Глава 7

Утром, как и было велено, Наташа появилась в медпалатке в шесть утра. Миши еще не было, хотя он встал раньше девушки, но отчего-то возился в палатке. Наташа поспешила одна, боясь рассердить Власова. Когда Александр Петрович поднялся на ноги и покинул их палатку, было неизвестно, Наташа, встав утром, уже не застала его. Увидев девушку, Александр, который уже ошпаривал мединструменты, оглядел ее цензорским взглядом. На Наташе была зеленая военная форма, чуть свободная, так как Миша у завхоза не нашел поменьше. Солдатские камуфляжные штаны, берцы на ногах, футболка и рубаха защитного цвета. – Явилась вовремя, молодец, – прокомментировал Власов ее приход. – Иди сюда. Что-нибудь знаешь об огнестрелах? – Немного, Александр Петрович, – ответила правду Наташа. – Только читала, практики по этой части совсем нет. – Понятно, – кивнул он, оценив ее искренность. Было бы хуже, если бы она соврала, что знает, а потом при перестрелке сделала бы что-то не так. Он достал из походного шкафа книжку и протянул ей. – Вот тебе. До завтра прочтешь. – Хорошо, – кивнула она. В этот момент появился Миша, влетев в палатку, и сразу же заявил: – Каюсь, опоздал, Александр Петрович. Но что-то с утра живот крутит, наверное, съел что-то не то. Власов проигнорировал его слова и тут же поручил им привести в порядок операционные инструменты, а затем направил их в палатки к раненым, чтобы перевязать и осмотреть больных. Чуть позже в лагерь пришла местная тетка из соседнего села, с больным зубом. За неимением в округе ни одного медика Власову пришлось рвать ей зуб с флюсом, а Наташа потом обрабатывала десну, чтобы очистить ее от гноя. Девушка была удивлена, что наши медики помогали местному населению. Ведь они были на стороне неприятеля. На что Власов ответил: – Натали, если ты настоящий медик, тебе пофиг кому помогать. Враг он или друг, ты должен помочь. Тетка мне эта ничего плохого не сделала, почему я должен отказать ей? Только оттого, что ее мужики решили повоевать с нами? Так это глупо. Местное население первое здесь в заложниках оказалось, между молотом и наковальней. Прекрасно понимая его, Наташа промолчала. Со всеми делами, ранеными, уколами и обеззараживанием в лагере, от дифтерии которой заболел один из солдат, Наташа и Миша провозились до вечера. В пять Власов их отпустил отдыхать до завтра. В целом день прошел хорошо, и Власов даже не повышал на нее голос, а говорил спокойно, объясняя, что, как и зачем. Уже после пяти вернувшись в свою палатку, Васильев и девушка устало присели на свои койки. Но Наташу терзал один вопрос. Еще поутру она разглядела в их палатке странный закуток. Потому, встав и пройдя в конец палатки, отодвинула занавесь. Там стояла печка, похожая на буржуйку, только побольше. От нее шел дымоход, который выходил через круглое отверстие вверху наружу. Рядом – двухярусные нары лесенкой. – Миша, хотела спросить тебя, это что такое? Чтобы палатку топить? – поинтересовалась Наташа. – Нет, сейчас не топим, пока тепло, – объяснил Миша. – Это баня у нас. Пару раз в неделю топим. У нас палатка большая, места много. Потому здесь еще и место специальное предусмотрено для этого. Можно отгородиться тентами, пространство герметично закрывается, и баня получается. – Ничего себе, – улыбнулась Наташа. Видя, что внизу примятая трава вместо тента, который был внизу по всей палатке. Видимо, для того чтобы сливать воду в землю сразу. Сбоку печки стоял небольшой тазик и два пустых ведра. – Прикольно, а я все думала, как вы здесь моетесь. – Вот прямо здесь. Закрываем тенты. Получается типа отдельной комнатки. Топим печку и паримся. Устраиваем банный день, и все по очереди. Весь отряд сюда к нам и ходит. – Как бы я тоже хотела помыться. Чувствую, что я липкая и грязная, не мылась уже четыре дня. – А что можно устроить, – кивнул Васильев. – Девчата еще вчера просили баню растопить. Как раз женский банный день и устроим. – Какие девчата? – спросила девушка. – Дак Татьяна помощница завхоза и Анна повариха. Все сразу и помоетесь. Спустя час Миша наколол дров, затопил баню, хорошенько задернув окружающие нары тентами. Наташа пока сходила за водой к роднику. Татьяна и Аня оказались приятными молодыми женщинами лет тридцати. Они пришли, как раз когда баня была уже готова. Зашли внутрь со своими моющими средствами и ведрами с водой. Увидев Наташу, сразу поняли, кто она. – Привет! Я Анна, можно просто Аня, – приветливо поздоровалась светловолосая пухленькая Аня, повар. – Это ты, что ли, новая медсестра? – Да. Я Наташа. – Татьяна, – представилась вторая, окидывая взглядом девушку. – Ты когда-нибудь в полевую баню ходила? – Я вообще никогда в баню не ходила, – ответила девушка смущенно. В этот момент Анна чуть приоткрыла тентовую дверцу бани и оценила, что та уже протопилась. – Ого! Как классно! Погреемся, – воскликнула Аня. – Ну ничего, мы тебе все покажем. – Она обернулась к Васильеву. – Спасибо, Миша, дальше мы сами. Если что, крикнем. – А, ну окей, – кивнул молодой человек. – Я на улице буду. Дров еще наколю. Если что, кричите, девчата. – Покричим, если что, не бойся, – рассмеялась Аня. – Ага, если спинку потереть сами не сможем, то обязательно позовем. – Ох и шутница ты, Татьяна, – оскалился Васильев и быстро вышел наружу. Женщины начали быстро раздеваться, кидая одежду на четвертую свободную койку, что была в палатке. Наташа же как-то не решалась. – Ты чего стоишь? Раздевайся, – велела Аня. – Мы много воды принесли. Мыло и шампунь у нас тоже есть. Все тебе дадим. – Спасибо, – улыбнулась Наташа, довольная тем, что молодые женщины оказались такими приветливыми. Она начала снимать футболку, как Татьяна, которая уже стояла в лифчике и трусах, воскликнула: – Наташа, погоди! Ты, пока не разделась, сходи повесь у входа вот эту табличку. Женщина сунула в руки девушке лист бумаги в файле, на котором было написано красным маркером «Не входить. Женская баня». – Да-да, иди прилепи на скотч. А то какой-нибудь поганец точно завалит, – рассмеялась Аня, уже голая, приоткрыла дверцу-тент в баню и зашла. – Хорошо. Сейчас, – кивнула Наташа. Спустя четверть часа женщины втроем залезли в банное помещение, отгороженное закрывающимися герметичными тентами. Уселись на лавки-нары. Здесь же топилась печка с камнями и дровами. Дым валил через трубу в круглое отверстие в потолке палатки, а пар выходил внутрь баньки. Немного поговорили, посмеялись. Молодые женщины рассказали про себя, как попали сюда, сколько уже служат, Наташа про себя. В самый разгар действа, когда женщины уже раскраснелись, дверца тента вдруг открылась и вошла Елена. – Мне тоже можно? – спросила спайперша таким царственным надменным тоном, который исключал любое возражение. Поставила свое ведро с водой рядом с другими. Закрыла тент-деврь. – Заходи, куда ж тебя девать, лучница, – ответила в ее сторону Аня. – Ты язык-то попридержи, Анна, – тут же осадила ее Елена. Обнаженная, виляя белыми стройными бедрами, она прошла дальше, села рядом с Наташей на нижнюю скамью. Положила сбоку мочалку и гель для душа. – Опять крысишься? Что я такого сказала? – на поняла Аня. – Я не лучница, понятно тебе? – Понятно, – хмыкнула Аня. – Девочки, ну что вы начали? – вмешалась Татьяна. – Давайте без этих склок. – Это она начала, – надулась Аня. – Вечно всем недовольна. – Ты зато довольна всем, как дуреха. Кто поманит, к тому и ластишься, – огрызнулась Елена в сторону пухлой светловолосой Ани. – Что ж поделать, если я многим здесь нравлюсь, – пропела песней Аня в ответ беззлобно. – Завидуй молча. – Было бы чему завидовать, – не унималась Елена, окинув злым взглядом повариху. – Любимица всей роты – Конечно, я же не ты. По бешеным самовлюбленным врачам не сохну, – ответила ей задиристо Аня. Наташа сразу поняла, что Аня говорила про Власова. Только к нему подходило это описание. – Не лезь не в свое дело, поняла?! – огрызнулась Елена. – Сама первая лезешь! Понимая, что перебранка не прекратится, Наташа решила ретироваться из бани. Она все равно уже сильно раскраснелась, и у нее начала кружиться голова с непривычки. – Девочки, я мыться, – сказала Наташа, вставая. – Вон на скамье мочалку и гель возьми, – велела ей Татьяна и слезла со второй полки. – Давай я тебе на голову полью. – Спасибо, – кивнула девушка. – Я помоюсь, принесу вам еще воды. – Мишу попроси, он сходит, – сказала Татьяна, отдавая ей намыленную мочалку. Наташа помылась первая и вышла из банного отделения. Надела джинсы и чистую синюю футболку. Тапочки. Сидела с полотенцем на голове на своей койке. Взяла с табуретки тонкую книгу-брошюру по огнестрельным ранениям, которую дал ей сегодня Власов для изучения. До завтра надо было прочитать ее всю. Татьяна и Аня, продолжая сидеть в парилке, шутили и смеялись. Наташа тоже по-доброму улыбалась, слыша их звонкий смех в банном закутке. Елену больше слышно не было. В какой-то момент раздались шаги, и в палатку кто-то зашел. Наташа подумала, что это Миша принес воду. Но вошедший не сказал ни слова, а протопал дальше. Это было странно. Потому что Васильев заходил один раз и сразу кричал с порога, что оставит у входа дрова, и тут же ретировался из палатки. Чуя неладное, Наташа оторвалась от книги. Удивилась, кто это осмелился зайти в палатку, когда на входе висела табличка. Может, еще одна женщина служила в роте? Решив посмотреть, кто это, девушка чуть отодвинула свою занавесь, которая наполовину закрывала ее койку и отделение с баней от остального пространства палатки. Уставилась на вошедшего. Конечно же, это был Власов. Ему, видимо, было все равно, что там написано на входе. Главное, ему надо, и все. Он деловито прошел к своей койке, взял что-то из вещмешка, стоящего на стеллаже. В этот момент молодые женщины в парилке громко рассмеялись, и мужчина тут же обернул голову в сторону Наташи. Быстро приблизился и зашел за брезентовую перегородку. – Э-э-э, Александр Петрович, нельзя сюда, – предупреждающе воскликнула Наташа, оторопев от его бесцеремонного поведения, не ожидая, что он подойдет к ее койке. Только пятнадцать минут назад она сама вышла из парилки голая, вымытая и чистая. А если кто из женщин решит сейчас выйти? А он тут стоит. – Че это, Миша баню затопил, что ли? – спросил он, останавливаясь рядом с Наташей и осматривая закрытый парной закуток, и быстро перевел взгляд на полотенце на голове девушки. Из парилки снова послышался смех Татьяны и Ани. – Мы попросили его, помыться с девочками хотели, – быстро объяснила Наташа, не зная, как его уже отправить отсюда. – Ясно, с девочками, значит, – прищурился он, проводя странным взором по сидящей на койке девушке. В следующий миг мужчина наклонился и быстро вытянул книгу из ее рук. От его наглости Наташа опять опешила. Власов повертел брошюру в руках и как-то криво оскалился. – Надо же, Вяземцева, думал, ты роман читаешь, а ты ниче, молодец. – Нет у меня никаких романов, – буркнула недовольно Наташа, протягивая руку, чтобы он отдал ей книгу. От возмущения она даже покраснела. – Вы бы ушли отсюда, Александр Петрович. Это неприлично, девочки голые. – Ладно, не кипятись. Щас уйду, – хмыкнул он, отдавая ей книгу. Неожиданно тент, закрывавший парную, чуть приоткрылся и оттуда выглянула голова Ани. Видимо, она услышала мужской голос. – А это вы, товарищ капитан! – усмехнулась она, так и прячась за тентом, была видна только ее голова, разбросанными по плечам светлыми волосами и обнаженные плечи. – Вам можно, ваша же палатка. – Спасибо, что разрешила, Анюта, – оскалился Власов в ее сторону. – Александр Петрович, может, вы нам спинки потрете? – вдруг спросила Аня. – Тут Елена Олеговна с нами. Очень хочет, чтобы вы помогли, – ехидно продолжала Аня, намекая на снайпершу. – Замолчи! Вот дура! – послышалось злобное шипение Елены из-за приоткрытой дверцы парной. Наташа покраснела, так как видела, что Власов после последних слов Анны хмуро свел брови к переносице и уставился пронзительным взглядом на саму Наташу. Она вообще не понимала, что здесь происходит. Но больше всего ее бесило то, что она постоянно оказывалась на каких-то разборках между Власовым и Еленой. – Не-е, Анюта, боюсь, не справлюсь, – ответил он громко в сторону Ани, голова которой так и торчала в приоткрытом проеме парной, но смотрел он в упор на Наташу. В его глазах плясали веселые дьявольские огоньки. – Вдруг у меня руки нечаянно не туда соскользнут. Окончательно опешив и понимая, что Власов дразнит женщин, Наташа опустила взгляд в книгу, делая вид, что ей это все неинтересно. – Ну, как знаете, товарищ капитан! – рассмеялась Аня в ответ, оценив его шутку, и прикрыла дверцу парной. – Ладно, пойду, – тихо заявил Власов и, видя, что Наташа так и не поднимает взгляда от книги, решил наконец-то уйти. Девушка краем глаз увидела его ноги в берцах, когда он уже шагал к выходу. – Да, Натали. – Он приостановился. Она подняла на глаза. Он опять окинул ее взглядом с головы до ног и добавил: – Хотел позвать тебя помочь мне там с вакцинами разобраться. Но вижу, ты мокрая. Сохни тогда. – Я через час уже смогу, – с готовностью ответила Наташа, стягивая с головы полотенце. Против работы она ничего не имела. – Не… поздно уже, – отмахнулся от нее Власов. – Завтра с утра разберемся. Он стремительно покинул палатку, и Наташа выдохнула с облегчением.