такая маленькая стала… Или это я вырос.

За последний год мама сильно сдала. Они же с отцом вместе всю жизнь, как два лебедя. Никогда не видел, чтобы они ссорились или даже просто спорили. Будто мысли читают и понимают друг друга на ментальном уровне.

Но никто не знает, сколько кому отмеряно. И здоровье не купишь за деньги, даже очень большие. Не позволяю себе думать о худшем, верю, что папа выкарабкается. И мамины глаза будут снова блестеть не от слёз, а от счастья.

- Мамочка, всё будет хорошо. Не накручивай себя раньше времени.

- Я боюсь. А вдруг… всё снова?

Год назад отца прооперировали. Крутая клиника, лучшие в мире специалисты. Многочисленные курсы химии. И вот теперь – контрольное обследование. Что оно покажет – никому не известно, поэтому беспокоиться бессмысленно и преждевременно.

- Всё будет хорошо, – повторяю, как заведённый. – Папа справится. Он ещё молод, чувствует себя нормально, организм крепкий. Оснований для паники нет.

Глажу маму по спине. Я не умею поддерживать. Весь год ищу для неё правильные слова – и не нахожу. Очень страдаю от своей бестолковости и бесполезности.

- Марик, ты же присмотришь за Максимом, пока нас не будет? – она переходит на шёпот. – Мне кажется, он связался с плохой компанией.

- Не волнуйся, присмотрю. И не накручивай себя. Ну какая плохая компания? Они все такие же студенты, как он. Большинство учится в том же университете. Я их уже пробил. Ничего криминального или такого, о чём стоит волноваться. Вспомни меня на первом курсе. Сколько раз мы ссорились, когда я уходил на гулянки с друзьями.

- Я за тебя по-другому переживала. Знаешь ведь. Боялась, что ты не справишься со стрессом и свалившейся на тебя информацией.

- Мам, ну почему я не должен был справиться? Я – сильный и ответственный. Как папа. А Макс просто ещё мальчишка, со временем и он станет серьёзнее. Дай ему немного времени и ослабь поводок. Да и себя отпусти. Помни: у меня всё под контролем.

- Спасибо, сыночек. Боюсь, как бы он глупостей не натворил.

- Не натворит. Ты же знаешь, он одержим идеей работать с отцом, а папа косяков не прощает. Так что вот увидишь – ещё пару месяцев погуляет, попразднует свою свободу и взрослую жизнь, и возьмётся за ум. Тем более что отцу понадобится его помощь.

- Да-да, ты прав. Я поговорю с Сашей, чтобы поскорее нашёл ему какое-то дело в фирме. Вот исполнится ему восемнадцать, и можно будет взять его на работу официально.

- Ладно, ма, я побежал. В час вернусь и отвезу вас. Собирайтесь.

Из дома ухожу с тяжёлым сердцем. Не нравится мне мамино настроение. И поведение Макса откровенно раздражает. Не младенец уже, должен понимать обстановку в семье и контролировать свои выходки. А он словно с цепи сорвался и намерен маму расстроить посильнее.

В университет приезжаю за пятнадцать минут до начала занятий и занимаю наблюдательный пост. Стыдно признаться – в последние дни по утрам зависаю тут, чтобы поглазеть на одну белобрысую девицу. Она пробежит мимо, кинет мне “Привет”, улыбнётся – и я получу заряд энергии на целый день. Как ей это удаётся – и сам не понимаю.

- Привет, Город, – Сава неожиданно появляется из-за спины. – Караулишь?

- Сава, шо ты ржёшь? – отбиваю. – Отвали.

Ненавижу его снисходительные нравоучения.

- Забавно смотреть на тебя со стороны. Не ожидал, что какая-то серая мышь скрутит тебя в бараний рог.

- Заткнись, – злюсь на друга.

- Не понимаю, что ты в ней нашёл. Ну блондинка, стройная… Ничего особенного. Ни ног от ушей, ни буферов четвёртого размера. Бледная, невзрачная, вечно перепуганная какая-то. Не то что её подруга. Вот с кем я замутил бы, так с Ленкой. Бойкая, за словом в карман не лезет. Яркая и всё при ней.

- Вот и мути. Мне-то что? – стараюсь отвечать как можно нейтральнее, но внутри закипаю.

Кулак чешется – рвётся встретиться с зарвавшейся рожей. Ещё пару фраз, и я точно не сдержусь. Но в этот момент появляется Таня. Сава – дурак, если не понимает, что женская красота – не в буферах и яркой косметике. Серая мышь? Нет уж, скорее ангел…

Бесит, что рядом с ней опять трётся Эдик. Как же он меня в последнее время раздражает! Никогда раньше не обращал внимания, как отвратительно от него пахнет, какая мерзкая у него ухмылка. И вообще, придурок… На днях заглянул к нему в аудиторию, хотел посоветоваться насчёт задачи, и там они были вдвоём… С виду, конечно, ничего такого – наверняка она пришла к нему за тем же, что и я. Но, чёрт возьми, почему меня от этого так бомбит?

- Привет! – как обычно, всего одно слово и улыбка.

А у меня внутри словно весна наступает. Эта девушка – лучшее лекарство от депрессии. Ангел – не иначе…

Улыбаюсь в ответ. Плевать на придурка, который не отлипает от неё. Не верю, что он ей нравится.

- Решила?

Она останавливается. А у меня сердце заходится от волнения. Это надо – дожить до двадцати лет и реагировать на девушку, как подросток.

- Почти. Осталось пару нюансов, которые мне не нравятся. А ты?

- Решил. Покажешь?

Вспоминаю, что вместо занятия еду с родителями в аэропорт.

- Только меня сегодня не будет. Может, на большой перемене посмотрим? – перспектива пообщаться с ней один на один вызывает дрожь за грудиной. – Я тебя сам найду, – не оставляю ей манёвра для отступления.

Она уходит, а я с минуту тупо пялюсь ей вслед, пытаясь выровнять сбившееся дыхание.

- Дурак ты, Марк. Все говорят, что она со Смирным. В обнимочку ходят, целуются. А ты будто с Луны свалился. Неужели не понимаешь, что третий – лишний? Я тебя не узнаю.

- Сава, ты всё ещё здесь? Решил испытать моё терпение и крепость кулаков?

- Пытаюсь по-дружески предостеречь тебя от глупостей.

- О, привет, братва! – Ковалёв, как обычно, появляется громогласно. – Слышали? Наш Эд с Куклой снюхался. Говорят, зажигают по полной.

- Ты что, девчонка, чтобы сплетни распространять? – со злостью наезжаю на него. – И я предупреждал тебя не называть Таню Куклой? Какого чёрта ты опять?

- Да мне пофигу. Вон, першаки тотализатор запустили – спит она с ним уже или ещё нет, – тычет мне в лицо смартфон. – Я сотню кинул. Только непонятно, как они узнают, кто из них прав.

- Придурок! – выплёвываю зло.

- Да ты чё, Город? Я ж поставил, что не спит. По своему опыту знаю, что такую клару целкин не так-то просто раскрутить. И уж тем более нашему ботану-переростку. Он её долго по углам зажимать будет, пока не уломает, – хихикает, а меня несёт.

Сдержаться не удаётся, и я резко бью его под дых.

- Ещё одно слово – и ты калека.

- Ша, Город! Совсем берега потерял? Остынь! – Сава перехватывает мою руку, предупреждая второй удар. – Из-за бабы на друзей кидаешься?

Сам не знаю, что на меня находит… Не могу её видеть со Смирным. Едва сдерживаюсь, чтобы не разукрасить ему смазливую рожу. И эти ещё подливают масла в огонь… Друзья называются.

- Учти сам и передай этим малолетним недоумкам, что если хоть кто-то к ней посмеет подойти, что-то сказать, обидеть или даже криво посмотреть, будет иметь дело со мной. Уберите это дерьмо с тотализатором и молитесь, чтобы она о нём не узнала.

Звенит звонок на пару, но я игнорирую его и тащусь к стенду с расписанием. Ищу глазами Танину группу. У них сейчас физика, а после большой перемены будет физкультура. Боюсь, что сбежит под предлогом, что нужно переодеваться…

За пять минут до начала перемены собираю сумку и выхожу из кабинета. Благо, у нас лабораторка, которую я сдал один из первых. Со звонком стою под аудиторией, где у первого курса лекция. Почти сразу двери открываются, и толпа засидевшихся малолеток вырывается в коридор. Преподша Самойлова что-то кричит им вслед. Как знакомо…

Высматриваю глазами светлую голову. Дожился… Марк Город бегает за девчонкой. Кому сказать – не поверят.

Когда поток самых нетерпеливых спадает, захожу в аудиторию. Таня застёгивает сумку. Она одна, вульгарной подруги поблизости не видно.

- Привет, – останавливаюсь возле её стола, прикидывая, что тут разложиться с компьютерами будет удобнее всего. – Тут или в буфет пойдём?

Пожимает плечами.

- Можно тут. В буфете сейчас, наверное, слишком многолюдно.

Таня достаёт из сумки ноутбук, садится и включает его. Опускаюсь на скамейку рядом. Девушка поспешно отодвигается, предотвращая даже саму возможность тактильного контакта. Случайность? Или я ей неприятен? Мой ноутбук загружается гораздо быстрее, и я показываю свою программу первый…

Как маньяк, ловлю восторженные нотки в её голосе, когда мы обсуждаем мой алгоритм. Да, девочка, не только твой ботаник умеет шевелить мозгами. Я тоже очень даже неплох. Сияю от гордости. Мне всегда было глубоко фиолетово, что думают обо мне девицы. Почему вдруг так важно стало получить её одобрение и восхищение?

Впрочем, Танино решение тоже весьма интересное. Что ни говори, а соображает она реально круто. Вспоминаю студенток, которые были у нас в команде в прошлые годы. Пожалуй, Таня дала бы им фору. Даже не верится, что она только недавно впервые столкнулась с олимпиадным программированием, всё-таки оно весьма специфическое. Озвучиваю свои мысли вслух – вряд ли найдётся человек, который не любит, чтобы его хвалили.

- Будешь сегодня рассказывать на занятии?

- Если Эдуард Германович вызовет. Как я поняла, он предпочитает, чтобы каждый раз докладчики были разные.

Она произносит имя Смирного таким тоном, что в жизни не поверил бы, что она с ним встречается, обнимается и целуется… Может, это всего лишь сплетни? Но откуда тогда этот дурацкий тотализатор?

За пять минут до конца перемены Таня уходит, а я не тороплюсь на пару. В душе творится самый настоящий хаос… Выхожу во двор и сворачиваю в сторону стадиона. Звенит звонок, а следом за ним приходит сообщение от Савы:

“Город, ты где? У нас контрольная!”

Надо бы поторопиться на пару, чтобы не искать потом препода и не отрабатывать с потерей баллов. Но я упорно шагаю в сторону площадки, где выстроились студенты-первокурсники.

Девушки преимущественно в лосинах, светят стройными ножками и упругими попками, вызывая слюноотделение у мальчишек. Таня в свободной футболке, которая скрывает все стратегически интересные места. Но я легко дополняю картинку своими горячими фантазиями. Ноги у неё что надо. И всё остальное в порядке. Залипаю, как голодный пёс. И как в таком настроении теперь идти писать контрольную?

Что мне мешает напрямую предложить ей встречаться? Неужели так боюсь, что она меня отошьёт? Не привык получать от девушек отказы?

Откладываю разговор с ней день за днём. Ловлю её редкие взгляды и улыбки. Бешусь, когда вижу с ней рядом Эда.

- Что, брат, плохи твои дела? – снисходительно хлопает меня по плечу Сава, когда мы выходим на улицу после олимпиады.

Таня опять уходит домой в сопровождении Смирного. И меня от этого трясёт так, что всё вокруг готов крушить…

Но ещё больше меня выбешивают результаты первого тура.