Глава 7. Скверный знак

Каша была вкусной и ароматной, а пышный омлет — выше всяких похвал. Кто бы мог подумать, что Эрика так хорошо владеет бытовой магией?

— Она без магии готовила, — промычал Гус, когда Роско поделился с ним соображениями. — По старинке.

— На всю ораву?

Парни уплетали завтрак так, что за ушами трещало, не переставая нахваливать хозяюшку, но Роско заметил ядовитые взгляды Джинджер и Габриэллы, которые, скорчив постные лица, ковырялись в тарелках.

— Она какая-то супер-женщина, — заявил Гус, жуя омлет и блаженно жмуря глаза.

— Ты влюбился, что ли? — удивился Роско.

Гус ожесточенно помотал головой.

— Хотя так-то звезда очень даже ничего, — заявил он. — Особенно без одежды.

— То есть ваши отношения зашли настолько далеко, — протянул Роско, пытаясь побороть непонятную злость, что вдруг поднялась в душе грязной пеной.

Какое ему дело до того, с кем крутит романы Эрика: с Альфи, с Гусом, со смотрителем поста, который ходит за ней хвостом? Может, Роско завидует другу, который не связан сплетенными узами и может себе позволить легкую интрижку на практике? Нет, это точно мимо — он и сам бы мог закрутить хоть с Джинджер, хоть с Габриэллой, но после поцелуя под мостом как отрезало.

— Мы просто друзья, — ответил Гус.

— Отчего же? — едко уточнил Роско. — Ты, как выяснилось, видел ее без одежды, а вчера вы поперлись куда-то в ночь, и потом ржали как два утырка — ваши отношения явно складываются гармонично. И раз дама так тебе нравится…

— Я ее боюсь, — откровенно признался Гус. — И я не видел ее голой, если тебе так это интересно. Только в вырез халатика заглянул. Эй, Эрика! Иди к нам! — позвал он, когда звезда вышла из кухни, держа в руках тарелку.

Звезда не стала ломаться — подошла и села напротив Роско, пожелала приятного аппетита. Она выглядела такой свежей, будто и не возилась все утро с кастрюлями: нежный румянец на скулах, ясные глаза, пушистая светлая прядь выбилась из тугой косы и свернулась на шее колечком.

— Может, все же расскажете, куда ходили? — пробурчал Роско.

Эрика и Гус переглянулись и весело хмыкнули, и эта их общая тайна отчего-то снова взбесила.

— Ладно Гус, — нахмурился Роско, — но от тебя, Эрика, я не ожидал такой безответственности!

— А ты правда думаешь, что хорошо меня знаешь? — спокойно спросила она.

— Нет, — признал он, отчего-то растеряв свой запал.

Глаза у нее, как река под осенним небом: прохладные, глубокие, и даже сердиться совсем расхотелось.

— Альфи предположил, что ты искала в ночи какое-то растение…

Она пожала плечами и уткнулась в тарелку. Роско перевел взгляд на Гуса, но тот тоже молчал как партизан.

— Отличный завтрак, Эрика, — похвалил Майро, высокий блондин с зелеными, как у кота глазами. Он оперся обеими руками на спинку ее стула, склонился прямо к светлому завитку на ее шее и развязно проворковал: — Надеюсь, ты почаще будешь плохой девочкой…

— Ты считаешь это забавным? — рявкнул Роско, и Майро отпрянул и вытянулся по струнке от неожиданности. — Два студента наплевали на правила, пошли в скверну за какой-то холерой, а ты предлагаешь им повторить? Снова подвергнуть свою жизнь опасности?!

— Да я же не это имел в виду, — пробормотал Майро.

— А что ты имел в виду? — въедливо спросил Роско.

— Омлет был очень вкусным, — пояснил парень, виновато улыбаясь, и ямочки на его щеках взбесили Роско еще больше.

— На построение, — скомандовал он, поднимаясь. — Совсем распоясались.

* * *

Роско как с цепи сорвался: провел полную ревизию защитных артефактов, и в итоге, оставшись крайне недовольным, заставил парней копать ров по периметру всего поста.

Я была права — Гус отлично управлялся с лопатой.

— Думаешь, я не понимаю, что ты делаешь? — прошелестела Джинджер, появившись из-за плеча.

Я глянула на нее с недоумением, потому что не делала ровным счетом ничего. Из кресла на террасе второго этажа башни открывался отличный вид на пустошь. День выдался погожий, и я отдыхала, подставляя лицо солнечным лучам. А вот Джинджер нацепила соломенную шляпу с красным бантом в белый горох и смотрела из-под широких полей как злобный мухомор.

— Ты нацелилась на Роско, — прошипела она, и я вытаращила глаза от неожиданности. — Решила подкатить через его друга, а после найти путь к сердцу через желудок.

— Слушай, Джинджер, — миролюбиво ответила я. — Ты же бытовичка — тебе карты в руки. Иди на кухню и ищи этот путь к сердцу, желудку и другим органам, я не буду мешать.

— Сначала дай слово, что не станешь мутить с Роско, — потребовала она.

— А с чего вдруг я должна тебе что-то обещать? — поинтересовалась я.

— Значит, я права! — с мрачным торжеством заключила она.

— Значит, я не собираюсь заключать с тобой сделки, — отрезала я. — В конце концов, Роско — свободный человек. Пусть сам выбирает.

— Правда думаешь, что он выберет тебя? — насмешливо спросила Джинджер, приосанившись.

Очередной сарафан, на этот раз белый, откровенно подчеркнул ее формы. Но Роско один раз мою грудь потрогал — и не может забыть. Что скрывать, это сильно тешило мое самолюбие.

— Если у меня, по-твоему, нет шансов, то чего пристала? — спросила я.

Фыркнув, Джинджер поправила шляпу и, окатив меня презрительным взглядом, ушла. А я выпрямилась в кресле и глянула за перила. Роско снова снял рубашку и сейчас учил Альфи копать. Тот уже понял, с какого конца браться за лопату.

Вздохнув, я откинулась на спинку кресла. Не привыкла бездельничать — и сейчас, в момент редкой паузы, все мысли накинулись на меня разом.

Поручив Свену поиски алой смерти, я позволила себе немного расслабиться. Раньше все в моей жизни было подчинено одной цели — вылечить папу. Допустим, это произойдет. А дальше что? Мне еще год учиться. Потом поеду на практику в скверный дозор — уже предлагали место. Подзаработаю, открою клинику. Наверное, было бы интересно создать собственную семью.

Отчего-то боги решили, что Роско — моя идеальная пара. Но он на меня только рычит и даже не догадывается, что я и есть его незнакомка. Что это за судьба такая, которая не находит путь без подсказок?

Роско поднял голову и безошибочно нашел меня взглядом. И еще лопатой указал.

Альфи помахал мне рукой и быстро направился к башне. А я, вздохнув, поднялась со своего наблюдательного поста и пошла вниз. Подлечу Альфи, что бы там опять ни стряслось, а потом можно обойти территорию и посмотреть, что интересного растет в округе, пока Роско вдобавок ко рву не утыкал все кольями.

— Что у тебя? — спросила я, наткнувшись на Альфи на лестнице. — Мозоли?

— Нет, все в порядке, — заверил он. — Хотя у меня очень нежная кожа и, между нами, я не создан для грубой физической работы. Предлагал Роско — давай магией вскопаю, а он — нарушишь защитные знаки, давай лопатой…

— А от меня что требуется? — перебила я.

— Роско нашел что-то странное, — сказал Альфи. — Посмотришь?

А это и правда было нечто странное: двойной выжженный контур, шипы, атакующие знаки. Роско оперся на черенок лопаты и угрюмо смотрел на следы ритуала.

— Что думаешь? — спросил он, когда я подошла.

— А почему тебе вдруг понадобилось мое мнение?

— Хочу получить подтверждение своим догадкам.

Я прошла вдоль двойной линии — перекрывает основные ворота, парни шатаются туда-сюда, контур явно был нарушен и не раз.

— Может, это осталось от предыдущих студентов? — предположила я.

Роско мотнул головой.

— Знаки еще теплые, — сказал он. — Это сделали на рассвете.

— А может, это Михаль решил укрепить пост самостоятельно. Вот эти шипы, вероятно, защита… — Я запнулась на полуслове, осознав, что не так. — Роско, да они же направлены внутрь!

— Точно, — подтвердил он, пристально на меня глянув. — Вы с Гусом вчера, случайно, не нажили врагов?

— Нет, — ответила я не слишком уверенно.

— Вы ходили в лагерь охотников, — утвердительно произнес Роско. — Где бы еще вы разжились хохотун-травой?

— Ну, да, — нехотя ответила я.

— И Гуса там побили. Он не стал бы просто терпеть, так что сдачи навалял тоже.

— Но расстались мы на дружеской ноте, — заверила я.

— Эрика, мне нужна информация, — потребовал Роско. — Я бы спросил Гуса, но он мычит и убегает. Путем нехитрых логических заключений и шантажа я выяснил, что ты заставила его принести клятву неразглашения, и он даже не знает, какой будет откат в случае ее нарушения.

Я молчала, глядя на Роско исподлобья.

— Так какой будет откат? — раздраженно спросил он. — Отвечай. Мне надо знать, если ты вдруг решила покалечить моего друга.

— Все с ним нормально будет, — проворчала я. — Я ведь целитель. Я не стала бы ему сильно вредить.

— Как это утешает! — воскликнул Роско. — Значит, не сильно?

— Да стандартный заговор на понос, — буркнула я. — Ничего не станется с твоим Гусом!

— Прекрасно, — с сарказмом произнес Роско. — Хотя бы это мы выяснили.

Я присела и провела над знаками ладонью. Руны вспыхнули и заискрились.

— Если бы шипы были направлены наружу — вопросов нет, — прокомментировал Роско. — Один из вариантов защитного контура. Но в таком виде все наоборот, его словно вывернули наизнанку.

— То есть мы — нарушители, — поняла я.

— Да.

— Руны активированы, — продолжила я. — Процесс запущен.

— Идет полным ходом.

— Но, Роско, — я выпрямилась и заглянула ему в глаза. — А что мы нарушили? На чью территорию пришли?

Он выдернул из земли лопату и обвел ею вокруг себя широким жестом.

— Скверна, — сказал Роско. — В ближайшие пару дней нам надо быть острожными и подготовиться к агрессии со стороны скверных тварей.

— То есть, в принципе, ничего необычного, — подытожила я.

Роско усмехнулся и кивнул.

— Ничего необычного, — подтвердил он. — Скажешь, что искала у браконьеров?

— Так хохотун-траву, — невозмутимо соврала я. — Но, Роско, это не они! У нас и правда вышло небольшое недопонимание, но мы все уладили.

Роско укоризненно на меня посмотрел, и я прикусила язык. Может, и они. Мы вчера вломились, вырвали их главарю зубы. Не исключено, что пару зубов Гус выбил кому-то другому — он там знатно руками махал. Ну что за люди! Нет, чтобы обсудить, договориться… И что с алой смертью? Я-то думала, все на мази, а они мне проклятье рисуют!

— Можно провести другой ритуал, очищения, — предложила я. — Полностью негативное действие не снимет, но всяко уменьшит. У нас же есть бытовички.

* * *

Эрика ушла за Джинджер и Габриэллой, а Роско задумчиво почесал зазудевший на запястье листик. Итак, кто-то наслал на пост проклятье. Очевидный ответ — охотники. Вчера у них вышел конфликт с Эрикой и Гусом — это раз. Они в принципе не хотят иметь под боком дозорных — два. Браконьеры — люди, регулярно нарушающие закон, для которых нет ничего святого, — это три.

Роско затоптал двойную линию контура и стер пяткой руну.

— Отставить лопаты! — скомандовал он. — Атакуем лагерь браконьеров!

— Да! — раздались торжествующие вопли. — Драка!

Гус подбежал к нему, страдальчески заломил руки.

— Молчи, — приказал Роско. — Ни слова. Звезда тебе заговор на понос поставила. Ляпнешь про вашу вылазку — и проведешь ближайший день в туалете. Так, парни, выходим через полчаса! Возьмем их в кольцо и отработаем заклинания дальней атаки. Не выше четвертого уровня. Жертвы нам не нужны.

Но у охотников система безопасности была отлажена идеально: они снялись с лагеря, свернув палатки и забрав весь скарб, и оставили после себя только пару пустых жестянок из-под тушенки и остывшие угли.

Роско посмотрел на пыль, клубящуюся на горизонте, и приказал разворачиваться. Гоняться за браконьерами по всему второму кольцу он не собирался. Но кое-что в этой истории не складывалось. Если Эрика правда подбила Гуса пойти к охотникам за хохотун-травой, то зачем бы ей брать с него такую суровую клятву? И если звезда стремилась сохранить вылазку в тайне, то почему так легко и быстро раскололась?

Он не мог перестать думать об этом, даже когда они вернулись на пост. Парни расселись у стен, наблюдая за танцем Джинджер и Габриэллы, которые проводили ритуал очищения, но взгляд Роско упорно возвращался к Эрике. Она хмурилась, сидя на бревне, как будто тоже размышляла над чем-то серьезным, а потом подняла глаза, посмотрев прямо на Роско, да так сердито, словно это он источник ее проблем.

Роско заставил себя отвернуться и уставился на Джинджер, которая кружилась в белом сарафане, взмахивая руками, словно собираясь взлететь. Насколько он знал, для таких ритуалов обычно выбирали более свободные платья, чтобы ничего не мешало потокам энергии.

Еще это проклятье дурацкое. Неужели Гус и Эрика умудрились так насолить браконьерам? А если это все же не они, то кто?

Джинджер и Габриэлла кружились, белые подолы развевались, сила жизни пульсировала, расходясь от босых ног волнами. Эрика прикусила травинку, перебросила тяжелую косу за спину, а сердце Роско колотилось все быстрее — в ритм музыки самой жизни.

Эрика влезла в архив ректора — явно не по пустой забаве. При первой возможности она отправилась к браконьерам, и Роско готов был поклясться — не за хохотун-травой. Нет, ей нужно было что-то особенное, что-то такое, что могли вырастить в оранжерее травников. Малин рассказывала о дипломной работе — дико редкий цветок, за который она получила высший балл.

Но все это лишь предположения и догадки. Может ли Эрика Трикс быть таинственной незнакомкой, которая так нежно целовала его под мостом, что он не может забыть вкус ее губ?

Откинувшись на стену, Роско мысленно расплел светлую косу Эрики, распустив волосы по плечам, попытался стащить с нее серую кофту с кожаными заплатками на локтях. Но Эрика сопротивлялась даже в воображении.

Девушки кружились все быстрее, парни притихли, завороженные зрелищем. Роско прикрыл глаза, представляя перед собой незнакомку в белом платье сплетенной невесты. Лицо Малин было обманкой, у его суженой другие черты, но длинная нежная шея, упругая грудь, тонкая талия — все это настоящее.

Как бы так посмотреть, что скрывается под спортивной кофтой Эрики?

Он огладил взглядом ее шею, линию ключиц, мягкие очертания грудей, выступающих под грубой тканью. Мысленно накрутил на палец выбившуюся из косы прядь и измерил ладонями талию. Незнакомка выше Эрики, но если поставить ее на каблуки…

Танец закончился, и парни бурно захлопали. Джинджер и Габриэлла расцвели улыбками, наслаждаясь всеобщим вниманием. Роско тоже повернулся к девушкам, вежливо поаплодировал — хотелось бы верить, что с ритуалом у них получится лучше, чем с готовкой, а когда повернул голову, Эрика уже ушла. Он успел заметить светлую косу, мелькнувшую в открытых воротах.

— Так, не расходимся, — скомандовал Роско. — Надо успеть закончить ров до темноты.

Он подавал парням пример, первым взявшись за лопату, и вскоре руки зудели от работы, а пот заливал глаза. Но упрямая мысль все свербела в голове, не давая покоя. Что, если девушка его мечты — Эрика Трикс?

У нее есть тайна, она — черенковая магичка, и относится к Роско без всякого восторга. Если бы сплетенный знак появился у звезды, призналась бы она? Подошла бы к Роско сама, как в его мечтах? Очень вряд ли. И если это все же Эрика, то как вывести ее на чистую воду?

* * *

Во время ритуала Роско не сводил с меня глаз, и я едва дождалась окончания танца, чтобы смыться. Удрав в свою комнату, я закрыла дверь на засов и прижала руку к груди, где взволнованно грохотало сердце.

Он словно раздевал меня взглядом, неторопливо освобождая от одежды, и по коже до сих пор мчали мурашки. Я прошла в закуток туалетной комнаты и, стащив через голову кофту, посмотрела на листик, притаившийся под грудью. Вопреки моим надеждам знак и не думал сходить: все такой же яркий, зеленый, а завитки как будто даже стали длиннее.

Все потому, что Роско рядом. Надо держаться от него подальше — и все пройдет.

Остаток дня я придерживалась этой стратегии, что было довольно легко, потому что парни занимались укреплением поста: ров, защитный контур, боевые артефакты — Роско словно к войне готовился.

Джинджер и Габриэлла приготовили вполне сносный ужин, и, поев овощного рагу, я снова удрала в комнату, надеясь, что наваждение, вызванное жарким взглядом Роско, пройдет как лихорадка при банальной простуде.

Ночь укутала комнату мраком, башня уснула, но я все лежала без сна, будто знала — что-то произойдет. И когда в комнату постучали, вскочила с кровати, накинула на плечи халат и, приоткрыв дверь, увидела Роско.

— Ты… — выдохнула я.

Светляки кружились над его головой, и тени скользили по лицу Роско, меняя черты. В темных глазах вспыхивали и гасли теплые огоньки, словно звезды, мерцающие в ночном небе. Боги выбрали его для меня, но почему? Все равно что подарок без повода. Это точно мне? А за что? А что прячется под красивой оберткой?

Роско поднял руку и, поймав прядь моих волос, потер их между пальцами. Я мигом пришла в себя — точно так же он сделал под мостом.

Я дернула головой, высвобождая волосы. Но искры в темных глазах вспыхнули жарче, а взгляд устремился в вырез халата. Я запахнула его плотнее и, вздернув подбородок, пощелкала пальцами перед носом Роско.

— Прости, — покаянно произнес он. — Выглядишь непривычно. Такая… мягкая и пушистая.

— Чего тебе надо? — буркнула я, плотнее кутаясь в халат.

— Мне нужна ты, — откровенно заявил Роско, опираясь на дверной косяк.

Расстегнутая рубашка распахнулась, щедро обнажая рельефный пресс, и я мысленно пересчитала кубики, заодно пытаясь понять, что вообще тут творится.

Он догадался? Понял, что я — его незнакомка? Или Гус разболтал, что я искала алую смерть?

— Ты нужна мне как целитель, — добавил Роско.

Я едва сдержала вздох облегчения.

— Снова мозоли на ладонях натер? — спросила я.

— Звучит как-то двусмысленно, — улыбнулся он. — Но нет. С ладонями все в порядке. Уснуть не могу.

— Пойдем, накапаю тебе успокоительного, — предложила я. — Хотя это странно — ты весь день на свежем воздухе, занимался физическим трудом с остальными парнями. Я видела вашу канаву. Весь отряд сейчас наверняка дрыхнет без задних ног.

— Вот именно, — подтвердил Роско. — Дрыхнет и храпит. Помнится, еще в экипаже ты обещала дать Гусу какой-то пластырь от храпа. Можешь сделать это прямо сейчас, пока я не придушил его подушкой?

— Вот оно что…

Я невольно расслабилась. Придумала невесть что, а Роско всего-то не может заснуть. Я надела тапки и пошлепала вниз в лечебницу. Открыла дверь, зажгла светильник. Порывшись в шкафчике, достала нужные ингредиенты.

— Его надо делать непосредственно перед использованием, — пояснила я Роско. — Масла быстро выветриваются.

— Я смотрю, ты больше пользуешься травами и зельями, а не магией, — заметил Роско, с любопытством наблюдая за мной.

— Вообще-то я их комбинирую, — ответила я, отмеряя масло. — Так получается эффективнее.

Он бесшумно возник позади, и теплое дыхание коснулось моей шеи. Я быстро обернулась, едва не столкнувшись с ним нос к носу.

— Ты что, меня нюхаешь? — с подозрением спросила я, но Роско мотнул головой. — Отойди и не мешай. Сядь вон в углу.

Он послушно уселся на стульчик и даже руки на коленях сложил. Но его пристальный взгляд ощущался явственно, как прикосновение: вот он погладил мои волосы, спустился на шею, забрался в вырез халата, который так и норовил распахнуться, и провел по голым ногам. Я отвернулась и занялась дурацким пластырем. Хоть бы не напортачить — пальцы слегка подрагивали от волнения, которое я тщательно скрывала.

— Так интересно наблюдать за твоей работой, — подал голос Роско. — Ты будто делала это сто раз.

— Сто не сто… Мой отец был капитаном дозора. У него в отряде частенько кто-то храпел.

— Ты близка с отцом?

— Он меня вырастил.

— А мама?

— Откуда этот нездоровый ко мне интерес? — спросила я, обернувшись.

— Почему нездоровый? Я хочу узнать тебя лучше, — невинно ответил Роско. — Ты постоянно меня удивляешь, Эрика: то идешь в поход наравне с парнями, то вовсе отправляешься в ночь к браконьерам. Как, к слову, тебе удалось подбить на вылазку Гуса?

— Легко, — усмехнулась я.

— Что тебе было нужно от охотников? — не отставал Роско.

— Я ведь уже говорила…

— Ты соврала, — с уверенностью заявил он. — Ты не стала бы рисковать из-за такой ерунды.

— А это и не ерунда, — возразила я. — У парней после твоей канавы может быть стресс, а у некоторых, не будем называть имен, даже депрессивное расстройство. Я заранее подготовилась и добыла натуральное лечебное средство.

Роско помолчал, изучающе на меня глядя.

— И если ты хотел на меня наехать, то напоминаю — я уже отработала эту провинность на кухне, — закончила я.

— Я помню, — сказал он. — Мне понравился завтрак. Эрика, если тебе что-то надо в скверне, просто скажи.

— И что тогда?

— Я тебе помогу.

— С чего вдруг? — опешила я.

— Лучше я, чем ты потащишь в скверну Гуса или Альфи, или кого-то еще, — пожал он плечами.

— Пластырь готов, — буркнула я, отвернувшись. — Пойдем, я сама наклею.

— Конечно, — ответил Роско и пошел вперед. — Прошу, — вскоре сказал он, распахнув передо мной дверь и даже не потрудившись понизить голос.

Но Гус спал богатырским сном, раскинувшись на кровати звездой, и храп его сотрясал стены.

Роско деликатно подтянул одеяло выше, прикрыв белые трусы друга, но я ими и на осмотре укушенной ноги особо не впечатлилась.

— Знаешь, было бы куда эффективнее сломать ему нос, а после выправить хрящ как надо, — заметила я.

— Давай перенесем эту процедуру хотя бы на тот момент, когда Гус будет бодрствовать, — предложил Роско. — А то как бы ему не понадобились все твои стратегические запасы средства от стресса.

Я захихикала и в итоге наклеила пластырь слегка кривовато, но Гус всхрапнул последний раз и затих как дитя — грудь вздымалась равномерно и абсолютно бесшумно.

— Магия, — восхищенно произнес Роско. — Эрика, большое спасибо! Ты вот сейчас реально жизнь спасла! Две жизни — и мне, и ему.

— Пожалуйста, — ответила я, чувствуя себя польщенной. — Спокойной ночи.

Но Роско зачем-то отправился следом за мной, как будто я не нашла бы дорогу в свою комнату.

— А что с тем проклятьем? — спросила я по пути, чтобы разогнать тишину, которая словно сгустилась.

— Да ничего, — ответил Роско. — Браконьеры снялись с лагеря и удрали задолго до того, как я успел что-то выяснить. Но если не они, то кто?

— Без понятия, — вздохнула я.

Но теперь я не знала, действует ли наша договоренность со Свеном. Остается надеяться, что он вовсе не убегал от штудентов, а поспешил на поиски алой смерти.

Мы пришли к моей комнате, и я развернулась, чтобы попрощаться, но Роско торопливо сказал, словно оттягивая момент расставания:

— Думаю, пару дней отсидимся на посту. Пока проклятье точно не выветрится, как твои целебные масла.

— Разумно, — одобрила я.

— Потом устроим вылазку на вторую точку. Пойдешь с нами?

— Да.

— Хорошо, — кивнул Роско. — Ты права — отряду нужен целитель. А мое предложение в силе: если тебе что-то нужно в скверне, можем сходить. Пятая и шестая точки находятся на границе третьего круга.

Он вновь поддел прядь моих волос, осторожно накрутил на палец. Уперся другой ладонью в стену, не позволяя мне сбежать. Воздух заискрился от неведомой магии, и Роско склонился чуть ниже.

— А ты… Ты скучаешь по своей семье? — быстро спросила я, чтобы прервать звенящую тишину, в которой мое сердце билось оглушительно громко.

— Не особо, — пробормотал Роско, отпустив мои волосы, и его пальцы легонько задели шею.

Мурашки помчались по коже, и под грудью, где спрятался листик, вдруг стало щекотно.

— А тебе кто ближе — мать или отец? — выпалила я.

— Мама, пожалуй. И старший брат, — ответил он. — Со средним мы вечно дрались. Я младший в семье, третий.

— Что ж… До завтра, Роско? — вопросительно прошептала я.

— Увидимся, Эрика, — пообещал он, оттолкнувшись от стены и убрав руку.

Дверь тихо скрипнула и закрылась, отгородив меня от жгучих огоньков в темных глазах, и я прислонилась к ней спиной.

Догадался? Понял? Ох, наверняка догадался! Он так смотрел на меня, будто хотел… всего! Или я себя накрутила? Роско обратился ко мне за помощью, как к целителю. Гус перестал храпеть, и можно идти спать и выбросить из головы всю эту ситуацию как незначительную. Но, во-первых, Роско предложил свою помощь, и она мне, скорее всего, понадобится. Во-вторых, он пытался узнать меня лучше, и это было так мило. А в-третьих, я не уверена, но, кажется, Роско собирался меня поцеловать! И он нюхал меня, это точно!

Я склонила голову к плечу и принюхалась. Надеюсь, не слишком вспотела от волнения.

* * *

Роско сбежал по лестнице и вышел из башни во двор, вдохнул глубже прохладный воздух и рассмеялся.

Это она. Сто процентов! Все сходится! Его идеальная незнакомка — Эрика Трикс.

Росчерк ключиц, мягкая волна волос, запах. Грудь! О да, халатик, который она накинула на скромную белую сорочку, не сумел скрыть ее формы. Точно она!

Роско прикрыл глаза, успокаивая сбившееся дыхание. Хотелось достать ее из халата, как прекрасный созревший плод, запутаться пальцами в мягких прядях, исцеловать сладкие губы…

Но Эрика держалась настороженно и отстраненно, и Роско не стал вызывать ее на откровенность. Как бы не спугнуть окончательно…

Нет, тут нужен другой подход. Пусть увидит, что он — отличный вариант. Не только из-за воли богов, но и просто.

Роско обошел периметр, убедился, что все артефакты работают, как положено, и пошел к себе. Гус спал тихо как мышка, и Роско вытянулся на соседней кровати, заложив руки за голову. Закрыл глаза, пытаясь уснуть, но сердце билось так сильно, что его чуть не подбрасывало к потолку при каждом ударе.

Если честно, вряд ли он дал Эрике возможность оценить его по достоинству. А если быть совсем откровенным, то он больше косячил: подшучивал над звездой, танцевал перед Джинджер, а потом и вовсе отправил свою будущую жену на кухню.

Ее волосы пахли цветами, а кожа была такой нежной. Может, надо было все же поцеловать? И тогда она не смогла бы соврать и сделать вид, что между ними ничего нет.

Но так даже интереснее. Он завоюет свою судьбу и докажет, что достоин ее.

Роско снова приснилась река, но теперь они с Эрикой шли по берегу вдвоем, рука об руку, и это был очень хороший сон.