Глава 14

— … нажмите «три». Если вы хотите оставить обращение, связанное с программой «Антикоррупция», нажмите «четыре»… Все, Людк, круг замкнулся, мы никогда не дозвонимся, — в отчаянии воскликнула Настя.

— Набирай еще раз! Давай! — подбадривала ее Люда.

Настя снова нажала вызов. Перед ними в который раз возникла объемная иллюзия симпатичной брюнетки в строгом костюме, она улыбнулась девушкам и приветливо сообщила:

— Здравствуйте, вы позвонили на горячую линию министерства юстиции…

— Я ее сейчас убью! — Настя бросила в брюнетку пустой алюминиевой кружкой, которая прошла сквозь ту и ударилась о стену.

— Эх, ну и система! — вздохнула Людмила.

— … для связи с оператором не кладите трубку… ту тутутутутуту ту… — в планшете заиграла классическая музыка. Брюнетка продолжала приветливо и ободряюще улыбаться.

Настя уперлась лбом в стену.

Юрик заглушил мотор. Положил планшет прямо на руль и стал сверлить его взглядом. Ничего не происходило. Планшет завибрировал. Юрик схватил его, разочарованно смахнул очередную рекламную рассылку, и огляделся.

Территорию «Ахты» насколько хватало взгляда вправо и влево огораживала длинная металлическая сетка-рабица. Местами она проржавела и лопнула, но вместо того, чтобы заварить прорехи, деятельные сотрудники агрохолдинга расширили один из проемов и сделали себе дополнительный выход с территории, при помощи которого они могли на время увильнуть с работы, не отмечаясь на пропускном пункте.

Краем глаза Юрик уловил движение сбоку и глянул в зеркало. К нему со всех ног бежали Иван и Генка, размахивая руками. Юрик повернул ключ зажигания, выжал педаль сцепления и открыл дверь автобуса.

— Чего не позвонили-то?

— Некогда! — сказала Ваня, — Поехали!

— Куда? — уточнил Юрик.

— Туда! — показал Иван на дыру в заборе, попутно открывая на планшете карту.

— Габариты проема немного не наши, если кто не в курсе, — предупредил Юрик.

— А ты хорошенько разгонись.

— Ха! — сказал Юрик и резко сдал назад. — На старт, внимание, погнали!

Генка пристегнулся единственным, чудом оставшимся на одном из пассажирских мест, ремнем безопасности и зажмурил глаза.

— Сектор Дэ, — проорал Юрику Иван, перекрикивая рёв мотора, — сразу как заедем, налево!

— Принято! — ответил ему Юрик.

Красный «пазик» на полном ходу влетел в дыру, со скрежетом раздирая остатки рабицы, и помчал по территории «Ахты».

— Охранника, охранника не сбей! — выкрикнул Генка.

— Да все я вижу! — Юрик сосредоточенно крутил руль, пытаясь оставить в живых разбегающихся перед автобусом работников холдинга и не въехать во встречающиеся на пути небольшие постройки, паллеты с овощами и технику.

— Сейчас правее держись! — командовал Иван. — Еще правее! Это здание объезжай!

— Как его объехать, блин! Слева, справа? — занервничал Юрик,

— Как-нибудь, Юр! Я не знаю!

Юрик выкрутил руль на максимум, в последнюю секунду избегая столкновения с хозяйственной постройкой.

Автобус вырулил на единственную дорожку, и погнал по прямой.

— Сейчас их служба безопасности очухается и начнет действовать, — сказал Иван, — нам нужно успеть забраться как можно дальше.

— Нормально едем! — выкрикнул довольный Юрик. — С ветерком!

— Жаль, что это ненадолго, — пессимистично констатировал Генка.

За поворотом начинались ряды складов с полусферическими синими крышами, там же дорога обрывалась и упиралась в двухэтажное серое здание, обнесенное невысоким забором.

Воздух у забора вдруг зарябил. Из открывшегося портала выскочило несколько человек в бронежилетах и с усилителями военного образца в руках. Двое из них синхронно присели на одно колено и прицелились.

Раздался резкий хлопок, автобус подпрыгнул, словно на кочке, затем его повело.

— Колесо! — крикнул Юрик, безуспешно пытаясь выровнять машину, и затормозить.

Автобус развернуло и юзом тащило по дороге прямиком на забор.

Красный «пазик» остановился. Пассажирская дверь с шипением отъехала в сторону. Из автобуса по ступенькам выкатился щуплый паренек в очках. На него тут же направили четыре магусилителя. Парень издал протяжный стон, задрожал всем телом, а затем забился в припадке.

Сотрудники службы безопасности переглянулись. Один нажал на кнопку рации и сказал:

— Прием. У нас тут, похоже, эпилептик.

Паренек внезапно сел, поднял руку, в которой обнаружился небольшой баллончик, и нажал на распылитель. Пятый боец тут же вырубил Генку ударом тяжелого ботинка по лицу, но четверо его товарищей, выбыли из строя, пытаясь унять удушающий кашель и разлепить покрасневшие веки. Юрик напрыгнул сзади на пятого. Воздух неподалеку снова зарябил, раздалось шипение: на подходе была вторая партия охранников.

Ваня выбрался из автобуса, перескочил через забор, и очутился в небольшом дворе с единственным растущим здесь деревом. Он приметил дверь второго выхода и забежал в двухэтажку с криком:

— Всем стоять! Я вооружен и очень опасен!

Но никто из сотрудников не собирался его останавливать. Двери кабинетов были закрыты, коридор пуст.

Он пробежал здание насквозь, спустился с крыльца и вышел за ворота. Впереди зеленым морем расстилалось кукурузное поле. Ване показалось, что он видит в этой зелени движение, отличное от того, что вызывают порывы ветра.

Какая тут высокая кукуруза! С меня ростом. Сколько мэджиков они в нее вливают? А ведь наверняка не первый урожай в этом году.

Ох, Олеся, не вовремя тебя постигли агромагические размышления. Просто беги, не думай ни о чем.

Босая нога страшно саднила, мешая двигаться. На другой хотя бы оставался носок, а вот со вторым кроссовком мне пришлось распрощаться еще в капусте на складе. Я сняла рубашку, бросив на землю стопку документов, которые до сих пор таскала с собой, с трудом оторвала рукав, пришитый как назло очень крепко, и замотала им голую ступню.

Взгляд упал на документы: таблицы, колонки, цифры. А, это же протокол! Похожие протоколы у нас всегда аккуратно вела Ольга, записывая объемы и цели ежедневного магического воздействия на свои растения. Только тут цифры были просто космическими. Я полистала страницы ниже: длинная таблица оканчивалась пометками склада и терминала, на которые перемещалась партия собранного урожая. Ниже стояли подписи начальника лаборатории и заведующего складом. Ну да, чтобы ворочать такой махиной, как «Ахта», нужен порядок в документах. Попробуй узнай, что где лежит и под чьей ответственностью.

Затем снова надела рубашку, ставшую с одной стороны безрукавкой, сунула документы под нее и завязала края узлом.

Ветер шевельнул заросли кукурузы, открывая моим глазам силуэт Башкатова. В этот самый момент он обернулся и наши взгляды встретились.

Я нырнула с проглядываемого междурядья в заросли и аккуратно поползла, наблюдая, как в мою сторону, покачиваясь, плывет маячок.

— Ух, какая! Не сдается! Бежит и бежит, как заведенная, — приговаривал Башкатов, мягко двигаясь за мной. — Редкий экземпляр. И правда, министерская дочка?

Маячок замер, столкнувшись со своим братом-близнецом, плывущим с другой стороны. Зачем Башке два маячка? На случай, если первый меня потеряет?

Шелест листвы нервировал, заставляя вздрагивать от каждого шороха, но я старалась не поддаваться панике и двигаться тихо и осторожно. Где-то совсем близко хрустнул стебель под тяжелой обувью.

Мои нервы сдали, я зажмурила глаза и побежала, чувствуя себя маленькой беззащитной девочкой, загнанной в смертельную ловушку. Раздвигая руками заросли кукурузы, хлеставшей по лицу и голому плечу я бежала, зная, что он идет за мной, все быстрее сокращая расстояние между нами.

Бежала, пока не попала прямиком в теплые и мягкие руки. Только это были руки не Башки. Ваня был здесь, в «Ахте», в этом дурацком бесконечном кукурузном поле и крепко прижимал меня к себе.

Как только я почувствовала исходящее от него тепло, обещающее мне безопасность и спокойствие, так мгновенно разорвалась тоненькая ниточка самообладания, которая останавливала меня от истерики. Я сделала глубокий вздох, скривила лицо, пытаясь удержать в себе рёв, раззявила рот и уткнулась в Ванину грудь, сотрясаясь в рыданиях.

Он приложил палец к губам, показывая, что ничего еще не закончилось, затем усадил меня чуть поодаль, а сам выпрямился, прислушиваясь и сжимая в руке жетон.

— Тррри-ни-ти, тррри-та-та, тррри-ту-ту, — шел Башкатов, напевая себе под нос, по кукурузному полю. — Попалась? — Торжествующе сказал он, выходя к нам.

— А, вот откуда второй маячо…

Он резко пригнулся, но энергетический заряд, выпущенный Ваней, все же смазал его по плечу, прожигая в футболке цвета хаки круглую дыру.

Башкатов оценил ситуацию и, отстреливаясь, стал отходить назад, в заросли кукурузы. Иван шел за ним, собранный и, что меня больше всего смутило, слишком спокойный для человека, вступившего в схватку с опасным и сильным противником.

Может быть, он недооценивает Башку? Мне стало страшно за Ваню, я поднялась, чтобы побежать следом и предупредить его, окликнуть.

Прошла несколько рядов колышущихся стеблей и обнаружила их. Вернее, сначала Башкатова, который лежал на земле лицом вниз, повернув голову набок, и, распластав руки и ноги. Рядом стоял Ваня, бросивший на меня печальный взгляд:

— Лучше тебе отвернуться, Олесь. Для него все кончено.

Я обошла тело Башки, подошла к Ване и очень крепко его обняла. Он тоже обнял меня одной рукой, а другой ощупал мой живот, выражая лицом полнейшее недоумение. Я с виноватой улыбкой вытащила из-под рубашки распечатки с протоколами «Ахты».

Оглушительно заревела сирена. Многократно усиленный голос разнесся над агрохолдингом:

— Внимание, просим всех оставаться на своих местах! На территории работают представители органов федеральной службы безопасности, министерства внутренних дел, отделения магической безопасности, генеральной прокуратуры…

Тут и там в воздухе рябило, и все новые и новые вооруженные люди выходили из порталов, о чем-то деловито переговариваясь друг с другом.