Глава 10. Цель не достигнута

Я с трудом разлепила глаза и уставилась на скошенный деревянный потолок. Интересная фактура — не доски, не бревна, а цельная древесина орехового оттенка. Плавные линии образовывали на потолке узор, в котором мерещились чьи-то глаза, лица… Но дерево-башня погибло, и если в корнях покоился кто-то из рода, его душа давно ушла.

Потянувшись, я попыталась вспомнить, что вообще произошло, но мысли не торопились возвращаться — все равно что запускать ржавый механизм, которым не пользовались с полвека. Сев в кровати, я уставилась на собственные босые ноги, пошевелила пальцами. Носки, аккуратно висящие на спинке кровати, сработали спусковым механизмом, и яркие картинки замелькали в голове, наслаиваясь одна на одну.

Вот мы с Альфи пытаемся провести ритуал, но в последний момент этот несчастный ипохондрик замыкается и обрубает канал энергии, и мне приходится вытягивать все самой. Вот я падаю, совершенно обессилевшая, но Роско подхватывает меня и прижимает к груди. Потом он нес меня без всяких усилий и даже не запыхался, и это оказалось приятным. Меня никто не носил на руках, кроме папы, конечно, но и он куда чаще катал на плечах.

Впрочем, плечи у Роско тоже что надо. Думаю, мне нравится, что он сильный, потому что я, как лекарь, понимаю важность здорового тела.

А потом он мне сделал массаж. Я развернула ладонь и позвала магию. Линия жизни вспыхнула и загорелась до середины — резерв восполняется ударными темпами. Значит, Роско все сделал правильно.

Но я отчетливо помню, как он отдал мне в лекарне носки, и я их надела. А потом он, выходит, снова их снял?

Я быстро себя оглядела, но и рубашка, и штаны, изрядно помятые после сна, остались. То ли Роско постеснялся меня раздевать, то ли Альфи, страж моей непорочности, не позволил. А вот еще странно — волосы оказались распущены.

Снаружи доносились какие-то крики, и я, встав с кровати, подошла к окну, придерживаясь за стенку. Оперлась ладонями на подоконник, всматриваясь в суету внизу, и рассмеялась хрипло, как больная ангиной ворона. Взяв графин с водой, заботливо оставленный кем-то, налила в стакан и выпила пару глотков, смачивая горло.

А внизу парни возвращались на пост через главные ворота и выглядели при этом полными оборванцами. Все равно что дети, внезапно выросшие за лето, которым родители не успели купить подходящую одежду! Штаны превратились в бриджи, и судя по походке некоторых парней, впивались во все интересные места. С рубашками было проще — парни оборвали рукава и щеголяли бицепсами. Некоторым повезло больше — они взяли с собой запасную одежду из дома, и Гус вышагивал в вязаном зеленом пончо, которое ему наверняка сунула в рюкзак заботливая бабушка.

— Даже не подходите к моим вещам! — воскликнул Альфи, которому удалось остаться элегантным посреди этого театра абсурда. — Не прикасайтесь! Вы — худшие бытовички, которых я когда-либо видел. Если Роско позволит, я припишу пару лестных слов в ваши характеристики!

— Не позволит, — сказал Роско. — Все, не кипятись, Гвиневред. У всех бывают ошибки.

— У некоторых ошибок слишком высокая цена, — патетично ответил Альфи.

— Вообще-то у Краса должны быть запасы от предыдущих отрядов. Если он расщедрится и пустит нас в кладовые, мы приведем форму в божеский вид, — сказала Джинджер таким тоном, словно делает одолжение.

— Нет! — завопили сразу несколько парней. — Только ничего там не трогай.

— Я согласен на любые штаны, которые будут мне по размеру, — простонал Майро, ковыляя к посту и широко расставляя ноги. — Кто-нибудь знает, наша лекарка очнулась? Мне очень нужна помощь.

— Открою прием через час! — выкрикнула я.

Парни посмотрели на мое окно и загомонили все разом. Из гвалта я вычленила кое-какую полезную информацию: скверна после ритуала не нападала, отряд, пользуясь затишьем, успел активировать вторую и третью точки, а я проспала три дня!

А ведь Роско обещал, что пойдет со мной в скверну!

Я быстро сбегала в помывочную и ополоснулась в прохладной воде, даже радуясь ее бодрящему эффекту — прочь сонливость, а то как бы всю практику не проспать! Приведя себя в порядок, позавтракала, а в мою лекарню тем временем выстроилась целая очередь.

— Пропустите меня первым! — требовал Альфи. — У меня все чешется! Я уверен, где-то есть клещ. Эрика!

— Если есть клещ — найдем, — пообещала я, протискиваясь мимо него к дверям, и, оглядев парней, выбрала одного, явно берегущего руку. — Что произошло?

— Надстраивали стены с западной стороны, камень упал неудачно, — хмуро пояснил он, морща белесые брови.

А я отметила и бледность, от которой четче проступили веснушки, и испарину над губой.

— Прям на мизинчик, — пожаловался парень, — до сих пор болит.

— Симулянт, — прошипел ему в спину Альфи, но я закрыла перед его носом дверь.

А в конце очереди появился Роско. Тоже понадобилась помощь целителя? Или он ко мне по другой причине? И понял ли он, что я уже знаю, что он знает, или не понял?

Знак под моей грудью распушился и выпустил стрелку бутона. Но я-то ищу совсем другой цветок!

— Положи руку сюда, — скомандовала я парню с мизинчиком. — Растопырь пальцы. Трэвис, верно?

— Угу, — промычал он.

Палец выглядел скверно — сам кривой, багровый, ноготь синий. С этими магами плохо что — заживление идет полным ходом, но без присмотра — не тем путем.

— Похоже на перелом, — вздохнула я, накладывая обезболивающую руну, — но тебе повезло — я отлично умею сращивать кости. Был у меня пациент, Косматый, возомнил себя кошкой, забрался на дерево, а потом неудачно спрыгнул.

— Дурак, что ли? — глянул из-под бровей Трэвис.

— Почему дурак? — возмутилась я. — Очень умный пес. Давал лапу, гавкал по команде…

— Ай! — воскликнул Трэвис.

— А уже все, — сказала я, быстро фиксируя палец и сращивая кость знаками заживления. — Будет лучше прежнего. На, держи конфетку.

Я всунула Трэвису в рот карамельку из запасов Краса и быстро добавила еще пару рун. Одна довольно пекучая, но парень вытерпел и даже не пискнул, и без намордника обошлись.

— Постарайся не мочить повязку, — добавила я. — Завтра ко мне на осмотр. Зови следующего.

К моему удивлению, вторым оказался не Альфи.

— Что там за шум? — спросила у Майро.

— Парни ищут на Альфи клеща, — улыбнулся он, расстегивая ремень на брюках.

— Так, стоп, — попросила я. — Натертости и мозоли давай обрабатывай сам. — Вручив ему баночку, добавила: — Попроси у Краса, пусть выдаст форму. Джинджер права, у него должны быть запасы.

— Он невзлюбил бытовичек. Да и наш командир ему не по нраву. Вряд ли даст, — засомневался Майро. Открутив крышку, понюхал мазь и поморщился. — Может, ты сделаешь это для меня, Эрика?

— Справишься, я в тебя верю, — ответила я. — А почему Красу не нравится Роско?

— Потому что Роско не корневой маг, — сказал Майро. — Эрика, у меня еще одна жалоба — ты совершенно не обращаешь на меня внимания.

Я улыбнулась и кивнула на дверь.

— Следующего позови.

Такое чувство, что половина отряда умудрилась получить травмы, пока я спала. Кто-то подрался, кто-то неудачно упал, а Гус от тесных штанов получил потничку, а от меня — совет чаще мыться. Роско вошел последним.

— А где Альфи? — удивилась я.

Мой постоянный пациент так и не явился.

— Нет у него никаких клещей, — ответил Роско и вручил мне плитку шоколада.

— Вообще-то у меня и так магии до середины линии жизни, — сказала я.

— Пока не будет до конца, в скверну я тебя не возьму, — заявил он, усаживаясь на стул.

Я развернула плитку и откусила. Вкусно, сладко. Целебный эффект шоколада доказан несколькими научными работами, но я редко применяла его в практике. В основном потому, что моими пациентами были собаки, а им шоколад нельзя.

— Почему я проснулась без носков? — спросила, прожевав.

Роско откинулся на спинку стула и, заведя руки за голову, окинул меня таким взглядом, что даже стало неловко.

— Мне понравилось тебя раздевать, — сказал он.

Я замерла с шоколадкой в руке, не зная, что ответить на такое смелое признание.

— И расплетать твои волосы, — добавил Роско, видимо, чтобы окончательно меня добить.

Он тоже оборвал рукава, и штаны на нем были не форменные, а обычные серые спортивки, но каким-то волшебством, не иначе, Роско все равно выглядел хорошо. Я отвела взгляд от его широкой груди, на которой трещала рубашка, и пробормотала:

— Распускать волосы полезно при опустошении резерва. Энергетические потоки текут свободнее.

Это была попытка перевести тему в безопасное русло, но вышло еще хуже. Роско вдруг оказался за мной, а его ладони легли на плечи, не позволяя сбежать.

— Массаж, я так понимаю, помог, — сказал он, а его пальцы погладили мою шею, поднялись на затылок и слегка потянули волосы.

— Угу, — промычала я, чувствуя себя мышкой, попавшей в лапы к коту.

— Это был сокращенный вариант, — сообщил Роско. — Могу провести полную процедуру.

Его дыхание обожгло мою шею, и я все же вывернулась из-под нахальных рук. Быстро отошла к шкафу, выдвинула ящик и положила туда недоеденный шоколад.

— Все и так хорошо, — заверила я, делая вид, что очень занята, и переставляя с места на место склянку с противорвотным зельем.

Но едва не обронила ее, когда ладони Роско опустились на мою талию.

— А могло бы быть еще лучше, — прошептал он, и горячие губы все же коснулись шеи.

По коже табуном рванули мурашки, и ощущение неукротимой волны, утягивающей в глубину, прокатилось по телу.

— Роско…

Он легонько прикусил кожу, и из головы вылетело все, что я собиралась сказать. А его руки настойчиво притянули меня ближе к твердому мужскому телу. Ой. Прямо везде твердому. Да, я буду полной дурой, если не дам шанс отношениям с парнем, которого указали мне боги, но не так же сразу!

А вот Роско явно решил, что хватит ходить вокруг да около.

— Что, Эрика? — пробормотал он, все настойчивее целуя мою шею, и меня так и подмывало откинуться назад, прислониться к нему, позволить этим губам и рукам и дальше делать такие приятные вещи. — Ты что-то хотела сказать? Быть может, собиралась в чем-нибудь мне признаться?

— Если ты делаешь это ради магического резерва…

— Нет, — сказал Роско, мягко разворачивая меня к себе. — Хотя одно другому не мешает.

— Ты вроде говорил Альфи, что у тебя есть намерения, — вспомнила я, вновь выскользнув из объятий и отходя поближе к двери.

Роско настиг меня в два шага и, обхватив за талию, легко приподнял и подсадил на кушетку. На его губах промелькнула довольная улыбка, а я осознала, что так ему будет удобнее меня целовать. Очевидно, что именно это он собирается сделать — для начала.

— Самые серьезные намерения, — подтвердил Роско. — Даже не сомневайся.

В темных глазах кружился вихрь огоньков, и это напоминало зарождающийся смерч перед бурей. Я невольно сглотнула.

— Ты не замечал меня до практики, — укоризненно произнесла я.

— Дурак, признаю, — кивнул Роско.

— А теперь поумнел?

— Очень на это надеюсь.

— С чего вдруг?

— Думаю, ты догадываешься.

— Понятия не имею, — заупрямилась я.

Если он скажет, что на все воля богов, то я сильно разочаруюсь. Но Роско уперся ладонями в кушетку по обе стороны от меня и, склонившись, посмотрел в глаза.

— У тебя самые красивые глаза, которые я когда-либо видел, Эрика, — прошептал он. — Знаешь, в последнее время мне часто снится один и тот же сон: рассвет, туман над рекой…

Птицы…

— …птицы, — продолжал Роско, и его низкий голос словно пробирался под кожу. — Ты тоже там, Эрика. И это так правильно. Как будто мои сны опережают реальную жизнь. Иногда не надо объяснять, потому что и без слов все понятно. Вот как сейчас.

Он подцепил пальцем мой подбородок, вторая рука легла мне на шею, не позволяя отвернуться. Если я срочно ничего не придумаю, то прощай, девственность, за которую так переживал Альфи.

А ведь правда. Альфи!

— Подожди, — выпалила я, упершись ладонью в грудь Роско. — Что ты там говорил про клещей?

— Нет никаких клещей, этот чудила все выдумал, — пробормотал Роско, склоняясь ниже. — Эрика, твои волосы так одуряюще вкусно пахнут…

— Вы их искали? — требовательно спросила я.

— Клещей? — переспросил он. — Так себе попытка перевести тему. Но да.

— Вы что, его раздели? — уточнила я, и Роско нахмурился, уловив тон моего голоса.

— Там одни парни были, — сказал он. — Кого стесняться?

Я ахнула, оттолкнула Роско и спрыгнула с высокой кушетки.

— Ты совсем чурбан? — воскликнула я. — Ему и так сейчас нелегко — завалил ритуал.

— А надо было со мной проводить, — отрезал Роско. — Нет, выбрала хлюпика.

— Вот именно, у Альфи нежная душевная организация!

— Слишком в попу ему дули, вот и разбаловали! Он сол, сын великого дома, а ноет, как девка.

Я прищурила глаза, и Роско сообразил, что именно ляпнул.

— То есть, девушки тоже бывают разные, — быстро исправился он. — Ты вот не ноешь.

Я закатила глаза и пошла прочь.

— Хотя, если захочешь поныть, я не имею ничего против, — добавил Роско, догоняя меня. — Я всегда готов помочь, если понадобится, только скажи.

— Ты обещал, что возьмешь меня в скверну, а сам пошел активировать точки, пока я спала, — сердито бросила я.

— Будет еще возможность. Если бы ты не упрямилась, у тебя уже был бы полный резерв, и мы могли бы отправиться в скверну на поиски… А что точно ты ищешь?

Я развернулась и ткнула пальцем ему в грудь.

— Ты ошибся, — сказала я.

— В чем именно? — спросил Роско.

— Ты вообще не поумнел, — ответила я и пошла дальше.

Надо же, решил зажать меня в лекарне и не оставить выбора. Под грудью запульсировал сплетенный знак, и я готова была поставить носки-непромокайки на то, что бутон начал распускаться.

Я обернулась, и Роско помахал мне рукой, на запястье которой расцветал такой же сплетенный знак.

— У меня тоже тонкая душевная организация, — громко заявил он. — Ты меня ранила в самое сердце.

— Тем, что фактически назвала дураком? — уточнила я.

— Тем, что не стала со мной целоваться, — ответил Роско, и я, фыркнув, прибавила шаг.

* * *

Альфи нашелся на самом верху башни, где кто-то рачительный спилил мертвые ветки. Получилась терраса, обдуваемая всеми ветрами, где сол Гвиневред сидел, поджав колени к груди и кутаясь в клетчатый плед, и упорно страдал.

— Простудишься, — вырвалось у меня.

Альфи вскинул взгляд и отвернулся, но я успела заметить блеснувшие слезы.

Вздохнув, я подошла ближе и села рядом. Альфи радушно поделился пледом, накрывая мне плечи, а я не могла не заметить, что на нем лишь штаны.

— Уже знаешь? — буркнул он.

— Парни не хотели тебя обижать, — предположила я.

Хотя шутки у них дурацкие, это правда.

— Легко говорить, — насупился Альфи. — А если бы тебя принялись раздевать на потеху толпы? Принято считать, что только девушка может быть чуткой, ранимой, стеснительной…

Вот же не повезло мне с сол Гвиневредом! Настучать бы по голове его дяде — неужели не видит, что этот чувствительный абрикос не станет ни дубом, ни даже сосной? Но и оставлять Альфи нельзя — как бы не сдуло порывом ветра.

— Поверь, все уже забыли о произошедшем, — попробовала я иначе.

— Но только не я! — Альфи вздернул подбородок, и ветер растрепал светлые кудри. — Они поплатятся за оскорбление великого рода!

Час от часу не легче! А курс психологической поддержки у нас будет только в следующем году, и карамелек я с собой не захватила.

— Давай разберемся, — предложила я. — Ты считаешь наготу оскорбительной?

— Не то чтобы… — нахмурился Альфи.

— В человеческом теле нет ничего постыдного, — заявила я. — Все, что естественно, то красиво. Вот взять собак — им и в голову не придет стесняться ходить без трусов.

— Ну, трусы-то я отстоял, — пробормотал он.

— Тем более, — обрадовалась я. — Я видела твою медицинскую карту, проводила осмотр — у тебя нет никаких увечий. Ты здоровый молодой человек. Изящного телосложения. Гармонично развитый.

— Думаешь? — спросил Альфи, посмотрев на меня, а я порадовалась, что слезы в его глазах высохли.

— Конечно, — заверила я, положив руку ему на колено. — Поэтому не стоит принимать близко к сердцу произошедшее.

— Спасибо, Эрика, — с достоинством произнес он. — Я ценю твое стремление меня поддержать. Но я давно не ребенок и не нуждаюсь в утешении.

Вот как раз сейчас Альфи очень напоминал обиженного мальчика.

— Думаю, они мне завидуют, — продолжил сол Гвиневред, вглядываясь куда-то в горизонт. — Они чувствуют во мне некую недоступную для понимания примитивным умом инаковость. Как варвары уничтожали великие произведения искусства, не в силах постичь их красоту, так и меня им хочется разрушить.

Как только его раздутое самомнение помещается в этом хрупком теле?

— Не драматизируй, — попросила я. — Никто не пытался причинить тебе вред. Наоборот! Парни хотели помочь, искали клеща.

Альфи прищурил глаза и с легкой улыбкой посмотрел на меня.

— Ты слишком доверчива, Эрика. Чистая душа.

— Ну…

Он прижал палец к моим губам.

— Не спорь, — ласково приказал Альфи. — Я знаю, какая ты. Твоя магия текла по моему телу, и это было прекрасно. И очень интимно.

— Эм-м…

Я скосила глаза на его палец, и сол Гвиневред убрал руку.

— Роско заявил, что тоже тобой увлечен, — усмехнулся он. — Но ты — умная девушка и сделаешь правильный выбор. С ним тебя ждут постоянные испытания на прочность. Готов поставить последние трусы на то, что Роско попробует вырастить собственный дом во втором круге скверны. И это если ему удастся выжить в дозоре, в чем я сильно сомневаюсь. Посмотри сама — он не может справиться с заданием на студенческой практике.

— Вообще-то может, — возразила я. — Три артефакта запитаны.

— Самые близкие, — отмахнулся Альфи. — Дальше будет сложнее. Он наглый и агрессивный тип, который, несмотря на молодость, уже успел обзавестись врагами. А я гарантирую тебе спокойную сытую жизнь.

Я попыталась отодвинуться, но Гвиневред ухватился за мое плечо цепко, как клещ.

— Ты тоже очень хорошо сложена, — добавил он, понизив голос. — Когда ты прижималась ко мне во время ритуала, я оценил женственность твоих форм. А еще то, что ты не выставляешь их напоказ, как дуры-бытовички.

Он облизнул губы, и я в панике перебрала варианты, как именно ему садануть, чтобы не покалечить. Но целоваться с Альфи я точно не собиралась!

— Не беспокойся, Эрика, я не стану посягать на твою честь до свадьбы, — пообещал он, погладив меня по щеке. — Я отлично понимаю, что ты — особенная девушка и заслуживаешь уважительного к себе отношения. У нас все будет по правилам: ухаживания, помолвка. Но и затягивать не стоит. Женатым парам выделяют семейные апартаменты, ты знала? Мой сосед в общежитии — полный болван. Ковыряет в носу, а потом вытирает козявки о нижнюю часть столешницы.

Альфи брезгливо передернул плечами, и я даже ему посочувствовала. Сама-то я жила дома, с отцом, и на уроки добиралась рейсовым экипажем. Но как бы так отказать сол Гвиневреду, чтобы он окончательно не впал в депрессию?

— Я не жду ответа прямо сейчас, — успокоил меня Альфи, вновь уставившись в горизонт, и я выдохнула. — Просто решил, что будет лучше откровенно заявить о намерениях. В отличие от Роско, который ищет лишь партнершу по постельным утехам, я вижу в тебе спутницу жизни. К слову, ты не могла бы посмотреть, что у меня под левой лопаткой?

— Прыщ, — ответила я, мельком глянув на тощую спину, которую Альфи с готовностью мне продемонстрировал.

— Хорошо, — сказал он. — То есть, плохо. Он красный? Без гнойничка? У тебя чистые руки?

Я откинула плед и встала. Серая пустошь, чахлая роща, черная лента реки — я как будто видела этот пейзаж. А ведь правда — видела! И как раз сверху, во сне, когда я летела как птица, и крылатая тень догоняла меня по земле.

— А что это там, вдалеке? — прищурилась я, указав на север, в сторону скверны.

— Туман, — пожал плечами Альфи.

— Как-то он очень быстро движется, — встревожилась я. — И оттенок совсем нездоровый.

Серая масса наползала на рощу, поглощая деревца один за одним и неуклонно приближаясь к стенам поста.

— Эрика, ты уверена, что это просто прыщ, а не нарыв? — заныл Альфи. — Я сильно сомневаюсь в чистоте постельного белья.

— Так, иди вниз и оденься, — скомандовала я. — А мне надо предупредить остальных.

— О чем? — заволновался он.

— Я не сильна в скверноборстве, — ответила я честно. — Но точно знаю, что в таком тумане вряд ли прячется что-то хорошее.