Глава 8. Ритуал

— А-а!

Роско вскочил с кровати, сложив пальцы в знак меча и готовясь обороняться, но вскоре опустил руки. А Гус бегал в одних трусах по комнате и бил себя по лицу, пытаясь смахнуть пластырь.

— Убери это! Роско! Оно присосалось! — истерично вопил он.

— Стоять! — рявкнул Роско. — Р-равняйсь, смиир-рно!

Он толком не понимал смысла маршировки, которой их донимали на военке, но рефлексы, которые вбились в подкорку, сработали, и Гус замер как вкопанный. Роско шагнул к нему, поддел пластырь ногтем и сорвал. Продемонстрировал Гусу, который тяжело дышал и таращил глаза.

— Это от храпа, — пояснил Роско. — Ты ночью храпел как свинья.

Гус перевел взгляд на пластырь, потом на Роско.

— Даже не свинья, а дикий кабан. Целое стадо, — добавил он.

— От храпа? — повторил Гус и, выдохнув, упал на кровать, раскинув руки. — А я спросонья решил, что на мне очередная скверная тварь. Каменюша, соплюша, еще какая фигнюша… — Он приподнялся на локтях и уточнил: — Это Эрика сделала?

— Она, — подтвердил Роско, расплываясь в улыбке.

При одном звуке ее имени кровь побежала быстрее. Его судьба. Таинственная незнакомка. Девушка его мечты совсем рядом — в правом крыле башни. Наверное, тоже проснулась и сейчас заплетает длинные светлые волосы в косу. А может, как раз снимает скромную белую сорочку, и ткань задирается все выше, обнажая и стройные ноги, и круглую попу, и… Роско невольно зажмурился — такой ослепительной была эта картина. Но пылкое воображение упрямо дорисовало ее до конца.

— Тогда хорошо, — успокоился Гус, вновь откидываясь на кровать. — Она целитель что надо. И вообще… Знаешь, зря я над ней смеялся из-за звезды, теперь чувствую себя полным кретином.

— Не ты один, — заверил его Роско и принялся одеваться.

— У нее была очень важная причина, чтобы лезть в архив ректора, — задумчиво произнес Гус. — Я бы тебе рассказал, но…

— Не надо, — попросил Роско. — А то клятва сработает, а у нас куча дел. И туалетов всего два на мужское крыло.

Итак, у него была цель — покорить сердце Эрики.

Сплетенный знак на запястье, который сегодня как будто стал ярче, не стал для нее достаточным поводом к сближению. Не исключено, что даже наоборот — это могло ее оттолкнуть. Она девушка самостоятельная, свободолюбивая. А тут вдруг за нее все решили. Если Эрика поймет, что Роско узнал в ней незнакомку, то еще решит, чего доброго, что он пытается понравиться ей из-за воли богов.

Он натянул штаны и задумался. А ведь сплетенный знак по сути всего лишь рисунок. Вроде указателя. Все дело в самой девушке. Эрика и правда идеальная — смелая, решительная, умная. И красивая, даже очень. Ее внешность не такая броская, как, допустим, у Джинджер, но куда более утонченная. Она — рассвет над рекой: чистая и нежная, как первый солнечный луч, свежая, словно течение быстрой воды, ускользающая и загадочная, как туман…

— Ты чего лыбишься как придурок? — спросил Гус.

— Ничего, — ответил он, стерев улыбку с лица. — Сон хороший приснился.

— Эротический? — с пониманием усмехнулся друг. — Кстати, а давай ты меня накажешь и снова отправишь на кухню. Я все думаю подкатить к Габриэлле. Вдруг ей понадобится помощь крепкого парня?

— Посмотрим, — сказал Роско. — Так-то ты сегодня еще не успел облажаться.

— За мной не заржавеет, — пообещал Гус, скаля белые зубы. — А Эрика, выходит, была здесь ночью? Смотрела на меня голенького? Ей понравилось?

— Ты же говорил, что боишься ее, — напомнил Роско.

— Есть немного, — подтвердил друг. — Но я парень храбрый. А у нее, оказывается, такие… Хотя нет, это я тоже сказать не могу. Есть занятия поинтереснее, чем сидеть весь день на толчке. И она очень коварная! Впрочем, и это тайна. Да что ж ты будешь делать!

— Молчать, — подсказал Роско.

Сам он тоже решил не говорить о своем открытии Гусу, потому что тот может все испортить. Не со зла, а по дурости. А действовать нужно тонко и осторожно. Разработать новую стратегию. С ней не получится так легко, как с другими. Если он заберется на бочку и станцует перед Эрикой полуголым, то она покрутит у виска пальцем и дальше пойдет.

Но завоевание девушки мечты пришлось отложить, потому что как только Роско вышел во двор, то заметил неладное: артефакты на стенах еле мерцали. Он взбежал по лестнице к парапету и застыл, пораженный. Его прекрасный ров, по которому он вчера самолично пустил вязь атакующих заклинаний, дымился и вонял. Сработали все уровни защиты. Еще немного — и скверные твари пробрались бы внутрь.

— Все же в порядке, Роско, — виновато улыбнулся Кай — парень, который дежурил этой ночью. — Все обошлось.

— Ты почему не поднял тревогу?

— Да тут одна мелочевка, — бормотал Кай. — Чего кипишить. Сон — залог здоровья. Хоть у целительницы нашей спроси.

— Ты все проспал, — понял Роско, свирепея. — На кухню! На три дня!

— Эй, я же просил, — заныл снизу Гус, но Роско, не обратив внимания на его стоны, прошел по периметру стен. Запустил огненный шарик в издыхающую во рву кракояку.

Похоже, от вчерашнего ритуала с бытовичками толку немного. Проклятие все еще действует.

Его вдруг осенила такая блестящая идея, что Роско замер, вцепившись пальцами в парапет. Парный ритуал! Вот что поможет!

Кто же его проведет? Конечно, Роско, как главный в отряде. А кто подходит ему по уровню магии и вообще? Вот так удача — Эрика!

Ну а то, что парный ритуал — очень интимный процесс, в котором сливаются энергии двух тел, — это удачное совпадение.

Он сбежал по лестнице, целеустремленно направился в башню и столкнулся с Эрикой у входа.

Как он мог не замечать, какие нежные у нее губы? Не вызывающе пухлые, но и не тонкие, а вверху, над губой, маленькая ямочка.

— Ты мне нужна, — сказал Роско.

— Снова храпит? — нахмурилась Эрика. — Уже утро, просто разбуди его — и делов.

— На этот раз не как целитель, — ответил он. — Как женщина.

— Вот это поворот, — пробормотала она. — Но я все же спрошу — что конкретно ты имеешь в виду?

— Ты черенковый маг первого уровня, как и я, — сказал Роско. — Проведем парный ритуал?

— А вчерашний ритуал разве не помог? — растерянно спросила Эрика. — Девушки так старались…

— Посмотри сама, — предложил Роско. — Вся скверна второго круга рвется атаковать наш пост. Хорошо, что тут одна мелочевка.

Эрика не поверила ему на слово и вскоре забралась на стену, где, поглядев вниз, поцокала языком.

— А я думал, ты заставил нас копать чисто от нечего делать, — подал голос Альфи, появившийся невесть откуда.

Взявшись за парапет, он тоже посмотрел вниз, но, поморщившись, отпрянул.

— Доброе утро, Эрика, — сказал он. — Прекрасно выглядишь. Словно цветок в утренней росе.

Ее волосы были слегка влажными, будто она недавно приняла душ, и Роско мысленно укорил себя за то, что не придумал какой-нибудь изысканный комплимент.

— А вот у меня после лопаты все тело ломит, — пожаловался Альфи. — У тебя есть какая-нибудь мазь или лечебный крем?

На все тело? И кто этот крем будет, интересно, мазать?

— Это у тебя мышцы забились, — торопливо сказал Роско. — Лучшее лекарство — тренировка. Давай, спускайся и позови остальных. Сделаем разминку на плацу.

Альфи выразительно закатил глаза, но спорить не стал и пошел прочь, кряхтя и подволакивая ноги. Переигрывает, актер!

— Так что скажешь? — спросил Роско, повернувшись к Эрике. — Насчет ритуала.

— Ты командир, — пожала она плечами. — Хотя Джинджер вот тоже черенковая.

— Она вчера выложилась, — напомнил Роско. — Нужен полный резерв.

Он взял ее за руку и, развернув ладонь, провел пальцем по линии жизни, которая тут же отозвалась и вспыхнула золотом. А ногти у Эрики аккуратные, подстриженные — еще одно подтверждение, хотя он и так уже знает…

— А ты сам вчера не потратился? — поинтересовалась Эрика. — Ты же артефакты заполнял до краев и потом плел атакующие заклинания в ров. Ну-ка…

Она взяла его за руку, и линия на ладони загорелась только до середины.

— Я быстро восстановлюсь, — пообещал Роско. — Поем, сделаю зарядку…

— Альфи! — крикнула Эрика со стены, и кудрявый тут же обернулся. — Не против сделать со мной ритуал по защите от скверны? Может, попону, или огненный дождь?

— Конечно, — охотно согласился он.

— Тебе же везде ломит! — сердито напомнил Роско.

— А резерв полный? — громко спросила Эрика.

— Под завязку! — подтвердил Альфи. — Роско вчера запретил пользоваться магией. Я полностью в твоем распоряжении, Эрика. Сделаем это прямо сейчас?

— Немного позже. Я еще не завтракала. Отличная идея с ритуалом, — похвалила она, повернувшись к Роско. — Ну, я пошла.

И оставила его на стене одного. Роско постоял там немного, а потом швырнул стрелой магии в очередную скверную тварь, ползущую к посту.

Ладно он не видел настоящего лица незнакомки, но Эрика-то прекрасно знает, что Роско — ее судьба! Тот поцелуй, невозможно прекрасный, словно ритуал недостижимо высокого уровня, навеки связал их души. Но вот она, мило улыбнувшись, идет проводить ритуал с другим. Как так-то?!

Парапет раскрошился под пальцами, и Роско разжал руки, глубоко вздохнул, заставляя себя успокоиться. Не могла же Эрика не понять, что произошло нечто особенное? Или могла?

Она девушка скромная, в связях ни с кем не замечена. Может, она вообще девственница, или даже не целовалась ни с кем. Мысль эта отчего-то показалась Роско дико волнующей. Очень хорошо, если его предположения верные, но тогда Эрике попросту не с чем сравнивать! Она могла подумать, что при поцелуе так происходит всегда.

Роско побарабанил пальцами по камням, раздумывая.

Но знак, знак-то она должна была заметить! Символ сплетенного союза, благословленного богами. Драгоценный, уникальный подарок судьбы, от которого нельзя просто так отмахнуться. Что там ему обещали? Вечную любовь, здоровых детей, счастье… Эрика — девушка здравомыслящая, неужели это все ничего для нее не значит?

Роско похолодел от внезапной мысли — а вдруг она правда не увидела знак? Раз уж на запястье его нет — а Роско проверил, — то вдруг листик появился где-нибудь на спине или ягодице, или еще каком укромном местечке, и Эрика его не заметила?

Но тогда в ее глазах он просто болван, который шел на свидание к другой.

Эрика остановилась перед входом в башню и обернулась. Встретившись взглядом с Роско, быстро ушла внутрь. А он улыбнулся. Потому что был еще один вариант — Эрика его дразнит. Все она поняла, и листик тоже увидела. В экипаже она заметила такой же знак у него и сразу заинтересовалась, но отчего-то решила, что это охранная метка. Очевидно, она решила, что листик появился из-за проникновения в оранжерею, но теперь догадалась, что все куда интереснее.

Вскоре Альфи собрал парней на площадке перед башней, и Роско спустился со стены.

— Зарядка — отличное начало дня, — объявил он. — Три круга для разминки по периметру.

И сам побежал первым.

Хочет Эрика провести ритуал с Альфи — пусть проводит. Вряд ли у них с кудряшом получится что-то толковое. Роско подождет. А потом покажет Эрике, что такое настоящий синхрон.

* * *

Роско догадался, теперь я была в этом уверена. Он знает, что его сплетенная незнакомка — я, поэтому и предложил провести ритуал. Соединение энергий — тонкий процесс, в котором нет места лжи и притворству.

И ведь вынюхал! Рассмотрел! Но Роско не спешил раскрывать карты. А я тем более не собираюсь. Ведь он-то не знает, что я знаю, что он знает…

— Ты такая загадочная сегодня, — заметила Габриэлла, сев напротив.

— Правда? — переспросила я, помешивая ложкой кашу.

На мой вкус овсянка получилась слегка водянистой, но есть можно. А вот ветчину и сыр бытовички порезали хорошо, тоненько. Растрясли кладовую Михаля, но он вроде уехал пополнить запасы.

— Ты что, влюбилась? — в лоб спросила Габриэлла.

— Нет, — быстро ответила я.

Или да? Я могу уговаривать себя сколько угодно: что у меня сейчас другая цель в жизни, что главное — найти сердечник для папы, но я слишком часто вспоминаю волшебный поцелуй под мостом. И Роско, что таить, оказался не таким уж болваном.

— Зря, — вздохнула Габриэлла, подперев рукой щеку. — Выбор отличный — глаза разбегаются. Ты, как целитель, кого порекомендуешь?

— В плане здоровья все хороши, — ответила я. — У магов жизненные силы на порядок выше, чем у обычных людей. Особенно у черенковых. И у корневых, разумеется, но таких в отряде нет.

— Плох тот черенковый маг, который не мечтает стать корневым, — рассудительно произнесла Габриэлла. — Значит, Альфи собирается посадить свою башню?

— Почему ты так решила? — спросила я, сооружая бутерброд — одной кашей сыт не будешь.

— Ну, ты возишься с ним постоянно, — пожала она плечами, и бретелька ее платья медленно соскользнула по золотистой коже, приковав внимание парней, которые появились в столовке. — Я подумала, неспроста.

— Не знаю, — промычала я, откусив бутерброд. — Альфи не говорил.

— А ты спроси, — сказала Габриэлла, уставившись на меня бархатными карими очами.

Она лениво поправила сползшую бретельку, провела кончиками пальцев по ключице, округлой груди, стряхивая несуществующие крошки, и парни синхронно выдохнули, задержавшись у нашего столика.

Я подождала, пока они насмотрятся на обнаженные плечи Габриэллы и отойдут, и сказала:

— Если тебе интересно, какой у Альфи потенциал, приходи после завтрака к главным воротам. Мы будем парный ритуал проводить, по очищению.

— Вот как? — оживилась Габриэлла. — Приду. А что, наш с Джинджер танец не особо помог?

— Не особо, — подтвердила я.

— А я ей говорила — не надевай лифчик, энергию перекроешь. Даже если грудь провиснет — парням плевать. Молодые, здоровые — им любая грудь в радость. У тебя есть ритуальное платье?

— Для парных ритуалов это неважно.

— Да, — кивнула Габриэла. — Но это хороший повод засветить фигуру. Я бы одолжила тебе свое…

Она окинула меня полным сомнения взглядом.

— Не надо, — отказалась я. — Обойдусь.

— Похоже, ты и вправду ни в кого не влюбилась, — задумчиво произнесла Габриэлла. — Странная ты, Эрика. Но про Альфи узнай.

— А почему не Роско? — вырвалось у меня. — Он тоже черенковый.

— Мне нравятся мужчины помягче, — ответила Габриэлла. — Из более пластичного материала. К тому же Джинджер за него глотку перегрызет, а я ее не то чтобы боюсь, но слегка опасаюсь. — Она оглянулась на раздаточный стол, где хозяйничала рыжая. — А из Альфи может получиться неплохой хозяин башни, если рядом будет хорошая хозяйка…

Габриэлла многозначительно улыбнулась и ушла, оставив меня с бутербродом наедине. Альфи появился минутой позже. Взмыленный, лохматый, несчастный, он плюхнулся на освободившееся место, страдальчески поморщившись.

— Вот взять деревья, — начал он. — Бывают неприхотливые виды вроде осины или елки. Растут себе, не требуя ни особого ухода, ни режима полива. А есть магнолия, абрикос, пихта…

— Пихта считается прихотливой? — полюбопытствовала я.

— Довольно-таки, — подтвердил Альфи. — У нас в Гвиневреде растут пихты, но только с южной стороны гор. Там воздух чистый и сладкий — не надышишься. Тебе бы понравился Сол-Гвиневред, Эрика.

— Так что с деревьями? — напомнила я. — Ты хотел провести аналогию? Вроде того, что ты абрикос?

— Да, — печально подтвердил Альфи. — Я абрикос среди дубов. Это просто кошмар. Мы только и делаем, что бегаем туда-сюда и копаем. А практика едва началась.

— Думаю, после ритуала Роско даст тебе отдохнуть, — предположила я.

— Надеюсь, у него проснется совесть, — пробурчал Альфи, косясь на дверь, где как раз появился Роско.

Он пришел последним. Провел пятерней по мокрым волосам, сказал что-то Гусу и улыбнулся. А у меня сердце екнуло. Роско знает, что я его судьба, но не давит: ищет подходы, пробует варианты. А если он поможет найти алую смерть, как обещал, то я точно поцелую его еще раз.

И белая рубашка, которую он застегнул лишь на несколько пуговиц, очень ему идет.

Роско посмотрел в мою сторону, и я быстро отвела взгляд, уставившись на сотрапезника.

— Альфи, — вспомнила я просьбу Габриэллы. — А какие у тебя планы на жизнь? Ты попробуешь вырастить собственный дом?

— Возможно, — ответил он, брезгливо ковыряясь в овсянке. — Я думал об этом, конечно. Дядя хочет, чтобы я шел в дозор, но если я посажу свой дом, то мне как минимум дадут отсрочку. Я не хочу в дозор, Эрика. Не могу!

— Да-да, ты магнолия, — пробормотала я.

Из него дозорный, как из Роско плюшевый мишка.

— Ты смеешься надо мной? — обиделся Альфи.

— Нет, — ответила я. — Я понимаю, о чем ты. Люди разные, как и деревья. В этом нет ничего плохого. Но ты черенковый маг великого рода, и у тебя все получится. Особенно если рядом будет подходящая девушка.

Я мысленно представила рядом с ним сочную, уверенную в себе Габриэллу: интересная выйдет пара! Но Альфи, улыбнувшись краешком губ, вдруг протянул руку и погладил мои пальцы.

— Намек понят, — игриво сказал он.

— Я о гипотетической девушке, — ответила я, отдернув руку. — О такой, которая поддержит тебя, направит…

— …полечит, — подхватил Альфи. — Эрика, может, перед ритуалом все же вотрешь мне какую-нибудь мазь в поясницу?

— А зарядка не помогла? — грозно спросил Роско, бухнув тарелку на стол и сев рядом со мной. — Ты халтурил на растяжке, я видел.

— Берег силы для ритуала, — проворчал Альфи, поднимаясь из-за стола. — Что-то аппетит пропал. Жду тебя снаружи, Эрика.

Я выпила компот и, поставив чашку, покосилась на Роско, который невозмутимо ел кашу. Сплетенный знак на его запястье стал гуще — на завитках появились почки, проклюнулся еще один листик.

Роско поймал мой взгляд и подтянул рукав рубашки выше, давая возможность рассмотреть знак.

— Метка будто бы расцветает. Видела такое когда-нибудь? — невозмутимо спросил он.

— Я, пожалуй, тоже пойду, — выпалила я, вставая из-за стола.

— Не начинайте там без меня, — сказал Роско мне в спину. — Я хочу проконтролировать.

Я отнесла грязную тарелку в мойку, рядом с которой уныло топтался темноволосый парень. Кто-то прогуливал бытовую магию, не иначе, потому что мыл он посуду вручную. Вышла во двор, где ветер растрепал мои волосы и охладил горящие щеки.

Чего Роско добивается? Хочет, чтобы я призналась сама? И как, по его мнению, это будет? Я приду и такая — Роско, я ваша навеки! А еще лучше — разденусь и предъявлю листик под грудью, который и не думал исчезать.

— Какой ритуал хочешь сделать, Эрика? — спросил Альфи, возвращая меня в реальность. — Нужно что-то защитное, я правильно понимаю? Ты говорила, попону или огненный дождь, но я, если честно, огня побаиваюсь. Вдруг ветер, искры, пожар…

— Ветер — хорошая идея, — задумалась я. — Скверные твари ползут на наш пост, а мы отметем их прочь. А ты молодец, Альфи!

— Хочешь сделать вихрь-метлу? — испугался он. — Я ни разу ее не практиковал. Может, все же попону?

— Боишься? — поняла я.

— Волнуюсь немного, — признался Альфи. — И живот крутит от нервов. Хотя твои капли очень хорошо помогают. А поясницу все еще тянет, даже в копчик отдает немного. Я слышал, на целительстве у вас есть курс массажа?

— Если не готов проводить ритуал, я с радостью тебя заменю, — заявил Роско у меня из-за спины.

Он протянул расправленную ладонь, на которой линия жизни пылала золотом на добрых две трети.

— Не надо, — гордо отказался Альфи. — Я справлюсь. Пойдем, Эрика.

— Пойдем, — согласилась я, взяв его под руку, и прошептала: — Не бойся, я поведу. Расслабься и доверься мне.

— Я тебе доверяю, — сказал он, вдруг став очень серьезным. — Я думаю, ты совершенно особенная девушка, Эрика.

— Лучше посмотри, как хороша Габриэлла сегодня, — перевела я тему и указала на брюнетку, которая поднялась на стену, чтобы понаблюдать за зрелищем. — Скажу по секрету, она спрашивала о тебе.

Альфи даже не повернулся в сторону зрителей, облепивших парапет как воробьи.

— Тебе лучше отойти, — обратился он к Роско, который шел следом. — Как бы не снесло порывом. Мы будем делать вихрь-метлу. Название простенькое, но это мощный и опасный ритуал.

— Хороший выбор, — одобрил Роско. — Если у вас получится, то тварей отнесет прочь от поста, и у нас будет дополнительная защита.

— На то и расчет, — холодно ответил Альфи. — Уж получше канавы.

— Моя канава вам жизнь спасла, — возразил Роско. — Если бы я послушал твое нытье, то здесь бы кишело скверной.

Пока они препирались, я нашла подходящий прутик и, присев, начертала рунный круг. Влила каплю энергии, и все знаки зажглись силой: единение, движение, вихрь, множитель силы и стабилизатор. Вроде ничего не забыла. Я выпрямилась и критически оглядела круг. В ритуалах часто представляют знаки в воображении, особенно в сработавшейся паре, но так надежнее. Вдруг в самый ответственный момент Альфи вспомнит о каком-нибудь прыщике?

— Не возражаешь?

Альфи встал в рунный круг, обнял меня за талию, привлекая к себе, и жест получился трогательно робким. Я невольно вспомнила, как уверенно прижимал меня Роско, как его руки гладили мое тело, а губы оставляли горящие метки на коже…

Роско вышел с нами за территорию поста, прислонился к стене спиной, скрестив на груди руки, и взгляд темных глаз стал совершенно непроницаемым. Может, зря я его дразню?

— Роско, помоги!

К его ногам спланировала соломенная шляпка с красным бантом в белый горох, и Джинджер свесилась через парапет.

— Принеси мою шляпку, пожалуйста, — капризно попросила она.

Роско поднял шляпку, отряхнул с нее пыль. А я решительно обвила шею Альфи руками и положила голову ему на плечо. Тонкий и стройный, он был ненамного выше меня, и положение получилось удобным. Только кудряшки слегка щекотали шею, отвлекая.

— Обними меня крепче, — тихо подсказала я. — Синхронизируем дыхание. Вдох-выдох.

Со стены донеслись смешки, но вскоре все стихло: осталось ровное биение сердца и одно дыхание на двоих. Вдох-выдох. Я легонько отпустила магию, и она потекла в Альфи почти без сопротивления. Чужой поток энергии ощущался чистым и холодным, будто я ступила в горный ручей. Пальцы на ногах свело, и зубы слегка заныли.

Я перетерпела неизбежный момент привыкания к чужой силе, и вскоре магия потекла ровнее, а рунный круг разгорелся.

— Первый этап, все хорошо, — прошептала я.

Альфи обнял меня увереннее, сердце забилось быстрее. Ветер закружил, отгораживая нас стеной.

— Просто дыши, — говорила я. — Вдох-выдох. Второй этап.

Концентрация силы. Я позволила магии течь через все энергетические точки, и смерч вокруг нас засиял золотом. Мы стояли в центре бури, и Альфи, слегка отодвинув голову, посмотрел мне в глаза.

— Красиво, правда? — улыбнулась я.

— Очень, — сдавленно выдохнул Альфи. — Но, Эрика, я не могу. Колени дрожат, руки вспотели…

— Держись, — поспешно сказала я, пытаясь казаться уверенной. — Это нормально. Ты сможешь, Альфред сол Гвиневред. У тебя все получится.

Но его магия стала колючей, будто ручей вдруг покрылся льдом.

И что теперь, расходиться под насмешки толпы? Увидеть взгляд Роско «я так и знал»?

Я обняла шею Альфи крепче, шарахнула энергией на максимум и, закрыв глаза, по очереди воспроизвела все знаки, которые горели у нас под ногами. Смерч взвыл трубой, откуда-то донеслись крики. Холод сковал мое тело, и я словно ухнула в прорубь. Но что-то выдернуло меня к теплу и свету, и, открыв глаза, я увидела лицо Роско.

— …ты у меня всю практику будешь дежурить, — рычал он на кого-то. — Это же надо — всю силу из нее высосал, вампир! Парный ритуал, понимаешь? Парный! Это значит двое выкладываются, а не один!

Меня слегка укачивало, и это было приятно, как в детстве. Теплые объятия, биение сердца под щекой — я вдруг поняла, что Роско несет меня на руках, прижимая к груди.

— Все будет хорошо, Эрика, — сказал он, повернувшись ко мне, и я сразу ему поверила.

И окунулась в глубокий сон, где было тепло и спокойно.